Тем, кто сводит с ума

Незуми прошел в холл, захлопывая за собой двери. Тут же на плечи навалилась вся та усталость, которую он благополучно сдерживал во время утомительных гастролей. Две недели непрерывной работы по двадцать часов в сутки за сотни километров от дома — испытание на выносливость, но результат того стоил. Тишина и спокойствие этого дома, будто изолированный от окружающей суеты мир, который необходимо было оставить для того, чтобы по возвращении вновь испытать эти чувства. Незуми постоял немного в холле, наслаждаясь одиночеством, которым любой человек, приобретая известность, начинал особо дорожить. Во всех комнатах уже был погашен свет, позволяя ночи беспрепятственно окутывать их мраком. Тишина была такой густой, что даже из холла был слышен ход часов в гостиной, равнодушно отсчитывающих секунды — мельчайшие дары времени. В данный момент они единственные составляли компанию Незуми, бодрствующему в столь поздний час. Ему хотелось поскорей оказаться в постели, прижаться к Сиону, который, находясь во власти снов, не заметил его возвращения, но инстинктивно потянулся бы навстречу его теплу, как поступал всегда. Заснуть рядом с любимым — вещь, не терпящая отлагательств, однако, для начала Незуми бесшумно проскользнул на кухню, надеясь наконец избавиться от донимающей всю дорогу домой жажды. В идеале отыскать на полках любимый гранатовый сок, но и обычная вода вполне сошла бы, на худой конец сгодилось даже соевое молоко — любимый напиток Сиона. Глаза Незуми привыкли к темноте, но мужчина был так уверен в том, что находился здесь в одиночестве, что до последнего не замечал замершую возле стола фигуру, пока благополучно не наткнулся на нее. Шарахнувшись назад, он поспешно щелкнул выключателем, наполняя кухню неестественно ярким желтоватым светом. Опираясь одной рукой о стол, светловолосый мужчина растерянно покосился на Незуми. — О, Боги, что ты тут бродишь, неспокойная тень отца Гамлета?! — воскликнул, не сдержавшись, Незуми.  — Это я, Сион, — тихо отозвался мужчина, все так же поглядывая на Незуми своими воспаленными с вкраплениями кровеносных сосудов на тусклых белках глазами.  — Я понял, — кивнул Незуми, — почему ты не спишь так поздно? Сион сделал неловкое движение в его сторону, а Незуми рефлекторно отодвинулся, чем заслужил недовольное восклицание: — Я вообще-то хотел обнять тебя!  — Прости, — поспешил оправдаться мужчина, — но со стороны это больше походило на намерение на меня свалиться.  — Неужели всё настолько плохо? — Сион, слегка пошатываясь, подошел к зеркалу, висевшему в коридоре, и на некоторое время замолчал, оценивая свое отражение, — так и есть, ты и то выглядишь лучше с многочасовой дороги. — Прошу заметить, — отозвался Незуми, уже вытаскивая из холодильника пакет сока и отвинчивая крышку, — я при любых обстоятельствах выгляжу лучше тебя. Что? Неужели это прозвучало слишком самовлюбленно? — Более чем, — кивнул Сион, устало опускаясь на стул.  — Извини, — смутился Незуми, — я правда борюсь с этим. — Он вновь поднес к губам сок, не сводя при этом настороженного взгляда с Сиона. Его возлюбленный выглядел так, будто не ложился спать со времен его отъезда. — Так что с тобой произошло? Сион отнял ладони от лица, и устало посмотрел на него: — Я ждал тебя. — С каких пор ты не спишь? Боюсь тебе напоминать, что я уехал более десяти дней назад, и если ты не вознамерен идти на рекорд, то мне очень хочется узнать причину.  — Как же я скучал по тебе, Незуми, — усмехаясь, произнес мужчина, — я и правду последние двое суток практически не спал, — на этих словах он невольно сжал руки в кулаки и продолжил совсем тихо, — не могу избавиться от кошмаров. — Кошмары вовсе не повод пренебрегать сном, — Незуми отставил наконец от себя пустой пакет и неторопливо прошел мимо Сиона в холл к своей дорожной сумке. Покопавшись в ней немного, он вынес на свет небольшой бутылек и высыпал оттуда несколько таблеток. — Вот, — он протянул их Сиону, — прими это. — И что это? — поинтересовался Сион, подозрительно косясь на непрозрачный бутылек в руках Незуми. — Позволишь прочитать инструкцию? — Не нужно, — уклончиво отозвался Незуми, ловко пряча его в карман. — Я, если ты не забыл, разбираюсь немного в лекарствах, и моя мама… — Именно поэтому я и сказал, что не нужно тебе знать. Они помогут заснуть, избавят от кошмаров, на утро будешь здоров и бодр. Поверь мне, это универсальное средство от всех недугов. — Неужели нашел панацею? — хмыкнул Сион, — что же, лучше мне и вправду не знать, что это, — и он разом заглотнул таблетки, не обращая внимания на противный металлический привкус. — Главное, чтобы ты не увлекался этим. — Не волнуйся, я взрослый мальчик и знаю, когда нужно остановиться. Поймав на себе настороженный взгляд Сиона, Незуми нахмурился: — Все еще не доверяешь мне? Это после стольких-то лет, проведенных вместе? — Ну, учитывая твои извечные гастроли, можно смело разделить этот срок надвое. — Ты же знаешь, что я не могу выбирать между тобой и работой! — Незуми осекся, чувствуя, как раздражение накатывает на него с силой, которую трудно было сдерживать. Он закрыл на мгновение глаза, а потом вновь посмотрел на Сиона: — Когда-то ты обещал мне, что смиришься с этим. — Но я не давал обещания не переживать за тебя, и не скучать всякий раз когда ты бросаешь меня — тоже. Сион потер слипающиеся глаза, усталость давала о себе знать — он стал нервным и недоверчивым. И вместо того, чтобы сейчас радоваться возвращению Незуми, он вел себя как последний идиот. — Что же, не так я представлял себе нашу встречу, — пробормотал Незуми, обхватывая себя за плечи, будто чувствуя холод. — Я тоже, — кивнул Сион и протянул к нему руки, — попробуем еще раз? Позволишь мне обнять тебя, пока твои чудо-таблетки еще не начали действовать? Незуми улыбнулся и подошел к нему, кладя ладони на плечи. Сион обвил руками его талию, прижимаясь щекой к груди и чувствуя, как равномерно отбивает свой ритм сердце. — Я люблю тебя, — прошептал, едва задевая губами ткань рубашки. — И я тебя, чудик.

***

Будто повинуясь чьей-то указке, Сион открыл глаза. Утренний свет едва просачивался сквозь колышущиеся от сквозняка занавески, а через неплотно прикрытую дверь с кухни тянуло насыщенным ароматом кофе. Осознав, что голова не раскалывается от давящей боли, не отпускавшей его последние дни, а разум достаточно ясен, Сион воздал мысленную благодарность богам. Приподнявшись в кровати, он улыбнулся Незуми, сидящему рядом с книжкой в руках. — Какой взъерошенный вид. Твои волосы выглядят так, будто на них всю ночь тренировались парикмахеры-практиканты. — И тебе доброе утро, Незуми, — Сион потянулся, чтобы поцеловать своего возлюбленного, а потом расслабленно повалился обратно на подушку. — Ты хоть поспал немного? — Часа три, — отозвался Незуми, откладывая книгу в сторону, — но поверь, за последние две недели это были самые спокойные часы моего отдыха. После душа спускайся в кухню, завтрак на столе. Я не зря назвал тебя ночью тенью — тебе просто необходимо подкрепиться. — Я уже говорил, как сильно тебя люблю? — поинтересовался Сион, протягивая руку и поглаживая Незуми по щеке. Мужчина перехватил его ладонь и склонился к нему: — Надеюсь, ты докажешь мне эти слова, когда наберешься сил. — К сожалению, нам двоим придется немного подождать, — вздохнул Сион, отодвигаясь от него и вставая с кровати. — Мне сегодня нужно на работу. — Я надеялся, что в этот раз ты останешься дома со мной, — протянул Незуми, наблюдая, как мужчина разыскивает в платяном шкафу свое полотенце. На лице его возлюбленного заиграла улыбка, которую с большой натяжкой Незуми бы назвал коварной. — Не ты один дорожишь своей профессией, Незуми. К тому же, у меня на сегодня запланирован осмотр, который я не могу перенести. — Ну что же, удачи тебе с твоими визжащими, скулящими, мяукающими и издающими прочие нелицеприятные звуки клиентами, ради которых ты жертвуешь общением со мной, — ухмыльнулся мужчина, лениво потягиваясь на кровати. Скользнув взглядом по грациозному телу своего возлюбленного, который не обременял себя с утра лишней одеждой, Сион в который раз пожалел о своей излишней добросовестности. Но что поделать, его и в самом деле ждала клиентка.