Родители
6 ноября 2016 г., 20:49
12 лет назад
Алек почти бежал по дорожке к такому знакомому дому, в котором не был уже несколько месяцев. Он специально прилетел сегодня из Лондона, бросив все дела, потому что не мог поступить иначе. Один телефонный звонок от Изабель решил все за него. Он притормозил у двери и нажал на кнопку звонка. Дверь открылась так быстро, как будто кто-то стоял на пороге. Этим человеком оказался Рагнор Фелл. Но Алек даже не обратил внимания на мужчину, на автомате ответив на приветствие. Он смотрел только на него. Магнус Бейн, его любимый человек, сидел на спинке дивана в гостиной. И Алеку буквально разорвала сердце эта картина. Потому что сейчас Магнус не был похож на самого себя. И дело было не в том, как он выглядел, а в том, как смотрел вокруг. Без жизни, без интереса, без эмоций. Алек никогда не смог бы забыть этот момент. Его буквально накрыло осознание. Он понял, какими глупыми были их ссоры. Понял, насколько больно делал этому человеку, когда не отвечал на его сообщения и звонки, даже, когда Бейн поздравлял его с Днем рождения. Ему и самому было больно. И сейчас он осознавал, что вся его ревность не имеет, на самом деле, никакого значения, потому что нет на свете человека, который был бы ему дороже. Потому что он не смог бы и не захотел быть ни с кем другим. Алек шагнул вперед, подходя к Магнусу ближе, и присел возле его ног на колени. Он не мог ничего сказать, потому что понимал, что расплачется, стоит только произнести хоть одно слово. А ему нужно было оставаться сильным для него, для Магнуса. Алек должен был поддержать его, утешить, а не изводить еще больше. Ведь траур в этот день был у Магнуса. Магнус обернулся к нему, и тут же его лицо исказила гримаса боли. Он быстро хлопал ресницами, пытаясь прогнать выступающие слезы, и нервно глотал воздух ртом, не в силах произнести хоть одно слово. Потом спрятал лицо в ладонях, и его плечи затряслись от вырывающихся рыданий. Алек схватил его за запястья и потянул на себя, усадив к себе на колени. Он гладил его плечи, спину, пытаясь забрать хоть чуточку боли, оставлял поцелуи на щеках, пальцах, шее. А Магнуса просто трясло. Потому что он слишком долго сдерживался, потому что не позволял себе до этой минуты расслабиться и расплакаться. А сейчас боль вылилась целым потоком, не давая дышать, не позволяя говорить. Так они просидели почти полчаса. Алек не переставал утешать парня, крепко прижимая его к себе, и ждал. Ждал, пока Магнус сам не заговорит. Рыдания постепенно стихали, оставляя легкую дрожь в теле и заставляя хватать воздух резкими глотками. Магнус уткнулся Алеку в плечо, а руками вцепился в его куртку, как будто боялся, что он снова исчезнет. — Почему? — все еще всхлипывая, прошептал Бейн. — Почему она меня бросила? — Магнус… — Алек хотел сказать что-нибудь в утешение, но понимал, что никакие слова не смогут сейчас помочь. Поэтому он просто поцеловал парня в макушку, давая ему понять, что он разделяет его боль. — Я не понимаю… Она просто ушла… Как это вообще возможно? У них же там охрана… Но никто не услышал… Никто… Ее могли спасти… Просто опоздали… Алек… Алек укачивал Магнуса на руках, почти как ребенка, и слушал сбивчивую речь. Он знал, что сейчас Бейну нужно выговориться. И молчал, давая парню эту возможность. А Магнус плакал, но уже не так отчаянно, как раньше. По его щекам катились слезы, впитываясь в одежду Алека. Но тот совершенно не возражал. Он вообще не собирался больше отпускать парня от себя ни на шаг. — Ты приехал, — продолжал Магнус, говоря это так, будто пытался убедить самого себя, что Александр не его сон, что он реально сидит сейчас рядом. — Почему? — Я люблю тебя, Магнус, — Алек приподнял лицо парня за подбородок и легонько коснулся его губ своими. Магнус тут же подался вперед, зарываясь пальцами в его волосы. — Прости меня, прости… — шептал Алек, немного отстранившись и оставляя поцелуи на щеках Бейна. — Я тоже тебя люблю. — Знаю, — Лайтвуд взял лицо парня в ладони и посмотрел ему в глаза. — Никогда больше тебя не оставлю. Никогда. Я был таким дураком, Магнус, прости меня, если можешь. Я без тебя жить не смогу. — Я простил тебя уже давно, — Бейн поцеловал его ладони, отнимая руки от лица. — Ты пойдешь со мной на похороны? — Конечно. Я приехал ради тебя. Теперь я везде буду с тобой. — Спасибо. Я один просто не выдержу этого. Они стояли вдвоем у свежей могилы. Сегодня были похороны матери Магнуса. Три дня назад она повесилась в своей комнате в лечебнице. Была ночь, но никто из персонала не услышал шума или крика, поэтому в комнату к ней зашли только с утра. Спасти ее шансов уже не было. Ни записки, ни каких-либо еще улик найдено не было. Видимо, она просто устала от демонов в своей голове и решила покончить с собой. Все, кто приходил на погребение, уже ушли. И двое парней стояли молча, каждый в своих мыслях. Магнус думал о том, что не испытывает ни злобы, ни разочарования, ни скорби. Только пустоту. Как будто его матери никогда не было, как будто он ее не знал. Это вторая дыра в его душе. Первая — отец, которого он никогда не знал, но ненавидел всей душой. Теперь оба его родителя были для него просто ощущением в его сердце. Лайтвуд же просто наблюдал за Магнусом, потому что действительно переживал за него. Они давно не разговаривали, даже не переписывались, точнее Алек игнорировал Магнуса, но сейчас он не понимал, как мог так долго находиться без него. Общение с Магнусом было частью его жизни. Он любил его так сильно, что сейчас ощущал его боль как свою собственную. А еще Алек испытывал все те чувства, которых себя лишил Бейн. Он злился на его мать, потому что она доставила столько боли сыну своим поступком. Он чувствовал разочарование, потому что сегодня на похоронах была бабушка Магнуса, которая даже не подошла к внуку. Как будто не замечала его существования. И Алек не мог придумать хоть какого-нибудь объяснения такому поведению. Потому что не понимал, как можно добровольно лишить себя общения с кем-то из членов семьи. А еще он скорбел из-за того, что Бейн потерял одного из самых близких людей, которых в его жизни было совсем мало. — Ты совсем замерз. Пойдем домой, — Магнус взял Алека за руку. На улице действительно было уже холодно, но Алек ни за что не стал бы жаловаться. — Магнус, когда я говорил, что не оставлю тебя больше, я говорил абсолютно серьезно. Я никуда больше не уеду. — А как же Лондон? — Я переведусь учиться сюда. — Не говори ерунды. Я тебе не разрешаю бросать из-за меня Оксфорд. — А кто тебя спрашивал? Я ставлю тебя перед фактом, ты от меня больше не отделаешься, — и Алек потянул парня за собой. — Александр? — спросил Бейн, когда они вышли с кладбища. — Да? — Я хочу предложить тебе жить вместе, раз уж ты решил перебраться обратно в Нью-Йорк. — Согласен, — ответил Алек, не раздумывая.***
Утром семья собирается вместе на завтрак. Алек готовит блинчики, Магнус и Рафаэль читают, один — книгу, другой — свежий номер журнала. А Макс сидит с кошкой на руках и, откровенно говоря, клюет носом, потому что он просыпается сложнее всех остальных. Алек ставит на стол еду, расставляет тарелки и наливает всем чай. Все как по команде откладывают свои дела. Александра веселит это единение. Они всегда, при любых обстоятельствах, завтракают все вместе. Это традиция. — Макс, иди руки помой, пожалуйста, — говорит Магнус. — Я, конечно, кошек люблю, Мияко в особенности, но вот найти ее шерсть в своих блинчиках я бы не хотел. Мальчик послушно шагает к раковине и моет руки. А Магнус тем временем обращается к Рафаэлю. — Рафа, ты ничего не хочешь мне рассказать? — А что? — мальчик оборачивается к нему и удивленно моргает. — Кто-то опять вам нажаловался, да? — Нет. Нам никто не жаловался. Просто мы с твоим отцом переживаем за тебя. И тот разговор, который случился у вас вчера перед сном, нас встревожил. Рафаэль как загнанный зверек вжимает голову в плечи и оборачивается к Алеку. Тот закрывает глаза, вздыхает, а потом встает и выходит из-за стола. Ему больно осознавать, что сын ему не доверяет. Но пусть лучше он будет откровенен с Магнусом, чем замкнется в себе. Когда Алек выходит Магнус строго смотрит на сына: — Рафаэль, мы оба любим тебя. Ты же знаешь. Мальчик кивает, и Магнус замечает, как на его глазах появляются слезы. — Я не хочу на тебя давить, — говорит он. — Просто я хочу, чтобы ты знал, что всегда можешь с нами поделиться тем, что тебя тревожит. Понимаешь? Рафа еще раз кивает и начинает тараторить: — Просто я не хочу его расстраивать. Он всегда говорит, что я должен быть сильным, что должен защищать брата… — Ну, он ведь прав в этом. Но это не означает, что он не будет тебя любить, если ты по каким-то причинам не сможешь этого сделать. — А я и не смог… — мальчик уже плачет, вытирая нос рукавом, и тараторит так, что Магнус с трудом улавливает смысл сказанного. Но за те годы, что Рафаэль находится в их семье, он уже научился его понимать. — А я должен был! Но они так на меня накинулись… я не успел даже ответить… И Макс слышал… Зачем они это при нем? — Так, по порядку, кто и что сделал? — Магнус складывает руки домиком и слушает сына. — Кайл… и Джереми…. Они постоянного ко мне придираются… А я с ними вообще общаться не хочу… Я им говорил, чтоб отстали… а они все равно лезут… Да еще при Максе… — И что же они тебе сказали? Рафаэль окончательно расклеивается и начинает рыдать. Слова вылетают с каким-то бульканьем. — Сказали… что их родители… запрещают им со мной общаться… С нами… Потому что у нас… два папы… — Блядь! — Магнус спохватывается слишком поздно. Злость вырывается наружу. Он уже хочет сказать, чтобы Рафаэль забыл это слово и никогда не произносил, как от двери раздается голос Алека. — Я надеюсь, ты ему врезал? Все трое как по команде поднимают на него глаза. Алек прижимается к дверному косяку, стоя со скрещенными на груди руками. Он очень спокоен сейчас, расслаблен, хотя в душе готов так же ругаться, как Магнус минуту назад. Рафаэль только кивает, потому что сказать уже ничего не получается из-за слез. — Иди сюда, — Алек раскрывает объятия, и Рафа срывается с места, кидаясь к нему. — Послушай, Рафа, — Алек гладит сына по голове, прижимая к себе. — Никогда больше не держи в себе такие вещи. Мы никогда не станем тебя ругать, если поймем, что ты поступил правильно. И не думай, что ты не смог защитить брата. Он слышал неприятные слова, но он знает, что ты готов за него заступиться всегда. И мы с папой очень тобой гордимся. Рафаэль продолжает всхлипывать, но немного успокаивается. — Так. По-моему, нужны семейные обнимашки, — говорит Магнус, вставая. Макс тут же кидается к нему на шею и виснет, пока тот идет к Алеку с Рафой. Алек, в свою очередь, поднимает на руки Рафаэля, хотя тот немного сопротивляется, считая себя уже достаточно взрослым для таких вещей. Мужчины подходят друг к другу, а мальчишки перекидывают руки, кладя их на плечи обоим родителям. Магнус смотрит на всех по очереди и говорит: — Как же я вас люблю… — Вы сейчас целоваться будете? — беззастенчиво спрашивает Макс, после чего звучит дружный смех. — Ну, конечно, как же я могу себе отказать в этом? — Магнус тянется к мужу и оставляет целомудренный поцелуй в уголке губ. Тот улыбается ему и подмигивает мальчикам: — А теперь ваша очередь! И супруги, не сговариваясь, по традиции сначала оба целуют в щеки Макса, а потом Рафаэля. — Стало легче? — спрашивает Рафу Магнус. — Определенно, — отвечает за брата Макс, чем вызывает улыбку на губах Алека. — Как же ты похож на папу, — говорит он, но смотрит при этом на Магнуса. — Мы так в школу опоздаем, давайте завтракать, — отвечает тот, чувствуя тепло в животе. В этот момент раздается звонок в дверь. — Ну вот, кто-то пожаловал к нам на чай, — говорит Магнус, ставя на пол Макса и делая вид, что поправляет шляпу. Мальчики смеются и бросаются в прихожую, чтобы открыть дверь. Через секунду оттуда слышатся довольный визг и смех. Мужчины оборачиваются, сталкиваясь взглядами, и хором произносят: — Изабель! Через несколько минут в комнату плавной походкой входит сестра Алека. Она, как всегда, великолепно выглядит. А еще, как всегда, она принесла детям сладости, за что получает хмурый взгляд от своего брата. — Не хмурься, морщины появятся, — говорит девушка и обнимает его. Потом подходит к Магнусу и так же заключает его в объятия. — Я так давно вас не видела. — Всего дня четыре прошло, — усмехается Алек. — Для меня это долго, — чеканит Иззи и усаживается за стол. — Лучше бы чаю предложил, чем ехидничать. Перед ней на столе тут же появляется чашка чая. Девушка благодарно смотрит на Алека и берет блинчик. — Я вообще-то зашла не просто так. — Да? А мы подумали, ты на запах пришла, — Магнус подпирает голову рукой и наблюдает, как Изабель уплетает блинчики. — Вы как будто не рады меня видеть! — отзывается девушка, но ни малейшего огорчения в ее голосе не слышно. Они уже все привыкли к взаимным подколам. — Я пришла узнать, придете ли вы на Рождество к маме? — Конечно. Почему ты спрашиваешь? — удивляется Алек, ведь они всегда справляют праздники все вместе. — Потому что придет отец, — как только Иззи это произносит, повисает пауза. Магнус с опаской смотрит на мужа, замечая как у того ходят желваки. Он прекрасно понимает, что Алек бы сорвался и сказал что-нибудь грубое, если бы не дети. — И зачем он придет? — спрашивает сквозь зубы Алек. — Мама пригласила его. — Она же прекрасно знает, что я не хочу его видеть. — Но он общается с Максом, да и мы с Джейсом, в принципе, не против. Перестань ты на него обижаться. — Я не обижаюсь, я зол, Иззи. И я не хочу с ним встречаться. Никогда. — Милый, мне кажется, что ты должен дать ему шанс, — говорит Магнус, беря любимого за руку. — Он же твой отец. — Он сам выбрал это. Сам ушел. А теперь хочет, чтобы я закрыл глаза на все, что тогда произошло. Нет. — Лучше я пойду, — Изабель поднимается с места и направляется к выходу. — Простите, что испортила утро. Магнус, обязательно приходите, — обращается она уже только к Магнусу, понимая, что с братом сейчас разговаривать бесполезно. Когда она выходит, Магнус говорит: — Александр, я не думаю, что твоя обида на отца стоит того, чтобы пропустить Рождество в кругу семьи. — Конечно, мы пойдем. Я не собираюсь из-за него менять планы, просто я бы предпочел с ним не сталкиваться. Магнус сжимает крепче руку супруга, за что получает благодарную улыбку.***
12 лет назад
Алек приехал в дом к родителям, чтобы забрать Макса к себе на время. Мама позвонила ему с утра и попросила об этом. Она плакала, и Алек сразу понял, что произошло что-то плохое. Его опасения подтвердились. Мать призналась, что они с отцом разводятся. Это было шоком. Алек, конечно, знал, что в последнее время в их семье было не все так гладко, как раньше. Но что дойдет до развода, он никак не ожидал. А слова матери о том, что у отца появилась другая женщина и другая семья, окончательно его добили. Он собрался на автопилоте и приехал. Разговаривать с отцом не было никакого желания, но этого было не избежать. Как только Алек переступил порог, он столкнулся с ним. — Здравствуй, — произнес Роберт и протянул парню руку в привычном жесте приветствия. Только тот не ответил, он со злобой смотрел на отца, не понимая, почему тот все еще находится в этом доме и все еще разговаривает с ним, как ни в чем не бывало. — Пропусти, — только и сказал он. Отец отошел, пропуская его в дом, и Алек сразу же отправился в комнату младшего брата. Макс сидел на кровати, держа в руках рюкзак. Он был готов ехать. А мама складывала в сумку нужные вещи, не переставая плакать. — Мам? — тихонько позвал ее Алек. Женщина обернулась, и он вздрогнул, увидев, насколько она осунулась за последние месяцы. А она только сильнее расплакалась, не в силах сдержать эмоции. Алек подошел к ней, обнял и прошептал: — С ним все будет в порядке. Я обещаю, — потом он взял ее лицо в ладони, вытирая большими пальцами дорожки слез. — Ты сама как? Она пожала плечами, но так ничего и не ответила. Алека окончательно поглотила злость на отца. Больше он не желал ни видеть его, ни общаться. Немного успокоившись, мать сложила еще некоторые вещи и отдала сумку Алеку. — Ты готов, Макс? — спросил тот у брата, на что мальчик кивнул и пошел к машине. Алек обернулся еще раз к маме. — Не переживай за него. Мы о нем позаботимся, пока ты не сможешь приехать и забрать его обратно. — Я знаю, Алек, знаю, — мама потянула его за плечо, чтобы он наклонился, и поцеловала в лоб. — Если не справитесь, звоните. — Мы справимся, — Алек уже пошел к выходу, но обернулся. — Если что-нибудь понадобится, позвони мне, хорошо? Мама кивнула ему и он, удовлетворенный ответом, вышел. Выйдя на улицу, Алек увидел, что Макс стоит рядом с машиной и разговаривает с отцом. — Макс, садись в машину, — произнес он как можно мягче, еле сдерживаясь, чтобы не начать кричать на отца. — Алек, тебе не обязательно его забирать, — начал отец, но Алек перебил его. — Нет. Обязательно. Не хочу, чтобы он видел, как мама постоянно плачет. Не хочу, чтобы он слышал, как вы ругаетесь. И не желаю, чтобы он опять замкнулся в себе из-за ваших ссор. — Алек… — Не перебивай меня, — Алек подошел к отцу вплотную и процедил сквозь зубы. — Как ты мог так поступить с мамой и с Максом? А Изабель? Джейс? Тебе их не жалко? Они любят тебя. — Я тоже люблю вас всех, Алек… — Все. Не разговаривай со мной. Никогда. Никогда больше не хочу тебя видеть. — Алек, — отец попытался задержать его, но парень вырвал руку из его руки и сел за руль. Всю дорогу домой он молчал. Если бы он попытался заговорить, то мог нагрубить, а этого никак нельзя было делать при младшем брате. Когда они зашли в квартиру, которую Алек с Магнусом снимали, тот уже вернулся с учебы. — О, Макс, привет! — расплылся он в улыбке. — Привет, — ответил мальчишка тихо. — Ты заходи, не стесняйся, — Магнус пропустил Макса в гостиную, а сам подошел к Алеку, который сидел с отсутствующим видом на обувной полке. — Я так понимаю, нас теперь будет четверо? — Ты же не против? — Алек обернулся к нему с надеждой в глазах. — Конечно же, нет, — Магнус обнял его за шею и нежно поцеловал. — Раздевайся, и идем ужинать. Алек кивнул, провожая взглядом парня, который последовал в гостиную за Максом. А на душе у него стало очень тепло от осознания степени доверия между ними. Ведь Магнус не стал его расспрашивать о том, что произошло, почему он привез Макса. Он точно знал, что Алек сам ему расскажет, когда будет готов поговорить об этом. И тот был ему невероятно благодарен за эту поддержку.***
— Знаешь, — говорит Магнус тихо. — Твоя семья — практически единственные близкие мне люди. Я бы очень не хотел, чтобы мы их потеряли. Тебе правда стоит подумать над тем, чтобы перестать злиться на отца. — Я не могу, Магнус. Каждый раз, когда я смотрю на то, как быстро постарела моя мама, мне кажется, что это его вина. Я не могу просто взять и забыть… — Не надо забывать, надо постараться простить его. — Да, знаю, просто… — Алек неопределенно пожимает плечами, не зная как выразить свою мысль. — Просто это больно, — заканчивает за него Магнус. Они смотрят друг на друга, на лице Алека появляется улыбка, что не может не радовать его мужа. — Пойдем собираться, а то точно опоздаем, — говорит он и тянет Алека за собой в комнату.
