Жизнь после Смерти

      В первый день июля было солнечно. Небо было ясное, хотя кое-где проплывали облака. Хогвартс пустовал, все ученики уехали рано утром на Хогвартс-Экспрессе в Лондон. Все профессора собрались в Большом зале на завтрак, разговоры шли о предстоящем отпуске. Профессор Стебль, низкорослая полная дама, преподававшая травологию, говорила о поездке во Францию. А профессор Флитвик — преподаватель заклинаний, человек с маленьким ростом, который вставал на стопку книг, чтобы увидеть своих учеников из-за своего стола, — мечтал оказаться в Швейцарии, его очень привлекал швейцарский шоколад.       За преподавательским столом были все, кроме профессора Дамблдора и Рубеуса Хагрида. Они находились в кабинете профессора Дамблдора. Это была круглая, просторная комната, полная еле слышимых странных звуков. Множество таинственных серебряных приборов стояло на вращающихся столах — они жужжали, выпуская небольшие клубы дыма. Стены увешаны портретами прежних директоров и директрис, которые мирно дремали в красивых рамах. На золотой жердочке возле двери сидела птица-феникс с золотисто-красным оперением и шикарным длинным хвостом, напоминавшем хвост павлина. В стороне у окна стояла большая чаша — омут памяти, в ней плавало синее вещество и, как говорит Дамблдор, — это были его собственные мысли и воспоминания, которые он когда-либо видел. Рядом на полке — потертая, латанная-перелатанная волшебная шляпа. В центре располагался громадный письменный стол на когтистых лапах и с высокой спинкой кресло, похожее на трон. На нем восседал высокий, худой и очень старый, судя по серебру его волос и бороды — таких длинных, что их можно было заправить за пояс — мужчина. Это и был профессор Дамблдор. Сегодня на нём красовался длинный сюртук, поверх которого была наброшена, подметающая пол лиловая мантия, а на его ногах красовались ботинки на высоком каблуке, украшенные пряжками. Глаза за затемненными очками отливали ярко-голубой синевой, они казались очень живыми, яркими и искрящимися, а нос — очень длинным и кривым, словно его, по крайней мере, дважды ломали.       Он обсуждал летнюю кампанию на Скандинавком полуострове с Хагридом — человеком-великаном. Он был вдвое выше обычного мужчины и, по меньшей мере, в 5 раз шире. Вид он имел дикий: спутанная борода и заросли черных волос практически полностью закрывали его лицо, его ладони были размером с крышки от мусорных баков, а обутые в кожаные сапоги ступни — величиной с маленьких дельфинов.       — Хагрид, — говорил Дамблдор, — я хочу, чтобы ты выполнил некую миссию.       — Да, конечно, я все сделаю. — Хагрид, по обыкновению, сделал важное лицо.       — В таком случае, — Дамблдор достал Омут Памяти. — Тебе нужно поехать в Швецию и наладить связь с великанами. В помощь можешь взять мадам Максим.       — Хорошо, но как я дойду до них, то есть где они находятся?       — Сейчас они на юге Швеции, в горах.       — Я понял. Разрешите идти?       — Да иди Хагрид. Удачи.       Весь день Дамблдор писал письма и указания к Ордену Феникса — своему тайному сообществу, противостоящему Волан-де-Морту. Сегодня от отряда осталась половина, поэтому Дамблдор занялся набором новых людей.       К вечеру к нему заглянула профессор МакГонагалл — высокая черноволосая волшебница в изумрудно-зеленой мантии.       — Профессор Дамблдор, — лицо её было очень строгим, с такой лучше не спорить и не связываться.       — А-а-а… Здравствуйте Минерва, — спокойно протянул он. — Что-нибудь случилось?       — Ничего, пока все тихо, — своим будничным тоном ответила она.       — Похоже, Волан-де-Морт не собирается действовать в открытую.       — Странно, за последние дни ни одного исчезновения, что-то уж слишком спокойно для начала войны.       — Возможно, войны не будет, — спокойно сказал Дамблдор.       — Хорошо. А сколько времени Гарри пробудет у своих родственников? Ведь, когда такая обстановка…       — Какая обстановка Минерва? — прервал её Дамблдор. — Никакой обстановки нет, всё спокойно.       — Но если будет война, то воевать должны два лагеря, а получается, что воюют несколько.       — Замечательная теория, Минерва. И какие же? — насмешливо спросил Дамблдор.       — Во-первых, Волан-де-Морт развязал войну, но пока бездействует, мнимо набирая армию. Во-вторых, мы Орден Феникса. У нас с набором неплохо, но у Волан-де-Морта лучше. И, в-третьих, Министерство магии. Оно против Волан-де-Морта, но и мешает нам набирать новых людей и бороться с Волан-де-Мортом, так что, возможно, и против нас.       — Да, такая ситуация сложна, но не настолько, чтобы можно было паниковать, Минерва.       — Вы не ответили на мой вопрос, Альбус.       — Серьезно? Какой?       — Сколько Гарри Поттер пробудет у своих родственников? Нам надо победить Того-Кого-Нельзя-Называть, а не бегать от него, — с легким вызовом спросила профессор МакГонагалл.       — Жаль. Жаль, что вы так думаете, жаль, — вздохнул Дамблдор, подойдя к своему столу и взяв одну из ветхих книг. — Я надеялся, что вы поймете меня, но раз так, то я отвечу, пожалуй. Я оставлю Гарри у родственников до тех пор, пока не узнаю, что задумал Волан-де-Морт и пока не буду уверен, что смогу достаточно защитить его от Волан-де-Морта и Пожирателей Смерти.       — Вы что хотите, чтобы он просидел там всё лето? — поразилась профессор МакГонагалл.       — Не только лето, но и, возможно, весь год, пока всё не успокоится. Вы поняли Минерва?       — Да, Альбус, — профессор МакГонагалл развернулась и пошла к двери. Дойдя до неё, она оглянулась. Профессор Дамблдор стоял у окна и глядел в Омут памяти.       — Кстати, Альбус. Как дела с набором новых членов в Орден Феникса?       — Нам удалось заинтересовать ещё несколько человек.       — Кого же?       — Нимфадора Тонкс — аврор*; Кингсли Бруствер — тоже аврор; Артур и Молли Уизли, их сыновья Чарли и Билл займутся иностранными вопросам. И ещё несколько человек из Министерства.       — Неплохой результат. Надеюсь, мы наберем больше личного состава, чем 15 лет назад. Всего доброго. — И она удалилась.       Альбус долго обдумывал её слова и размышлял, что делать дальше. В основном Дамблдор любил рассуждать вслух.       — Так, мне надо любым способом следить за Гарри. За всё свое обучение в колледже он вечно влипал в разные истории. Стоп. Вот что главное. В истории он влипал именно здесь, в Хогвартсе. На первом году бродил по школе ночью, на втором пошел ночью в Запретный лес. На третьем разозлил сотню дементоров. Про четвертый я уже молчу — значит, чтобы уберечь его от опасности, необходимо: сделать всё, чтобы он остался у родственников, не допустить его возвращения в школу, если вернется, не дать ему принимать участие в войне. — Дамблдор составил блестящий план, а у его Ордена Феникса появилось блестящее задание.        Неожиданный стук в дверь отвлёк Дамблдора от своих размышлений. В кабинет зашел мужчина с сальными черными волосами, крючковатым носом и желтоватой, болезненного цвета кожей.       — Да.       — Можно, директор?       — Заходи, Северус.       Северус Снегг вошел в кабинет и осторожно опустился в кресло напротив директора.       — Ну, что замышляет наш темный дружок? — спокойно спросил Дамблдор.       — Он собирается, пока, действовать по-тихому. После того инцидента в старом переулке на юге Лондона 3 дня назад.       — А что там случилось, Северус?       — Темный лорд послал пятнадцать Пожирателей…       — Пятнадцать! Уже пятнадцать. Вчера их было восемь, — удивился Дамблдор. — Продолжай.       — Они переместились в этот переулок и хотели убить одного из наших.       — Кого? — снова перебил его Дамблдор.       — Похоже, Сириуса. Но это им не удалось.       — Почему?       — Нагрянула полиция, 3-4 машины по 5 человек. Началась перестрелка. Пожиратели Смерти сначала попытались прорваться в здание, когда это у них не получилось, они занялись полицейскими. Преимущество было на их стороне. Началась паника, взорвалось 2 машины полицейских. Затем примерно через минут 20 приехал ещё один автомобиль, и вот тогда наступил перелом.       — То есть? Что ты хочешь этим сказать? — заинтересовался Дамблдор.       — Ничего, — скептически ответил Снегг. — Странно. Два подростка присоединились к полиции и открыли огонь по Пожирателям Смерти. Начался полный хаос, взрывалось все вокруг, от переулка почти ничего не осталось. В результате ранено семь Пожирателей Смерти и трое убиты, и мы просто схватили раненых и смылись.       — Неплохая статистика, — сухо произнес Дамблдор.       — Да это уже 2 победа в этой войне.       — Северус это действительно хороший результат для начала войны.       — Чем же он хорош? Директор. В первой победе мы потеряли Седрика Диггори, а в этой погибло 5 маглов и 10 тяжело ранено и это только полиции, по моим данным всего погибло 10 человек и ранено 67 человек.       — Однако, заметь, Северус. Маглы учатся отражать натиск Пожирателей Смерти.       — Я бы не сказал, что это сделали именно маглы. Когда Пожиратели Смерти попытались их убить этих детей, они отбросили ружья и, достав пистолеты, открыли из них огонь заклинаниями «Сектусемпра» и «Петрификус Тоталус». Не представляю, как им удалось запихнуть заклинания в пули.       — Тогда это может означать только одно, что кто-то из подростков мог быть волшебником или…       — Или все они, — закончил за него Снегг, задумавшись. — На этом все.       — Спасибо Северус, ты свободен.       — Всего доброго, директор, — сказал Северус, идя к двери.       — Всего доброго, Северус.

***

      Выйдя из директорского кабинета, Северус взглянул на часы, была половина двенадцатого ночи. Он вздохнул и направился в учительскую, где сидела профессор МакГонагалл и что-то усердно писала.       — Минерва?! — удивился он.       — Северус! — ещё более удивилась она.       — Я думал, вы уехали, — удивился Снегг.       — Я решила остаться. Как вы считаете, Северус? Кто бы это мог быть? — задумчиво спросила профессор МакГонагалл.       — Вы подслушивали?       — Нет, что вы, я прочла в газете, — она указала рукой на «Ежедневный пророк», лежавший на столе. — Даже не представляю, как можно противостоять армии Волан-де-Морта без волшебства.       — Я тоже не представляю. Но все же давайте пока не будем зацикливаться на эту тему.       — Да, вы правы. А что вы думаете на счет Гарри?       — Поттера, да… директор, конечно, не хочет его смерти, но это не значит, что надо запрещать мальчишке бороться, — хладнокровно сказал Снегг с легким отвращением на лице. — Так что вы собираетесь делать, Минерва? Только не надо поручать это дело мисс Грейнджер. Можно, конечно, поручить Уизли.       — Они уже пытались, по-тихому не вышло. Это пустая трата времени. Тем более что охрана на этот раз будет лучше, чем у министра магии.       — М-м-м…да! Ну, я думаю, вы примите правильное решение Минерва.       — Разумеется, Северус.       — Спокойной ночи, — сказал Снегг и направился к двери.       — Спокойной…       Внезапно открылась дверь. В неё влетел Филч и заорал:       — Ученики бродят по школе ночью!       На что профессор Снегг холодно ответил:       — Ты чего орёшь, совсем спятил, учеников здесь ещё с утра нету. Минерва идите, а я с ним разберусь, прочищу мозги, — и шепотом добавил. — Задержу.       — Спокойной ночи, Северус.       — Вряд ли она теперь будет спокойной, — ответил Снегг. — А ты! — обратился он к Филчу, — старый хрыч, за мной. Для тебя у меня есть работёнка.       Он подождал, пока профессор МакГонагалл выйдет из учительской и обратился к Филчу:       — Дамблдор надеется собрать побольше людей в свою армию, и в его мерах все средства хороши. Поэтому через неделю, две, здесь может появиться группа волшебников, сопровождающих Гарри Поттера. Нам с тобой надо разработать план маршрутов прочесывания замка для более быстрого обнаружения группы. Так что установи на все выходы из замка сигнализацию, а я пока буду ждать указаний от директора.

***

      Пока Снегг разбирался с Филчем, профессор МакГонагалл прошла холл и вышла из замка.       Уже наступила ночь. Погода стояла превосходная, но вместо того, чтобы любоваться звездами, профессор МакГонагалл отправилась в Хогсмид, где её ожидало незаконченное дело. Она шла по темным переулкам деревни, проходя мимо кафе, магазинов, трактирчиков, и наконец зашла в трактир «Кабанья голова». Там ее поджидал Аберфорт — младший брат Дамблдора. У него были спутанные седые волосы и борода, очки, глаза за помутневшими линзами светились пронзительной яркой синевой.       Минерва и Аберфорт поднялись к нему в комнату, и профессор рассказала ему всё, что надумал директор Хогвартса. Аберфорту поведение Альбуса не понравилось.       — Он явно что-то задумал, — угрюмо заметил Аберфорт.       — О том и речь, и мне не нравится, что он решил оставить Гарри у маглов на весь год.       — Значит, надо доставить Гарри в Хогвартс и вести войну против Темного Лорда.       — Но для этого нужно быстрым путем доставить письмо Оливеру Вуду.       — Какое? — спросил Аберфорт.       — Вот это.       Из-под плаща она достала письмо. Аберфорт взял его, скатал в свиток и зацепил его за лапу серебристого сапсана. Затем подошел к окну и выпустил сокола. Сокол, крепко держа письмо, полетел в сторону, куда село солнца. Аберфорт пошел заниматься посетителями, а профессор МакГонагалл смотрела в окно и видела удаляющуюся вдаль птицу.       — Закат! — печально сказала профессор МакГонагалл и продолжила: — Красивое время, но рассвет для них будет ещё прекраснее. И рассвет начнется через пару часов, надеюсь, они смогут вернуться к прежней жизни. Один из них уже года три не знает, чем себя занять. Очень надеюсь, что Оливер найдет его.       Она отвернулась от окна, спустилась вниз, молча вышла из трактира и пошла в сторону замка. Эта ночь предвещала начало небывалой в истории школы борьбы преподавательского состава против директора колледжа. Забавным останется тот факт, что сам директор и начал против себя эту борьбу. Остальное же покатилось как снежный ком. И Дамблдор до последнего верил, что ситуация под контролем, но все пошло иначе. __________________ * Авроры — волшебники, охотящиеся на темных магов. Вся их жизнь посвящена крутым разборкам, перестрелкам и ловле убийц. ** Маглы — простые люди, не владеющие магией.