Рано или поздно, мы исполним своё предназначение.

POV Акари       Лежу в больничной палате, как долго не помню, что случилось на съёмках — тоже не помню, чувствую себя отвратительно. Врач сказал, что меня сразила какая-то неизвестная современной медицине болезнь. Она заседает в теле человека, поедая его клетки изнутри, не поддаётся никому лекарству. Не заразно, хоть это радует, но как сказал врач, я вряд ли дотяну до двадцати лет. И вот, я унылая, разбитая, лежу в больничной палате, которая ещё больше нагоняет тоску на итак задавленного горем человека. Ко мне кто-то постучался в дверь. — Сестрёнка? Ты тут? — услышала я добрый и полный оптимизма голос. — Агури? Это ты? — слегка приподнялась я и посмотрела на вошедшую женщину. Она всегда светится от счастья, хоть и преподаёт в классе неудачников, всё равно любит своих учеников, хотя она их даже не знает, новый учебный год начнётся только завтра. — Эх, ты всё никак не хочешь выздоравливать? — расстроенно проговорила она и села рядом с моей кроватью. Мой менеджер смог выделить средства на индивидуальную палату, хоть за это ему спасибо. Лёгок на помине… — Юкимура Агури? — вошёл в палату мой менеджер. — Ох, и вы пришли? — удивлённо спросила я. — Врач сказал, что ты выписываешься сегодня, — улыбнулся он, новость и правда шикарная, да вот только его улыбка… Фальшивая улыбка… Плохое предчувствие. — Это правда?! — удивилась я. — Это же прекрасно! — воскликнула Агури. — Да, это прекрасная новость, Акари Юкимура наконец-то выписывается после пяти месяцев больницы, прошу, заедь сегодня в мой офис, — улыбнулся он и вышел.       Повисла неловкая минута молчания, сестра заметно погрустнела, а у меня было ощущение, будто облили ледяной водой. — Как пять месяцев? — прошептала я. — Не волнуйся, это не так уж и много, — занервничала сестра. — Но как же… Учёба… Съёмки сериала… Как так? Я могла бы и догадаться… Ты навестила меня около двадцати раз, хотя времени у тебя не так много… Агури… — прошептала я. — Да Акари? — обратилась она ко мне. — Оставь меня пожалуйста, я сегодня соберу вещи и приеду домой, а потом к менеджеру, узнаю, что ему надо, — тяжело вздохнула я. — Но Акари… — Я сегодня приеду, увидимся дома, — не дала ей договорить я и укрылась под одеялом с головы до ног.       Агури лишь тяжело вздохнула и вышла из палаты, а я погрузилась в воспоминания. Ещё с рождения меня очень хвалили учителя за мою одарённость в учёбе, за упорство и целеустремленность. Я хороша во всём, и в учёбе, и в спорте, в десять лет овладела актёрским мастерством, мной восхищались все, да вот только… Не всё так гладко в нашем мире, и это сильно обезнадёживает, я всегда была слаба перед болезнями, стоило подуть слабому ветру, чихнуть на меня или просто немного замёрзнуть, как я тут же ложилась в больницу. Однако, больше ни одна из этих болезней не сравнится с той, которой я болею сейчас, ха-ха, даже назвать её никак не могу, потому что названия у неё нет вообще.

***

      Я на ватных ногах вхожу в офис моего менеджера, не трудно догадаться, за чем меня позвали, скорее всего разорвать контракт, ведь кому я нужна? Сериал давно пересняли с другой звездой, более талантливой, нежели я, да и учёба полностью запущенна. И кстати о учёбе, что делает в этом офисе и директор моей школы? — Добрый вечер, для чего вы попросили меня прийти? — спросила я. — Акари Юкимура, я очень рад, что ты поправилась, этот разговор откладывался целых пять месяцев, тянуть так долго больше нельзя, ты ведь сама прекрасно понимаешь это, не так ли? — спросил менеджер. — На данный момент я не понимаю ничего. С какой целью меня вызвали чуть ли не с больничной палаты? И что тут делает мой директор? — окинула я взглядом моего директора, который так презрительно смотрел на меня, что стало как-то не по себе. — Ты ничтожна, не смей даже смотреть на меня, — прошипел он. — А? — опешила я. Как он смеет? И почему он так говорит? — Прошу, не так резко… — усмехнулся менеджер, и тут же переключился на меня. — Акари, мне жаль, но я разрываю с тобой контракт. Пойми, ты очень долгое время болела, съёмка сериала была заморожена, рейтинги падали, мне просто пришлось обратиться к услугам другой актрисы. — И раз уж на то пошло, то и из школы ты исключена, тебя не было целых пять месяцев, болезнь болезнью, но это не говорит о том, что можешь заниматься бездельем в больничной койке, — продолжил наносить удары директор. — Разрыв контракта? Исключение из школы? Что? Подождите… Я ничего не могу понять… — пыталась вымолвить я. — И вот ещё что… Ты переводишься в частную школу Кунугигаока, там специально отведён класс для таких как ты, — сказал директор. — Что? Постойте, с контрактом понятно, но что со школой? Почему вы меня исключаете? У меня хорошие, нет, отличные оценки, да и прогулов нет, а пять месяцев отсутствия — это не прогул, я отсутствовала по ответственной причине, что кстати закреплено документально, на каком основании? — наконец перешла в наступление я. — Моя школа практически наступает на пятки школе Кунугигаока в плане успеваемости, а обузы вроде тебя всё испортят. Завтра начало нового учебного года, а ты пропустила пять месяцев занятий, ты абсолютно не готова к занятиям. — Но ведь вы мне и шанса не дали! Да, я много пропустила, но вы знаете мой талант в учёбе, вы сами говорили, насколько я одарённая, это ведь ваши слова! — переходила я на крик. — За одну ночь подтянуть программу пяти месяцев просто невозможно, ты исключена, я всё сказал! — крикнул он и со всей силы поставил печать в каком-то документе, после чего взял этот лист и кинул в меня. — Почему ко мне такое отношение? По-вашему, я это заслужила? — спросила я с глазами полными слез, подняв документ, в котором говорилось о моём переводе в «3-Е» класс. — Теперь ты ученица класса отбросов, а они достойны только такого отношения, — сказал мой уже бывший менеджер и разорвал контракт, в прямом смысле этого слова. — И… — пыталась сказать я хоть что-то. — И это всё только из-за моей болезни?       Уже бывший директор хотел сказать что-то обидное, унизительное и оскорбительное, но я выбежала из кабинета, разрыдаться при них — последнее, что я хотела сделать.       Когда я пришла домой, то тут же кинулась в объятия сестры. — Они… Они перевели меня… — говорила я, захлёбываясь в слезах. — Перевели куда? — слегка приобняла она меня. — В твой класс! — крикнула я. — А?! — воскликнула сестра. Ещё никогда я не видела её такой растерянной и испуганной. — Тебя?! Акари, ты ничего не перепутала?       В следующие пол часа я и слова выдавить не могла, сестра сидела и успокаивала меня, подливая чай. Как только я успокоилась, сестра тут же возобновила волну вопросов. Я ей всё рассказала от начала, до конца. Всё это время она внимательно меня выслушивала, и по окончанию моего рассказа, сказала: — Вот, что я думаю. Этим двоим мы ещё утрём нос. Но для этого, поступишь в «3-Е» класс, во время экзаменов займёшь самые высокие места, тебя переведут в главный корпус, после чего твоё будущее будет спасено, — мягко улыбнулась Агури. — Да, но… Как дети твоего класса отреагируют на то, что в их класс пришла звезда? — спросила я. — Тебе придётся перекраситься и поменять имя, если тебя волнует репутация, — улыбнулась она. — Ложись спать, завтра твоё поступление в частную школу Кунугигаока, а я пока схожу и выберу тебе краску. — Не надо, я это сделаю сама, мои проблемы, я с ними разберусь, — сказала я, и накинув пальто, вышла на улицу.

***

      Я шла, глотая слёзы, как же всё-таки тяжело на душе, как всё могло так быстро обернуться против меня? Я была блистательной звездой на телевидении, но теперь лишь часть отбросов общества, но почему всё так произошло? Почему люди не могут посочувствовать и понять меня? Почему мне даже и шанса не дали? Мне бы хватило и одной ночи, чтобы выучит весь материал пяти месяцев. И всё из-за моей болезни… Как же я ненавижу её…       От раздумий меня отвлекла газета, которая врезалась прямо в моё лицо на ветру. Я убрала её со своего лица и хотела откинуть в сторону, но меня привлёк заголовок, на котором написано: — «Звезда Акари Юкимура потеряла контракт со своим менеджером, поскольку отвратительно вела себя на съёмках».       Что?! Да меня даже на тех съёмках не было! Как мой бывший менеджер мог так наврать? Это же подло и низко! Как он мог?! Как?! Почему?! Вместе с яростью я почувствовала слабость, видимо, моя болезнь даёт о себе знать. «Так убей его». — А?! — я услышала чей-то голос и обернулась, только сзади никого не было, кроме прохожих, которые даже не обращали на меня внимания, не узнавали в мне звезду из-за потускневших мокрых волос и болезненного лица, но это даже к лучшему. «Убей его». — Что за?! — снова обернулась я, но никого не найдя, посмотрела на отражение витрины магазина. Оно чем-то отличалось от меня, именно поэтому и привлекло моё внимание. «Чего ты ждёшь? Иди и убей того гада».       Я встала в ступор, со мной говорило моё собственное отражение, не каждый день такое увидишь. «Не будь трусихой, просто возьми и убей его». — Как это возможно? Кто ты? — спросила я. «Неважно кто я, главное — это кто ты. Ты жалкая, разбитая, потерявшая всякую надежду девушка, это наверно обидно, да?» — Как я его убью? — наконец вступила в с ней в нормальный диалог, хоть сама не особо понимала, зачем и для чего. «Болезнью, пусть почувствует, как это, страдать от неизлечимой болезни».       После этих слов я просто не поняла, что о мной происходит, как будто кто-то вселился в меня, как будто кто-то управляет мной, и я ничего не могу сделать, но так или иначе, мне уже нечего терять, будь что будет.       Я уверенной походкой походкой поднимаюсь по лестнице к моему когда-то любимому офису, судя по всему, он ещё не ушёл от туда, свет в его окне горит. Я поднимаюсь на самый верхний этаж и слегка приоткрываю дверь, смотрю, что происходит в кабинете. На коленях моего менеджера сидела та самая актриса, которую взяли вместо меня. Он что-то шептал ей на ухо, а она смеялась как полоумная. — Так она его любовница?! Вот почему он взял её вместо меня! Теперь всё сходится! «Убей его, он разрушил твою жизнь, ты разрушишь его жизнь». — У меня нет причин оставлять его в живых, — сказала я своему голосу, который исходил из-под моего сознания. — Кто здесь?! — крикнул менеджер. — Но как именно? — спросила я, игнорируя выкрики и возмущения менеджера. «Ты Чума, используй свой дар против него». — Хорошо, — сказала я и открыла дверь.       Менеджер смотрел на меня затравленным взглядом, после чего заговорил: — Ты больше не звезда, чего пришла?! — Тебя убить, — улыбнулась я. — Что? Ты чего несёшь? — спросил он.       Я злобно посмеялась и направила руку на ту актрису, она тут же соскочила с его колен и начала кататься по полу, схватившись рукой за горло. Менеджер смотрел на всё это испуганным взглядом. — Странно, правда? — спросила я, всё также улыбаясь и не отрывая взгляда от этой бедной девушки. — Что ты делаешь?! — крикнул он. — Я? Просто заражаю её новым видом чумы, здорово, да? Стоит мне лишь придумать болезнь, как она появляется, для какого-то это проклятие, но как по мне, это настоящий дар, — невинно улыбалась ему я. — Ты ведьма! — крикнул он. — Нет, я посланник апокалипсиса, и поверь, я такая не одна, — сказала я, чёрт. Просто не верю, что я говорю это, бред какой-то, но губы сами шевелятся. — А ведь я специально решила убить сначала её. Я бы поняла, если бы у вас была любовь, но ты даже и помочь ей не пытаешься, эх… Растаптывать чью-то жизнь лишь из-за прихоти, как низко. Умирай.       После этих слов я направила на него руку, из-за чего он схватился за лёгкие. — Это пневмония, которая очень быстро развивается. В отличии от посланника Смерти, я не могу убить человека, лишь направив на него свою руку, но я могу сгубить этого человека болезнью. Ты умираешь не из-за моей руки, а из-за болезни. Через пару минут вы оба умрёте, я лишь подтолкнула вас к этому. Вот, чем различается посланник Чумы и Смерти, хоть я и не знаю, зачем тебе эта информация, ты ведь итак мёртв, какая жалость…       Я вышла из здания и шла по улице, зверски улыбаясь. «Чума началась». End Pov Акари