Можно ли заставить полюбить?

Лениво ковыряясь в тарелке с едой, Люси вспоминала тот разговор с Эльзой, когда та упорно твердила, мол, Нацу — идеал и что она не понимает, почему блондинка воротит от него нос. Честно говоря, Люси-то и сама не понимала, почему, собственно, она отказывалась от этого «дара свыше», но какое-то чувство внутри тревожно шептало ей, что поверхностные представления всегда обманчивы и это не только в случае со внешностью, очень часто и за обычными доброжелательными действиями стоит холодный расчёт. Поэтому в «любовь с первого взгляда» Хартфилия отнюдь не верила, она считала, что чувства рождаются со временем и постепенно, поэтому Драгнил ей совсем не понравился, хотя и поведение его не вызывало абсолютно никаких подозрений. Теперь же Люси знала, что больше никогда не ослушается внутреннего голоса, если, конечно, сможет выбраться, учитывая, что отпускать её никто не собирается. Даже выкуп не требуют, но… Зачем тогда? Нацу — убийца, у таких как он не может быть чувств, потому что они каждый день безжалостно могут убивать людей, поэтому Люси совсем не понимала, что Ему нужно от неё? Вопрос вроде несложный, но ответить очень затруднительно. У её родителей хоть и неплохой заработок, однако они не баснословно богатые, а вполне среднестатистические люди. Выходит, Нацу нужны не деньги, тогда что? Использовать её как игрушку? Ха, слишком сложно, он бы не стал тратить время, проще тогда было бы найти любую другую девушку, тем более, что большинство из них были бы очень даже не против. Какой же в таком случае у него мотив? В этом Хартфилии и предстоит разобраться, возможно, это именно та ниточка, которая поможет ей выбраться отсюда. — Тебе не нравится? — Вдруг прозвучал голос справа от задумавшейся девушки. Люси неловко моргнула и неопределенно покачала головой. Уставившись в свою тарелку, она начала интенсивно есть, пытаясь отвлечься от прожигающего взгляда Драгнила. — Ты не ответила, — спокойно сказал он, наматывая локон блондинистых волос Люси, чем ещё больше её нервировал. — Нравится. Эм. Очень вкусно, — и ведь совсем не соврала, правда, из-за своего положения пленницы ей было немного не до оценивания еды по вкусу. Порой было ощущение, что она просто не чувствовала его. — Правда? — Отчего-то обрадовался он. Зеленые глаза горели, а на губах застыла блаженная улыбка. — Это я готовил, — будто бы с гордостью озвучил он, явно довольный своими кулинарными способностями. Люси напряглась. С чего это он радуется как влюблённый школьник? Увы, с его образом убийцы ну никак не вяжется образ романтичного мальчика. Тогда, почему он так себя ведёт? То ли это Люси чего-то не понимает, то ли мир по-тихому сходит с ума. Однако в ответ Хартфилия не сказала ни слова, только учтиво улыбнулась, как улыбаются люди, которые ничего не поняли, но сделали вид, что им это интересно. Вскоре Люси с горем пополам доела под прожигающим до костей взглядом и, наконец, отставила тарелку. Выровнявшись, она уставилась на Драгнила совершенно не зная, что сказать, он же так и не отвел от неё взгляда, и теперь они оба просто пялились друг на друга, будто бы ожидая чего-то, что должно вот-вот произойти. Тишина затянулась, поэтому Нацу решил первым её нарушить, вот только не успел из-за внезапного звонка на телефон. — Драгнил, там мастер вызывает очень срочно, — послышался хриплый голос, скорее всего, Фуллбастера. — Насколько? — Красный уровень. Драгнил тут же ругнулся и буквально выбежал из комнаты, оставляя девушку одну, хотя не совсем — в спешке он забыл телефон. Не сказать, что Люси сильно расстроилась, как раз наоборот — обрадовалась. Надо же, у неё столько сил ушло на то, чтобы достать эту вещь, а этот кретин так просто её оставил?! Хотелось смеяться, сперва девушка даже не поверила своему счастью, однако в следующую же секунду сгребла себе в руку аппарат и начала хаотично набирать Эльзе. Милиции звонить было бесполезно, ибо пока она растолкует им в чём дело, пока то, пока другое. Родители вообще могут в обморок рухнуть или даже не поверить, а вот Эльза… Она сможет помочь. Послышались гудки, и Люси судорожно осматривалась на дверь, в страхе шепча слово: быстрее. — Да? А это кто? Услышав родной голос, Люси всхлипнула, не веря в своё счастье. — Эльза. Эльза это я, Люси. Тише, прошу, выслушай меня, я знаю, что это нереально и бредово, но я жива и меня держат где-то, прошу, помоги. Попроси у Леви, чтобы её мама отследила по номеру местоположение. Прошу, Эльза, поверь мне. Сказав это, Люси сбросила вызов, не обращая внимая на крики подруги. Рыдая и всхлипывая, она положила телефон и начала стирать слёзы, понимая, что они могут её выдать. Она специально не сказала, кто, собственно, эти похитители, ведь тогда у Эльзы точно могут быть проблемы, особенно, учитывая её характер. Главное, чтобы подруга ей поверила.

***

Она идёт по прямой дороге, направляясь в магазин. Где-то справа, кажется, раздаются смешки. Может, смеются с неё? Она бы не удивилась, да только Эльзе Скарлет уже всё равно. А есть ли та Эльза Скарлет? Или эта уже бледное отражение её прошлого. С тех событий уже прошло достаточно времени, казалось бы, пора начать жить и идти дальше, но… Куда идти-то? Она в один миг лично познакомилась со смертью и потеряла лучшую подругу. Как же хорошо, что, в конце концов, за ними приехали, вот только… Вместе с освобождением она узнала, что, оказывается, потеряла Люси. А как страдали родители блондинки просто не выразить словами. Эльзе было искренне их жаль, да и сама она чувствовала себя не лучше. Кажется, только вчера они вместе смеялись в кафе, обсуждая всех и вся, а теперь её нет… Поверить в это было сложно, особенно, когда Скарлет по привычке заходила за подругой вечером и писала ей сообщения о том, чтобы встретиться. А потом вспоминала, что Люси-то уже нет и начинала истерически смеяться над своей глупостью, после чего наступал момент, когда смех переходил в горькие слёзы. Этот день не должен был отличаться от остальных. Мама чуть ли не силком гнала девушку из дома, чтобы она хоть немного побыла на свежем воздухе. Предлогом послужил магазин, впрочем, Эльзе было все равно, от прогулки ей легче не станет, но разве докажешь это хоть кому-нибудь. Мысли красноволосой были сбиты телефонным звонком. Сперва она нахмурилась и тяжело вздохнула, понимая, что ей снова будут выносить мозг своими сочувствиями, однако, увидев незнакомый номер, она решила не сбрасывать, будто чувствуя, что это может быть важным. Внутренний голос не подвёл. Услышав знакомый голос, казалось, умершей подруги, Эльза впала в глубокий шок и долго не могла ничего ответить. Было ощущение, что реальность просто смеется над ней, но голос из телефона не был похож на мираж. Неужели она сошла с ума, что ей теперь такое мерещится? Или это чья-та злая шутка? Но голос… Такой родной, взволнованный, с нотками паники доказывал обратное. Это Люси, это действительно Люси. Уж Скарлет была уверена, потому что с подругой по телефону она говорила каждый день. Вот только разговор закончился очень быстро, только под его конец Эльза очнулась и начала кричать в трубку, однако вызов уже сбросили. Эльза ещё несколько минут стояла в шоке, а затем быстро ринулась к дому МакГарден. Несмотря на шок, она точно запомнила все слова Хартфилии и уже знала, что будет делать дальше. Сейчас были выходные, и Скарлет надеялась, что Леви никуда не уехала со своей семьёй. Вряд ли ей кто-то поверит, да и она сама, если честно, не верит, но, если то, что рассказала Люси правда, Скарлет обязательно вытащит свою подругу.