Невеста Мага

Больно терять родных. Моего отца убили на моих глазах. Мы Сумеречные Охотники и смерть нас не пугает — на охоте может случиться всякое. Но моего отца убили не демоны, вампиры или оборотни, Нет. Мой отец был лучшим среди нефилимов. Его уважали, боялись, ценили. К его мнению прислушивались. Он был человеком прямолинейным — это его и сгубило. Мой отец считал, что Конклав прогнил, превратился в бюрократическую единицу. У него и его идеи были сторонники, предлагавшие пути решения проблем. Реформы. Но никто не хотел их слушать! Моего отца объявили предателем. Решение было принято заочно. Как-то раз, ночью, к нашему дому пришли охотники во главе с Консулом и Инквизитором. Они убили его! На моих глазах и моей младшей сестры! Меня зовут Джонатан Кристофер Моргенштерн! Мой отец — Валентин Моргенштерн — великий человек! Мне было пятнадцать, когда все случилось. Через несколько дней наша мать покончила с собой. Так нам сказали. Но я не верю! Слышите, не верю! Мама слишком любила меня и сестру, она была сильной женщиной. Я уверен, что ее убили! Мама всегда была на стороне отца, разделяла его взгляды. Она любила его. Джослин и Валентин Моргенштерн любили друг друга, и даже смерть не разлучит их. Я не мог больше находиться среди людей предавших нас. Я собрал вещи, взял сестру и в туже ночь мы покинули Идрис. Моей сестре было двенадцать. Но в тот же день она исчезла. Я переехал в Нью-Йорк: в этом городе жили Лайтвуды. Роберт и Мариза были сторонниками идей моего отца и с радостью приняли меня к себе. У Лайтвудов было двое своих детей — Александр и Изабель. Так же с ними жил парень — Джейс Эрондейл, чьего отца постигла та же участь, что и нашего. А ведь парень только на год старше Клариссы. Эти люди стали для меня семьёй. Я пытался найти сестру, но не одного ее следа я не нашел. прошло 7 лет… Моя жизнь круто перевернулась за это время. Я не забывал о сестре, но бросил попытки искать ее. Алек и Джейс мне как братья. Мы всегда вместе. Наша жизнь никогда не бывает скучной. Мы сидели вчетвером в гостиной Института, когда Изабель предложила развлечься: — Мальчики, как на счет того, чтобы сходить в клуб? — Иззи… — ее старший брат не очень любил такие места. — Алек пойдем, будет весело. Кстати, группа Саймона там сегодня выступает — Серьёзно? — когда-то Саймон тоже был охотником, но его обратили. Сейчас он вампир. Саймон Льюис относился к тому типу нефилимов, которые не ставят себя выше примитивных. Он ходил в примитивную школу, дружил с обычными людьми и при этом был отличным охотником. Джейс и Саймон были хорошими друзьями, но первый не особо верил в музыкальный талант Льюиса. — Кто-то пустил их в свой клуб? Ты уверена, что это заведение заслуживает нашего внимания? — «panDEMONium» — это шикарное место — в дверях стоял Саймон. Он был единственным вампиром, кто мог находиться на территории Института. — Я слышал об этом месте — Джейс подался вперед. — Как Магнус пустил вас туда? — У меня свои пути к его сердцу, — Льюис хитро улыбнулся — Насколько я помню, Бейн не пускает в свой клуб Охотников — Джон, не будь занудой, — обратилась ко мне Изабель, — Он же сказал: у него свои пути к Бейну имеются. — Ну ладно — сдаюсь я — Алек? — брюнетка смотрит на своего брата. Тот тяжело вздыхает и соглашается. Несмотря на то, что Изабель Лайтвуд была в нашей компании самая младшая — никто не мог ей перечить. — Отлично, — девушка резко поднимается и хлопает в ладоши. — Тогда все живо одеваться. Через полчаса всем быть в холле

***

Когда мы подошли к клубу, то увидели огромную живую очередь, поворачивающуюся на углу. У входа большой плакат — афиша сегодняшнего выступления. Помимо группы Саймона, сегодня играет еще четыре. Льюис выходит встречать нас на улицу, что избавило от необходимости стоять в очереди. По толпе проносится недовольный рокот. В это клуб приходят все: примитивны, вампиры, оборотни, фэйри, маги, но нет ни одного Охотника. При этом здесь всегда порядок. Не было ни одного инцидента, нападения или чего-то подобного в клубе или на прилегающей к нему территории. — Что-то не припомню, что бы пускал в мой клуб нефилимов — голос хозяина я узнаю везде. Сколько я оббивал порог дома Магнуса Бейна, сколько упрашивал помочь найти сестру — он отказывался, настойчиво рекомендовал отказаться от этой идеи. — Это я их позвал, — Саймон стоит рядом и мило улыбается. — Один вечер Магнус — Она будет против, — голос мага становится серьёзнее — Я с этим как-нибудь разберусь — Ну, смотри, я тебя предупредил Маг окидывает нас взглядом, задерживаясь на мне дольше остальных и исчезает. Клуб был огромный: сцена, две барные стойки, между которыми раскинулся танцпол, вплотную примыкающий к сцене. Возле входа две лестницы, ведущие на второй, а потом и третий этаж к правой и левой половине клуба, соединенных переходами. Барные стойки и мягкие диваны: если на третий этаж попасть мог любой, то второй предназначался для особых гостей. Саймон забронировал нам самый лучший столик — ближний к сцене по правой стороне. — Мне пора, — улыбнулся вампир. — Не скучайте Он исчез среди людей и через несколько минут стоял на сцене. Пока группа настраивалась, в клубе играла незамысловатая музыка. К нам подошла официантка — фея. Заостренные уши и розовая кожа. Приняв у нас заказ, удалилась к бару. — Всем привет — привлек внимание толпы солист группы. Он был оборотнем, но остальные ее участники — примитивные. Неудивительно, что они выступают именно здесь. Бегло осмотрев остальных посетителей второго этажа, я увидел хозяина. Магнус Бейн сидел за таким же столиком, но по левой стороне в компании брюнетки. Девушка была одета в светлый топ на бретельках и кожаные брюки. Открытые участки тела были исписаны замысловатыми татуировками. Руны! — Говоришь, не пускает нефилимов? — Джейс тоже ее увидел. — Или это просто тату, или пассия Бейна — Охотница. — Я ничего не слышал об охотниках в Нью-Йорке, кроме тех, кто живут в Институте — Алека эта девчонка тоже заинтересовала. Изабель обиженно фыркнула: она была единственной девочкой среди нашей компании. Спутница верховного мага Бруклина, не отрываясь, смотрела на сцену. Нежась в объятиях мага, она улыбалась и потягивала виски. Фея вернулась с нашим заказом, выставляя его на стол, группа заиграла, заполняя зал музыкой. Остальные потеряли интерес к нефилимке, но мне она казалась знакомой.