Раздели мою боль

День не предвещал нечего плохого, - до того, как в мою палату постучали - все было просто замечательно. Мне уже разрешили свободно передвигаться по зданию больницы. И, немного погуляв по ней, я решил почитать книгу, которую мне принесла Акита. Усевшись на кровати поудобнее, я погрузился в выдуманную историю. Но в дверь постучали, и мой мир, где были только я и эта замечательная книжка, сломался. В эту несчастную дверь постучали, и она открылась. Врач сказал, что у меня гости. Самое ужасное случилось, когда я посмотрел на нарушителя моего спокойствия. Точнее, на нарушителей. На пороге в палату стоял мой капитан команды со средней школы. - Рад увидеть тебя, Тецуя. - произнес парень со спокойным лицом и легкой усмешкой на губах. Книга выпала из моих рук. За ним в комнату вошла Рико-сан с игроками моей нынешней баскетбольной команды и те, кого я совершенно не ожидал увидеть здесь, - поколение чудес. Те, от кого я не просто ушел, а позорно сбежал меньше года назад. Они стояли в проходе и как-то жалостливо на меня смотрели. Эти взгляды мне совершенно не нравились. Улыбающийся Кисе, спокойный Мидорима, даже жующий чипсы Мурасакибара, за которым стоял... Аомине. Сердце сжалось, и я поспешно повернул голову в сторону окна, рассматривая давно знакомый вид и показывая, что мне нет дела до присутствия гостей. Но на этом сюрпризы не закончились. За моей бывшей баскетбольной командой, зашла моя нынешняя. Кагами полностью завершил эту процессию и закрыл дверь. Но удивило меня не то, что он вошел последний, а его чуть испуганный вид. Довольное лицо Акаши-куна само за обладателя говорило, что виной этого является именно он. Я честно пытался игнорировать присутствие гостей первое время, первые пару секунд, если вновь быть точнее. Как только дверь закрылась, начались расспросы о моем самочувствии. Спас меня мой обожаемый врач, на которого в тот момент я был готов прыгнуть и сжать в благодарных объятиях. Он заткнул всех находящихся в палате, только подав строгий голос. - Ребята, Куроко-куну нужен покой. Поэтому, прошу не задавать вопросы, чтобы не волновать его. К тому же, - он запнулся, но чуть погодя добавил. - Он все равно не сможет на них ответить. В палате повисла мертвая тишина, которую нарушал лишь гул машин за окном. Все уставились на меня, и я чувствовал несколько десятков взглядов на себе. Сейчас, так благодарен врачу я уже не был. Злым взглядом я посмотрел на него, и усмехнувшись, Тачибана продолжил: - Сейчас ему трудно разговаривать из-за раны в области шеи, которую он получил в инциденте. Еще раз прошу: не напрягайте его. По помещению прошелся какой-то облегченный вздох. А я только сейчас заметил, что все это время почти не дышал. Выдохнув, также, как и остальные, я опять же посмотрел на мужчину, только на этот раз, вновь, благодаря. Тот кивнул в ответ на мой взгляд и улыбнулся. - Если что, я могу отвечать на некоторые ваши вопросы вместо него. За время пребывания Куроко-куна под моим присмотром, мы научились хорошо понимать друг друга. - я мысленно хмыкнул его словам. Но все-таки он был прав. За неделю, что я провел здесь, Акита-сан и Тачибана-сан научились понимать меня без слов. Они по лицу или глазам, хотя это бывает сложно, определяют мое настроение и мои эмоции, то, что я хочу сказать или сделать. Они предоставляют мне возможность не писать каждый раз в блокноте, а почувствовать себя таким же человеком, каким я был раньше. Когда я мог говорить. Я благодарен им за это, все-таки за время моего пребывания здесь они были единственными, не считая приехавшей сестры, кто меня навещали и кто мог говорить со мной не только о важных вещах, но и о разных пустяках, не обращая внимания на мою травму, при том не проявляя видимой жалости - Итак, повторюсь для незнающих, меня зовут Тачибана Харука и я - лечащий врач Куроко-куна. - мужчина скользнул взглядом по всем ребятам, собравшимся тут, и посмотрел на зеленовласого парня. - Шинтаро-кун, как я понял, те, кто пришли в твоем сопровождении, и есть друзья, о которых меня предупредили, - парень кивнул, а доктор продолжил говорить. - А те, кто пришел чуть раньше, являются сокомандниками Куроко-куна? - на этот раз кивнула Рико-сан. Хмыкнув, мужчина повернулся ко мне и стал что-то записывать в блокноте. - Да, много же у тебя друзей, Куроко-кун. На моем лице отразилась короткая улыбка, заметить которую явно могли не все. Лишь хорошо знающие мои повадки люди, коих в моем окружении было так мало. - Что ж, не у двери. Проходите в палату. - Тачибана вновь посмотрел на моих гостей и слегка кивнул в сторону небольшого диванчика и нескольких стульев. Момои и Рико стояли впереди, поэтому сразу же прошли к небольшому диванчику у стены и сели на него. Аомине проследовал за розоволосой и плюхнулся на диван рядом с ней, заставляя девушек поморщиться из-за слишком маленького размера дивана. Кисе подбежал к моей койке и сел на ее край, возле моих ног. Мидорима и Мурасакибара встали рядом с кроватью, Кагами остановился поодаль них и скосил глаза на обладателя фиолетовых волос. Ребята из Сейрин встали ближе к стене у дивана тренера. Два стула, одиноко стоящих у двери, сразу же забрали врач и Акаши. С обоих сторон койки послышался стук - вышеназванные сели напротив друг друга, и посмотрели на меня. Если Тачибана наблюдал лишь за моей реакцией и самочувствием при таком количестве людей, то Акаши смотрел изучающе, и от такого взгляда становилось не по себе. Я невольно дернулся, когда властный голос красноволосого разорвал образовавшеюся тишину, привлекая к себе не только мое внимание, но и всех присутствующих. - Тецуя, - я повернул голову, откликаясь на свое имя, и вопросительно посмотрел на бывшего капитана. - Как твое самочувствие? - я слегка кивнул, показывая, что все хорошо. Парень улыбнулся. - Раны уже зажили? В разговор вклинился врач, обращая внимание на себя. - Во время нападения, Куроко-кун получил несколько ножевых ранений и многочисленные гематомы, но в целом процесс восстановления идет полным ходом. - в комнате снова образовалась тишина. Казалось, что ребята даже перестали дышать во второй раз. Десятки пар глаз смотрели на меня и мужчину. Это было не то, что они хотели услышать. - Его здоровью ничего не угрожает? - Хьюга, стоявший рядом с Киеши, в стороне от остальных ребят, сделал несколько шагов в мою сторону. Я быстро замотал головой, чтобы врач не успел сказать чего-нибудь лишнего. Мое быстрое и даже резкое действие слегка удивило, а, возможно, и насторожило некоторых ребят, но они все же промолчали. - А когда Куроко-ччи сможет выписаться из больницы? - Кисе сидевший у края койки, подсел чуть ближе ко мне. На губах парня была все та же успокаивающая и бодрящая, хотя местами раздражающая улыбка. - По документам, которые подписала Куроко-сан, он сможет выйти на следующей недели, если все показатели придут в норму. - Куроко-сан? - переспросила Рико. Я посмотрел на врача и кивнул в сторону девушки, давая понять, что стоит рассказать о моей сестре. - Да, - он вздохнул. - Старшая сестра Куроко-куна. Она прилетела сюда, когда узнала о том, что произошло с её братом. - ребята немного опешили. Все-таки про мою семью никто ничего не знает. Я, конечно, очень люблю свою сестренку, но никогда о ней не рассказывал. Как и не рассказывал о погибших родителях. Поэтому, причину удивления ребят можно было понять. Когда врач заговорил о нээ-сан, я вспомнил, что не видел ее с самого утра. Я вопросительно глянул на врача, а тот не сдержал еще одного вздоха. - Твоя сестра приходила утром, когда ты еще спал, но, проверив твои анализы, вновь куда-то убежала. Скорее всего, ушла гулять по Токио. - врач устало потер переносицу. - Она у тебя слишком шумная. Я лишь улыбнулся. Она, и правда, бывает таковой. В отличии от меня, тихого и незаметного, Ю-нээ всегда была активной и яркой личностью. Насколько плохо бы все ни было, она остается такой же веселой и никогда не унывает. Нээ-сан всегда помогает нуждающимся в помощи, даже если у нее самой есть проблемы. В тот день, когда она рассказала мне, что больше я не смогу говорить, я не мог на нее смотреть. Вечно жизнерадостная девушка плакала, взяв всю вину случившегося на себя. Смотря на ее слезы, я и сам заплакал, как бы сильно не хотел показаться сестре слабым. Внезапно, рядом прозвучал раздосадованный голос блондина. - Нэ, Куроко-ччи, ты никогда не рассказывал нам о своей семье. - Кисе слегка надул губы. - Он прав, - Мидорима поправил очки. - Мы действительно не слышали о его близких. - У Куро-чина нет семьи? Мурасакибара откусил довольно большой кусок от шоколадки, что держал в руках. - Мурасакибара-ччи! Не говори так! Куроко-ччи просто не слишком разговорчив! -когда речь зашла о моей семье, я помрачнел. Это, конечно же, не укрылось от внимательного взгляда Акаши. Он пристально смотрел на меня. Даже пару месяцев спустя, он так же хорошо узнаёт мои эмоции. Так же, как и в средней школе. - Даже если и так, Рета, думаю, для Тецуи, это не совсем приятная тема, так что будь паинькой и сиди молча. - грозный взгляд Акаши, усмирил блондина, и тот молча сел обратно на край койки. Я слегка удивлено посмотрел на красноволосого. На мой взгляд парень лишь усмехнулся. - Если он захочет, то сам все расскажет. Правда, Тецуя? - я облегчено вздохнул. Надеюсь, рассказывать об этом не придется. Хотя, в моем положении и рассказать-то ничего не получится. Неожиданно, тихо встав, Рико-сан подошла ко мне и села рядом с Кисе на край кровати. - Куроко-кун, то, что на тебя напали... это правда? - голос девушки был полон надежды на то, что все это ложь. Я слегка кивнул. В палате на долгое время воцарилось гробовое молчание. Позади тренера встала Момои-сан с капельками слез в уголках глаз. - Тецу-кун... как же так? Кто это сделал? - розоволосую прервал врач, не давая больше задавать вопросы. - Куроко-кун плохо помнит события того вечера. - я виновато отвел взгляд. Об этом я не разговаривал ни с врачом, ни с сестрой. - На эту тему тоже не стоит говорить. Я тихо вздохнул и, взяв себя в руки, решил перевести тему. Поэтому, повернувшись к врачу, слегка кивнул в сторону ребят. Врач легко догадался, что я хочу сказать. - Куроко-кун спрашивает: "Как у вас дела?" На вопрос почти сразу ответил Акаши, до этого просто смотревший на меня. - У нас все хорошо. Я лично слежу за успехами и тренировками всех собравшихся здесь, - по губам парня расползлась ухмылка. От такого заявления мои нынешние сокомандники вздрогнули. Иногда, Акаши-кун бывает весьма страшным... хотя нет, не иногда. - У нас все хорошо. - Рико решила сама рассказать о нашей команде, решив, что слова гетерохромика их не касаются. - Тренировки продолжаются так же хорошо, как и обычно. Хотя, мы сильно волновались о тебе и несколько дней все же остались "выходными". - от этих слов - на секунду - стало тепло. - Завтра пройдет игра с Кайджо, думаю, играть сможем и без твоей помощи. - Но так печально, что я не смогу вновь выйти против Куроко-ччи! Я застыл. Они будут играть без меня? Чтобы не выдавать своих эмоций, я закусил губу. Сердце предательски заныло. Тренер будто бы сказала, что я им вовсе не нужен. Всеми силам выдавив из себя улыбку, я сделал вид, что рад за них. По крайней мере попытался... Акаши сбоку лишь раздражённо фыркнул. - Когда тебя выпишут? - до этого стоявший столбом Кагами отмер и впервые за свое пребывание здесь заговорил. - Примерно, на следующей недели, Тайга. Тачибана-сан ведь уже сказал это. - баскетболиста передернуло, когда на его вопрос вместо меня или врача, ответил красноволосый. - Вот как. - парень ретировался подальше от моей койки, и опасности в лице Акаши Сейджуро. С дивана послышался смех Аомине. - Хах, неужели испугался, Кагами? -он усмехнулся и вызывающе посмотрел на него. - Дайки, замолкни. - на этот раз, от холодного голоса бывшего капитана передернуло синеволосого. Аомине сел ровно и убрал ноги с дивана. Если бы я не научился мастерски сдерживать свои чувства, то сейчас точно бы рассмеялся. Хотя, думаю, вряд ли бы это получилось, даже если бы я не умел прятать свои эмоции, не смог бы этого сделать. Слова тренера засели в голове. - Куроко-кун, можешь не волноваться, мы сыграем и без твоего присутствия еще несколько матчей. Тебе надо лечится. Мне снова пришлось натянуто улыбнуться. Слова Рико сильно задели меня. Похоже, девушка легко может заменить меня на другого игрока. Хотя, так и есть. У нас ещё есть парни на скамейке, так что, если со мной что-то случится, команда не будет сильно волноваться. Сердце окутало странное и неприятное чувство. Такое уже было. Такое же гнетущее ощущение. Несмотря на все мои усилия скрыть это навязчивое чувство, Акаши, до этого сидевший с каменным лицом, прервал Рико. - Думаю, не следует так говорить об этом Тецуе. - он улыбнулся девушке, на что та слегка покраснела, а после парень обратился ко мне, только улыбка поменялась, и с той, что он показывает девушкам, она стала более мягкой и искренней. - В скором времени и ты сможешь играть, но сначала тебе следует полностью восстановится, чтобы не получить новые травмы во время игры. Заботы о себе я никогда не любил, но слова бывшего капитана успокаивающе на меня подействовали. Где-то глубоко все еще бушевало неприятное чувство, но я старался не придавать этому большого внимания. Уверенный тон голоса парня, заставлял поверить в правдивость его слов. Акаши-кун редко улыбался, но его улыбка была очень красивой. Легкий прищур - раньше - красных глаз, яркие волосы, мягкими прядями спадавшие на лицо. И такая редкая добрая улыбка, без намека на его привычную ухмылку. Такого Акаши я видел лишь несколько раз в средней школе, когда только встретил его. Но, с того случая с Мурасакибарой-куном, он так больше не улыбался. - А теперь, перестань пялиться на меня, и попроси Тачиабану-сана рассказать побольше о твоем самочувствии. Также, я бы хотел узнать о твоем питании, распорядке дня и поведении. И тут я понял, что от допроса мне не отвертеться. Взгляд отчаявшегося человека теперь настиг врача, который сидел и тихо смеялся, прикрывая рот ладонью. Я слегка кивнул ему, давая разрешение на открытие больничных тайн Куроко Тецуи. Единственное, что сейчас нельзя было разглашать, это о последствиях операции. Врач вздохнул и открыл папку, которую всегда держит при себе. Если честно, я еще ни разу не видел мужчину без нее. Тачибана стал рассказывать моему экс-капитану, обо всем, о чем вообще можно было рассказать. По окончанию доклада о моей жизни за эти две недели, оба смотрели на меня, доктор - с хитрющей улыбкой, а Акаши - с недобрым прищуром и строгостью в глазах. - Тецуя, неужели все мои слова о правильном питании, которые я говорил тебе во время тренировок были напрасными? - я быстро повертел головой. - Тогда почему Тачибана-сан сказал, что ты плохо питаешься? - ага, вот, что он задумал. Решил натравить на меня Акаши, старпер. - И еще кое-что... судя по тому, что мне рассказали, и тому, что я знаю, - на секунду он замолчал, а я настороженно уставился на парня. - Ты уже должен был восстановиться после операции. - поднеся ладонь к шее, он горизонтально провел по горлу пальцем, имитируя порез ножом. На этот раз меня охватила паника посильней, чем раньше. Он прав, я уже должен был снова говорить. Со стороны ребят послышалось настороженное шептание, все уставились на меня. Никто и не мог подумать, что все то, что мы пытались скрыть, так легко подвергнется раскрытию. Я попытался глубоко вздохнуть, чтобы хоть как-то угомонить накатившую панику. Внезапно, картинка становится расплывчатой. В ушах звенит, голова идет кругом. Горло, обвязанное белым бинтом, стало нещадно жечь, и сделать даже маленький вздох было нереально. Казалось, что шею обхватили невидимые руки, тут же крепко впиваясь пальцами и до боли сдавливая. Я стал открывать рот, пытаясь захватить кислород. Руки потянулись к шее, в попытки сорвать повязку, но их остановили чужие холодные ладони, схватившие мои запястья. - Тецуя! - Куроко-кун! - Куроко-ччи! Отовсюду слышались голоса. На плечо легла большая ладонь врача. К губам поднесли стакан с водой, пахнущей лекарствами, и меня заставили выпить все до последней капли. Через пару минут головокружение прошло. Я мутным взглядом посмотрел на обеспокоенных ребят. Все столпились возле моей койки и неотрывно смотрели на меня. Врач придерживал меня за плечи, Мидорима-кун убирал пустой стакан в сторону. Я перевел взгляд на свои руки. Запястья сжимали пальцы Акаши. По-аристократически длинные, но хранящие устрашающую силу. Сам парень стоял рядом и так же неотрывно смотрел на меня. - Думаю, Куроко-куну стоит отдохнуть... - тихо произнес мужчина, после чего повернул голову в сторону красноволосого. - Немедленно вышли из палаты. Все. - тихо, но четко проговорил красноволосый и все тут же покинули помещение, напоследок кидая в мою сторону обеспокоенные взгляды. В комнате остались лишь трое - Мидорима, Акаши и врач. Голова потяжелела, и веки стали слипаться. Похоже, это было обезболивающее, от которого я почти всегда засыпаю. Сильные руки бывшего капитана аккуратно уложили меня на постель. Я не стал возражать, и как только голова коснулась подушки, я закрыл глаза. Перед тем, как упасть в забытье, я услышал слова Акаши. - С ним же не все в порядке, я прав, Тачибана-сан? *** Снова мрак. Я уже был здесь. Точнее бываю: каждую ночь. Тот же пейзаж - давящая чернота. Интересно, а что там? Снова не слышно ни звука. Почему так тихо? Невидимые нежные руки обвивают меня за шею. Но, прикосновения обжигают и хочется кричать. Кто это? Горло начинают сдавливать. Воздуха не хватает. Становится страшно. Что со мной будет? Снова слышу голос. Родной и успокаивающий. Но чей? - Тецуя, проснись, это всего лишь сон. Кажется, я схожу с ума.