Фотоальбом
30 октября 2016 г., 20:52
Вечер. За окнами тихо кружат снежинки, ложась на крыши домов, дорожки, заборы, карнизы и делая все вокруг белым. Скоро Рождество. Волшебству пора появиться в городе. Послезавтра Сочельник и Нью-Йорк, раскрашенный огнями и увешенный гирляндами, превращается в сказку.
Двое мужчин сидят в гостиной у камина прямо на полу, прислонившись спиной к креслу. Перед ними стоят два бокала вина. В камине потрескивают дрова. Они кутаются в плед и перебирают старые фотографии. Сегодня у них очередная годовщина свадьбы. Они празднуют эту дату каждый год, никогда не изменяя традиции. Сегодня они решили не ходить никуда, не устраивать вечеринку, а просто остались дома, чтобы насладиться компанией друг друга. Они оба взяли отпуск на рождественские каникулы. В общем-то, оба могут себе это позволить.
Магнус Лайтвуд-Бейн — успешный архитектор и владелец собственной строительной фирмы. Его дома стоят уже по всему штату. Его проекты покупают самые крупные холдинги и самые богатые жители Нью-Йорка, да и не только.
Александр Лайтвуд-Бейн — не менее успешный юрист, его фирма оказывает услуги по сопровождению сделок, договоров с недвижимостью, а также защиту в суде. На него работают одни из лучших адвокатов города.
Но эти двое успешных и независимых мужчин не могут отказать себе, чтобы провести эту рождественскую неделю вместе, не отвлекаясь на работу и бизнес. Они каждый год отменяют все дела, отключают телефоны, доверяя ведение дел в компаниях своим заместителям, и крадут это время для семьи. И каждый год за два дня до сочельника они отмечают свой маленький праздник.
Сейчас они сидят рядом, листают фотографии и вспоминают разные моменты своей жизни. Это, наверное, самая тихая вечеринка по поводу их бракосочетания. Даже Изабель, сестре Алека, не удалось в этом году уговорить их устроить что-то более грандиозное. Хотя, она пустила в ход все свое обаяние. И раньше бы ей это удалось. По крайней мере, Магнус всегда сам любил шумные посиделки, он бы точно согласился еще пару лет назад. Но в этом году именно он настоял, чтобы они остались дома. И это совершенно не говорит о его возрасте, ведь мужчина в тридцать два находится в самом расцвете сил, как говорится. Просто он очень хотел посвятить весь день своей семье и своему любимому Александру.
— Налей еще вина, сладкий, — обращается он к Алеку, и тот улыбается ему.
Он знает, что Магнус просит его не потому, что хочет еще вина, а потому, что хочет почувствовать его заботу. И Алек не может не улыбаться. Он обожает своего мужа. Вообще это слово — муж — для него как бальзам на душу. Этот прекрасный мужчина принадлежит ему, как и он сам — этому мужчине. Он не перестает любоваться своим мужем и не понимает, за что ему досталось такое сокровище.
Магнус улыбается в ответ и приподнимает бровь, дразня Алека. Он знает, что тот любит, когда он так делает. И это вызывает именно тот эффект, которого он ждал. Алек придвигается ближе и целует его. Они нежно ласкают губы друг друга, прикусывают их, облизывают, наслаждаются. Эти ласки стали привычными, но не потеряли красок за все годы их знакомства. Алек приоткрывает рот и впускает язык Магнуса. Они сталкиваются языками, и оба дружно втягивают воздух. Их никогда не перестанут возбуждать такие моменты.
Магнус кладет руку на шею мужа, притягивая его еще ближе. А Алек в ответ больно оттягивает ему волосы. Магнус кусает язык Алека, и тот разрывает поцелуй.
— Магнус! — шипит он. — Мне же больно!
— Да брось ты, — отвечает тот, щурясь от сдерживаемого смеха. — Ты же любишь, когда я немного грубый…
Алек краснеет. Он, наверное, никогда не привыкнет к такому вот открытому выражению чувств мужа. Хотя, за то время, что они знакомы, он уже научился не реагировать так остро на все пошлые шуточки Магнуса.
Алек не успевает ничего ответить, как в гостиную влетает огромный шоколадного цвета лабрадор. Он сразу же мчится к хозяевам, виляя от радости хвостом и оставляя грязные следы по всему ковру.
— Руни! (1) — слышится голос из прихожей, а потом в комнату влетает мальчишка в наполовину расстегнутой куртке, правда уже без ботинок, и виновато уставившись на погром, устроенный псом, говорит. — Пап, он не специально!
— Рафаэль, сколько раз я тебя просил, держи его на поводке, пока не помыл ему лапы после прогулки, — отвечает Алек.
— Я держал, но он такой сильный! — немного обиженно произносит мальчик.
— Дорогой, не ругайся, этот зверь стал действительно слишком большим для мальчиков. — Магнус лукаво смотрит на мужа. — А я ведь предлагал завести какую-нибудь маленькую собачку…
— Ладно. Раздевайтесь, мойте руки и идите сюда. Будем есть торт, — говорит Алек, поднимаясь с места и беря пса за ошейник. — Магнус, поставь чайник, пожалуйста, а я пойду, помою этого медведя.
— Слушаюсь и повинуюсь, — Магнус тоже поднимается с места и бросает на мужа полный любви взгляд.
Через полчаса они сидят на полу в гостиной уже вчетвером, окружив маленький журнальный столик. Магнус с Алеком сидят друг напротив друга и потягивают вино из бокалов, наблюдая как два их сына — Рафаэль и Макс — уплетают торт с чаем.
— А что сегодня за день? — спрашивает Макс, — Я думал, что торт будет на Рождество.
Алек с Магнусом переглядываются, и Алек кивает мужу, передавая ему инициативу. Тот наигранно закатывает глаза и, повернувшись к сыну, говорит:
— Сегодня годовщина нашей свадьбы.
— Да? Я и забыл. Поздравляю.
— Спасибо, — смеется Магнус. — Именно поэтому ваш отец решил купить этот вкусный тортик.
— Ох, давайте почаще что-нибудь праздновать. Мне нравится есть на полу! — восклицает Рафаэль.
На этот раз смеются уже все. А Рафаэль украдкой дает собаке облизать тарелку.
— Рафаэль, — строго говорит Алек. — Не корми его сладким, ты же помнишь, как он болел недавно, когда наелся клубники.
— Ну, пап, он же тоже хочет отпраздновать.
— Именно поэтому я положил ему целую миску праздничного корма.
— Но это же обычный корм, — сокрушается мальчик.
— Да, корм обычный, но сегодня праздник, поэтому даже обычный корм может быть праздничным.
— Это слабый аргумент, милый, — откровенно веселясь, говорит Магнус. — Руни вряд ли заметит разницу.
Все, включая собаку, смотрят на Алека, ожидая, что он сдастся.
— Нет, — говорит он твердо. — Мы не будем кормить его тортом, — а потом, обернувшись к Максу, который уже открывает рот, чтобы что-то сказать, добавляет. — И Мияко (2) тоже не получит торт.
Алек смотрит, как мальчик нежно гладит черную кошку, свернувшуюся у него на коленях, и качает головой. Потом переводит взгляд на мужа и видит его довольную улыбку.
— Мог бы и поддержать меня, — говорит Алек укоризненно.
— Ох, милый, ты же знаешь, я и сам как кот, поэтому не могу отказать себе подобным.
После этих слов уже все семейство дружно хохочет.
Потом они убирают остатки торта и рассаживаются около камина. Макс забирается на кресло, усаживая на колени свою кошку. Магнус опирается о кресло спиной, к нему в ноги усаживается Рафаэль. А Алек устраивается рядом. К нему тут же подбегает лабрадор и кладет голову на колени. Алек треплет собаку за ушами. Они очень любят друг друга, несмотря на всю строгость Алека к собаке. Ведь чаще всего именно он гуляет с псом. Он, конечно, пытается воспитывать в сыне ответственность, добиваясь, чтобы Рафаэль сам выгуливал Руни днем и вечером. Но с утра у него просто нет никаких моральных сил будить ребенка. Поэтому эта обязанность плавно перекладывается на его плечи.
— Как дела в школе? — спрашивает он у мальчиков.
— О, нет, пап, давай не будем про учебу. У вас же праздник! — Рафаэль строит мученическую гримасу.
— Что ты опять натворил? — спрашивает Магнус, шутливо ущипнув парнишку.
— Ничего, честно.
— Было бы неплохо для разнообразия, — отвечает ему Алек.
— Я, между прочим, играю в рождественской пьесе завтра. Хотел вас обоих пригласить. А теперь, даже и не знаю…
Магнус с Алеком переглядываются, пытаясь сохранить серьезное выражение на лицах.
— Извини. Что мы должны сделать, чтобы ты простил нам наше недоверие? — говорит Магнус серьезно.
— Может, еще кусочек торта? — отвечает Макс за брата.
— Ох, попрошайки, берите уже! — смеется Алек.
Рафаэль подрывается с места и бежит на кухню за добавкой. А Макс тем временем берет один из альбомов, оставленных родителями на кресле, и начинает его листать.
— Что это вы тут смотрели? — спрашивает он.
— Просто старые фотографии, — говорит Магнус.
— Без меня не смотреть! — кричит Рафаэль и врывается в гостиную.
Он плюхается обратно рядом с Магнусом и, отдав одну тарелку из рук брату, тоже берет один из альбомов, раскрывая на первой попавшейся странице.
— Где это вы? — спрашивает он Магнуса, показывая ему снимок, где они с Алеком стоят на фоне гор.
— Это Мон-Тремблан, горнолыжный курорт в Канаде, — отвечает Магнус, и его тут же перебивает Макс, показывая на фотографию в своем альбоме:
— А это?
Магнус переводит взгляд туда и широко улыбается, увидев фотографию, где они с Алеком, еще совсем молодые мальчишки, залезли на пожарную лестницу какого-то здания вместе с Джейсом и Рафаэлем. Тогда они решили, что это будет отличная фотография, но одна из бдительных старушек, услышавшая шум в два часа ночи, высунулась из окна и «спустила на них таких собак», что парни практически попрыгали обратно на землю и припустили бегом по ближайшей улице.
— А это — после выпускного бала в старшей школе, — отвечает за мужа Алек, тоже рассмеявшись, смотря старое фото.
— А как вы познакомились? — спрашивает Рафаэль.
— Ты слышал эту историю уже много раз, Рафа, — отзывается Алек.
— Ну, пап, расскажите, — Рафаэль делает невинное выражение лица и смотрит на отца, хлопая ресничками.
— Боже, тебе нельзя общаться с тетей Изабель! — Алек хохочет, видя эту картину.
— А мне тоже интересно, — говорит со своего места Макс.
— Хорошо, — соглашается Магнус. — Только нам с папой нужно еще вина.
Он поднимается и отправляется на кухню, чтобы откупорить еще одну бутылку. А потом устраивается обратно, протягивая мужу бокал вина, и в очередной раз пересказывает мальчишкам историю их знакомства.
(1) Руни — кличка собаке дана в честь английского футболиста Уэйна Марка Руни.
(2) Мияко — кличка кошки в переводе с японского означает «ночной ребенок».
