Последнее дуновение надежды

      Первый снег в 45-ом году выпал чересчур рано, захватывая осень под свой контроль. Студенты Хогвартса в большинстве своем не были рады подобному, однако юная мисс Грейнджер находила лишь плюсы в погодных условиях, предпочитая проводить время в помещении, укутавшись в плед у камина и читая любимые книги.       Например, в этот ноябрьский вечер она сидела на диване, подобрав под себя ноги и увлеченно водила глазами по строчкам учебника Травологии. Было уже давно за полночь, однако ее желание закончить главу было сильнее желания спать. Гостиная Слизерина была пуста, и девушка могла с уверенностью сказать, что ей нравилась спокойная, тихая атмосфера намного больше, чем вечные перешептывания и сплетни толпящихся в комнате старшеклассников.       - Грейнджер, я понимаю, что ты пренебрегаешь всеми правилами, которые я установил, но нагло врать мне – это перебор, - раздался знакомый голос за спиной.       – Кто-то сказал, что пойдет спать раньше девяти. И что я теперь наблюдаю? Том стоял в проеме, подсвечивая свой путь палочкой, и гневно смотрел на слизеринку. Его волосы растрепаны, небрежно торча в разные стороны, сонные глаза слегка прикрыты. Он вышел к ней на босую ногу, совершенно не волнуясь о том, что ходит по холодному камню.       - Простите, мистер староста, - она поманила Реддла рукой, приглашая присесть рядом. – Я совсем зачиталась, забыла о времени. И вранье, как ты выразился, в моем поступке отсутствует. Назовем это, недостоверность реальности в сравнении с представлением.       Парень сел на диван рядом с ней, обнимая Гермиону, и позволил ей опустить голову на его плечо.       - Почему ты никогда меня не слушаешь? – Искреннее любопытство читалось в его голосе. – Прекрасно ведь понимаешь, что не подчиняться мне глупо, а может и опасно.       - Ты меня не ранишь. А даже если и попытаешься, я не боюсь, - она устроилась поудобнее в его объятиях. – Нет лучшей смерти, чем умереть от твоей руки.       - Дура, - выругался слизеринец, трепля ее по волосам, - только посмей сказать нечто подобное еще раз.       - И что ты мне сделаешь? – Она рассмеялась, осознавая свое преимущество.       - Накажу, - усмехнулся тот. – Накажу так, что ты будешь молить меня о пощаде.       - Почему-то твои угрозы звучат до жути сексуально, - Грейнджер отодвинулась от него, заглядывая своему молодому человеку в глаза. – Никогда бы не подумала, что услышу нечто подобное от Темного Лорда.       - Ты многое обо мне не знаешь, - он силой вернул ее в предыдущее положение, - кстати, как я себя называю в будущем? Ты что-то говорила про имя, которое нельзя называть.       - Волан-де-Морт, - прошептала она, прикрывая глаза на мгновение, прогоняя воспоминания. – Давай не будем об этом, ладно?       - Как пожелаешь, - он провел рукой по ее волосам, путаясь в непослушных локонах. – Но сначала ответь мне. Ты всегда будешь ненавидишь ту часть меня? Ту часть, что убила твоих близких.       - Я ее презираю, Том, - не задумываясь, ответила волшебница. – Разве бы ты не чувствовал бы гнев если бы подобное случилось в твоей жизни.       - Гермиона, мне некого терять, кроме тебя и Тео. Ты должна осознавать, что я всегда останусь таким. Это моя сущность – быть монстром.       – Я знаю, - она слегка кивнула головой, - Но… что-то изменилось. Ты уже не воспринимаешься мной так категорично. Почему-то я начинаю забывать все, что произошло в моем времени. Такое ощущение, что это был лишь сон. Стираются имена, события, даже мои мысли и то, что я знала о тебе. Мне все больше кажется, что вся моя жизнь началась лишь три месяца назад, когда я впервые приехала в Хогвартс с вами. Это полное сумасшествие, да?       - Нет, - Том наклонился, целуя ее в лоб, - ты просто принимаешь реальность и плывешь по течению. Готов поспорить, что я делаю твою жизнь чертовски идеальной.       Грейнджер рассмеялась, прижимаясь к его груди и вдыхая ставший родным запах. Холодные руки Реддла вызывали мурашки на коже слизеринки, когда он водил ими по ее плечам. По неизвестной причине, девушке было так спокойно рядом с ним: страх, присутствующий в начале, полностью исчез, оставляя ее сердце незащищенным от чувств к парню.       - Кстати, а ты почему не спишь? По твоему виду кажется, что ты выскочил из кровати, услышав крики помощи, - Гермиона прошлась пальчиками от его плеча до ладони, вырисовывая узоры на бледной коже.       - Нечто подобное и произошло, - холодно ответил Том, - мне приснился сон о тебе. Ты плакала и звала меня на помощь. Говорила, что у тебя осталось совсем мало времени. Попробуй представить, как я испугался, когда не обнаружил тебя в твоей спальне. Честно сказать, думал придушу тебя собственноручно, как только найду.       - Прости, - хихикнула девушка, - знаешь, такими темпами ты скоро превратишься в настоящего героя.       - Грейнджер, какая же ты у меня глупая, - Том обреченно выдохнул. – Я никогда и не был злодеем. Я пытаюсь достигнуть идеального мира, в котором все волшебники смогут наконец получить заслуженную власть и уважение. А ты сразу же сделала из меня злодея.       - Но править этим миром будешь ты, верно? Значит это уже совсем не демократия, а диктаторство.       - А кто говорил о демократии? Мы тут рассуждаем о героизме и твоей тупости. И да, миром будем править мы, а не я.       - Ага, - девушка закатила глаза, - а потом в один день мы расстанемся, и что тогда?       - Мы не расстанемся, Гермиона, - Реддл прокашлялся, запнувшись на последней фразе. – Я не позволю кому-то кроме меня обладать тобой. Ты принадлежишь мне и точка.       Слизеринка промолчала, прекрасно понимая, что этому большому ребенку просто невозможно доказать, что он неправ. Его слова грели душу, но горькая правда о ее скором возвращении в свое время не давала ей покоя.       - Дамблдор еще не вернулся? – отвлекая себя от переживаний, поинтересовалась Грейнджер.       - Нет, - спокойно ответил Том, - засранец как почувствовал, что мы что-то затеваем. Сразу сбежал.       - Что по этому поводу говорит Диппет?       - Старик точно не знает правды. Он думает, что профессор уехал в путешествие за необходимыми травами, - повисла пауза, после чего Реддл продолжил, - главное, чтобы Грин-де-Вальд не начал бушевать, что дело стоит. С этим сумасшедшим лучше вообще не связываться.       - И именно поэтому ты с ним сотрудничаешь, - протянула волшебница, - как умно.       - У нас не было выбора, зазнайка. Вечно тебе надо к чему-нибудь да придраться, - он рассмеялся и нежно отодвинул девушку от себя. – Пойдем-ка спать, завтра у нас варка нового зелья, а моя напарница как всегда все испортит, так что мне нужны силы.        Он встал, протягивая ей руку, чтобы помочь подняться.       - Том, - позвала она его по имени, совершенно не намереваясь двигаться пока он не ответит.       - Что? – Обреченно протянул тот.       - Можно мне сегодня переночевать у тебя? – Покраснев до уровня спелого помидора спросила слизеринка.       Сердце Реддла на секунду сжалось, до боли коля грудь. Такой невинный, доверчивый вопрос. В ее словах не было и грамма пошлости или намека. Глупая, глупая девушка и правда хотела провести с ним ночь, совершенно ничего не требуя взамен.       Впервые в своей жизни парень почувствовал, что он был кем-то любим и кому-то нужен. Впервые ему не хотелось быть грубым. Впервые он не презирал наивность и доверчивость другого человека. Впервые подпускал кого-то настолько близко.       Он впервые по-настоящему полюбил.       - Как хочешь, - небрежно пожал плечами староста, старательно пряча улыбку, - моя кровать все равно чересчур большая для одного.

***

      - Гермиона Грейнджер, объясните, пожалуйста, какого черта вы не ночевали в своей комнате прошлой ночью? – Друэлла стояла перед слизеринкой, уперев руки в бока, и старательно хмурила глаза. – Мерлин с тобой, ночуй у своего парня. Но ответь честно, вы хоть предохраняетесь? И вообще, ты бы могла и предупреждать меня, что тебя не будет. Эгоистка.       - Розье, прекрати! Все совсем не так, - смущенная девушка, опустила глаза в пол, закрыв пылающие щеки волосами, - и вообще, это не твое дело!       - Очень даже мое, учитывая, что я от тебя ничего не скрываю и делюсь своей личной жизнью!       - А тебя об этом кто-то просил? – Фыркнула Грейнджер и, развернувшись на каблуках, вышла из комнаты.       Ей было плевать, что она забыла и портфель с учебниками, и палочку. Она сможет забрать их после завтрака, когда волшебница уже уйдет. Ссоры с соседкой стали частью ее рутины, заставляя левый глаз Гермионы поддергиваться при виде подруги.       Делая глубокие вдохи и выдохи, она дошла до Большого Зала и опустилась на скамью за столом змеиного факультета. Однокурсники девушки тут же отодвинулись от нее, перемещаясь на другой конец, что убило ее настроение вконец. Ведь никто не хотел нарваться на гнев Реддла, а значит и общаться с ней. Парни вообще обходили волшебницу за километр, дабы не посмотреть на нее «не тем взглядом».       Пребывая не в самом лучшем расположении духа, Грейнджер услышала, что кто-то сел рядом с ней и удивленно уставилась на смельчака. Однако опознав блондинистую шевелюру, все тут же встало на свои места.       - Доброе утро, Абраксас, - поприветствовала она друга.       - По тебе и не скажешь, что оно доброе, - он положил руку на ее голову, по-братски трепля пушистые волосы, - опять поссорились с Друэллой?       - Да, - обреченно выдохнула та, - как ты вообще с ней справляешься?       - Никак, это невозможно, - усмехнулся он, - но в твоем случае все по-другому. Она просто не понимает, что происходит. А ты ведь знаешь, как наша принцесса ненавидит быть вычеркнутой из гущи событий.       - Честно слово, это уже перебор, - закатила глаза девушка, - я ей должна в подробностях рассказывать о моей половой жизни с Томом?       - А у вас она есть? – рассмеялся слизеринец, за что быстро получил толчок в бок.       - Не смешно, Малфой, совсем не смешно, - не удержавшись от улыбки, промямлила она.       - Это чересчур забавно для твоего понимания, Грейнджер. Ты знаешь, что являешь первой девушкой, которую Том не тронул? – Парень явно наслаждался этим разговором.       - О чем это ты? – Не понимая слов друга, поинтересовалась девушка.       - Ну, как бы это объяснить, чтобы не ранить твоих чувств? – Он сделал вид, что задумался. – В общем, Реддл – тот еще сердцеед, что можно легко заметить по реакции наших сокурсниц на тебя.       - Допустим, - кивнула Гермиона.       - Но он совершенно с ними не считается. Том уверен, что девушки нужны лишь для одного – секс и, возможно, продолжение рода. В первом ключе он их все это время и использовал. Если поспрашивать на Слизерине, больше половины девчонок заявит, что они с ним занимались сексом, но это не правда. Те, кто правда через это прошли, обычно молчат. Они, в принципе, много не говорят.       - Я не до конца понимаю. Почему они это скрывают?       - Грейнджер, ты разве не должна быть умной и все такое? – Рассмеялся слизеринец, - Ладно, слушай: Том очень жесток с ними в постели. Я спал с одной девушкой, которая принадлежала Реддлу около года назад.       - Принадлежала?       - Да, ты же сама знаешь, что он любит стабильность. – усмехнулся Абраксас, а Гермиона побелела от ужаса. – Она мне и рассказала, чем они там занимались. А потом даже показала шрамы от ожогов, синяки, следы от удуший. Но, если уж быть справедливым к Тому, девочка тоже была с приветом. Она любила боль и была без ума от Реддла. И, если тебе интересно, она сказала, что он – ее лучший любовник. Даже лучше меня. Представляешь, как я оскорбился?       - Оставь подробности при себе, пожалуйста. То есть, ты хочешь мне сказать, что я встречаюсь с садистом, - холодок пробежал по ее спине, - хотя, чему я, собственно, удивляюсь?       - Но с тобой он другой, Грейнджер, - совершенно в другой интонации произнес парень. – Даже его отношение к нам и то изменилось. Ты делаешь его спокойнее и терпеливее. Он ведь ни разу не поднял на тебя руку?       - Нет, - она отрицательно покачала головой.       - Значит ты уже в том небольшом числе людей, которыми он дорожит, - его голос слегка дрогнул на следующей фразе. – Из меня он пару раз дурь выбивал. Да и на Друэлле непростительное практиковал прошлым летом. Но это неважно, мы его простили.       - Ты правда на него за это не злишься? – Удивилась девушка.       - Нет, потому что он сделал кое-что значимое после. Он позволил ударить себя в ответ, - с гордостью в голосе заявил Малфой. – Сама понимаешь, что я отказался. Нарываться на него, даже с разрешения, - признак полного сумасшествия. Может он и не считает меня ровней, но и с грязью не мешает как Сигнуса, частично уважает. Том просто еще не понял, что мы – друзья. А я терпеливый, могу и подождать.       - Странный ты, Абраксас, - улыбнулась Гермиона, положив руку ему на плечо, - до безумия пошлый и шутки у тебя дурацкие. Но я рада, что познакомилась с тобой. В тебе больше человечности, чем в половине грффиндорцев.       - Я бы попросил не сравнивать меня с этими отбросами общества, - сделал вид, что оскорбился тот. – Но я тоже рад, что ты так неожиданно появилась. Чудо чистой воды, да и только!       - Да…, чудо.       В этот момент, вертя бедрами, к их столу быстрыми шагами приближалась девочка с Пуффендуя, которая явно целилась своим игривым взглядом в Абраксаса. Парень, заметив чересчур явный интерес, напрягся, тут же пряча только что проявленное к приятельнице дружелюбие за маской равнодушия.       - Здравствуй, милый, - она наклонилась к другу Грейнджер и, поцеловав в щеку, оставила след от помады на его лице, - не против, если я присяду?       - Стол твоего факультета находится слегка в другой части зала, Кристин. Я бы не хотел развязывать конфликт, - вежливо улыбнувшись, ответил молодой человек. – Ты не возражаешь, если я свяжусь с тобой чуть позже? Я уверен, что Гермиона почувствовала бы себя некомфортно в нашей компании.       - Зачем же загадывать, если можно спросить? – Пожав плечами протянула девушка, после чего обратилась к Грейнджер. – Дорогуша, можно я позавтракаю с вами?       Слизеринка замолчала на мгновение, сверля взглядом Малфоя. Ее пожирало желание стереть след от так неприлично оставленной косметики, и она держалась из последних сил, чтобы не сделать такого. Абраксас лишь растерянно хлопал глазами, не веря наглости этой пятикурсницы, а Грейнджер, переняв многие черты змеиного факультета, была задета словом «дорогуша».       - Я не против, - равнодушно ответила Гермиона, подражая интонации Друэллы, и, не сдержавшись, добавила, - Малфой, у тебя что-то на щеке.       - Вот и чудесно, - счастливая пуффендуйка опустилась рядом с парнем, беря того под локоть, - Дорогой, почему ты не появлялся после того раза? Я уже почти месяц от тебя ничего не слышала. А я ведь скучаю…       Она еще долго скулила, повиснув на плече блондина, пока тот равнодушно поглощал свой завтрак. Он даже не пытался вырваться, позволяя приставучей особе вести себя словно они встречаются. Почти все слизеринки за столом начали перешептываться, обсуждая девчушку, ну а Гермионе не осталось ничего, кроме как сверлить ее взглядом. Она была действительно хороша собой, с непривычными азиатскими чертами и длинными блестящими волосами цвета смолы. Можно было отметить, что девушка была уверена в себе и прекрасно понимала, что красива. Грейнджер она даже чем-то симпатизировала, прямолинейностью напоминая Джинни Уизли.       Все шло довольно неплохо, пока не пришел Реддл. С его появлением в дверном проеме ученики явно притихли, ожидая реакции слизеринца. Он подошел к своим приятелям, по-собственнически кладя руку на плечо сидящей Гермионы.       - Это кто? – спокойно поинтересовался Том.       Девушка, которую он имел ввиду в мгновенье притихла, отпустив руку Малфоя и уставившись на старосту.       - Кристин, - утомленно ответил Абраксас, - Пятый курс. Пуффендуй. Я с ней спал пару раз. Средне так.       Даже если пуффендуйка и была оскорблена, она этого не показала. Реддл дотронулся до подбородка Грейнджер, заставляя ту посмотреть на него.       - Она тебя докучает? – Адресовал он вопрос своей пассии без единой эмоции в голосе.       - Немного, - честно ответила та.       Услышав ее слова, Том подошел к Кристин очень близко, наклоняясь, чтобы их лица были на одном уровне. Он смотрел на нее всего около тридцати секунд, но они казались целой вечность. Не выдержав, студентка начала плакать, отведя взгляд в сторону.       - Сгинь, - прошептал староста, - увижу рядом с Гермионой или Малфоем еще раз, получишь отработку. Отработку в моей компании. А ты ведь знаешь, чем они кончаются?       Девушка побелела, вскакивая на ноги и быстро выбегая из зала.       - Вечно ты портишь все веселье, Реддл, - протянул Абраксас, задиристо подмигивая Грейнджер. – У нас тут такое шоу назревало.       - Не давай своим шлюхам портить аппетит моей девушки, и тогда я не буду лезть, - он опустился на скамью рядом с друзьями.       - Ты же ей что-то вербально сказал, да? Ты ее как-то припугнул. Но как ты это сделал без заклинания? Или ты его тоже произнес вербально? Я о таком никогда не читала. Ты меня научишь? – Затараторила Гермиона, окатывая Тома волной вопросов. – С другой стороны, делать подобное очень нехорошо. Но все равно получилось эффектно. Давай попрактикуем это вечером!       - Хватит, - староста искренне рассмеялся, в тайне заметив, как слизеринка начала менять свой взгляд на его черную магию в положительную сторону, - я ничего ей не говорил.       Конечно же, он слукавил, совершенно не желая учить Грейнджер подобного рода заклятьям.       - В смысле ты хочешь сказать, что она испугалась твоего взгляда? Только взгляда?       - Да его глаза убить могут, если он очень сильно захочет, - ухмыльнулся Малфой. – Ты еще не знакомил ее с Василиском, Том? Она должна знать, у кого ты перенял навык.       - Да я его встречала, он меня один раз чуть в могилу не положил, - фыркнула девушка, слишком поздно сообразив о своей ошибке.       Она совершенно забыла, что Абраксасу не известно о ее настоящей жизни и не успела прикусить язык.       - Что ты имеешь ввиду? – Поперхнувшись чаем, поинтересовался тот, - только не говори мне, что Том натравил его на тебя!       - Она имела в виду ее реферат, идиот, - спасая положение, быстро ответил Реддл, - Гермиона писала исследовательскую работу о легенде и не спала из-за нее несколько ночей подряд. Понятное дело, что я ее чуть не убил за это.       - Да уж, в это вериться намного больше. Ты уж так не перенапрягайся, Грейнджер, тебе еще нашего тирана терпеть.       Волшебница нервно захихикала, мысленно благодаря Тома за помощь.       - Кстати, никто не видел Нотта? – Перевел тему староста, - он же всегда первым приходит в Большой Зал.       - А он тебе не сказал? – Удивленно вскрикнул Малфой, - Тео уехал домой по семейным обстоятельствам этим утром. Вроде что-то случилось с его отцом.       - Быть не может, - Том выругался, поднимаясь со своего места, - вот ведь засранец.       - Что не так? – Гермиона поднялась следом за ним, хватаясь за его предплечье.       - Кажется, Теодор что-то задумал. Его отец умер несколько лет назад.