Что там за этими звездами?

***

       Кирк вел своего коммандера показать это «недоразумение». — Вот, сам смотри! — с такой невинностью в голосе сообщил капитан своему помощнику.        Спок по привычки завёл руки назад и сцепил их в замок. — Ну что молчишь? — А что сказать? Мы нарушаем директивы. И ясно, что дети все же человеческой расы. И нет никаких признаков иной формы жизни. — Это мы и без тебя поняли, умник, — вмешался Боунс. — Я лишь уточнил… — А я доказал, через анализы, — Боунс помотал головой в знак важности самого себя. — Ну, где же они? — за их спинами откликнулся женский голос, на что Спок мгновенно обернулся, узнав ее. — О Боже, какая милота! — Нийота мгновенно оказалась у оцепленного для них уголка, с расстеленными матрацами.        И эта «милота» принялась орать во все горло, поднимаясь на ножки, тянулась рукам кверху, чтобы хоть кто - нибудь вынул их из «вольера» и пожалел. — Ну вот, опять! — Боунс негодовал. — Что опять, доктор? — Ухура строго посмотрела на него. — Опять они издают эти ужасные звуки. — Вы их хоть кормили? — А стоило?        Ухура крепко стукнула по плечу сначала доктора, потом Джима, который в мгновенно возмутился, но молча и наконец, дошла и до Спока. — Ну ладно они, балбесы, ты то? Если бы коммандер смог он бы покраснел, но кожа не позволила. — Я… — Я, я. Где он первый, а где тормозит, словно перезагружаешь процессор. — Зовите Кристину. Я думаю, они справятся, — Кирка все это забавляло.        Кристин вторая из медиков на корабле после Боунса. Но ладить с детьми не умела, не смотря на принадлежность к женскому полу. — Крис, бери одного, пошли кормить их в столовую. Спок, пусть им кашу сварят, немедленно. — Какую? — поинтересовался молодой отец. — Каждой понемножку, заодно выясним какую они предпочитают.        Планета Волаг - Веп. Довольно холодная и дикая планета. Отличная бы колония получилась. И где тут живых найдешь? Да при таких морозах вряд ли хоть кто - то выжил. Капитан, Спок и еще трое на шатле смогли высадиться, кое - как найдя маленький выступ скалы. — Ох, вряд ли мы тут что - нибудь… - земля под ногами задрожала и затряслась. — Приключения мы себе найдем, — посетовал Кирк.        Он уже пожалел, что согласился на эту пятилетнюю миссию. В конце концов Джим азартен и играя в рулетку, он вытащил главный приз. Ну как тут отнекиваешься? — Ну, бери уже свои пробы, Спок и валим. Мы тут заледенеем скоро. — Минуту. Пару минут. Сейчас, — Спок раскидал все приборы по снегу и в кучке находил нужный довольно быстро. — Ну, чего нарыли? — в грузовом уже встречал их довольный Боунс с кучей измерительных приборов. —  Никто не умер, не заразился, ни чихает? Может, кто что подхватил, пожевал, насекомое в рот попало? Джим только выгнул бровь и тяжело вздохнул. — Сто — Ять, — МакКой дернул за рукав капитана. — Я в норме. — Не заливай. Пока не проверю, черта с два ты отсюда выйдешь. — Это чёй то вдруг? — Вдруг? На борту триста семьдесят шесть сотрудников и двое детей. Заразить ты хочешь их? — Ах, ну да. — Только не говори, что совсем забыл. — И где они? — Вообще… - промямлил медик. — Вообще у тебя в каюте. — У меня?! Какого черта? — Они там с Ухурой развлекаются, и, кстати, эти детки мою помощницу полностью арендовали. Кристин у них вообще на побегушках. А почему у тебя, я объясню тет - а - тет, когда отдохнешь и составишь отчет. — Отдохну? И где я по - твоему это должен сделать? Моя каюта занята, —возмутился кэп. — Можешь у меня в мед отсеке. Или вон у Спока с Ухурой, я думаю, он не против. Правда, Спок? — Я не против, капитан. — Вот спасибо, так спасибо! — съязвил Джим. — Удружили. Выселили из собственной каюты. — Это ненадолго. — Да? — Да. Всего - то два с половиной месяца и стыковка будет. — ЖЖежь? Ну, смейся, смейся, Боунс, — кэп скинул последнюю деталь обмундирования, цокнул, грозно бросил взгляд на медика, потом на Спока, вздохнул и пошел прочь.        Но в каюту то он должен войти. Там вещи, полотенце, да много чего. Джим мялся у полу - овальной двери в свою собственную каюту и не смел ее открыть. Нет. Все. Кивок головой, приклад большого пальца к экрану и дверь с шипением открылась. За нею очень весело оказалось: вся, абсолютно вся его каюта превратилась в «комнату для психов». Почти весь пол устелен матрацами, покрывалами, одеялами. По ним смело гуляет младшая часть летящего корабля. Ухура и Чапел сидят на подушках на полу, малышам с ними весело. Еще валялось несколько игрушек, как оказалось хранящихся у некоторых членов экипажа в качестве подарков от близких или талисманов. Они отважно пожертвовали их на растерзания карапузам. — Я. Я душ приму. И Ухура, отдохну в твоей каюте. — Нет, Джим. — Это почему? Спок разрешил. — Мало ли. Я там не была почти двое суток, приходила туда перебежками. Там такой бардак. — Я так устал, что поверь, не замечу его. — Ну не знаю. Здесь отдохните. — Здесь? А как же дети? — Они скоро уснут. И ты тоже поспишь пару часов до Альфа — смены. — И что, мы на одной койке будем спать, в обнимку? — Нет, зачем такие крайности. Они — там, — Ухура указала на уголок за стульями, рядом с иллюминатором, за которым мелькали звезды.        Джим только что обратил внимание на еще одну поставленную кровать. Вот это удобства для двух «зайцев» на борту. — Вот почему у меня? — буркнул Кирк.        Нийота и Чапел улыбнулись и отдали честь рукой. — Да, понял уже. Я капитан, это мой корабль, я за всех в ответе и ла - ла - ла. Я в душ. И кстати, раз уж я ваш капитан, поесть мне соорудите.        За эти три часа Джим спал так, что казалось, никогда не спал вообще. Ему приснились десятки снов, страшные, веселые, цветные и нет. И разбудить его смог только сигнал на пеленгаторе. — Вы что с ума сошли! — с надрывом, но шепотом выпалил он. — Они ведь сейчас проснуться и все, конец тишине.        Джим подошел к кровати на цыпочках. О слава Богам! Мальчик лишь дернул ручонкой и причмокнул губами во сне. Девочка и не пошевелилась. Джим был готов поклясться, что на его голове появилась пара седых волос и на лбу испарины. Какие они милые, когда спят. Джим наклонился ближе и посмотрел на них под другим углом. Все же это просто дети, не монстры. Ничего - то тут страшного и нет.        Дверь с шипением открылась и кэп готов был убить входящего. Им оказалась Ухура. — Они еще спят, — сквозь зубы процедил он. — Я и так стараюсь осторожно. — Господи, до чего я дошел. Корабль затих как саркофаг и все ради чего?        Ухура улыбнулась, схватила со стула его снятую желтую рубашку, втюхала ему и выставила за дверь. — Я не одет, — возмутился он. — Там оденешь. Не стесняйся.        Джим зло натянул майку сверху, чуть было, не порвав ее по швам. Кто - то из подчиненных проходил мимо, хихикнули, переглянулись, зашептали. — Из собственной каюты… Скоро и с корабля выставят, чтобы чихнуть.        Хотел было совсем обидеться, но вспомнил, что Боунс его на разговор вызывал. Джим поплелся в медблок. — Режим обработки.        Джим специально на зло вдавил эту кнопку посильнее, чтобы у Боунса не было сомнений в исполнении его приказа. — Ну, ты и в самом деле исправляешься, Джим, — Буркнул медик. — Молодец! Хороший мальчик. Витаминку хочешь? — Опять в шею? Нет, наелся. Ты чего звал то. О чем речь? — О ком речь. О детях кончено. Ты же просил выяснить, кто их мать. — Я чую, ты меня порадуешь. — Ну… В некотором смысле —да. — Я готов, — Джим плюхнулся на белую кушетку. — Я чист, обработался, — поднял он вверх руки. — Ну раз готов… Вот это, - Боунс поставил рядом колбу с жидкостью, — если что, успокоительное. — Смешно. Я без него обойдусь. — Как скажешь. Я провел тест, но матери среди членов экипажа не оказалось. — И где радостная новость?        Боунс щелкнул кончиками своих пальцев по его носу. — Не перебивай. Зато я нашел отца. — Я его знаю? — Думаю, что очень даже. Это ты, Джим. — Смешно. Дальше…        Джим смотрел очень внимательно в глаза своего друга, и казалось, они смеялись над ним, его тупостью и неосторожностью в выборе женщин. — А дальше просто некуда. Я пришел к заключению благодаря тестам на генетику. Я взял кровь младенцев, а твои образцы уже давно внесены в базу. — МакКой! — наверное впервые на борту корабля капитан назвал своего медика по фамилии. - Не смешно. Совсем. — Наверное, ей тоже было не очень смешно, когда тест сделала. Я бы спросил тебя об их матери, но осмелюсь предположить, ты не знаешь, кому ты их сделал. — Мои? Мои! — Джим повторял это как мантру, пытаясь то ли себе, то ли Боусну это внушить. — Ага. Поздравляю Джеймс Ти Кирк — вы стали отцом… год назад. У вас двойня. — Лео хихикнул, поднеся трикодер ко рту.        Джим хотел что - то сказать, но язык так и не повернулся. Мысли сводили с ума, он перебирал в памяти лица девушек, ну которые помнил, по крайней мере. Но на ум приходило мало лиц.        Джим резко встал, выпрямился, уже спокойно посмотрел на доктора и быстрым шагом отправился к двери. — Ты куда? Эй, Джим?        Но тот, даже не оборачиваясь, погрозил доктору пальцем, отведя руку назад. Капитан даже не здоровался с теми, кто попадался на его пути. Кирк просто «летел». Ворвавшись в свою каюту, все так же строго и холодно посмотрел на Ухуру, Чапел и игравших рядом детей, не сказав ничего, юркнул в душ. — Подача воды. +12 градусов Цельсия.        Довольно холодная вода брызнула на его голову и спину. По телу побежали мурашки, и его передернуло от судороги во всем теле. Пять минут под холодным душем показались вечностью. Тело его покраснело, как только Кирк выбрался из - под струи. Отхлестав себя по щекам, чтобы оклематься от холодного шока, одел форму. Сердце успокоилось. Стучит ровно, в ушах даже слышно отголоски его стука. Дышит ровно, медленно и тихо вздымается грудь под желтой формой. Он вышел из душа с полной уверенностью, что сейчас всех разгонит там, сидящих в его каюте. В ЕГО, черт возьми! Шикнула дверь и Кирк уже поднял руку, чтобы указать девушкам на выход, но… в каюте тихо, полумрак. Их нет. Лишь легкое кряхтение и посапывание. Тихими шагами, аккуратно, чтобы ничего не задеть, подобрался ближе. Ночник, тупо стоящий на полу за неимением рядом столов или тумб, плохо освещал их лица. Они мирно спали. Уж очень мирно, не подозревая, что находятся в глубоком, открытом, манящим, и таящим опасности космосе. Этот космос — целая жизнь для Джорджа Кирка, целая жизнь для Джеймса Кирка, целая жизнь для многих. Энтерпрайз медленно и одиноко летит к неизвестным планетам, вселенным, галактикам, увозя все дальше и дальше от Земли юные сердца, которые и не запомнили ничего на ней. Прошло уже минут пятнадцать, а он все не отводил ясных голубых глаз от них. Не понимал, что делать дальше и как жить? Хотелось лишь одного — зарыться носом в одеяло и забыться ненадолго. МакКой озадачил его. И с этой «проблемой» придется как-то справляться. Но от этих решений будет зависть судьба двух людей. Их будущее, жизнь, мысли, чувства. Кирк помотал головой, вспомнив себя: мать вечно на работе, он представлен сам себе. Учеба, холодный ужин, уроки, небольшая комната, маленький дом. И тишина. Это все надоело годам к девяти. И крыша понеслась из крайности в крайность. И слезы матери, и строгие взгляды полицейских, в отделе он стал просто частым гостем. И если бы не Пайк, бог знает, чтобы было. А потом и Боунс взял под свою опеку. Скупая мужская слезы покатилась из ясных глаз, предательски падая на значок на груди в виде ракеты — символа Звездного Флота. Дело его рук сейчас лежит в двойном экземпляре на кровати, тихо посапывая, иногда всхлипывая и улыбаясь периодически, и ответственность теперь на нем. Кирк протер то место, по которому скатывалась влага. Надо собраться. Ради них. А еще нужно поговорить с МакКоем у него кое - какой опыт есть. Да, точно. Кирк улыбнулся. Он вообще улыбался всем умным и честным мыслям, приходящим к нему в голову. А еще он обожал кофе с долькой лимона… — Я так полагаю, за советом, — МакКой даже не повернулся к входящему. — Угу, — выдохнул Кирк. — Это ты по адресу. Вспомнил хоть мать то? — Неа. Не могу вспомнить. — Ну, хоть примерно. Я дам данные о дне их, ну так сказать… — Я понял. — Дам примерные, в разбросе в неделю. Сможешь? — Не уверен. Я последнюю то не помню, а ты мне говоришь о девушке почти двух летней давности. — Вот в этом твои проблемы. Вечно ищешь себе приключения. Я ни сколько не унижаю твой ум, смекалку и порой логику, а еще самоотверженность, верность кораблю и героические качества, но Джим, откровенно: ты бабник, Казанова, ловелас, да и вообще нет такого слова, чтобы оскорбить тебя. — Вот на этом спасибо. Я вообще то за советом пришел, чтобы разгребать начать. — Не косячил бы, не разгребал бы последствия. — Прости, Боунс, но я уже на косячил, так что разгребать, разгребать… — И что думаешь? — Я у тебя хотел спросить. — Ну у меня свое мнение есть, — док прекратил копаться в препаратах и пробирках, повернувшись на вертящимся кресле к другу. — Я хотел бы сперва тебя послушать. — Я оставлю их здесь… — Это не законно. — Дослушай, не перебивай. Они мои, отказываться не буду. Но и мать надо найти. У тебя же везде связи. Спроси, попроси, может по отпечаткам, тестам найдут. Она не могла исчезнуть бесследно. Где - то должны быть ее данные. — Джим, мы в космосе. Забыл? На пять лет. — Нет, не забыл. Придется делать все через чужих людей. Мы не покинем корабль. — Понял. Но оставлять их… Ты представляешь, как будет возмущен экипаж. А как Спок… - Лео схватился за голову. — Поверь, он вынесет тебе мозги побольше, чем я и весь экипаж. — С ним я сам разберусь. — Каким это способом? Сайбока на борт притащишь, дочку Сулы, и всего экипажа? Мы устроим здесь детсад. Потом дружно по ржем, и нас спишут не только с миссии, которую ты так добивался, но и вообще из Флота. — Ой, а ты прям огорчишься. Ты же первый орал, что не выдержишь здесь пять лет! — Ладно. Давай решать проблемы по их поступлению, иначе собьемся. — Первый шаг? — Как детей назовешь? — Ой, — Джим потер бороду. — А я и забыл, что они до сих пор безыменные. Я подумал… Подумал… Джастин и Джил. — Ого, вот это тебя понесло! — Не нравятся? — А в честь чего они должны мне нравиться или нет? Это твои дети. Тебе решать. — Тогда я уже решил, — Кирк даже мертвого убедит.