Подаренное тобой тепло

В кабинете было светло и просторно, и, более того, было даже специально отведено место для проведения чайной церемонии. Это бы зацепило мое внимание, если не обстоятельства, при которых я нахожусь в столь необычной комнате. Мой взгляд остановился на троих присутствующих – двое мужчин и женщина. В строго одетой женщине в неприлично короткой юбке я узнала недавнюю знакомую – Авашиму Сери. Мое натянуто равнодушное лицо украсила поднятая бровь и легкое удивление. Теперь стало ясно, почему от нее исходила странная энергия. Вот только мне интересно, знает ли блондин-казанова, что его возлюбленная – подчиненная Синего Короля? А если и знает, то, какого черта?! Она не была удивлена моему приходу – наверное, видела меня через камеры. Впрочем, мое лицо тоже особо не изменилось – я сохраняла убийственное спокойствие. Вторым объектом оказался молодой парень. Я бы даже от силы не дала ему и двадцати – темные волосы, надменные вид, синие глаза с искрой интереса? Странный тип. Но что-то мне в нем не понравилось. А как я уже убедилась, интуиция хрен подведет. Третьего я оставила напоследок. По исходящей крупными волнами энергии я поняла, он – Четвертый Король. Не знаю, был ли этот выброс силы скрытой и тонкой угрозой, или же парень просто не может до конца скрывать ее. Кстати, Король оказался довольно-таки молодой. Хотя я, скорее всего, сужу слишком скрупулезно, особенно учитывая мой настоящий возраст. В конце концов, как бы я не выглядела, время и опыт все равно будут давать о себе знать, пусть даже и подсознательно. Он сидел за столом, в то время как остальные двое стояли по бокам, сложа руки в замок и исследуя меня. Его взгляд меня раздражал. Я-то думала, что изучающий взгляд янтарных глаз невыносим, но я ошибалась. От взгляда Синего Короля хотелось врезать от души, чтобы не наглел. - Так что же вас привело к нам? – вежливо спросил Мунаката Рейси. Его голос, на удивление, оказался приятным баритоном, что, однако, не лишало его серьезности и властности. - Я пришла поговорить по поводу заключения Микото Суо. – начала я. Я прекрасно осознавала, разговор будет очень трудным и даже, возможно, проблемным. - Вас что-то не устраивает? - «Вот ублюдок. Как он может такое говорить, зная, что я из красных? Естественно не устраивает!» - Да. У меня есть возражения по поводу его ареста. – тем не менее ровно ответила я. – И я бы хотела, чтобы вы отпустили Красного Короля. - Его нельзя отпускать. Этот монстр опасен! – неожиданно вмешался второй парень, ядовито прошипев слова, словно змея. - Фушими, не лезь! – строго рявкнула Сери. - Но... - Офицер Сарухикихо, не мешайте нашему разговору. – остановил парня Синий Король. - «Хм. Так вот как выглядит тот предатель.» - я внимательней стала разглядывать бывшего хомравца, - «Молодой, импульсивный. Нет ничего удивительного, что он решил перебежать на другую сторону. Такому, как он, всегда будет не хватать острых ощущений и силы. Печально, что люди двадцать первого века даже сейчас не могут насытиться тем, что у них есть.» - оказывается, наш "йунный кидалаво" имеет зуб на Суо. Забавно, если честно. И чем тот ему не угодил? Я вновь повернулась к Синему Королю. - Вы понимаете, что мы не можем выполнить вашу просьбу? Микото Суо опасен для общества. Его уровень вейсмана уже перешел границы. И скоро эта сила будет неконтролируема. – как же мне осточертели их слова о неуравновешенности, нестабильности. Уж кому, как не мне, не знать это. Да исправимо это! Исправимо! - Не волнуйтесь, мы позаботимся об этой проблеме. – ну не "мы", а я, но какая им разница? - И каким же образом? – разговор начал накаляться. Я уже ощущаю напряжение этого парня. Похоже, наш разговор ему также не по душе, как и мне. - Вас это не касается. Я же сказала, что способ исправить ситуацию есть. И этого вам знать достаточно. – резко закончила я. Раскрывать себя крайне не хотелось и уж тем более отчитываться перед этим парнем. Видимо, Синего Короля я все-таки задела. Его очки в свете солнца опасно блеснули. - Красный Король сам сдался нам в руки. Поэтому не вижу смысла простить о его освобождении. – его тон, его властность и чопорность – все в этом человеке бесило. И если он не послушает меня, то я точно не сдержусь. В конце концов, я тоже не железная. - Я разъясню ему ситуацию. Он все поймет. Так что остается лишь ваше разрешение. – я еле сдерживала себя, крепко стискивая кулаки, чтобы ненароком не выпустить кипящую темную мощь наружу. Я столько лет держала ее взаперти, не давая даже малейшего намека на ее появление, а сейчас мне даже просто трудно прятать ее существование. Вступление в Хомру поменяло слишком многое... - Простите, но я должен вам отказать. Я не могу рисковать безопасностью людей, только потому, что член Хомры просит меня об этом. – это была последняя капля моего немереного терпения. Черная дымка вырвалась внезапно, холодной цепью окутывая тело, лицо утратило безразличное выражение – брови сдвинулись, уголки губ опустились, глаза загорелись холодным синим светом. Плотная темная энергия живой тенью скользнула по полу, за доли секунды погружая комнату во мрак и будто поглотив все в кабинете. Я хотела проучить этого наглого мальца, преподав ему хороший урок этикета. И если провинившийся ученик будет строптивым, придется наказать его. А пока делать что-либо серьезное я не собиралась, в конце концов, я же пообещала себе быть хорошим дипломатом. А главное оружие таковых людей – это слова. Авашима и Фушими среагировали быстро, вытаскивая оружие и направляя его на меня. Они были растеряны и слегка испуганы, но без команды не нападали, напряженно принимая боевую стойку мечников. Синий Король тоже незамедлительно поднялся с кресла при виде моего небольшого представления. Тот факт, что злость обуревала меня и клокотала, словно кипящая лава внутри, имел место быть и даже очень сильно склонял к принятию несколько иных мер. Хотелось схватить наглеца за горло и со всей силы сжать до хруста. - Думаю, ты не понимаешь, с кем и в каком тоне разговариваешь. Я терпела такое отношение к себе и обращалась вежливо только из уважения к тебе, как к одному из сильнейших Королей! Но мне ничего не стоит стереть это место со всеми его обитателями с лица земли! Так что тебе, Мунаката Рейси, лучше выполнить мою просьбу, пока я просто прошу. – угрожающе процедила я сквозь сжатые зубы, ожидая реакции. Конечно, из того, что я перечислила, правдой была только первая часть, вторая – это вынужденная и крайняя мера. Убивать никого из них я не собиралась даже при необходимости. Пару переломов – большее, на что бы я была способна. - Кто ты? – спросил он, нахмурившись. Я видела - моя сила произвела неизгладимое впечатление. Все-таки он ожидал увидеть силу Красного Короля и в случае необходимости с легкостью подавить ее, а тут совершенно неизвестная энергия, существенно больше в несколько раз, чем у всех хомравцев, и имевшая иную природу происхождения. Я бы тоже заинтересовалась. - Это не имеет значения. – уже более спокойно ответила я. – Мне нужен Микото Суо. – я выразительно взглянула через толщу стекла в глаза Синего Короля. Жутко хотелось скорее закончить весь этот фарс. *** Темные коридоры, железные двери с запароленной защитой, больше охраны. Я шла в компании Сери и Фушими в отдел заключенных, переходя уровень за уровнем, углубляясь по наклонной под землю. Мы дошли до предпоследнего уровня, откуда из клеток доносились крики и ругань преступников. Но одна дверь, и помещение сменилось другим. Угрожающе тихим и наиболее защищенным – на последнем этаже под землей охранялся самый опасный преступник. Но все присутствующие понимали, что даже такая предосторожность не остановить его, Красного Короля, третьего по силе. Мы прошли к дальней камере, где в темноте на койке к нам спиной лежал Микото. Авашима ввела пароль, и лазерная решетка исчезла. Я незамедлительно прошла вовнутрь, ступая во тьму. - Микото? – осторожно и тихо позвала я его. Темнота ответила мне лишь молчанием. - Не думал, что ты придешь навестить меня. – раздался хриплый знакомый голос, даже сейчас не утерявший прежней насмешливости. Все за него волнуются, а он тут шутки шутить изволит. - Я пришла, чтобы забрать тебя. – я шагнула ближе. - Меня не нужно забирать. Я здесь по своей воле. – я протянула руку, дотронувшись до обжигающей кожи. И плевать, что сейчас за нами из камер наблюдает Синий Король, плевать, что там, в нескольких шагах стоят еще двое синих. Присев на колени возле его койки, я сжимала его теплую руку, слыша, как он пошевелился и сел. В следующее мгновение я почувствовала тепло его рук на моем лице и горячее дыхание на щеке. Я, словно загипнотизированная, замерла, с трепетом ожидая его следующих действий. - Думаю, тебе есть, что объяснить мне. – тихо раздался его голос в темноте. Я поняла, про что он, и сконфуженно попыталась отложить разговор. - Не здесь. Давай уйдем. Я объясню тебе все, как только мы вернемся в Хомру. – здесь за нами следят. К тому же, кроме своего прошлого я должна рассказать ему и о будущем. Тишина затянулась, и это пугало. Он ведь не собирается и впрямь оставаться здесь? Нужно выставить последний и самый веский аргумент. - Тотсука жив. С ним все в порядке, и он у меня дома. – я не видела лица, но думаю, что привела его в замешательство. – Тебе больше незачем мстить. Давай вернемся. – пыталась уговорить его я. Он молчал, но я кожей чувствовала, что он хочет задать мне очень много вопросов. И на некоторые я должна ответить сейчас. - Тогда я успела прийти вовремя. Я вылечила Тотсуку. Теперь выслеживать убийцу нет необходимости. – глаза привыкали к темноте. Его силуэт отчетливо вырисовывался во тьме. Сгорбленная, словно от усталости, спина, я уверена, нахмуренное, но спокойное лицо. О чем думает этот человек? Так хотелось залезть ему в голову и потрясти все до единой полки, чтобы узнать содержимое. Я нервничала, напряженно вглядываясь в его лицо и пытаясь понять, что он чувствует. Жаль, но он не из тех, у кого все написано на лице. Он поднял на меня взгляд янтарных глаз, горящих, словно два огонька, в кромешной темноте. Его уверенный и непоколебимый вид отнюдь не наводил на хорошие мысли. - Тот, кто посмел напасть на члена Хомры, не уйдет безнаказанным. – отрезал Король. - «Ах ты ж, ублюдок упрямый!» - пришлось крепко стиснуть зубы, лишь бы не позволить себе взвыть от безысходности. Умоляющий взор сменился на нескрываемую злобу – я тут ползаю у него в ногах, прося вернуться в безопасное место, а этот дебил начинает играть задетую гордость. Неужели он не понимает, что если сейчас останется, то предполагаемый конец на острове будет как результат? Тут же и дураку ясно будет, что если он использует свою силу, то перейдет итак уже близкую грань! В порыве чувств, похожих на экзотический коктейль, я оттолкнула теплую ладонь и резко убрала свою руку. Голова кружилась, грудную клетку, словно придавило чем-то тяжелым, мысли плавились и плыли в голове. После умопомрачительного порыва гнева на смену пришла растерянность, чувство собственной ничтожности и полное отсутствие мыслей. - «Ну почему ты так все усложняешь?!» - голова опустилась, скрывая лицо за темными прядями, хотя в темноте, наверняка, итак не было ничего видно. Я сидела, пораженная его словами, словно молнией, не зная, куда деть себя и что делать. Все было напрасно. Все было зря. Я не учла его ужасный нрав. Я совсем позабыла об его упрямом характере. Я подняла взгляд на рядом сидящего парня. Мои синие глаза смотрели отчужденно и безразлично. Апатия настигла также внезапно, как и решение оставить этого дурака помирать. - «Но я не могу... так просто отказаться... Забыть о его смерти... Нарушить обещание... Ну почему ты не хочешь помочь мне спасти тебя, Микото?!» - я отчаянно вглядывалась ему в лицо, стараясь уловить хоть каплю разума или сомнений. Но ни намека из перечисленного не было. Мои глаза искрились лишь страданием, а выражение лица поменялось на человека, измученного болью. В следующий миг я почувствовала прикосновение чего-то теплого на щеке. Сильная мужская рука успокаивающе прошлась от виска вниз по щеке, едва касаясь уголка губ. В этом действии было нечто дразнящее, томное, и я, греясь этими мимолетными прикосновениями, таяла под ласковыми движениями. Такой, как он, может быть нежным. Такой, как он, умеет дарить тепло, пусть и по-своему. - «Но его принципы непримиримы с остальным миром, его ярость может сжечь дотла все на своем пути, эта душа жаждет мести и расправы. И здесь я уже ничего не смогу изменить...» - расслабившись на несколько мгновений, я украдкой наслаждалась осязаемым теплом руки, закрыв глаза. Я погрузилась в мир приятной истомы, чувствуя, как рука парня медленно сползает на шею, а потом и на ключицу. Нежность и ласка неожиданно – или все же предсказуемо? – сменилась на нечто иное, обжигающее, заставляющее трепетать всей сущностью, подчиняясь и погружаясь в ощущения с головой. Неожиданно, дико, словно изголодавшийся волк, он прильнул к моей шее. Его горячие губы, скользящие по холодному полотну моей бледной кожи, вызывали мелкую дрожь, а легкие укусы – заряды тока, пробегавшие от кончиков пальцев до макушки. Я таяла, задыхаясь от внезапно нежных и в тоже время страстных действий Микото, теряя связь с окружающим миром. Это не могло зайти слишком далеко, я и так позволила ему приблизиться к себе, как никто другой до этого, поэтому, повинуясь крохотным в тот момент, но веским аргументам, я выскользнула из-под горящих желанием губ. Но скрыть все ненужные чувства до конца было невозможно – я крепко обняла парня, пряча покрасневшее лицо у него на груди после внезапной и смущающей сцены, которая закончилась также бурно и мгновенно, как и началась. Так мы сидели минут десять, я – стоя на коленях у жалкого подобия кровати и крепко и отчаянно прижимая к себе его, не желая отпускать, а он – молча сидевший на кровати и аккуратно сжимающий в своих надежных объятиях, все также примкнув к хрупкой шее, но теперь сдерживая животные инстинкты, на смену которым возвращались отчаянные чувства и тревога. Было жарко, тесно и непривычно. Никого, кроме брата и своих друзей, я никогда не обнимала. Ни к кому я не прижималась так близко и желанно. Слишком интимно для друзей, слишком не положено для напарников и коллег, слишком странно для меня и его. Такие ощущения я испытывала впервые. Сбитое и неровное дыхание, звук громко стучащего сердца в груди, отдающийся в ушах гулким эхом, желание касаться чаще и больше к этому мужчине, наслаждаясь теплом его кожи и одурманивающим солнечным запахом табака и миндаля. Хотелось зарыться пальцами в эти мягкие красные локоны, перебирая их пальцами, почувствовать легкие обжигающие поцелуи на теле. Хотелось его всего и сразу. - «Кто ты для меня?» - одиноко прошептал внутренний голос, тут же исчезнув. Так мало времени и так много недомолвок. Замок рук за спиной разомкнулся, и сильные руки переместились на мои плечи. Глаза уже полностью привыкли к темноте, и я видела его уставшее и отчего-то чуть печальное лицо за кривой ухмылкой. Я уже давно разгадала – это был его способ спрятать боль и истинные чувства. - Потом продолжим с того, на чем остановились. – его глаза были чересчур спокойные. Я прекрасно знала, что никакого "потом" уже не будет, если он сейчас останется здесь. И он это четко понимал. Он знал, что шел на верную смерть, оставаясь в ожидании здесь. - «Зачем? Почему? К чему это все?» - недавно забытая горечь вновь стала комом в горле, сердце отбивало чечетку, но уже от страха и непонимания. Этот упрямец не остановится, и никакие уговоры не подействует на него. - «Как все трудно...» - груз ответственности за чужую жизнь упал на плечи мертвой тарой, с силой давя на мою уставшую, потрепанную жизнью, спину. Этот внезапный порыв страсти, ласки, животного желания перевернул все внутри вверх дном, и отчаяние, хоть и не сразу, но разомкнуло свои удушающие тиски, дав ненадолго вздохнуть глубоко и чуть свободнее. Однако уступив место растерянности и еще большего непонимания. Он будет стоять на своем до самого конца, следовательно, разговоры не станут эффективными в бою с его решительностью. Раз разговоры ни к черту – придется изловчаться иными путями. - Ты невыносим. – единственное, что смогла выдавить я жалким и тихим голосом в таком подавленном настроении. – Ты не вернешься? – с надеждой спросила я, уже заранее зная ответ. Его тяжелый вздох и хмурое выражение лица. Теперь ему было трудно решиться на смерть – наша прелюдия была слишком заманчива, верно, Микото? Иначе, почему у тебя такое задумчиво-отстраненное выражение? Что ж, то на что не может решиться он, решусь я. Я пойду другим путем, раз не получилось вытащить отсюда Короля. Придется самой действовать, остановив события на острове перед тем, как они произойдут, импровизируя на ходу. Пока есть время. Немного, но все же есть что-то, за что можно ухватиться мертвой хваткой. И сейчас я не имею права терять время. Да уж, если он и решился бы вернуться, это было бы легко. Слишком просто для коварного и продуманного до мелочей плана злодейки-Судьбы. В этой зловещей тишине темной и холодной камеры я так и слышала ее торжествующий смех, наполненный злобной и победной насмешкой. Отвратный осадок в душе от того, что парень, сидящий напротив, понимает все до единой детали, но упорствует стечению обстоятельств, зная прекрасно, чем обернется все это для него. Я поднялась с колен, уже отчетливо различая любую фигуру в темноте, не отрывая глаз с еще более обремененного Короля. Он был задумчив как никогда, вглядываясь в пустоту, словно ища ответы там. Но одно было ясно как день. Решение принято, и это не обсуждается. Шагнув чуть ближе, холодной рукой я провела по теплой щеке, наблюдая, как парень, отрываясь от мыслей, закрывает глаза и накрывает мою ладонь своей. Для нас, здесь в этой темной и жуткой камере, время остановило свой ход. И мы упивались этими недолгими, но невероятно приятными прикосновениями. Мы явно перешли границу, и пути назад уже нет. Я позволила ему приблизиться к себе слишком близко. И отчего-то я уверена, это обернется мне боком чуть позже. Ничто не проходит бесследно. За все хорошее нужно платить равносильную цену. - Я не позволю тебе... - почти одними губами прошептала я на выдохе, зная, что он вряд ли услышит. Я повторяла это уже не раз ему и даже себе. Но эти слова придают мне сил встать каждый раз, когда я падаю и спотыкаюсь. Я считала, что это будет легко, относясь к чужим жизням с пренебрежением. И свою ошибку я осознала, лишь когда бежала стремглав к той высотке, на которой вот-вот должен был погибнуть Тотсука, а когда увидела полные затаенного страха и тревоги глаза Анны, я поняла, что все они дороги мне, а сейчас я лишний раз убедилась, что Микото Суо уже не просто Король, которого я пыталась спасти ради всеобщего спокойствия. Теперь это чувство – нечто, не поддающееся моему пониманию и восприятию мира. Это чувство – то, что я пока не могу определить точным и единственным словом. Но все, что я сейчас знаю – так это то, что пока во мне горят эти необъяснимые ощущения, пока есть эти глупые, но верные люди вокруг меня, пока один нахал дарит мне эти незабываемые эмоции, я смогу идти вперед, смогу решиться на любой рискованный поступок, смогу сделать то, что мой разум и благоразумность отторгали все эти годы. Я хочу сохранить все это. Хочу уберечь их улыбки и это тепло, растопившее лед в моем сердце. На долю секунды я канула в знакомую темноту, означающую только одно видение. Но это ведение отличалось от того, что я испытывала раньше. Вместо дезориентации в пространстве, я четко ощущала свою ладонь на чужой щеке и теплую руку, не отпускающую мою, а само видение предстало перед моими глазами, словно кадры из старого фильма, прокручивающего пленку с событиями. Знакомый остров. Синий Король что-то кричащий Суо. Микото, яростно собиравший красное пламя в один сокрушительный удар. И Адольф, решительно приготовившийся к своей смерти. Я напряглась, ведь стойкое кричащее ощущение смерти не проходило ни на секунду. - «Неужели я ничего не успела сделать?..» - кадр сменялся другим медленно, тягуче и болезненно. Натянутая струна интуиции вот-вот была готова сорваться. Но странно. Что-то было не так. Пленка стала медленно тлеть по краям, сжигая эти события, как бумагу. Но вот я слышу крик. Точнее я знаю, что кто-то кричит. Я не слышу голоса и не знаю, чей он, но отчаянное "НЕЕТ!!!" звенит в голове. Я возвращаюсь из гущи событий, запутавшись окончательно и бесповоротно. Кто был тот, кто вмешался? Почему я не видела этого человека? Почему видение оборвалось? В голове все смешалось в сплошной и запутанный клубок ниток. Но сейчас я должна думать о другом, и я не могу позволить себе терять время на это. Ловко выскользнув из крепких рук, я направилась к выходу, замерев у самого входа, словно в нерешительности. - Ты. Не. Умрешь. – уверенно, твердо, обещающе, на полном серьезе. Быстро зашагала прочь, ступая по коридорам темного этажа. Сопровождающие меня синие остались позади, видимо, понимая, что больше меня здесь ничего не держит. Я шла уже по знакомым коридорам, поворачивая на автомате, направляясь к главному выходу. Черные решетки забора, отделявшего меня от другого, ничего не подозревающего мира людей, раскрылись, а посты защиты расступились в стороны. Чувствуя спиной чужой взгляд, обернулась, посмотрев точно в темно-синие глаза Синего Короля. Мой взгляд выражавший предупреждение и его, принимающий мои негласные условия. Он не посмеет нападать на Микото, если этого не потребуют обстоятельства. Это ненадолго, и мне нужно выиграть эту гонку за утекающий песок времени, пока не стало слишком поздно что-либо менять...