Жизнь после Смерти

      Рано утром у Оливера на пейджере появилось послание, которое его разбудило: «Привет. Это Годрик. Надо поговорить. Парк между улицей Магнолий и Глициний через полчаса». До Оливера не сразу дошло, о чем идет речь. Он поглядел на стол и заметил записку, где гласило: Привет, Оливер.       Я вернулся в Лондон и закончил работать над договором. Сегодня вечером подписываем договор с фирмой «Граннингс», поэтому Алексу возьму с собой. Надо же кому-то зацепить рыбку перед финальным броском. Вместо Алексы остался Доминик.

Увидимся, Годрик.

      Внезапно Оливер осознал, сегодня или никогда. Он быстро оделся, выпил кофе и, выйдя из дома, направился в парк. Когда он дошел до указанного места, ему просигналил темно-синий Cadillac. Оливер подошел к машине и сел в салон.       – Привет, Оливер, – поприветствовал его Годрик.       – Привет. – Оливер приветливо пожал Годрику руку. – Давно тебя не было.       – Всего-то три дня прошло и уже успели соскучиться? Я удивлен.       – Тяжело было следить за Гарри, он такой подозрительный, – произнес Оливер. – Кстати, вчера полиция задержала заказчиков нападения на меня.       – Да, я знаю. Чарли рассказал мне.       – С ним всё в порядке? – обеспокоенно спросил Оливер.       – Да, с ним всё хорошо, – успокоил его Годрик. – Он получил небольшую царапину.       – Слава богу, я уж подумал, что сотрясение. А сколько у нас осталось времени?       – Я думаю, этот день, ночь и ещё около суток. Хотя это, сам понимаешь, зависит только от нас самих. Если перегруппируемся за 4 часа, то этой ночью, если не успеем – средь бела дня. Я не думаю, что это приведет к успеху.       – А что может помешать? – удивленно спросил Оливер. – Тем более тебе.       – Я думаю, ты и сам догадываешься, – ответил Годрик.       – Что?       – Дамблдор и его прихвостни. Это было в письме, – напомнил Годрик. – Я не знаю, насколько они сильны, но помешать могут.       – Хорошо, попробуем обойти эту проблему. Но как быть с транспортом?       – Выбирай!       – Какие машины мы можем использовать?       – Ночью я планирую воспользоваться четырьмя, так будет удобнее путать следы. Ведь, когда мы посадим Гарри, за нами наверняка кто-то увяжется. У нас Lotus, Maserati и Porsche в ремонте, Hummer слишком большой, Land Rover засветился, этот Cadillac для договора. Так, что остаётся? – Годрик сделал небольшую паузу. – Только Jaguar, Ferrari, серебристый Cadillac и полицейский Porsche, – отрапортовал он. – Что возьмешь ты?       – Я возьму Cadillac и Ferrari.       – Отлично, тогда я две других. Так, с этим разобрались. Теперь следующее. Необходимо организовать и разработать эффектное появление на публике.       – Задачка для Фреда и Джорджа.       – Это точно. Так, сейчас я беру с собой Джорджа. Потом он и Чарли перевезут некоторый транспорт сюда, а то, что не нужно, сейчас откатим в отель. Кстати, я продлил бронь на недельку. Это на случай, если нам совсем не повезет. Хотя я думаю, если приодеть Гермиону, то что-нибудь, да и получится.       – На что ты намекаешь?       – Дадли очень редкостная личность, но немного туго соображающая. Тем не менее, с неплохой памятью. Думаю, Алекса пролетит процентов на шестьдесят.       – Что ты предлагаешь?       – Пусть Гермиона приоденется, но так, чтобы её не узнал Гарри, и погуляет по Тисовой улице. Глядишь, Дадли зацепит. Он пригласит её домой, и всё путем.       – То есть? Ты же не собираешься...       – А что? – перебил его Годрик. – Гермиона устранит проблему изнутри, усыпит бдительность, а мы тихонько возьмем штурмом дом, похитим Гарри и скроемся из виду. Только потом перегруппироваться не удастся, но это не так страшно. Тебя отвезти к дому?       – Да, – Оливер не ожидал такой быстрой смены темы.       Машина тронулась и быстро помчалась по улице. Когда подъезжали к дому номер 40, Оливер спросил:       – Годрик, а для нас уже нет пути назад?       – Почему? Время ещё есть! – Годрик был полон оптимизма. – Договор заключим часов в восемь вечера, а там ещё время до полуночи.       – Значит, начнем в полночь!       – Да. Не позже. Иначе полетим!... Очень далеко полетим, и я думаю надолго! – убедительно заявил Годрик.       Когда они приехали на Тисовую улицу и заехали в гараж дома номер сорок, ребята уже проснулись, а Гермиона продолжала спать. Доминик готовил завтрак, а Фред и Джордж играли в шахматы.       – Привет всем, – кинул им Годрик.       – О, какие люди, а мы уж думали... – начал Фред.       – Что больше тебя не встретим, – закончил за него Джордж. – Сколько работенки было – ты не представляешь.       – Неужели, – удивился Годрик. – И впрямь не представляю?! Вы-то хотя бы по ночам не работали.       – А ты работал?       – Пришлось, – вздохнул Годрик. – Думаю это мой рекорд. Написать договор за сорок часов.       – А сколько обычно уходит? – спросил Оливер.       – Дня два-три. Зависит от ситуации, – сказал Годрик. – Привет, Гермиона. Как спалось?       Гермиона спустилась в гостиную и ответила:       – Ужасно.       – А что так? – спросили близнецы.       – Мне приснилась та ночь, – ответила она.       Годрик побледнел. Оливер это заметил и поспешил сменить тему.       – Так какие планы, Годрик.       – Сегодня много работы. Мы разделимся на 2 команды, причем каждая выполняет свои функции.       – Какие? – близнецы очень заинтересовались, а Гермиона, похоже, не очень.       – Джордж и Чарли займутся транспортировкой новых машин. Как я понимаю, инфинити Алексы уже здесь?       – Да, вчера привезли, – спокойно произнес Оливер и налил Гермионе чай.       – Тем лучше, – сказал Годрик. – Далее я, Серджис, Анна и Алекса пойдем сегодня на разведку в дом Дурслей и заключим договор. Пока мы будем заключать договор, Фред, Джордж и Чарли будут спать. Никаких возражений. Впереди длинная ночь. Остальные тоже без дела не сидят. Доминик, отправляешься гулять. Осмотри всё вокруг дома и найди дамблдоровскую охрану. Гермиона, для тебя отдельное задание. Я больше чем уверен, что Алексе не удастся наладить контакт с Дадли после того инцидента с его девушкой. Поэтому попытайся во время небольших прогулок повстречаться с ним и найти общий язык. Хорошо?       – Ладно, я попробую, – без особого энтузиазма произнесла Гермиона и спросила: – А разве других способов нет?       – Из нормальных способов это последний, – ответил за Годрика Доминик.       – А что, у вас есть ненормальные? – глаза Фреда горели.       – Да, к сожалению, – меланхолично ответил Годрик. – Есть! – и, не дожидаясь вопроса, сказал: – Брать здание штурмом. Это самый крайний случай, – вздохнул он. – В любом случае на вокзале Кингс-Кросс мы должны быть завтра максимум в двенадцать часов.       – А пораньше нельзя? – с надеждой спросил Оливер.       – В это время бы уложиться, – ответил Доминик.       – А что, не уложимся?       – Если нет – в Хогсмид прорвутся не все.       – Как не все, – Гермиона была потрясена. – Годрик, как ты можешь такое говорить? – укоризненно спросила она.       – Тебя это удивляет?       – Да.       – Что ж. Как раз чтобы этого не произошло, мы и делаем перегруппировку.       – Только для этого?       – Не совсем, – ответил Доминик. – Вероятно, придется заметать следы или наоборот путать их. Ведь не так просто будет выкрасть Гарри так, чтобы ни один не заметил. Мы все-таки в населенном пункте, – с иронией сказал он.       – А не проще устроить где-нибудь заварушку, чтобы туда съехалась вся полиция?       – Это уже предусмотрено, Гермиона. Сюрприз начнет свое действие в полночь, но речь идет немного о другом.       – О чем же?       – О Дамблдоре естественно. Уж он-то сделает всё, чтобы Гарри остался у маглов, – сказал Годрик и молниеносно замолк, кажется, он переборщил.       Доминик тоже это заметил. Заминкой являлось то, что Годрик и его друзья, кроме Алексы, давно отказались от жаргона волшебников. Более того, они старались не упоминать вообще о волшебном мире. Может, причиной было то, что они слишком долго жили в мире простых людей или что-то другое заставило их распрощаться и отречься от волшебства. Они мало говорили на эту тему, но всегда интересовались новостями из мира волшебников.       – Ну что ж, пора заниматься делами, – разрядил атмосферу Доминик, после особенно долгого молчания.       – Да, пожалуй, – ответил Годрик и обратился к одному из близнецов. – Джордж, поехали. Отвезем тачки в отель.       – Хорошо, всем удачи, – попрощался близнец и пошел вместе с Годриком к машинам.       – Да, ещё вот что, Оливер, – обратился Годрик. – Подготовь план пути в Лондон.       – Подготовлю. Кстати, Годрик, сколько ехать отсюда до вокзала? Примерно.       – Гнать не будем, поэтому где-то около трех часов. Водители, пока есть время, отсыпайтесь – впереди у нас длительная ночь, – серьёзно сказал Годрик. – Всё, до встречи. Пошли, Джордж.       – Пока всем, – улыбнувшись, произнес близнец.       Ребята вышли из гостиной, и пошли в гараж. В гараже было темно до такой степени, что Годрик снизошел до того, что произнес заклинание, предварительно достав палочку: – Люмос, – прошипел он.       Гараж моментально осветило мощным световым пучком, струящимся из палочки Годрика.       – Круто! – восхитился Джордж.       – А ты думал, что мы только пистолетиками можем махать?       – Признаться, да. Я вообще изначально посчитал вас маглами.       – Ты бы видел, как я собственноручно разнес гостиную Слизерина. Если сделать поток мощнее, то я думаю, от этого дома и фундамента не останется.       – Серьезно? – с азартом спросил Джордж.       – Нет.       – А жаль.       – Мне тоже.       Ребята прыснули, но Годрик довольно быстро успокоился и сел в Hummer. Джордж сел в Cadillac. Машины осторожно, не спеша, выкатили из гаража, и направилась в отель по более длинному пути. Всё делалось в целях правил предосторожности. Никто не должен знать об их планах на надвигающуюся ночь. Тем более о планах на следующий день.

***

      Когда ребята приехали в отель, все уже проснулись и готовились к предстоящему договору. Годрик и Джордж заехали на стоянку, которая заметно опустела – не было ничего, с чего начиналось это приключение: ни роскошного Porsche Алексы, ни дорогого Lotus-а Годрика, ни скоростного Maserati Чарли, ни Land Rover-а, ни тем более Dodge Dakota, с которого и начались все неприятности. Вместо этого здесь стояли: Lexus Lx570 и скромного вида джип от компании Toyota. Джордж, увидев обновку гаража, глубоко вздохнул.       – И это всё, что осталось от нашего парка? – унылым голосом спросил он.       – Не переживай, чем меньше машин, тем легче ориентироваться, – сказал Годрик и добавил. – Я поеду в этой. – Он указал рукой на покоцаный джип Toyota.       – Ты поедешь на этой развалюхе? – в голосе Джорджа было явное недоумение.       – Никогда не суди по внешнему виду, – серьёзно произнес Годрик. – Иногда под капотом может оказаться такое, что у бога глаза из орбит вылезут. С людьми примерно так же. Все судят по внешнему виду, не копая глубже. Это иногда полезно, а иногда и ошибочно. Например, есть люди, которые в мире простецов одеваются крутыми. Они не всегда могут быть хорошими, в большинстве случаев наоборот. Да и крутизна всегда была пороком тщеславия и никогда не приносила пользы, только зло. Богатые никогда не задумываются о том, сколько вреда они приносят, когда идут к своей цели, да это их и не волнует – главное достичь, а что потом – неважно. Люди, несущие добро в жизни, как правило, бедные – за исключением нашего отряда. Вот ты смотришь на старую машину и на неправильно одетого человека или на шикарную дорогую машину и бизнесмена в строгом костюме, который на всё смотрит как бы свысока. Какую сторону ты выберешь? Многие люди годами не могут определить, какую сторону им выбрать. С одной стороны доброта и бедность, с другой – деньги и ненависть ко всем. В обоих случаях есть кнут и пряник. В первом – доброта, счастье, миролюбие, во втором – лишь деньги и злоба. Лично я уже три года роюсь во всем этом и пытаюсь найти причину, почему люди не стремятся к простому, тихому счастью, а к вечной наживе денег, всё больше, больше, больше, а толку, – срывается Годрик. – Толку от этого всего, если нет ни цели, ни счастья, ни смысла.       – А что для тебя счастье? – прискорбно спросил Джордж.       – Друзья, – просто и тихо сказал Годрик, глядя Джорджу прямо в глаза. – Большего в жизни не нужно, только лишь не получить удара в спину. Тем более, что моё счастье уже ушло и никто его не вернёт.       Послышался шорох. Ребята обернулись. На лестнице сидела Алекса, её глаза были полны слёз, что было довольно редко. Но сейчас Годрик открыл ей свою душу, что не всегда был хладнокровным и спокойным, как удав, пнём. Не обратив на неё внимания, Годрик прошел наверх, а Джордж остановился рядом с ней и спросил:       – Что с тобой?       – Ничего. Просто он пока ещё никому не открывался, по крайней мере, мне, – тихо произнесла Алекса. – Он не так прост, как кажется. Его трудно провести, перехитрить, обмануть и запутать. Он всегда настороже. Единственный, кто ему не по силам – это Темный Лорд.       – Значит, он боится Того-Кого-Нельзя-Называть!       – Я не знаю, чего он боится, – устало сказала Алекса. – Он больше сам пугает, чем кого-то боится. Хотя, вполне возможно, что он боится смерти.       – А ты нет? – спросил Джордж.       – А кто её не боится? – переспросила Алекса. – Если за друзей, то не страшно. А просто так – всегда страшно.       – Ладно, пойдем наверх, – сказал Джордж и добавил: – Как сказал Годрик, у нас сегодня, насыщенный день.       – Джордж, подожди, – окликнула его Алекса, когда он продолжил подниматься по лестнице. – А ничего, что я самая младшая в группе? То есть, я хочу сказать, это не мешает мне быть лучше и сильнее моих друзей, а главное наравне с вами?       – О чем ты?       – Я всегда задаю себе этот вопрос, когда выполняю с ними задания. Потому что они все относятся ко мне снисходительно, даже когда я ошибаюсь, и у меня складывается впечатление, что из-за возраста. Ты как думаешь? – в её голосе была не только печаль, но и некий заигрывающий интерес.       – Я считаю, что ты ещё покажешь себя. У меня тоже есть младший брат, ему тоже 15, и мне кажется, что он ещё скажет свое слово. Вопрос только когда? Наверное, после того, как я покину Хогвартс.       – Так считаешь.       – Да.       – Ладно. Я спокойна, – прошептала Алекса, Джордж начинал вызывать у неё некую симпатию. Не то, что Оливер – помешанный на квиддиче.       Джордж помог Алексе подняться, и вместе они пошли наверх. Войдя в гостиную, они застали Серджиса, Анну и Годрика за очень интересным занятием. Оказалось, только что прибыли костюмы. И теперь Годрик и Серджис стояли и примеривали смокинги, которые отлично на них смотрелись, а Анна смотрела на себя в зеркало – на ней было красивое вечернее платье для богатой леди. Она заметила на себе взгляд Алексы и, улыбнувшись, сказала:       – Алекса, как тебе? – спросила она, покрутившись на месте.       – Тебе оно очень идет, – с восторгом ответила Алекса, а Годрик ухмыльнулся. – Что ты ухмыляешься? – недовольно спросила она.       – Посмотри лучше, что для тебя приготовлено, – с прорывающимся восторгом сказал он.       Алекса посмотрела на вешалку, на которой были привезены наряды и ахнула. На вешалке висело прекрасное вечернее платье. Такие когда-то носили принцессы европейских стран. Платье радужно переливалось золотисто-красным оттенком и ярко выражало все прекрасные эмоции Алексы.       – Класс!!! – не удержалась она, чему несказанно обрадовался Годрик.       – Что, нравится? – спросил он.       – Ещё бы. Всегда о таком мечтала, – в глазах её пылал яркий огонь счастья.       – Ну что стоишь, меряй, – поторопил её Годрик.       Алекса с интересом спросила:       – Сколько оно стоит?       – Стоило, – мягко поправил её Годрик.       – Стоило? – испуганно спросила Алекса. – Его что, кто-то купил?       – Да, – с иронией ответил Годрик.       – Мне что-то нехорошо, – сказала Алекса, и её глаза закатились.       Ещё с полминуты она стояла, затем начала падать. Годрик успел её подхватить и, вместе с Джорджем, отволок на диван.       – Ну, надо же – обморок, – веселясь, произнес он. – Первый раз вижу, чтобы девушка, тем более Алекса, упала в обморок от того, что платье кто-то купил.       – И кто же его купил? – спросил Серджис, достав палочку:       – Агуаменти.       Хлынула струя ледяной воды, и Алекса с визгом очнулась.       – Так кто же купил платье? – с нажимом спросил Серджис.       – Я, – весело ответил Годрик.       Все, даже Готвард, расхохотались. Алекса не спешила к ним присоединиться и ещё не до конца поняла, что имел ввиду Годрик.       – Ты его купил? – спросила она, когда все успокоились.       – Я.       – За сколько?       – А это важно?       – Да.       – За пять миллионов фунтов, – наобум ответил Годрик.       Звон упавшей посуды и бьющегося стекла, падения ваз и тел. Мальчики стояли посреди гостиной и наблюдали за итогом Годриковой шутки. Тела Алексы и на сей раз Анны лежали в разных позах. Одна на столе, другая на полу. Также пострадало три вазы с цветами, но разбилась лишь одна, и вдобавок небольшой сервиз. Годрик долго рассматривал своё творение, пока Джордж его не спросил:       – А сколько ты заплатил на самом деле?       – За все костюмы мы отдали пятьдесят тысяч фунтов, – сказал Серджис. – Причем только на платье Алексы ушло тридцать тысяч. Всё-таки штучная работа и на заказ, думаю, в Хогвартсе оно ей тоже может понадобиться.       – Вы так уверены, что всё получится? – поразился Джордж.       – Не получится, – добавил Годрик. – Не беда. Возьмём и ни у кого спрашивать не будем.       – А не мог ещё пораньше купить? – спросил Джордж.       – В смысле?       – Века пятнадцатого, – предложил Серджис. – Или десятого...       – Или за три тысячи лет до нашей эры, – остановил Годрик Серджиса. – Нет уж. Пусть в этом походит. Не развалится. Ещё не примерила, а уже в обмороке.       – О, они начинают приходить в себя, – заметил Джордж.       – Вовремя, я уж боялся, что они только к вечеру отойдут, – съязвил Серджис.       – Да ладно тебе, – приструнил его Годрик. – В первый раз что ли?       – С обмороком? Да... .       – И в последний, – произнес хриплый голос с пола.       Анна поднялась с пола и обвела парочку очень строгим взглядом. На лице Серджиса появилось крайнее недоумение, а что до Годрика, то он вообще к этому не причастен.       – Ну... так что вы мне хотите рассказать про свое поведение, – требовательным голосом старшего изрекла она.       – А мы причем? Мы ничего не делали.       – Ваши шуточки мне уже во где, – заорала она, показав рукой на свое горло.       – Какие шуточки? – недоуменно спросил Серджис.       – Да, мы что ль виноваты, что вас от одной плохой новости с души воротит, – вставил Годрик.       Джордж стоял и молча наблюдал за ними. Их разговор с Анной слегка походил на дружескую беседу его и Фреда с их матерью, когда та особенно на них разозлится. Сейчас в роли миссис Уизли выступала Анна. Она неистово орала на потупившихся ребят. Затем, не найдя ничего подходящего, схватила со стола Алексу и, достав у неё из кармана волшебную палочку, направила на провинившихся ребят. Но ребята вовремя поняли, к чему идет разговор и, как только Анна обернулась, хором произнесли:       – АГУАМЕНТИ!       Бедняжку Анну так окатило водой, что промок весь её костюм. Джордж быстро исправил ситуацию и высушил одежду Анны. Зато очнулась Алекса и забрала у остывшей Анны свою палочку.       А Годрик произнес:       – Прости, Анна, но вода – самый лучший способ избавить человека от бешенства.       На сей раз рассмеялись все, кроме Анны и Годрика. Она долго буравила его взглядом, и, наконец, сказала:       – Ещё раз так подшутишь – я за себя не отвечаю.       – Хорошо, учту, – траурным голосом сказал Годрик.       И ребята стали готовиться к предстоящему празднику. А Джордж стал дожидаться, когда проснется Чарли, чтобы перетранспортировать машины.

***

      Сегодня был прекрасный день для заключения договора. Благоволила сама погода. Было солнечно и немного ветрено. Но все-таки жара немного спала, по сравнению с предыдущими днями этой недели. Сегодня жители дома номер четыре поднялись очень рано. Весь день в доме стояла невообразимая суматоха. Тетя Петунья прибиралась в доме, дядя Вернон примерял новый костюм, а Дадли решил немного погулять, и Гарри тоже решил прошвырнуться, чтобы не мешать тёте.       На улице было прекрасно. Гарри прошелся по Тисовой улице, дошел до парка и немного в нём побродил. Когда он проходил мимо узкого переулка на улице Глициний, он заметил Дадли, следившего за кем-то. Около пяти минут он пытался понять, что так заинтересовало его кузена. И вдруг причина открылась. Из-за угла вышла девушка необыкновенной красоты. Она была в летней блузке и шортиках, на ногах были босоножки. У девушки было добродушное лицо, карие глаза, слегка каштанового цвета волосы, собранные в хвостик. Она семенила по дороге и постоянно улыбалась смутно знакомой Гарри улыбкой. Наконец, Дадли вышел из-за своего укрытия. Девушка приостановилась и игриво посмотрела на него.       – Привет, – мягко поздоровался Дадли, Гарри показалось, что кузен влюбился.       – Приветик, – весело ответила девушка. – Как тебя зовут? – с легким любопытством спросила она.       – М... м... меня, Дадли, – промямлил Дадли.       – Очень приятно, – проверещала девушка и, помолчав, добавила: – А меня Люси. А где ты живешь?       – Мой дом четвертый, – сказал Дадли – а ты здесь давно?       – Нет, я только вчера приехала на каникулы.       – Ты одна что ли?       – Неа, с братом.       – Может, станем друзьями? – предложил Дадли.       – А может, станем поближе, чем просто друзья, – проворковала Люси.       – Не понимаю, о чем ты, – не понял Дадли.       – А ты мне приглянулся Дадли, – произнесла Люси.       – Ты мне тоже, Люси.       Внезапно в сумочке Люси зазвонил телефон. Девушка взяла телефон и пропела:       – Я вас слушаю.       – Люси, домой, – сказал грубый голос.       – Но я даже не погуляла, – обиженно воскликнула она.       – Мне что четыре столетия ждать, пока ты нагуляешься? Быстро домой.       Выслушав выговор, она, погрустнев, положила телефон в сумочку.       – Ну что ж. Мне пора, – опечаленно сказала она. – Брат зовет. А так хочется погулять, но, увы, нельзя. Только вечером или ночью. А ты гуляешь ночью, Дадли?       – Нет, но хочешь, приходи ко мне домой вечером.       – Когда? – с улыбкой спросила она.       – После девяти. Сможешь? – с любопытством спросил он.       – Да, смогу, – ответила Люси. – Ой, а это кто? – спросила она, указав на Гарри.       – Это мой кузен, Гарри.       Люси оценивающе оглядела его и сказала:       – Ничего интересного. Пока, – попрощалась она и засеменила вприпрыжку к дому.       – Лакомый кусочек, – произнес Дадли, когда она удалилась. – Ладно, Гарри, пошли, а то скоро наряжаться к празднику.       И они направились в сторону дома.

***

      За два часа перед договором. Отель. Годрик и Чарли думали, как перевезти машины незаметно для окружающих.       – Годрик, может, стоит через парк? – предположил Чарли.       – Нет, там слишком много народу. Так что пока следи за плотностью движения на дорогах. Когда плотность возрастет, выбирайтесь и держитесь там, где побольше машин.       – Окей.       Минуты летели на удивление быстро, а Чарли всё ждал момента. Машины были уже заведены и прогреты. В районе двух уехал Годрик со всей компанией, оставив Чарли и Джорджа одних. Им предстояло последними покинуть это заведение.       Начинало вечереть, когда ребята тронулись с места и выехали из отеля. Хотя машин на дороге было ещё мало – многие водители были ещё на работе – они уже не казались такой редкостью. До Тисовой улицы ехали очень медленно. Проблемой оказался джип Toyota, он, казалось, на глазах развалится. Когда завезли машины в гараж, Чарли выпил чашку чая и молниеносно уехал на Jaguar-е в отель, а Джордж, по приказу Оливера, лег спать. Сам же Оливер спать не собирался, поэтому, надев спортивный костюм, решил сделать пробежку.       Перед тем, как выйти на улицу, Вуд принял оборотное зелье с волосом офицера и вышел из дома. Сначала он пробежал до парка, там обнаружил странную машину. Она как бы следила за домом и в тоже время не подавала никаких признаков. Но Оливер уже достаточно натренировался, чтобы понять, чего хочет водитель. Похоже, что это была засада. Водитель не был маглом – он был в мантии. Это насторожило Оливера, и он сделал пометку – сообщить Годрику. Всё запомнив, он побежал в начало Тисовой улицы. Неподалеку от дома номер тринадцать, он повстречал Гермиону.       – Привет, красавица! – прокаркал он.       – Привет. Ну что, как дела идут? – поинтересовалась она.       – Идут пока гладко, – непринужденно ответил Оливер, – а у тебя как?       – Удалось заарканить Дадли, – счастливо произнесла Гермиона.       – Как?       – Я ему приглянулась, и, похоже, он влюбился в этот образ. Вечером приглашает к себе.       – Блестяще, надо известить Годрика...       Но Гермиона прервала его:       – Нет, не надо.       – Почему? – удивился Оливер. – Мы вроде бы одна команда.       – Просто я хочу, чтобы они попробовали, а мы подстрахуем.       – Прости за нескромный вопрос, но Дадли сильно на тебя запал?       – Похоже, да. Или это очередная уловка.       – Получается, у Алексы нет шансов.       – Не знаю. Это зависит от неё.       – Ладно, ты Доминика не видела? – спросил Оливер.       Гермиона засмеялась. Оливер не понял над чем и спросил:       – Что тебя рассмешило?       – Он...он... он нацепил военную форму зеленого цвета и носится вокруг дома номер четыре, – посмеиваясь сказала она. – А буквально полчаса назад я встретила его, и он мне передал несколько записей, вот они, – она показала их Оливеру.       – Думаю, Годрик с этим разберется. Но что тебя рассмешило?       – Он куст на себя надел и кустом ко мне подошел, – смеясь до колик, произнесла Гермиона.       – Ладно, пойдем домой. Тебе тоже не мешает поспать, – рассудительным голосом сказал Оливер.       – Хорошо, только давай наперегонки.       И ребята побежали наперегонки домой. Для Доминика, притворившегося газоном, это казалось несколько необычным. Взрослый мужчина, бегает наперегонки с девушкой, которая лет на двадцать младше его. Но он не стал выдавать своей позиции и продолжил наблюдение, лишь возведя глаза к небу с вопросом: «Куда катится мир?».

***

      День. На часах без пяти два. Семейство Дурслей и Гарри собрались в безупречно чистой гостиной. Дядя важно прохаживал в своем смокинге и проговорил важным голосом:       – Так, повторим, как мы встретим гостей. Петунья, когда гости приедут, ты будешь...       – Ждать в холле, чтобы гостеприимно пригласить их в наш дом, – закончила за него тетя Петунья.       – Отлично, а ты, Дадли, будешь...       – Я распахну перед ними дверь.       – Чудесно, – похвалил сына дядя Вернон. – А ты, Мардж, поприветствуешь дорогих гостей.       – Хорошо Вернон, – проворковала тетушка Мардж.       Дядя, наконец, повернулся к Гарри.       – А ты?       – Встречу гостей с вами на улице, – предположил Гарри.       Дядя сделал недовольную гримасу, но потом произнес:       – Прекрасно. Так, когда гости войдут, я проведу их в гостиную, представляю Петунье и предлагаю что-нибудь выпить. В четыре тридцать...       – Я приглашаю гостей к обеду, – важно произнесла тетя.       – А ты, Дадлик, скажешь...       – Господа и дамы, позвольте проводить вас в столовую.       – А ты? – спросил дядя Гарри.       – Помогу Дадли провести гостей в столовую, – монотонно ответил Гарри.       – Правильно, – кивнул дядюшка. – За обедом каждый скажет гостям что-то приятное. Петунья, ты что придумала?       – Вернон, а что я могу придумать, если даже не знаю, как их зовут! – неуверенно сказала Петунья. – И я, даже не знаю, чем они занимаются.       – Хм... Я думаю, они представятся нам, – додумался Вернон.       – Хорошо, тогда как увидим их, сообразим, что сказать, – ответила тетя.       – Чудесно! В шесть часов позовем гостей на чай с тортом и пудингом. Дальше разговариваем на самые разные темы, покажем наше убранство и дом. И того и глядишь к восьми часам подпишем договор.       Разговоры и репетиции праздника окончились за десять минут до приезда гостей. Пока тетя Петунья и тетушка Мардж прибирались на кухне, а дядя Вернон важно расхаживал взад-вперед по гостиной, Гарри вышел из этого дурдома на улицу. Дул свежий ветерок.       Ровно в три часа пополудни к дому номер четыре подкатил темно-синий Cadillac. Из него вылезли четверо молодых людей в смокингах и вечерних платьях. Когда дядя и тетушка Мардж вышли, чтобы встретить гостей, они отметили, что их костюмы намного дешевле, чем костюмы гостей.       – Добро пожаловать, господа! – поприветствовал он их.       – Здравствуйте! – поздоровалась девушка лет пятнадцати.       – А я и забыл представить вам своих спутников, – серьезно произнес Годрик. – Это мисс Ягуар, – он указал на девушку лет пятнадцати. Левой рукой он повел в сторону девушки, стоявшей слева от него, и представил её: – Это мисс Готвард. А это, мистер Скарлет, – произнес он, указав на Серджиса. Тот стоял справа от него.       – Прошу в дом! – пригласил их Гарри под одобрительным взглядом дяди.       Гарри был очень рад, что генеральные директора оказались не старше его. Была большая перспектива на разные разговоры.       – С удовольствием, – сказала Алекса и переступила порог.       – Благодарю, – мягко произнесла Анна.       Годрик подошел к Серджису и прошипел:       – Что-то мне не по душе эта леди. При осмотре будь предельно осторожен.       Серджис коротко кивнул и пошел в дом. Гарри вошел за ним. А Годрик повернулся к дяде Вернону.       – Рад встречи с вами, мистер Дурсль. Очень надеюсь, что ничего сегодня не помешает нам подписать договор.       – Разумеется. Прошу в дом, – пригласил его мистер Дурсль. – Мардж, – тихо обратился он к тетушке. – Как тебе эти молодые люди? Ничего не заметила странного?       – Пока ничего, Вернон, – ответила тетушка. – Но я краем глаза уловила, что они успели обмолвится словечком.       – Хорошо, если что-то заметишь, пригладь волосы.       – Ладно, – согласилась тетушка, и они пошли в дом.       Гарри и Дадли встречали гостей в прихожей.       – Здравствуйте, дорогие гости, – приветствовал их Дадли.       – Добрый день, – сдержанно ответила Анна.       – Приветствую наследников фирмы «Граннингс», – весело произнесла Алекса, но тут же утихомирилась под строгим взглядом Годрика.       Он подошел к ней и сказал:       – Ты не в клубе, а на деловой встрече, так что веди себя как следует, если хочешь управлять фирмой.       К несчастью, а может и к счастью, их разговор услышал Дадли и, как только Годрик отошел от Алексы, сразу подошел к ней и спросил:       – Это твой жених?       Алекса потеряла дар речи.       – Нет, – справилась она с собой – знакомый.       – Значит, ты одна.       – Как ты догадался.       – Мы с тобой уже встречались, помнишь?       – Не припоминаю, – сказала Алекса и отошла.       Подойдя к Серджису, она злобно спросила:       – Что это значит?       – Веди себя прилично, – поучительно заявил Серджис.       – Я не встречалась с этим типом.       – А кто в этом виноват, ты ведь уже взрослая.       – В этом виноват ты, – решительно заявила Алекса. – Только ты держишь в машинах оборотное зелье.       – Какая логика, – восхитился Серджис. – Блеск.       – Не остри, лучше ответь.       – Ты ведь уже взрослая девушка, или нет?       – Когда я с ним встречалась? – гневно прошипела она.       – Когда нашла дом.       – Где?       – На Тисовой улице.       – Слушай, Лиса. Скажи НО-Р-МА-ЛЬ-НО! – вышла из себя Алекса. – Где?       – Здесь не могу, Гарри услышит.       – А в туалете?       – Что ты там собралась делать? Мы в гостях, а не у тебя дома.       – Ладно. Я встречалась с ним? – успокоилась Алекса.       – Да, и отбила у него девушку, – сдался Серджис.       – Блеск. Ладно. Я в теме. – Алекса отошла от Серджиса.       Внезапно раздался голос дяди Вернона.       – Не желаете ли выпить, – услужливо предложил он.       – Смотря, что! – сказала Анна.       – Ну, например, вино, – предложил дядя Вернон.       – Если только легкое, – согласилась Анна.       – Хорошо, а вы? – обратился он к Серджису.       – Я тоже легкое, как и мисс Готвард. Мне ещё договор подписывать.       – Как и вам тоже, – поразился дядя.       – Неужели вы не знали, – изумился Серджис, – что договор со стороны Оксфорда подписывается тремя лицами? Со стороны Оксфорда, университета и колледжа. Я подписываю со стороны Оксфорда, мистер Котлин со стороны университета, а мисс Готвард со стороны колледжа. Мисс Ягуар здесь представляет делегацию от школы.       На этом беседа закончилась. В половине пятого тетя Петунья пригласила гостей обедать. Сегодня у Гарри был великолепный день. Сегодня Дурсли ни в чем ему не отказывали, не упрекали, не ругали и впервые относились к нему, как к равному. Это его радовало, но и напрягало. Что-то странное было в этом поведении. И он пока не мог понять, что именно.       Вечер удался на славу. Гости обсуждали самые разные темы. Говорили обо всём: о спорте, жизни, промышленности, перспективах развития и обучения. Гарри решил ненадолго отлучиться, это заметила не только тетушка Мардж, но и Годрик. Он долго не сводил глаз с удаляющегося Гарри, что даже потерял нить разговора.       Когда Гарри вышел из душевой, его настигла тетушка Мардж.       – Ишь ты! Доволен, щенок? Учти, как только они уйдут, тебе не поздоровится. Сегодня ночью я тебе всё припомню и сведу тебя в... – она не успела договорить и, развернувшись, поспешно удалилась.       Гарри поначалу не понял, что её спугнуло. Но посмотрев в сторону, увидел Годрика. Его глаза ярко светились.       – Привет, – произнес он. – Как дела?       – Да ничего, – ответил Гарри.       – Серьезно? – осторожно спросил Годрик.       – Не очень.       – Из-за этой?       – Да.       – Неприятная личность.       – Да! – согласился Гарри.       – Ты сын мистера Дурсля?       – Нет, племянник.       – А где ты учишься? Судя по всему, образование хорошее, – сказал Годрик и, глядя на изумленного Гарри, добавил: – Не каждый может распознать аганит.       – Я учусь в колледже, – улыбаясь, ответил Гарри и про себя добавил: – «Откуда он знает, ведь это же один из прочных камней волшебного мира, предназначенный для волчьей отравы».       – Тоже неплохо, но у меня сложилось впечатление, что твои родственники слишком натянуто себя ведут.       – Для них важна эта сделка, – монотонно пробубнил Гарри.       – Так же, как и для нас. Если хочешь, вот тебе предложение на будущее, так, для раздумий. Могу предложить тебе работу на посту младшего директора в производстве транспорта.       – Думаю, это не моя сфера деятельности, – мягко отказал Гарри.       – И не моя, – деловито произнес Годрик. – Но кому-то заниматься этим надо. Что поделаешь? – вздохнул он. – Когда хочешь помочь людям, нужны средства, а для того, чтобы они были – приходится приниматься за всё подряд. При этом некогда разбираться – надо или нет.       Такое признание было для Гарри потрясением, Годрик качественно занимался вещами, которые ему не по душе. Но больше всего его поразило в Годрике убийственное спокойствие и безразличие ко всему, о чём он говорил. Гарри отметил, что Годрик еле-еле сдерживается, и вспомнил свой сон. Он взглянул Годрику прямо в глаза.       – Послушай, мы случайно нигде не встречались? – спросил он.       Годрик взглянул на него весьма цепким взглядом, а Гарри в свою очередь отметил, что глаза Годрика были яркие, зелено-желтые, как у затаившегося в кустах гепарда.       – Встречались, – коротко ответил Годрик.       – В школе, – догадался Гарри.       – Забудь. Я уже не тот, кем был, – строго сказал Годрик.       – Я тоже, – ответил Гарри.       Годрик отошел и спустился вниз, Гарри следом. Ровно в шесть тётя Петунья подала чай. Оставшееся время прошло спокойно. Дядя Вернон стал рассказывать забавные истории и анекдоты. А тетя Петунья и тетушка Мардж разговаривали с Алексой и Анной по поводу нарядов и способов отдыха.       – У вас такие прекрасные платья! – восхищалась тетя Петунья. – А позвольте спросить, где вы их приобрели?       – Мы приобрели такие наряды в одном из магазинов мистера Котлина, – сказала Анна.       – А мистер Котлин, это случайно не отец вашего спутника? – поинтересовалась тетушка Мардж.       – Нет, – ответила Алекса. – Это как раз магазин нашего спутника.       – Но вы не можете управлять фирмами в таком возрасте! – тетя Петунья недоумевала.       – Почему? – спросила Алекса. – Ведь никто не знает нашей методики.       – И тем более сферы деятельности, – добавила Анна.       – А чем вы занимаетесь? – спросила тетушка Мардж.       – Мы не вправе разглашать это, – прервал их Годрик, не терпящим возражения тоном.       Ближе к восьми часам стали оформлять договор. Первой подписалась Анна, после неё Серджис, затем дядя Вернон и, наконец, Годрик. Когда договор был подписан, гости ещё немного посидели и, распрощавшись, уехали.