Когда-то давно...

- ..Меня Бесит!.. - начал Псих, не давая сказать Доку свое каждодневное "что вас беспокоит". - Так, стойте-стойте. Сегодня мы не будем обсуждать ваши повседневные проблемы, - хмыкнул Док, листая блокнот и останавливаясь на нужной страничке. Щелкнув ручку, он поднял глаза на Психа. Злой, пронзительный взгляд зеленых глаз на мгновение поселило в нем сомнение от своих действий. Но так нужно. В конце концов, он его психолог и он давно должен был избавить его от его проблемы. Мысль о том, что он не справляется со своими прямыми обязанностями порождает в нем стыд и чувство вины. - И что же мы будем обсуждать? - почему-то вместо нормального вопроса из его глотки вырвалось язвительное шипение. Доктор на мгновение удивился, откуда из такого маленького, сравнительно хрупкого человека, вытекают столь огромные злость и раздражение. Док засомневался еще больше. Как уже было показано несколькими ненавязчивыми вопросами ранее, Псих ненавидит, когда кто-то лезет в его личную жизнь. Особенно, в его прошлое. Кто знает, как невменяемый человек будет отвечать на столь провоцирующие вопросы? Поэтому, Док решил начать гораздо мягче, чем обычно. Он думает, парочка совершено ненавязчивых вопросов не сильно разозлит невротика. - Расскажи мне о себе... - нет, нужно было задать вопрос поконкретнее, - ... например, о том, когда ты начал замечать свое агрессивное поведение, - да, именно так. Он так и не выяснил, откуда берется начало всей этой истории с чрезмерной агрессией и нервными припадками. В ближайшее время об этом стоит разузнать. - Я не знаю. Не помню! - злобно прикрикнул Псих, явно желая, что бы разговор вернулся в свое обычное русло, с раздражающим "что вас беспокоит" и крикам о том, как его достало. Но Док пока что не собирался отступать. - Ладно, а ты точно не помнишь, например, свой первый нервный припадок? - тихо задал вопрос Док. - Мм... Думаю, что в школе. В средних классах, - глаза подернулись дымкой, а Псих словно впал в прострацию. Впрочем, зрачки невротика снова всколыхнулись, а глаза приобрели прежнюю яркость. Он стиснул зубы, явно не желая вспоминать об этом. Значит, что-то случилось в школе. Выяснять это придется долго и напряженно, поэтому Док решил перенести это как-нибудь на другой раз. Было видно, что Псих взорвется от малейшего напора, да и сам Док понимал его. Учителя, плохие оценки, конфликты с родителями, одноклассники... Причин довольно много, вообще-то. В конце концов, Док решил задать последний вопрос: - И так, это будет последний мой вопрос, прежде чем мы вернемся к обычным темам разговора, - монотонным, почти лекторским тоном начал Док, глядя, как Псих весь напрягся, словно растянутая пружина, - что именно вызвало у тебя агрессию? - самый сложный вопрос. И не факт, что его пациент ответит на него. - Это... довольно сложно, - удивительно, но Псих как-то весь расслабился и поник, словно завядший цветок. В глазах не было злости, только печаль и чувство вины, которым был пропитан изумруд этих глаз. Док удивился. На его памяти Псих никогда не был таким спокойным, пусть и грустным. Иногда да, Псих пытался казаться беззлобным и не раздражительным, но по глазам и дрожащим рукам было видно, что у него не получалось. А сейчас все как-то по-другому. Док заворожено смотрел на непривычного ему человека. - Расскажи, у нас довольно много времени. Если ты не против, конечно же... - поправился Док, видя, как напряглась спина Пациента. Но тот так и остался вялым и подавленным. - Что же... Это было, кажется, в шестом классе... Ты не подумай, меня не избивали одноклассники и не чмырили учителя. Я, конечно, не мистер-Популярность, но и не изгой. Однако, все же, у меня не было тех, кому можно было довериться, за исключением родителей, - он тепло улыбнулся, но тут же глаза его сделались бесконечно виноватыми и стыдливыми, - о, и у меня был пес! Не помню, как его зовут, то ли Шарик, то ли Бублик, но точно помню, как я его в шутку называл Грызлей. Он все всегда грыз, - Псих показался Доку почти счастливым и Док впервые почувствовал, что что-то кольнуло ему в сердце, - но его отравил мой сосед, - лицо исказилось в гримасе боли и ненависти. И все же, рассказ о его псе был не тот, который он хотел услышать. - А что насчет твоих одноклассников? - пожалуй, они были самыми главными подозреваемыми в этом деле. - Ох... ну, они не очень охотно со мной общались. Я еще тогда был немного странным, поэтому их родители не давали мне играть с ними, - он снова поник, но затем выпрямился, приветливо улыбнувшись Доку, - но, эй, со мной все же иногда разговаривали! Иногда брали меня с собой. Жалко, что стать друзьями у нас так и не вышло, - он поджал губу, задумчиво уставившись в пол, - а потом в их компании появился Дрэйк. Он иностранец, поэтому они все живо заинтересовались им. А он почему-то невзлюбил меня. Постоянно надсмехался над моим поведением, говоря, что меня нужно упечь в психбольницу, - а вот и виновник всего события... Лицо Психа почему-то стало равнодушным, лишь подрагивающие пальцы и зрачки его глаз выдавали в нем волнение. Он немного ерзал на своей кушетке и перебирал пальцы, - он настроил всех моих одноклассников против меня, - голос задрожал, - и они стали какими-то злыми и более чужими, чем прежде, - и он замолчал. - Такое часто случается, - шепчет Док, искренне сожалея ему. В конце концов, провести шесть лет с одноклассниками, а потом какой-то левый чувак изгоняет тебя из общества. - Часто случается?.. - переспросил Псих, глаза которого наливались яростным, зеленым пламенем, - Часто случается?! - отчаянно кричит он, вскакивая с кушетки, - Нет! Такого вообще не должно было случаться! Они не должны были так поступать со мной! - кричит он, надвигаясь на сжавшегося Доктора, - Они... они не должны были... и я не должен был... - он резко заткнулся, переводя дыхание. - Воды? - участливо спрашивает хозяин кабинета. Псих весь как-то меняется в лице, на котором расцвело удивленное выражение. В глазах полыхнуло тихой радостью. - Д-да... - Док не слишком понял такой реакции своего пациента, но все же протянул ему пластиковый стакан с водой. - И... как они с тобой поступили? И что сделал ты? - на удивление Дока, Псих просто сел на кушетку и продолжил. - Они ничего сначала не делали. Лишь перешептывались у меня за спиной. Я слышал иногда, что они говорили. Сумасшедший, глупый, безумный! Но все же они были правы... Это все произошло на уроке физкультуры. Я не был спортсменом, поэтому Дрэйк легко обгонял меня, когда мы бегали. Снова и снова, снова и снова. А глаза моих одноклассников наполнялись едкой насмешкой и злорадством. Как-то Дрэйк толкнул меня и я упал. Содрал все коленки. Было больно, но еще и до ужаса обидно. Поэтому я заплакал. Почему они были против меня?.. Я знаю, что я не красавчик и не умник, я знаю, что я странный и что со мной лучше не общаться... но почему именно так?.. - голос тал совсем уж дребезжащим, Док видел, что в уголках его глаз стало мокро. Тогда Док сделал то, чего никогда от себя не ожидал. Он сел на кушетку, где сидел Псих и приобнял его одной рукой, прижимая к себе. - Ты чего? - выдохнул Псих, удивленно глядя на психотерапевта. - Ничего. Просто мы ведь друзья, так? - доверительно спрашивает Док, тихо шепча почти что над самым его ухом. Псих краснеет и отворачивает лицо. Док понимает, что Психу это непривычно и чуждо, поэтому он смущен. Он и сам недопонимает свои действия. Просто сердце стучит, долбя по ребрам и крича, что нельзя его так просто оставлять. - Знаешь, они все окружили меня. Смеялись надо мной, когда как я лежал на земле и плакал. Я тогда не выдержал. Встал и бросился на Дрэйка, вереща, как раненый зверь. Я бил его кулаками, в которых почему-то оказалось слишком много силы. Его лицо было в синяках и царапинах. А все, кто были там, просто стояли и наблюдали, не пытаясь ни оттащить меня, ни хотя бы прикрыть Дрэйка. И тогда я сказал то, чего не ожидал от себя. Я помню страх и ужас в его глазах, когда я прошипел: "Тебе никто не поможет". Но, в конце концов, к нам подоспел физрук. Я оказался крайним, многие мои одноклассники, да и их родители, были напуганы и возмущены. И вскоре я оказался отчислен поставлен на учет, - зубы стиснуты, а голос дрожит, как дребезжащее стекло. Он показался Доку опустошенным и усталым. Их сеанс давно закончился и надо бы уже опустить его. - Ты можешь идти домой. Поздновато уже и... я могу тебя проводить, если ты хочешь, - говорит Док, не понимая, что именно он только что сказал. - Да, идем. И... спасибо, - тихо-тихо шепчет он. На улице зима, снег идет хлопьями. Снег белым инеем оседает на плечах на шапке Психа. Док же закутался так что были видны лишь очки с толстыми линзами. Псих резко оборачивается, лицо его было смущенно-гневным. На мгновение Док завис, глядя на красное, очевидно, от мороза, лицо. Глаза словно бы светились посреди снега, как два ярких, сверкающих изумруда. - Спасибо, за то, что проводил. Я... Я, пожалуй пойду, - и весь как-то странно зарделся. Док тоже слегка покраснел, но этого не было видно за огромным шарфом и высоком воротником. Псих засунул руку в карман. Лицо стало испуганным, а в усталых глазах виднелось раздражение. Он проверил второй карман, очевидно, так и не найдя чего-то очень важного. - Блин, блин, блин! - яростно кричит Псих, топнув с нег. - Что такое? - обеспокоенно глядит на него Док. - Я ключи забыл... - заныл Псих, расстроено скривившись. Была одна проблемка, о которой знали и Псих, и Док. Док никогда не запирает свой кабинет, его запирают дежурные, когда они уходят домой. Поэтому, было три выхода. Либо Псих ложиться спать на улице, либо обратится к друзьям, которых у него нет, либо... - Давай ты переночуешь у меня, - мягко предложил Док. Псих весь дергается, со страхом в глазах глядя на Дока. Но затем, отведя взгляд в сторону, спрашивает: - А твоя жена? - - Мы развелись, - - Оу... - Неловкий диалог прекратился и повисло напряженное молчание. - Ну так что? Будешь искать, в какой коробке переночевать, или пойдем ко мне? - спрашивает Док. - Ладно уж... пошли к тебе, - раздраженно говорит Псих, все-таки не поднимая смущенного взгляда на Дока. А Док все понимает. Понимает и румянец на щеках Психа, и необычайно привлекательный и живой блеск у него в глазах. И то, как сам хочет еще раз обнять своего пациента. А может, даже и не просто обнять... Поцеловать, например. Почувствовать его губы своими, языком прощупать его щеки и зубы, лаская руками его наряженную плоть и... Хватит. Псих просто идет к Доку на ночь. Не стоит так сильно будоражить свою фантазию. Дверь с щелчком открылась и они проходят в темную, теплую квартиру. Псих, кажется, озяб и принялся торопливо снимать с себя намокшее, тяжелое пальто, шапку и варежки. Док включил свет тоже принялся раздеваться. - Душ там, - он показал на неприметную белую дверь чуть поодаль от, видимо, кухне. Через приоткрытую дверь виден холодильник. - А там кухня, - кивнул он туда, куда смотрел Псих. - А там ты будешь спать, - пальцем он указал на другую, противоположную кухне дверь. - А ты где будешь спать? - нервничая, спросил Псих. - Либо на диване... - насмешливо-задумчиво сказал он, а после горячо и жарко выдохнул: - ... либо с тобой, - и, наблюдая за испуганно-красным лицом Психа, засмеялся и произнес: - Шутка, - Псих оценил его шутку не так высоко, как планировалось. Зато нашел в себе силы пошутить в ответ: - А я, в общем-то, не против тебя в постели, - и приблизился, дотронувшись дрожащими пальцам до плеча Дока. А затем, сделав еще робкий шаг вперед, прижался грудью к его груди. - Это была шутка? - расстроенно улыбнувшись, предположил Док. - Вообще-то, нет, - и, встав на цыпочки, Псих дотронулся губами до губ Дока. Внутри него словно захлопнулся капкан. Док тут же наклонился, прихватывая чужие губы своими собственными. Язык его без промедления скользнул за ряд зубов и дотронулся до чужого языка. Псих решил не отставать, пытаясь придавить чужой язык своим собственным. Но ничего не выходило. Док кружил вокруг него, заключал в кольцо и дразняще подныривал под него, успевая касаться кончиком его основания. Псих что-то сдавленно промычал, пальцы судорожно цеплялись за пиджак, а затем и за пуговицы, расстегивая их одну за другой. Док же нырнул по его рубашку своими широкими ладонями, оглаживая выпирающие ребра, перемещаясь на впалый живот, а затем поднимаясь вверх, к соскам, которые были похожи на твердые бусины. Псих стянул пиджак с Дока, когда они наконец-то оторвались друг от друга. Тяжело дыша, пытаясь совладать с дыханием и эрекцией, они стояли друг напротив друга, смотря в глаза. Очки Дока почему-то уже лежали на тумбочке, поэтому Психу ничего не стоило заглянуть в голубые омуты потемневших глаз. Он снова потянулся за еще одним поцелуем, когда как Док легко увлекал его за собой в комнату. Одежда раскидана по полу, а они уже лежат на застеленной кровати. Док сразу придавливает его к кровати своим весом, поглаживая одной ладонью щеку, а вторую кладя на промежность. Псих что-то пропищал, испуганно глядя, как большой палец надавливает на плоть, а затем и вся рука обхватывает основание и бешено двигается туда-сюда. Док отрывается, что бы глотнуть воздуха, но почти тут же прикладывается к шее. Мокрая дорожка от раковины ушка, до ключицы невероятно сильно возбуждает Психа. Они больше не могут терпеть, Псих ерзает под ним, непозволительно широко раздвигая ноги, а Док до синяков сильно хватается за бедра. Рука шарит в ближайшей тумбочке и он достает лубрикант, которым пользовалась его жена. Пальцы зачерпывают немного прохладную жидкость и порхающе проводят по ягодице, сползая немного в сторону и натыкаясь за звездочку ануса. Пальцы надавливают на податливый проход, но, как только первая фаланга указательного пальца проникает в его задницу, внутренние стенки сжимаются, а Псих громко и яростно шипит. - Тихи-тихо... Потерпи, это стоит того, - прошептал Док, лизнув его в ушко и упрямо вгоняя вторую фалангу, когда как первая вовсю ощупывает то, что внутри. Док снова увлекает Психа в поцелуй, но тот кусается и царапает его спину ногтями. - Больно!.. - кричит Псих, когда второй палец проникает в него. - Еще немного, - обещает Док. Псих ему не верит и подозрительно смотрит в его глаза. Грудь ходит ходуном, язык заплетается о зубы, но уже нет того возбуждения. Однако... БАМ! И что-то утянуло все вниз, к его анусу. Пальцы, непрерывно двигающиеся внутри, доставляют ему незабываемое удовольствие. Словно касаются чего-то... сокровенного. До ужаса обнаженного и чувствительного. - Давай-ка... больше, - разрешает Псих, чувствуя, что член Дока определенно лучше пальцев. И Док слушается. Док с трудом вставляет свой член в узкий проход. Немного неприятно от непривычного чувства заполненности, но вскоре первый стон срывается с его губ. Он начал двигаться и... Господи! Под закрытыми веками словно расцветали тысячи фейерверков. Головка члена безошибочно натыкалась на простату, причиняя Психу сладкие судороги от наслаждения. Спина пациента выгнулась, когда Док, схватившись за член Психа, принялся яростно тереть его. Три... Псих выгнулся еще сильнее, зрачки его глаз закатились, а изо рта вылетают протяжные стоны. Док чувствует, что еще осталось еще чуть-чуть и он кончит. Два... Псих чувствует, что узел в низу его живота затягивается все сильнее и сильнее. Док сходит с ума от того, как стеки напрягшегося ануса сжимают его член. Один... Псих кончает прямо в кулак Доку и обессиленно растягивается на кровати. Док быстро высунул свой член, еле успевая не кончить в зад своему пациенту. - Черт... Это было шикарно... - задыхаясь, мямлит Псих, поворачиваясь к Доку. Сквозь темноту видны счастливые, мерцающие изумрудные глаза. - Псих, я думаю, ты понимаешь к чему все это ведет? - усмехнувшись, спрашивает Док. - Да, я тоже люблю тебя, - тянет Псих и обнимает Дока, уткнувшись ему в грудь. "Спасибо..." - хочет сказать Псих, но засыпает.