Кусты сирени

      Эхом отдавались шаги в длинном коридоре, который озарялся светом блеклой луны. Две маленькие девочки, босиком идущие по холодному полу, испуганно переглядывались друг с другом, при этом держа в тонких ручках свечки с подрагивающими огоньками, которые служили единственными источниками тепла в этом пугающем месте под названием «Детский дом Санни». В этом страшном месте кроме жутких воспитателей, бивших детей просто ради забавы и съедающие почти всю еду, предназначавшуюся бедным сиротам, была еще и точно такая же атмосфера, от которой исходил лютый холод и одиночество, свалившийся на и так потрепанных жизнью детей.        Девочки испуганно вскрикнули, когда прямо перед ними, будто из-под земли, появилась воспитательница детского дома. Сироты задрожали всем своим телом, так как они знали, что будет ожидать их дальше. Вскоре пришли еще пятеро воспитателей, таких же угрюмых как и та, которые, в свою очередь, ни говоря ни слова, просто взяли девчушек за шиворот и потащили их по темному коридору, после окончания которого, повели их вниз. Проходя скользкие ступени, на которых поскользнулась одна из сирот, больно ударившись мягким местом. Они попали прямиком в подвал, который встретил их холодом, запахом гнили и сырости. Бросив девочек в это отвратительное место и, конечно же, заперев их там, воспитатели удалились, вместе с двумя свечами, оставив наказуемых без, даже крохотного, источника тепла и света.       Наконец, когда девочки привыкли к темноте, они оглянулись, в поисках более менее сухого места. С каменных стен, покрывшимися крохотными капельками влаги, свисали корни деревьев и стальные цепи. Интересно, откуда они взялись в детдоме? По углам шаркали своими крохотными лапками голодные крысы, которые вскоре, просто начали нападать на бедных сирот. Одна девочка пинала ногами нападавших грызунов, а вторая просто плакала. — Ми-и-и-и-и-ика, я хочу д-домо-ой, к-к ма-а-аме, — разревелась девочка, уткнувшаяся своим личиком в порванное платьице своей сокамерницы. — Тшшш, Чара, все будет в порядке, мы всегда справлялись и сейчас справимся, — не слишком-то веря в свои слова Мика погладила Чару по коротким волосам, попутно вытаскивая из них какие-то соринки. — Т-ты обещаешь, ч-что в-в-все б-будет в п-п-порядке? — посмотрела в глаза Мики Чара. — Обещаю, просто надо подождать…

***

      Тяжело скрипнула дверь, пропуская в кромешный мрак полоску света, слепившую глаза двум маленьким девочкам. Сколько они здесь пробыли? День, два, три? Бог его знает. Невольно шмыгая носом, из-за появившегося насморка, дрожавшие из-за поднятия температуры сироты выскочили из ненавистного подвала, игнорируя издевки воспитателей. Мика, держа Чару за руку, бежала с ней по крученной лестнице, прямиком на чердак, где находилась девчачья комната, а вот и она: со стен свисает, когда-то бывшая белой, штукатурка, на потолке висит одна единственная, и то-нерабочая, лампочка, а вдоль стен лежат грязные матрасы, с выпирающими пружинами. Мика резво побежала на противоположный конец спальни и, приподняв свой матрас, достала оттуда пачку с таблетками, которую использовала только в экстренных ситуациях, например, как сейчас. — Эй, Чара, иди сюда! — жестом поманила к себе подругу Мика.       Чара, еле переставляя ноги, поплелась прямиком к Микаэле, которая резко запихнула ей в рот одну таблетку и заставила проглотить. У Чары невольно вырвались слезы и, когда ее отпустило — она заливисто закашляла. Вдруг, резко, в спальню вошли еще несколько девушек, в таких же рваных платьицах, с ехидными улыбками и битой, которой, как известно всем сиротам в этом детдоме — эти девки мутузили более слабых, просто так, ради развлечения. — Эй, новенькие, чего это вы там делаете? Вы разве не знаете, что сейчас вы должны быть на обеде? — спросила их «главарь», угрожающе постукивая битой себе об руку. — По-моему, это не твое дело, где и в какое время мы находимся, — невероятно нежным и учтивым голосом сказал Мика, а Чара, в ответ на это, невольно вжала голову в плечи, уж девушка-то знала, что означает такой голос… — Дерзкая, значит, да? Сейчас я научу тебя вежливости… — с этими словами «главарь» уверенным шагом подошла к Мике, на ходу поправляя свои кудрявые рыжие волосы и разминая плечи. Подойдя к своей «жертве» рыжая замахнулась битой и ударила Мику, точнее, почти ударила. Мика, с безумным оскалом, одной рукой держала ту самую биту, а потом, просто выдернула ее из рук «главаря» и сама, наотмашь, долбанула по веснушчатой нахальной морде, по-видимому, сломав последней нос, из которого обильно полилась кровь. Владелица битвы упала на спину и начала что-то неразборчиво мямлить, задыхаясь при этом в своей же крови и слезах. — Ой, теперь нос некрасивый будет, ну, так тебе и надо — с этими словами Мика пнула свою бывшую обидчицу под дых и повернулась к Чаре. — Прости, я опять сорвалась, просто я терпеть не могу таких…таких. — Эй, ничего, спасибо тебе, — улыбнулась Чара. — Чар, у меня идея. Давай будем сестрами? — с воодушевлением предложила девочка. — А давай! — хлопнув в ладоши сказала новоявленная сестра. — Эй, рыжая, если еще раз тронешь или обидишь мою сестру, то я тебе не только нос сломаю, но и череп пробью, поняла?       Рыжая же в ответ просто посмотрела исподлобья на девчушек и поспешила убраться, вместе со своими ошарашенными подругами. — Кажется, жизнь постепенно начинает налаживаться, да Мика? — Очень на это надеюсь, сестренка.