Реакция участников группы BTS,

Ким Сокджин Тихонько проскальзываешь в квартиру, краем глаза замечая Джина на кухне, и торопишься к себе в комнату. Но Джин каким-то шестым чувством ощущает твоё появление и, размешивая в глубокой миске топлёный молочный шоколад, выходит тебя встречать. — Чаги, ты уже вернулась? — Джин обращается к тебе, но смотрит в миску, поэтому ты прыскаешь из-за ощущения, что говорит он с топлёным шоколадом. — Да, милый. — Ну что? Подравняла кончики? Больше не секутся, чаги? — Джин сосредоточен на шоколаде, но твоё молчание вгоняет его в ступор. Он поднимает голову, чтобы взглянуть на твои волосы и… … ты дёргаешься и жмуришь глаза, когда слышишь звук разбитого стекла. Джин глядит на тебя широко открытыми глазами и шлёпает губами, как рыба, выброшенная на берег. — Джин, это, — указываешь на волосы, — всего лишь вооооооооолосы. Они отрастут. Мин Юнги Юнги прошлёпал босыми ногами на кухню и, зевая и почёсывая живот, уселся за обеденный стол. По кухне витал приятный аромат свежезаваренного кофе и домашней выпечки, отчего живот недовольно урчал, словно голодный толстый кот. Мин обхватил руками любимую чашку и сделал глоток, наслаждаясь кофейной терпкостью. Мин готов был сделать ещё глоток, как на глаза попалось что-то непонятное. Длинный светлый волосок выглядывал из-под вкусно пахнущей булочки и смотрел прямо на Мина. — Твою мать, чаги, твои волосы повсюду! — недовольный голос донёсся до ванной на втором этаже, где ты успела умыться и привести себя в порядок. — Достал уже! — тихо бурчишь себе под нос и открываешь шкафчик над раковиной в поисках чего-нибудь режущего. — Каждый день одно и то же. «Чаги, тут твой волос! Ой, чаги, и тут! Чаги, может тебе полечить волосы, это нормально, что они так выпадают? Чаги, опять твой волос!» На-до-ело! Запускаешь пальцы в колечки найденных ножниц и быстрыми движениями отрезаешь пряди. Волосы струятся вниз, опадая у твоих ног и в глазах неприятно щиплет, но быстро успокаиваешь себя словами отца: «волосы — не член, отрастут!» Когда ты возвращаешься на кухню и, как ни в чём не бывало, садишься с кружкой горячего чая напротив Мина, начиная рассказывать ему свой сон, Юнги дёргается и ударяется коленом о стол. — Какого… — … лешего? — продолжаешь за него ты и хихикаешь, довольная его реакцией. Чон Хосок — Чаги, я до… — Хоуп замирает на пороге, когда из комнаты ему навстречу выплывает прекрасная незнакомка с короткими волосами. В том, что это незнакомка, а не незнакомец, Хосок уверен процентов на восемьдесят. Она, мать его, в нижнем белье. Груди, обтянутые кружевным лифчиком, не обманывают, думает Хосок и завороженно наблюдает за приближающемся к нему созданием. — Привет, милый! — ты довольно улыбаешься, видя реакцию молодого парня, и обхватываешь его руками. Обнимаешь, утыкаясь лицом в грудь и довольно щуришься. — Тебе нравится? — Очень необычно. — Скулит Хосок, чувствуя две груди, прижатые к нему, сквозь тонкую ткань футболки и поражается твоей изобретательности. Если бы не этот трюк с нижним бельём, Хосок был бы в бешенстве из-за того, что ты отрезала свои распрекрасные длинные волосы. Ким Намджун Намджун ошарашен. Раздражён. Зол. Его принцесса отрезала свои златовласые кудри и предлагает ему с этим смириться? Да ни за что! Ни за какие коврижки! Джун мечется по комнате и недовольно размахивает руками, рычит и шипит, и чуть ли не рушит всю комнату, сметая со стола важные бумаги и любимые фигурки. — Т/И! — спешишь в комнату, как только слышишь грозный рёв. Лучше не злить, иначе под раздачу могут попасть не только вещи, но и твоё тельце. — И всё-таки, какого хрена? — Джун кивает на волосы, и ты сжимаешься. Виновато опускаешь голову и глядишь под ноги, боясь ещё сильнее разозлить зверя в комнате. — Мне захотелось. Джун, они же отра… — Как я теперь должен с тобой сексом заниматься? Ты же на парня похожа! — Джун кипит, а ты думаешь о том, как бы не сгореть вместе с ним. Но вдруг вспоминаешь о тайной коробке в его шкафу и расплываешься в довольной улыбке. — Ролевые игры! — восклицаешь и, под его недоумённый взгляд, несёшься к шкафу. Выпрастываешь коробку и переворачиваешь её. У Джуна округляются глаза, а ты лишь надеваешь на голову один из париков. Золотисто-рыжие кудри обрамляют твоё личико, делая тебя похожей на сказочную принцессу. — Сегодня я могу быть златовласой Одри, скромной доченькой местного портного. А завтра белокурой Нинель, проституточкой из придорожного борделя или, — надеваешь тёмно-каштановый парик, — нимфоманкой Софи, которой мало одного раза. Как тебе, милый? Взвизгиваешь, когда Джун одной рукой закидывает тебя на плечо и шлёпает по заднице. — Договорились, Софи. Ким Тэхён Тэхён ведёт себя как мальчишка, которому запретили есть сладости на ночь: молчит, куксится, демонстративно хлопает дверьми, часами сидит в своей комнате, злой на весь белый свет. Любое его действие говорит о том, что он обижен до глубины души и не собирается мириться, пока ему не дадут заветный кусочек шоколада. На блюдце с голубой каёмочкой и тысячей извинений в придачу. Только вот, это дело так просто не решить. Не вымолить прощение шоколадными конфетами или гигантской плиткой шоколада. И иногда ты ловишь себя на мысли, что злиться он перестанет лет через пять, когда твои волосы хоть чуть-чуть отрастут. — Тэхён-а, долго ещё будешь молчать? — садишься рядом и берёшь его ладонь в свою, чтобы не сбежал. Молчит и делает вид, что не слышит. Старается показать свою заинтересованность американской комедией, где на весь экран чужие задницы. Не нравится ему, но поговорить с тобой — выше его мальчишеской натуры. — Ладно, пойду татуировку набью, — выпускаешь его ладонь и приподнимаешься с дивана, продолжая следить за его лицом. Сжимает зубы и поигрывает желваками. — Большую. Во всю спину. Мне нетрудно, — замечаешь, как бы между прочим и делаешь шаг в сторону выхода, когда крепкие руки парня хватают твои запястья и тянут в его объятья. — Никуда ты не пойдёшь, засранка. Пак Чимин Чимину нравится. Не так, что он готов сходить с ума, насколько это прекрасно. Но достаточно, чтобы каждый день говорить, что ты красивая. Он знал с самого начала, что ты девочка необычная, любишь экспериментировать со своей внешностью, поэтому после синих волос, красного каре, светло-розовых бритых висков совершенно спокойно принял твой новый образ. — Обожаю, — мурчит Чимин, гладя твои волосы, приятно покалывающие пальцы. — Так люблю твою новую причёску. — Я знаю, — хихикаешь, когда он снова ведёт ладонью по волосам. — Ты каждый день это говоришь. Чон Чонгук — Чаги, — Чонгук вернулся раньше положенного и застыл на пороге, увидев в комнате незнакомого молодого человека. — Я дома… Никогда в его отсутствие ты не приводила домой своих подруг, чего говорить о парнях-друзьях, а сейчас в комнате на диване спокойно восседает мальчишка, чертовски похожий на его любимую: курносый нос, россыпь веснушек и длинные ресницы. — Вы кто? — Чонгук теряет голос, когда ты поднимаешь на него свой взгляд и улыбаешься до боли родной улыбкой. — Это я, Чонгукки. Как тебе? — крутишь головой в стороны, демонстрируя свою новую причёску. — Хорошо, что ты. А то я в своей ориентации засомневался. — Чонгук кивнул на штаны, где сквозь плотную ткань джинсов отчётливо виднелся бугорок. — Думал, у меня теперь и на парней встаёт.