Я тебя не боюсь.

      Я никогда не ладил со своим братом. Ещё с пяти лет в детском садике мы жутко ненавидели друг друга. Тот из глупого понятия «старший», всё время издевался надо мной. А когда мне стукнуло тринадцать, а тогда моему дорогому брату было пятнадцать, на моём Дне рождении мы впервые подрались. И я не вышел из драки победителем. Так продолжалось до моего пятнадцатилетия. После мне стало всё равно на него. Тот, конечно, пытался как-то задеть, оскорбить, унизить, но я наплевал. Моя мама вскоре стала гордиться мной. Я вытянулся из троечников в практически отличники. За два года без репетитора. Вот, что делает труд. Над именами мама долго не маялась. Меня назвали Максимом, а брата Ильёй. Кстати, на совершеннолетие Ильи, тот вечером заказал шлюху и те любезно резвились на кроватке, а спим мы с братом в одной комнате. Я старался не обращать на стоны девушки и скрипы кровати. Илья несколько раз подколол меня во время процесса, но я как обычно ничего не ответил.       Мне уже шестнадцать, а девушки нет. Но я как-то не беспокоюсь на этот счёт. Сейчас главное учёба.       Но в один момент всё стало в несколько раз хуже. Время подходило к двенадцати ночи, но о сне даже не было речи. Илья снова привёл новую девушку и на данный момент трахался с той на кровати. Тот как обычно начал подкалывать меня:       — Ну, что мелкий, баиньки не пора? А то мамочка отругает.       Девушка негромко захихикала.       Я как обычно старался не обращать внимания. Думал, может, отстанет или забудет. Продолжил писать своё сочинение по русскому языку. Но, похоже, что-то пошло не так.       Вдруг, резко все скрипы и стоны прекратились. Неожиданно моё кресло, что было на колёсах, повернули от стола на сто восемьдесят градусов. Что заставило мою ручку проехать прямо по тетрадке. Ну, вот, опять переписывать придётся. Я в мгновение увидел ту самую девушку, похоже, Илье стало настолько скучно, что тот решил включить в игру меня. Девушка стонала, прям мне в лицо, пока мой брат жестко имел её в позе «собаки».       — Уже возбудился, малой?       — Нет, — мой голос не вздрогнул.       Я оттолкнул девушку и вышел из комнаты, не забыв захватить учебники. Направившись в гостиную доделывать свою домашку. Мама была очень напряжена из-за нового проекта, поэтому моему небольшому переезду не была удивлена. Точнее она просто не обратила внимания, начав быстро собираться на работу. Наконец, когда уже девушка ушла, я смог спокойно зайти в комнату и лечь спать. Было уже два ночи, хорошо, что завтра не в школу, высплюсь хоть немного. ****       Брат лежал на кровати в одних трусах. Это так для него привычно. — Пришёл…       Я молчу, когда же он уйдёт из этого дома. Вообще удивлён, как мы друг другу глотки не вырывали за время проживания в одной комнате. Илья неожиданно встал с кровати, прижал меня и загородил путь двумя руками, что стояли по бокам моей головы на стене.       — Я, конечно, понимаю, что настолько тебе отвратителен, — Илья злобно посмотрел мне в глаза, что парень делал очень редко, тот вообще редко смотрел на кого-то из нашей семьи.       — Но хотя бы послать меня на три буквы можно! — Голос брата был стальным, он всегда разговаривал со мной таким тоном.       Я сложил руки на груди и отвернулся. Не хочу с ним разговаривать.       — Значит, так, да, — Илья ухмыльнулся, — тогда поговоришь мне по-другому! Илья поднял меня на руки. Я яростно сопротивлялся, но…       — А ты даже легче, чем я думал…       Ненавижу его!       Брат повалил меня на кровать, начиная раздевать. А надето на мне было не очень много. Свитер, так как был холодно (но парню, похоже, всё равно, раз лежал в трусах), шорты и тёплые носочки.       — Я сделаю так, чтобы ты не говорил, а орал моё имя. И не шепотом, а в голос, срываясь на крик.       Его поведение пугало. Он никогда не трогал моё тело, это было, так странно и страшно одновременно.       А когда тот снял с меня всё, я рефлекторно сжал ноги, скрывая всё от его взора.       — Ты даже не сопротивляешься… Мне нравится.       — Я знаю, ты не осмелишься на такое, слишком рискованно, а тебе проблемы не нужны, — мой голос был немного дрожащим, но, моя голова продолжала мыслить разумно.       — Ты плохо меня знаешь.       Его планам не суждено было сбыться, так как я врезал ему с ноги в лицо со всего маху. Это заставило того упасть с кровати и схватиться за лицо, в тот же момент я схватил свитер, который тоже валялся на полу, поднимать шорты и трусы, а особенно носки я попросту не смог, так как был напуган до усрачки. Я не знаю, как быстро бежал по лестнице вниз, не помню, как выбежал практически голый на улицу, поспешно натягивая свитер на тело, которое отказывалось останавливаться из-за пришедшего адреналина. Хоть я и знал, что брат не бежит за мной, но разум находился в своём состоянии. Было так страшно и неприятно, к самому себе, к нему, вообще ко всем.       После того как я всё-таки одумался и остановился, мне стало так хреново, как ни было никогда в жизни. Просто упал в обморок, толи из-за недостатка кислорода, толи из-за пережитого. Я не чувствовал своих конечностей, они онемели? Проснулся я уже дома, но не в своём, а, логично, незнакомом. Встать получилось с трудом, да и не с первого раза. Приподнявшись на кровати, осмотрелся, я был одет в халат, хоть и короткий, но всё-таки халат. Похоже, был женский, но особо разницы это не имело. Правда, сильно хотелось надеть, что более закрытое, например: штаны, сапоги до колена и тёплый свитер. Не могу, я вернутся домой, мне страшно. В первый раз в жизни боюсь этого человека, вдруг после осознания того, что он сделал, когда я приду домой, тот схватит нож и пырнёт в живот, да и отмстит за то, что в лицо с ноги дал. Из раздумий меня вывела скрипнувшая дверь. В проёме появилась мордаха девушки, которая с заинтересованным выражением лица вглядывалась в меня. Я как дурак помахал ей и улыбнулся. Правда последнее удалось с трудом, но, похоже, зашло, так как девушка в туже секунду подняла уголки губ. Та прошла в комнату, несся с собой поднос с едой. Я не голоден, но, похоже, девушку это не волновало.       — Я думала, что ты и сегодня не встанешь, — пролепетала девушка и открыла крышечку, которая прятала собой кашу. Как только девушка дала мне тарелку с кашей, она села рядом на кровать. Я с ужасом стиснул ноги под себя и чуть не выронил тарелку с едой. Комок в горле не давал произнести не слова, я чувствовал себя и смущенным, и растерянным, и напуганным одновременно. Девушка была слегка шокирована, но не удивлена.       — Прости, я, наверное, напугала тебя? Меня зовут Эдда, — произнесла девушка и протянула руку. — Если я тебе не нравлюсь как-то внешне, то извини…       — Нет-нет, всё хорошо! — возразил я и взял ложку в руку.       Руки дрожали, еле получалось держать ложку, она так и хотела выскочить из рук. А есть не хочется, даже противно становится, нет, сама каша выглядит очень опрятной и даже аккуратной. Организм просто не могу поглотить в себя что-либо. Я боялся, что удовлетворение принесёт мне те воспоминания, где меня заставили его получить. Чтобы Эдда ничего не подумала, я с дрожью поднёс ложку к губам и проглотил. Горячая, похоже, я обжёгся. Это больно, но мне хорошо, это приносит равновесие, я утоляю свою моральную боль в физической. Практически не чувствую вкуса, просто не пытаюсь, я забыл, что тот существует, горячая боль. Я с аппетитом съел половину, так как дальше боль перестала ощущаться из-за немного остывшей каши на дне.       — Спасибо большое, каша была вкусной, — соврал я, откладывая тарелку на рядом стоящую тумбочку.       Эдда снова улыбается и забирает тарелку, уходя, закрывая дверь. Я был удивлён, как незнакомая девушка смогла приютить парня, которого даже не видела. Неужели мне было настолько плохо? Руки начали мёрзнуть, я пытал крикнуть Эдду, но похоже, что на это сил у меня нет. Просто смирившись со своей участью, я лёг и накрылся одеялом. Все вопросы на потом, сейчас главное заснуть с надеждой, что всё это просто кошмар. ***       — Нет, пожалуйста, не надо… Умоляю.       — Я же сказал, что так и будет, ты жалок и сдашься мне, я давно тебя нашел. Лучше прийти самому, иначе тебе будет ещё хуже.       Подскакиваю на кровати и оглядываюсь по сторонам, у меня просто вся простыня, да и халат мокрый из-за пота, а из глаз не переставали течь слёзы. Я накрыл свои глаза ладонями и стёр всё, что на нём было, поджав ноги к груди и, обхватив их руками, пытался выкинуть всё из головы. Он же не изнасиловал меня, а если бы я не смог ударить его? Неужели, он сделал бы такое? Это так отвратительно. Начинаю царапать кожу на плечах, чтобы прийти в себя и успокоится. Вот так, боль помогает чувствовать себя реальным, живым и не потеряться в своём сознании. Прошел только… Стоп! А сколько я спал? Повернув голову на право, я увидел электронные часы, которые сначала не заметил, похоже, я стал таким невнимательным. Этот случай совершенно вымотал меня. Если я так расклеился из-за покушения, то… Нет, даже думать не буду. Я не понимаю, как в любом порно или хентае девушка может получать удовольствие, когда её насилуют. Похоже, люди просто странные и повёрнуты на своих фетишах и мечтах. Я усмехнулся и вздрогнул от осознания, что уже семь утра. Интересно, а хозяйка квартиры спит?       Но додумать мне не дал сладкий запах блинчиков, который исходил из стороны двери. Вот же чертовы законы физики, которые заставляют молекулы запаха блинчиков быстро распространяться. Но зато я узнал, что Эдда не спит. Я встал с кровати и тихо прошагал до двери. Чуть приоткрыв её, осмотрелся и понял, что квартира немаленькая, в ней, конечно, не заблудишься, но и кухню я нашел не сразу. Девушка, пока готовила, то стояла у плиты, то пускалась в пляс от музыки в наушниках со сковородкой в руках. На ней были короткие шортики и майка. Особенно мне запомнились её большие тапочки, такие розовые и пушистые. Я подошел к ней сзади и вытащил наушник из уха, девушка обернулась и немного подпрыгнула от неожиданности, всё-таки она думала, что ещё тихо дрыхну на кровати. — Смотри, твоя попка сама принимает меня, а ты уже на взводе… Ты такой слабый и никчёмный. Кусок дерьма. — Да, хозяин.       На мгновенье причудилось мне и тут же пропало, моя голова стала раскалываться, я сразу потёр висок, теперь кошмары стали появляться и не во сне. Черт, как же я устал. Надо позвонить брату, и договорится поговорить в людном месте, на людях он не осмелится делать резких движений. Он знает, я кричать умею. Только, где мой телефон?       — Эдди, — привлёк я внимание девушки, та обернулась и посмотрела на меня с вопросом, — ты не видела мой телефон?       — Да, он лежит на тумбочке в гостиной, просто тот разрядился, — девушка сняла наушники и продолжила готовить дальше.       Я же пошел в гостиную за телефоном, который действительно был на месте и заряжался. На экране светило три пропущенных от мамы, причем звонила она где-то в пять утра. Где логика у женщин? Я стал ходить по комнате, не решаясь набрать Илью. Нет, всё-таки надо поговорить, может, вышло недоразумение.       — Да какое к черту недоразумение! Он просто хотел изнасиловать меня! — прокричав такое, я с грохотом уронил телефон об стену. Потом опомнившись, что натворил, быстро поднял его с пола и проверил, работает ли. Да, живой. Снова успокоившись, набрал номер и дрожащим пальцем нажал на кнопку вызова. Пошли гудки. Я всеми мыслями умолял, чтобы тот не взял трубку, но судьба шутка злая.       — Да? — парень задал вопрос, он что, не узнал, а точно, у него нет моего номера.       — Илья, это я, — пытался сказать это уверенно, но, похоже, слабо получилось.       — Господи Макс, прости, я тебя не узнал, ты чего? — всмысле, он меня не узнал, мы же братья, а, кажется, вспомнил, мы же друг с другом говорим только одним тоном. Просто кричим.       — Илья, нам нужно поговорить о случившемся, — на том конце трубки молчание.       — Давай всё забудем, просто приходи домой, мама бегает по всем полициям и моргам, тебя ищет.       — Ладно, — я закрыл глаза и повесил трубку. Если честно, ничего не понимаю. Я просто запутался.