Дурман

Квартира Шинры Кишитани. Вторник. Вечер.

- Шинра, ну дай! - Нет. И не болтай глупостей, Изая, тебе это совершенно не идет! Чтобы рассчитать оптимальную дозу этого вещества на организм определенного человека, нужно собрать кучу анализов, учесть множество факторов. - Не вредничай. - Да как ты не понимаешь! – возмущается доктор. – Нельзя просто взять и напичкать человека химикатами! - Почему? – невинный взгляд. - Ты меня в могилу сведешь, Изая.

***

Где-то в Икебукуро. Среда. 11:00.

- Алло! - Шизуо, это Шинра. У нас крупные проблемы! - У нас? - У меня… - Скоро буду.

***

Квартира Шинры Кишитани. Среда. 12:00.

- Что это, бля? - Не выражайся при ребенке, Шизу-чан! - Ты - дьявольское отродье, а не ребенок! - Я смотрю, вы уже нашли общий язык! – довольный доктор подошел к входной двери, потирая руки. - Шинра, наконец-то. Что у тебя тут делает это? – блондин в ужасе указывает на подростка, с милой улыбкой взирающего на все вокруг. - Это и есть наша проблема. - Твоя! Шинра! Твоя! - Теперь уже наша общая, Шизуо.

***

Домашняя лаборатория подпольного доктора. Ночь со вторника на среду.

Тень крадется, аккуратно лавируя между колб, склянок и пузырьков, расставленных повсюду в страшном беспорядке. - Так, так. Что у нас тут? – наклоняется к пузырьку с жидкостью, внимательно разглядывает. – Кажется, то, что надо. Отолью себе совсем немножко. И стоило так переживать из-за нескольких капель, у него тут вон сколько! Поднимает предмет ожесточенных споров со стола, тут же раздается тихое шуршание, человека с пузырьком в руках охватывают тени со всех сторон и заключают в кокон.

***

Квартира Шинры Кишитани. Среда. 12:05.

- Я точно не уверена, но, по-моему, это временное явление, скоро он вернется в свое нормальное состояние. Он всю ночь провел в коконе теней наедине с твоим неизученным средством. На тень обычно не бывает такой реакции, – напечатала Селти. - У меня такая сделка горит! Столько дел не сделано! А сколько пакостей не осуществлено! - Жопа у тебя не горит, блоха? Головой надо было думать, когда к Шинре в лабораторию лез. - Ммм…. Жопа, говоришь. Нет, с ней точно все в порядке. - Безмерно счастлив. - Так, хватит препирательств. Нам нужно решить, что делать дальше, – Шинра примиряюще поднял руки. - Я вам скажу, что делать. Мы все расходимся по домам, и каждый решает свои проблемы сам, а не впутывает в них школьных друзей! – блондин кидает многозначительный взгляд на Шинру. - Но ребенка нельзя оставлять одного! – возмущенно пишет Селти. - Да какой он к черту ребенок? Он просто выглядит как шестнадцатилетний пацан, а на самом деле это исчадие ада такого же возраста, как и мы все! – Шизуо уже страшно зол, и до состояния, когда он начнет громить все вокруг, ему не хватает совсем немного. - Ах, Шизу-чан, ты так очарователен, когда злишься! - Нарываешься, блоха? - Подожди, Шизуо. Есть еще кое-что… - Еще сюрпризы? - Изая пока не может врать. Все, что он говорит – правда. Он разлил на себя довольно много моего экспериментального средства. И оно подействовало! - Истина сочится с губ моих подобно смертельному яду гадюки… - С твоих губ сочится что-то кроме яда, гадюка? Вот это, я понимаю, новость! - Вы ничего не понимаете! Если через два часа у одного очень влиятельного человека не окажется нужной информации, меня просто убьют и все! И никто не спросит, сколько мне было лет в этот момент. Ах, я уже чувствую направленный на меня прицел снайперской винтовки!.. Хи-хи! Скажите моей маме… о, боже! даже моим несносным сестрам скажите… - Если ты сейчас же не заткнешься, блоха, то никакая винтовка уже не понадобится! Какого хрена ты истеришь? У тебя, что переходный возраст? - Вообще-то да. - Я думал, что он только выглядит, как мелочь! – Шизуо возмущенно обращается к Шинре. Тот пожимает плечами. - Я ничего точно сказать не могу, однако, Изая изменился не только внешне, его знания и умения никуда не пропали, но возраст не мог не повлиять на характер. В нем вовсю бушуют гормоны, его энергии хватит, чтобы разрушить небольшой небоскреб детской лопаткой, его тянет искать приключения на одно место, уже упомянутое тобой ранее, творить великие дела, которые потом все равно обернутся глупостями. - Не вижу никаких изменений, - недовольно бурчит блондин. - Что я вам и пытаюсь объяснить! Он сейчас действует как ребенок. Кто-то должен за ним приглядывать! – пишет Селти. - Вот и становитесь его няньками. Я тут при чем? – возмущается Шизуо. - Дело в том, что мне нужно проводить срочные исследования нового средства. Ах, вы представляете, что произойдет, если у меня все получится?! Я изобрету эликсир молодости и сыворотку правды… - доктор замолкает, поймав злой взгляд Шизуо. - Селти будет как курьер доставлять информацию клиентам Изаи. Она уже со многими работала, поэтому не вызовет подозрений. А ты… - Даже. Не. Думай. Я не собираюсь возиться с этой блохой! Я и так его ненавижу, а ты хочешь, чтобы я терпел его выходки в таком состоянии? - Но, Шизуо, ты не можешь заниматься работой Селти, она бы с радостью осталась с Изаей, просто это будет немного подозрительно, если вдруг ты начнешь работать на информатора. Поползут слухи. - Я между прочим уже достаточно взрослый, чтобы спросить у меня, с кем я хочу остаться! - Тебя никто не спрашивает! – хором. - Какое единодушие. Тем не менее, я бы остался с Шизу-чаном. Он хоть и монстр, но в глубине души меня любит. Я знаю. POV Шизуо. Чертова любопытная блоха со своим длинным носом! Чертов талантливый Шинра со своими волшебными препаратами! Чертова Селти со своей магией, которую она сама не понимает и не контролирует! Чертовы школьные друзья, которых нельзя послать разбираться со всем в одиночку! Проклятая блоха!.. Я шел по улице, курил и не мог понять, что мне со всем этим делать. Изая вертелся вокруг меня, в нем и правда энергия била ключом. Он не сильно изменился, стал сантиметров на десять меньше, еще худосочнее и гораздо вертлявее. Когда я с ним вместе учился, он мне казался воплощением зла, и я не видел, какой у него на самом деле был невинный, хоть и чуть хитрый взгляд, не замечал, что его улыбка больше радостная, чем ехидная. Черт. Да он просто ребенок. Селти права. Даже я, когда смотрю на него, не чувствую обычной злости. Я прекрасно понимаю, что это все тот же паскудный информатор, но поделать ничего не могу, он для меня ребенок, а это значит, что я его и пальцем не трону, пока он не вернется в свое нормальное состояние. Изая остановился передо мной, сцепил руки за спиной, чуть наклонился вперед, хитро поглядывая на меня и улыбаясь. Черт! Ну, просто уменьшенная и вмиг помилевшая версия информатора! Изая-2.0. Так и хочется потискать за еще слегка пухлые щечки. - Чего тебе? - Шизу-чан, хочу мороженое. - Ты можешь строить из себя невинного младенца сколько угодно перед Селти и Шинрой, но я на твои выходки не поведусь! – хватаю его за майку, притягиваю к себе. - Шизу-чан, ты не любишь мороженое? – О! Боже! Опять этот взгляд! Сколько наивного восторга появилось в нем, стоило вспомнить о любимом лакомстве, и сколько недоуменного разочарования, когда я попытался приструнить эту блоху. Я почему-то сразу представил, как он будет есть мороженое и болтать ногами в воздухе, а я, украдкой посмеиваясь, курить и смотреть на его неприкрытую радость. В эту секунду в моей душе что-то дрогнуло. - Пойдем! – хватаю его за капюшон и тащу за собой, он бы и так пошел, но я нарочно груб с ним, чтобы он не почувствовал нежности, которая заполняет меня изнутри и вот-вот грозится вылиться через край. - Шизу-чан, осторожно, с меня вся одежда спадает. - О боже! Неужели ты так растолстел к своим двадцати трем? - Не растолстел, а вырос. Можно подумать, ты можешь натянуть на себя свой школьный костюм! - Выбирай мороженое. Может, хоть на пару минут заткнешься, – я оставил его около мороженщика, а сам присел на скамейку в парке и закурил, вскоре прискакал Изая. Он и раньше был довольно активный, но теперь энергия ощутимо мешала ему жить, ее было слишком много. - Смотри, смотри, это что Орихара? – раздался громкий шепот сбоку. На соседней скамейке сидели парень с девушкой. Я очень внимательно посмотрел на них, и они, сразу вспомнив о куче запланированных дел, ушли. - Тебе надо переодеться. И первым делом снять свою куртку, – говорил я, глядя как Изая облизывает мороженое, щурясь на солнце и болтая ногами. - Ага, - легкомысленно ответил мне мальчик, не обращая внимания сейчас ни на что, кроме лакомства. - Ты что мороженое семь лет не видел? - Видел, но почти никогда не ел. Как-то несолидно злобному информатору сидеть в парке на солнышке и облизывать фаллический предмет со всех сторон. Я тут же вспыхнул. Ну что за фантазии, черт возьми? Еще и из уст мальчика. Да, смотрится и в самом деле как-то… странно. Острый язычок ловко скользит по лакомству, по губам, на которых остаются белые разводы… то ли блоха слишком вызывающе себя ведет, то ли это мои проблемы. Нет. Что за глупости? Однако эта щемящая нежность, которая появилась только после превращения надоедливой блохи в ребенка... - Тебя срочно нужно переодеть, иначе вся твоя репутация злодея, о которой ты так печешься, пойдет прахом. - Что, я стал настолько мил? – невинно смотрит на меня и улыбается при этом своей паскудной улыбочкой. Совершенно дикое сочетание. Мне пришлось тащиться с ним в ближайший магазин и ждать, пока он перемерит там половину шмоток. Он выбрал светлые джинсы и длинную белую кофту с капюшоном, став в этой одежде еще милее. Мы поплелись обратно к Тому, я ему обещал сегодня закончить еще пару дел. - О, Шизуо! Кто это с тобой?.. – в глазах Тома мелькнуло узнавание, которое сменилось удивлением, потом недоверием и снова по кругу. - О боже! Том! Это вообще черт знает что такое! - Семпай! Познакомь нас, – невинно просит мелкий пакостник и смотрит совершенно чистым взглядом на меня. - Заткнись! Мелкий нервотреп! - Шизуо. Ну, что ты. Он же еще ребенок, – пытается вразумить меня Том. - Если у вас обоих есть желание дожить до вечера, то вам лучше сделать вид, что друг друга вы не видите и не слышите. Ясно? Они оба поспешно закивали. Иногда я очень ловко развеиваю чужие сомнения. Мы зашли к парочке должников, Изая ждал нас на улице, еще не хватало, чтобы они начали сюсюкаться с милым мальчиком и тем самым злить меня еще больше. Когда мы выходили с Томом от последнего неудачника, информатор прыгнул в мои объятия с криком «Семпа-а-ай!», и зашипел мне на ухо, чтобы я прикрыл его лицо. Я приобнял его за плечи, погладил по голове, осторожно осмотрел окрестности. Парочка девушек, глазеющих на нас с восторгом и умилением, Том, с открытым ртом наблюдающий наши страстные объятия, и двое дюжих парней, неумело прикидывающихся валенками. Поправляю кофту на его плечах, накидываю ему на голову капюшон, изо всех сил строю из себя заботливого любовника. - Кто это? - Парочка людей, которые горят желанием найти информатора. - Они тебя хорошо разглядели? - Нет. Кто-то видел нас вместе… Вспоминаю сцену в парке. - И много людей тебя сейчас ищет? - Уже много. - И почему я только что узнал об этом? – поднимаю его лицо за подбородок, заставляю смотреть себе в глаза, со стороны это выглядит так, будто я его сейчас поцелую. - Информация, которую я сегодня должен был передать, оказалась немного неожиданной для получателя. Он мог спокойно воспользоваться ею и жить дальше, но решил, что для полного умиротворения ему нужно убрать и меня. И стать единственным просвещенным человеком на данную тему. Видишь, с какими впечатлительными людьми приходится иметь дело? – разводит руками в классическом информаторском жесте. Пока мы обнимаемся, я всеми силами сдерживаю свои руки, жаждущие крови одной блохи. Два парня искоса глазеют на нас, потом видимо понимают, что скорее ад замерзнет, чем Орихара обнимет Хейваджиму, а тот не убьет его в ту же секунду. Уходят. Не знаю, как насчет полного замерзания, но инеем владения Аида сегодня покрылись основательно. Отталкиваю Изаю, закуриваю. Том в полуобморочном состоянии прощается и уходит. - Идем ко мне. Капюшон не снимай. И прекращай использовать свои блошиные замашки. - Ах, сразу к тебе? А как же положенные три свидания, первый поцелуй, первый петтинг в темном переулке? Дергаю Изаю за кофту с намерением прорычать пару угроз ему в лицо, но из-за своей тщедушности от сильного рывка он врезается в меня, обхватывает за талию, чтобы не упасть, поднимает голову, и я вместо бесполезных препирательств целую его в губы. У него сразу сбивается дыхание и появляется легкий румянец на скулах. Что там Шинра говорил про гормоны?