Сгорающий дотла

      На другом конце улицы, с ухмылкой сжимая в руке телефон, прятался Натаниэль. Кто бы мог подумать, что весь этот инцидент подстроен этим недалёким, но не глупым юношей. Ему с лёгкостью удалось найти несколько местных туповатых гопничков, которые за небольшую сумму с радостью разыграли спектакль с нападением. Куртцберг знал, что Адриан перевоплотится, слишком уж он «правильный». Неоспоримые доказательства личности Кота Нуара сейчас благополучно покоились в недрах телефона рыжеволосого, ожидая своего звездного часа. Но Нат не собирался торопиться, его целью было не раскрытие супергероя, ему нужна была лишь она — Маринетт, и, зная, как легко она поддается на провокации, Натаниэль был уверен в успехе своего плана. Подождав несколько минут и убедившись, что никто не сможет его заметить, Куртцберг покинул свой наблюдательный пост и направился к своему дому.

***

      Вечерело, город обволакивало сумеречной пеленой, зажигались огни, люди спешили с работы домой. Ночь обещала быть тихой и романтичной. — Если хочешь, пойдем ко мне, у меня редко бывают гости, — несмело произнес Адриан, держа за руку идущую рядом Маринетт. — Да, с удовольствием, — девушка обрадовалась приглашению, она всегда мечтала об этом. — Сейчас пойдем или ещё немного погуляем? — Как ты захочешь, так и сделаем! — Тогда давай ещё пройдёмся по вон тому парку, а потом пойдём к тебе, — в Маринетт на почве всей этой атмосферы проснулся романтик. Парки, фонтаны, влюблённые. Ей так не хватало всей этой дребедени, что теперь её счастье граничило с тем, чтобы выплеснуться наружу и затопить всё вокруг.       Побродив чуть менее часа по мощёным дорожкам, парочка, купив мороженое, направилась к особняку Агрестов, в полумраке он выглядел слегка жутковато и даже заброшено, чем-то напоминая поместье графа Дракулы. Маринетт поёжилась от холода, которым так и веяло от мраморных стен. Если бы не тёплая рука Адриана, да и сам он в целом, она вряд ли отважилась бы зайти в этот дом. Внутри, как помнила Маринетт ещё в образе Ледибаг, практически ничего не изменилось, всё тот же величественный минимализм в интерьере, дворцовые лестницы и пролёты.       На пороге их встречала неизменная Натали, слегка удивлённая неожиданному появлению гостьи. Но что-либо высказывать она себе не позволила, поэтому просто вежливо поприветствовала молодых людей и, предложив чаю, проводила их в комнату Адриана. Особых изменений не претерпела и его комната. Такая же громадная, оборудованная различными спортивными снарядами и обставленная электроникой по последнему слову техники. — Хм… До меня только дошло, ведь ты была у меня в гостях, только вынужденно и в образе моей Леди, — Адриан растерянно развёл руками, не зная стоит ли что-то показывать или можно сразу приступить к чаепитию, либо просмотру фильма. — Я как раз об этом и вспоминала, — тепло посмотрела на любимого Маринетт. С необыкновенной нежностью он заглянул ей в глаза и, подняв руку, медленно погладил её по щеке и подбородку, после притягивая ближе к себе и ласково целуя. — Я так люблю тебя, моя Маринетт, — прошептал парень, практически не отрываясь от её губ. Он вкладывал все чувства, всю душу в этот всё ещё невинный, но уже такой горячий поцелуй. Языки сплетались в невообразимом танце, руки блуждали по телу, словно путник в пустыне, истосковавшийся по глотку воды, щёки то покрывались жгучим румянцем, то, напротив, становились мертвенно-бледными. Все вокруг так и пропитывалось этим потоком энергии, этими яркими чувствами, которым есть лишь одно название — любовь. Только искренняя взаимная любовь способна так вулканировать в молодых чистых сердцах.       Когда молодые уже давно забыли, где они находятся, негромкий стук в дверь вернул их с небес на землю. Адриан ещё раз целомудренно поцеловал припухшие губы Мари. — Входи, Натали, — кивнул он, присаживаясь на диван и делая вид, что собирается выбрать фильм.       Женщина молча поставила поднос с булочками, чайником и чашками и, убедившись, что все в порядке и ничего больше не требуется, вышла, прикрыв дверь. Адриан всё-таки выбрал довольно интересную комедию для просмотра, и Мари, уютно свернувшись калачиком в объятиях любимого, наслаждалась свежей выпечкой и горячим чаем. Она не договаривалась заранее с родителями насчёт ночевки, поэтому, по окончании фильма, девушка с удовольствием согласилась на предложенное ей Адрианом сопровождение до дома.

***

      До ближайших выходных оставалось ещё довольно много серых скучных будней. Дни тянулись, как резиновые, удручая своей однообразностью, в коллеже не происходило ровным счётом ничего. Всё, что спасало Маринетт от полнейшего уныния — это Адриан, всегда рядом, всегда заботливый и нежный, без него она уже не видела своей жизни. Невозможно не отметить того, что и как напарники они достигли определённого уровня единения, о чём Алья всегда любила посплетничать с дорогой подругой.       Сегодня, вскоре после окончания занятий, у Адриана по плану стоял урок фехтования. Условившись, что Мари подождёт его в библиотеке, юноша убежал к тренеру, а девушка поплелась делать надоевшие уроки. Чуть ли не засыпая, она уже в третий раз читала один и тот же абзац, силясь понять, о чём там идет речь, как вдруг кто-то тронул её за плечо. Буквально подскочив на месте, Дюпен-Чен резко обернулась, отпрянув от неожиданности. Уж кого-кого, а этого человека она бы хотела видеть последним. — Ну, здравствуй, дорогуша, давно не виделись, — небрежно вертя телефон в руках, выдал Нат. Его поведение чем-то напоминало плохую игру второсортных актеров в дешёвых фильмах. — Что тебе от меня нужно? — процедила сквозь зубы Дюпен. Страха не было, только злость, поднимающаяся из недр её сознания. — Ох-хо, а у кошечки прорезались зубки. Спрячь клыки, дорогая, они тебе уже не помогут, — Куртцберг почти вплотную наклонился к Мари, что та могла чувствовать его дыхание на своём лице. — Можешь попрощаться со своим дорогим Адрианчиком, я знаю о нём такое, что его уже никто и ничто не спасет. — Да ну, так я тебе и поверила, даже не собираюсь иметь дело с таким гнусным ублюдком, как ты, — внешне Маринетт сохраняла спокойствие, но внутри неё всё заклокотало, сердце учащенно забилось, страх липкими флюидами начал распространяться по телу.       Натаниэль расхохотался, причем хохотал так долго, что становилось крайне противно от такой открытой наигранности. Наконец, успокоившись, он решил добить бедную девушку. — Как и раньше, в последний раз предлагаю тебе стать моей девушкой и перестать общаться с Агрестом. — Ни за что! — Ну, что ж, тогда весь мир узнает о том, кто на самом деле скрывается под маской Кота Нуара…