Pinot Grigio

Пригород Нью-Йорка. Много изумрудной зелени, уютных двухэтажных коттеджей, гладко выстриженных лужаек и припаркованных машин на подъездных дорожках. Прохладный вечер субботы, с яркими крапинками звезд на черничном небе. Здесь, вдали от шума машин, голосов пьяных компаний и громкой музыки из баров, оглушительно тихо и спокойно. На крыше одного из коттеджей сидят два молодых человека на плетеных креслах, укрываясь теплыми пледами в шотландскую клетку, держа в руках белые чашки с синими акварельными подтеками, рядом с ними, на поребрике, стоит запотевшая бутылка Pinot Grigio, пустая на четверть. Отсюда открывается потрясающий вид на небо и разноцветные огни Мегаполиса вдали. В полумраке вечера слышны редкие приглушённые голоса, прорезающие прохладный прозрачный воздух. — У тебя замечательная семья, — тихо произносит Магнус, нежно улыбаясь звездам. — Ты серьезно? — Алек переводит взгляд с чашки в руках на своего молодого человека. Запрокинутая голова, острая линия подбородка и челюсти, смуглая кожа, посеребрённая звездами, горящие зеленые глаза в сумраке. Прекрасен, оторваться физически невозможно. — Мама обрызгала тебя соусом с ложки с самого порога, когда полезла к тебе обниматься, папа с серьезным видом весь вечер приговаривал, что "не дай Бог ты меня обидишь", словно я девушка какая-то, он тебя "из-под земли достанет", Иззи задавала провокационные вопросы, ее даже Саймон не смог угомонить, а Джейс отпускал не менее пошленькие шуточки, отчего на одной из них у Клэри пошел пузырями чай носом. — Потрясающая семья, — легкий смешок теряется в чашке с вином. — Ничего не скажешь, — вздыхает Алек, кутаясь плотнее в плед. Мягкая тишина накрыла крышу, лишь шуршание листьев на ветру и лай собаки в соседнем доме. Сегодня прошло знакомство Магнуса Бейна с семьей его парня Александра, и это он запомнит надолго. Буря эмоций, шквал смеха, обоюдных подколов и нежных слов. Все было прекрасно. — Они безумно тебя любят. Веселый семейный вечер перетек в прохладную полночь. Сейчас они сидят на крыше дома Алека, в уютной и комфортной тишине попивая вино из чашек, любуясь звездами и друг другом. — И поэтому показали альбом с детскими фотографиями, — недовольное бурчание теряется в тишине вечера. — Зато, когда я еще увижу такое огромное количество голенького Александра Лайтвуда, — Магнус наблюдает как на щеках парня появляется румянец. — Прекрати, — Алек легонько бьет Бейна по коленке. Они встретились совершенно невообразимо. Просто в один снежный декабрьский вечер Александр так смешно поскользнулся, взмахнув бумажным пакетом с мандаринами, смачно упав, а заодно и прихватив с собой Магнуса. В итоге они оба растянулись на тротуаре в россыпи прилетевших из пакета оранжевых фруктов. У них не было шансов. Любовь накрыла их с головой и без остатка, завалила цитрусовыми. — Ты их очаровал, — нарушая тишину произносит Алек. Магнус отвлекается от созерцания огней большого города смотря прямо в кристально-голубоватые глаза, в которых отражается восторг с примесью теплоты. Таких неземных и крылатых чувств не бывает, думал Бейн, пока не встретил неуклюжего, под два метра ростом, медвежонка. — Ради тебя, mi amor. Александр допивает вино одним глотком, тянется за бутылкой, наливая себе, Магнус подставляет свою чашку тоже. Чуть кисловатый вкус вина щиплет губы, а его минусовая температура холодит пальцы. Они опять молчат, каждый думая о своем. Ветер немного усиливается, посылая по телу мурашки. — Как же тут хорошо. — Это что - слуховые галлюцинации? — Алек подгибает под себя ноги, не отрывая удивленных глаз от Магнуса. — Ушам своим не верю. Магнус тоже изворачивается на кресле, запутываясь в пледе, ныряя вперед, утыкаясь носом в плечо парня, чудом не разливая вино. Смешки заполняют крышу, отталкиваясь от соседних домов, подхваченные порывом ветра. — Ты заразил меня своей неуклюжестью, — слова звучат приглушённо, от того, что Бейн все еще утыкается носом в плечо. — Ну конечно, — Александр закатывает глаза, целуя парня в голову. — Хочешь здесь остаться? — Возможно, — Магнус поднимает голову, чтобы заглянуть в такие любимые глаза. — Только чуть позже. Может, купить здесь дом, жить с тобой, воспитывать наших детей, завести собаку и перевезти Председателя. Встречать заснеженное Рождество и праздновать все Дни рождения. — Мне нравится, — нежная улыбка и легкий поцелуй, согревающий губы. — Будем уютной Американской семьей. Еще рано думать о женитьбе, ведь они встречаются всего лишь полгода. Но уже сейчас Александр не представляет жизни без Магнуса, а Магнус, в свою очередь, впервые задумался о семье. Они - всё, что есть друг у друга. Они безумно любят друг друга. — Люблю тебя, — Бейн прижимается к такому теплому и родному телу. — Бесконечно, — Александр берет свободную от чашки руку парня, поднося к губам, согревая чуть замерзшие пальцы. Вино медленно убывает, чуть пьяня разум и полностью расслабляя тело. Хотя присутствие рядом любимого человека пьянит куда больше. Темное ночное небо переливается, мерцает миллиардами мелких крапинок, успокаивая, забирая на свои волны эйфории. Смотря на такую красоту, чувствуешь себя легким как пушинка, и не хочется ни о чем думать, просто наслаждаться моментом. Великолепно.  — Макс любил смотреть на звезды, — голос звучит отстраненно, словно не здесь. — Я часто находил его на крыше, после того как его укладывали спать. Закутанный в огромное белое одеяло, зачарованно наблюдал, как падают звезды. Магнус чуть пошевелился, припадая губами к плечу и крепче сжимая руку Александра. В голубых глазах мерцали горечь и нежность одновременно. Эта тема была под запретом в семье Лайтвуд. Все произошло не так давно и эмоции слишком сильны, чтобы говорить об этом спокойно. — Ты расскажешь мне о нем? — Магнус осторожно заглядывает в такие любимые глаза, боясь спугнуть. Все настолько хрупкое и зыбкое, что страшно даже дышать. Слишком болезненно. — Ему было десять, и он был самым счастливым ребенком на свете, — тяжелый вдох и рваный выдох. Магнус плотнее прижимается к молодому человеку. — Ты бы видел, как он заливался от смеха, когда ему удавалось подшутить над Иззи. Я никогда не забуду его смех. Алек неосознанно притягивает к себе парня, боясь потерять и его тоже. Потеря родного человека оставила огромную дыру в сердце и панический страх. — Лейкемия, — одно слово срывается с горьких от вина губ и Магнуса просто сносит лавина боли. Одним движением Бейн подхватывает сломленного парня, усаживая к себе на колени, закутывая в плед и крепко прижимая к груди. Сильные руки обхватывают моментально, а холодный нос утыкается в шею. Время словно застыло. Чашки стоят рядом с полупустой бутылкой Pinot Grigio. Прохлада витает в воздухе. — Он оставался сильным до конца, — шепчет Александр. — Макс никому не разрешал плакать. Такой маленький и такой неимоверно сильный. Все его слушались. Рядом с ним никто не проронил и слезинки. Хороший мальчик в хреновой ситуации. Сильным до конца. Магнус видит, как тоска Александра становится его богатством. Он изливает душу и это делает его сильнее. Болезненно, но всё-таки сильнее в этом суровом мире. Их накрывает молчание, уже и не сосчитать, какой раз за вечер. Но это молчание дает подумать о жизни, прошлом, настоящем и будущем. Возможность почувствовать поддержку, любовь и тепло. Как бы сильно ни было больно, этот вечер открыл маленькие дверцы сокровенного, частично разрушил возведенные стены. Два молодых человека стали еще ближе. Не в плане секса, а в плане понимания и души. У каждого из них появился еще один родной человек. — Я рядом, мой сладкий Александр. — Спасибо. Остаток вина они выпивают в объятиях, коконе из пледов и комфортной тишине. Сейчас им больше ничего не нужно. Просто наслаждаться моментом, пока это возможно. Звездное небо продолжает мерцать, как и огни Нью-Йорка. Ночь окончательно укутала пригород, усыпляя жителей. Завтра начнется новый день.