Кости

Солнце в зените. Пот заливает глаза, попадает в рот. Соленый. Еще один взмах лопатой. Еще одна горсть земли. И опять. И снова. Сачико остановилась отдышаться и стереть со лба испарину. Рукав уже липкий. Все уже липкое. -Да, без разницы. – Девушка снова втыкает лопату в землю. Что-то не дает зачерпнуть очередную горсть. – Наконец-то! Девушка падает на колени и впивается в землю руками. Грязь и пыль летят во все стороны, но вскоре пальцы добираются до чего-то твердого и гладкого. Девушка улыбается. Клад белеет на солнце. -Хорошо, что так пахнет. А то давно бы уже есть захотелось. *** Сначала - вода смерти. Пара капель на холодные губы. Затем обмыть мягкими губками - чтобы ни следа былой жизни не осталось. Оно становится таким чистым - без единого отпечатка этого мира, будто только появилось на свет. Во рту и в носу - вата. Остается только запахнуть полы кекатабира, справа налево. Духи будут довольны. Так бы и было будь тело недавним: с плотью, пусть и холодной. С губами, глазами, кожей. Тела десятилетней давности нужно тереть. Скоблить. Засыпать порошком. Снова тереть. Пока остатки разложившейся ткани не отстанут от костей. Пока не уйдет запах. Пока кости не станут цвета свежего молока. На соседнем столике все уже готово: четки, кимоно, монеты. Баллончики с краской, лак для волос. -А это зачем? -Это для свежих. -Мммм? -Их лица серые. Вы подумайте: сердце остановилось, мышцы окоченели, кровь загустела. А на похоронах все должно быть торжественно. Они после краски – как картинки. -И почему работников ритуальных услуг все сторонятся? – Сечико улыбнулась. -Кажется, этот не из очень богатой семьи. – Гробовщик кивнул на останки, которые пытался отмыть. -Самурай из Джойшиши. Они почти все не из очень богатой семьи. Но это ничего. Еще десять тысяч трупов и я буду в системе Альбирео. Пить сакэ и спать до полудня. Представляете, там двойная звезда! А вокруг главной планеты – семь Лун. Одна из них целиком сделан из алмаза! На этой луне есть алмазный курорт. Где бы ты ни прилег – свет обоих солнц окутают тебя мягким сиянием. -Да это же просто кошмар. – Гробовщик усмехнулся. –Там, наверное, все женщины черные от загара. - Что бы вы понимали, - хмыкнула Сачико, - Ладно, мне пора. Завтра поеду на запад, посмотрю что там. -Удачи, - Гробовщик отвернулся и включил фрезу. *** До самого горизонта поле усыпано космеями. Цветы розовые, желтые, даже пурпурные. На западе небо алеет– скоро закат. Сачико оглядела всю эту красоту и вздохнула. Она с самого утра здесь – на этом бескрайнем, прекрасном поле. Только она, лопата и два анпана. И космеи, действительно, красивы. Так красивы, что плакать хочется глядя на этот безбрежный благоухающий океан. Но нежные лепестки скрыли все следы былых сражений. Девушка точно знала, что их закапывали где-то здесь. Всех вместе. Только присыпали тонким слоем земли. Без всяких ритуалов, просто чтобы не травили воздух и воду. Но где теперь искать, в этих цветах? Обычно поля сражений были пустыми. Аманто рассыпали соль на землях взбунтовавшихся провинций. В наказание. Ничто не растет на мертвой земле, а голод со временем - прекрасно учит смирению. Зачастую над бывшими полями сражений кружили вороны. А кости можно было найти под небольшой насыпью – подобием кургана. Но эта долина оказалась совершенно безнадежна. - Весь день впустую. – Сачико уже собиралась уходить, лишь последний раз воткнула лопату в землю. Раздался знакомый хруст. – Ооо, бинго! – радости девушки не было предела. Конечно, найти труп – это только пол дела. Нужно еще опознать его – по фамильному оружию, жетону, украшениям… Большинство тел так и оставались неопознанными. Тогда девушка просто закапывала их снова. Но этот – о чудо – оказался не так загадочен. На полуразложившейся голове – без носа, глаз, губ – длинные волосы и в них вплетена белая лента. Когда-то белая. Коса защитила от грязи небольшую вышивку – «Кацура Котаро». *** Найти и опознать труп – это еще не все. Нужно еще отыскать семью умершего. Для этого и нужен Гробовщик. Гробовщик – хоть и не самый популярный человек в городе, но многих знает. Почти все через него проходят. Однако, никаких Котаро в его списках не было. Сачико пришлось самой ходить по окрестностям и собирать слухи. И на третий день ей все-таки повезло: содержательница одного из хост-клубов вспомнила шумную компанию самураев. Она бы и рада забыть: сереброволосый с одноглазым устроили драку и чуть не разнесли весь клуб из-за одной из девушек. А тот самый Кацура Котаро как раз помог выставить их на улицу. -Он был очень приятным молодым человеком. И как только спутался с теми двумя. Просто времена такие были, полагаю. -Вы можете вспомнить как их звали? -Конечно! Их имена до сих пор висят в черном списке на стене. Саката Гинтоки и Такасуги Шинске. -А вы не знаете где они? -Если бы я знала, то давно бы уже отправила им счет на пятнадцать тысяч йен за ремонт клуба. Найдете их – обязательно сообщите в полицию. Эти люди – преступники. -Конечно, Шайори-сан. *** О Такасуге Шинске люди ничего не знали. Зато Саката Гинтоки нашелся в Эдо, где-то в квартале Кабуки-чо. Сачико аккуратно сложила останки в небольшой ящик, накрыла тонкой бумагой и сверху положила большую коробку кофейных зерен. Она уже не в первый раз отправлялась на поиски родственников погибших. Даже после десяти лет под землей трупы не разлагаются до конца. На них остается немного плоти, немного мяса. Запах ужасный. К тому же привлекает животных и вызывает ненужные подозрения. Но показывать труп необходимо именно в этом виде. Ведь кости просто кости. Одежда и немного плоти – единственные доказательства того, что эти останки действительно были когда-то их сыном, братом, другом. А кофе – одно из многих чудес, завезенных аманто. Оно не только бодрит, но и поглощает все посторонние запахи. Уже через пару дней Сачико со своей небольшой тележкой шла по вечерним улицам Эдо. Тут и там были огни, неоновые вывески, гирлянды. Будто праздник. У Сачико голова кружилась – она впервые была в таком большом городе. Всюду спрашивала: не видел ли кто самурая сереброволосого или одноглазого. Сакату Гинтоки или Такасуги Шинске, все равно кого. В конце концов нужная дверь все-таки нашлась. *** -Кацура Котаро мертв. Какая-то девушка пытается продать его тело. Лидер Киехетая привычно курил свою кисеру , глядя куда-то вдаль. Лица было не разглядеть. Но подобные новости должны обрадовать его. -Принесите тело. И приведите девчонку. Живой. Голос был каким-то непривычно глухим, а пауза – всего на миг – короче, чем обычно. «Любыми средствами,» - отметил про себя Хенпейта. Он был человеком проницательным и внимательным к деталям. Это и делало его действительно выдающимся стратегом. Он мог понять зачем боссу могла понадобиться девчонка. Но мертвое тело… Такечи отогнал от себя самые очевидные варианты и предпочел больше об этом не думать. В конце концов, у каждого свои предпочтения. Практически каждый был готов раскритиковать вкусы Такечи. Однако, сам он предпочитал оставаться тактичным человеком и не лезть в чужую личную жизнь. *** -Гин-сан! У нас клиент! Вставай, Гин-сан! -От нее воняет, - громко прошептала рыжая девочка. -Тише, Кагура-тян! Она тебя слышит. Может, это какие-то духи. – мальчик в очках практически кричал. -Духи с запахом носков Гин-тяна? В дверном проеме появился кто-то седой и кучерявый. Зевнул, отвесил рыжей девочке подзатыльник и уселся на диван, прямо перед Сачико. -Ауч! Ну воняет же! – рыжая ласково ткнула седого кулаком под ребра. -Заткнись. Что ты наделала, она уже плачет. -У нее действительно льются слезы, Кагура! -Шинпачи, это все ты виноват! Ты не предложил клиенту чай. -Чай закончился еще на прошлой неделе. -Так почему ты его не купил? -Потому что ты не платишь нам, а все деньги спускаешь в патинко! – Мальчик в очках уже замахнулся для удара, но Сачико вдруг воскликнула: -Это не от меня воняет! Это… Моя работа, я принесла вам… Девушка указала на коробку, но договорить не успела. -Так ты не клиент, ты что-то продаешь? Это что-то типа печенья, да? Вы с классом собираетесь на экскурсию в Осаку и ты пытаешься оплатить себе билеты, продавая печенье? Оставь эту затею. Никому не нужны эти печенья. Твои родители купят несколько пачек потому, что если ты не продашь ни одной – им будет стыдно за тебя. Потом к ним в дверь постучит твой одноклассник, маме придется купить пачку и у него - они с его матерью вместе ходят на радио зарядку в парк, отказать было бы невежливо. А ты пойдешь к его матери, она купит у тебя еще пачку – по той же причине. А потом ты пойдешь к родителям другого одноклассника, чей отец работает в той же фирме, что и твой. Когда в дверь будут звонить – твоя мама притворится, что никого нет дома, чтобы избежать неловкости с очередным твоим одноклассником. Но паре все же удастся ее поймать – и ей придется покупать все больше и больше печенья. В конце концов, ближайший месяц на ужин у вас останется только печенье. Папа будет расстроен и перестанет разговаривать с мамой. А мама разозлиться и каждый вечер они будут о чем-то спорить. А на той трехдневной экскурсии в Осаке будет слишком жарко. Вас будут водить по душным храмам вместе с толпами других школьников. Но школьный хулиган, который тебе нравится и с которым ты хотела подружиться в этой поездке, все равно начнет встречаться со старостой класса. А когда ты вернешься домой, то узнаешь, что папа с мамой поссорились и мама уехала. Папа начнет пить сакэ каждый вечер, тупо пялясь в телевизор, и в конце концов потеряет работу. А виновата будешь ты и твои дурацкие печенья. Так что, лучше просто выкинь их и останься в Эдо на эти три дня – валяться на диване и читать джамп. На протяжении всей своей речи кучерявый постепенно сползал, в финале он уже оказался развалившимся на диване, со свежим выпуском джампа в руках. -Это не печенье, - Сачико шмыгнула носом, стряхнула слезы и открыла коробку. По полу со звонким стуком посыпались кофейные зерна. -Ну вот, и кто будет это убирать? Для тебя это нормально, приходить в чужой дом и оставлять кучу мусора? Тот, кто так поступает не достоин называться человеком. -Да послушайте же вы! Это ваш давний друг, Кацура Котаро! Я возьму за него сто тысяч йен. Из коробки показались кости. Кремово-желтые. На них сохранилось еще достаточно бурой плоти, что-то белое копошилось в ней. Кучерявый перевел взгляд на содержимое коробки. -Посмотрите, сохранилась лента с его именем. Сачико подняла край ленты, запутавшийся в длинных черных волосах. -Кацура-сан, вы похудели. – Рыжая девочка выглядела немного обеспокоенно. – Вы не заболели, Кацура-сан? -Не он это. -Как же? Вот же лента! -Ты зачем его выкопала? -Это то, чем я занимаюсь. -Откапываешь трупы? С какой целью? Ты извращенка? -Да нет же! Я… -Кацура-сан, у вас какой-то странный цвет лица. Может, чаю? -Чай закончился. -Да не он это. -Я хранитель костей. Многие самураи пали в сражениях и похоронены без почестей, вдали от семей. Никто не знает где лежат их кости, родные даже не могут оплакать их… Когда-то моя семья занималась ритуальными услугами. Наш бизнес процветал. Родственники умерших со всего Кансая обращались к нам, чтобы с почестями проводить усопшего… -И что, теперь вы и доставкой на дом занимаетесь? Так нельзя, это же труп, а не пицца. К тому же сто тысяч йен за Зуру было бы слишком дорого. И как вообще можно было до такого додуматься? - В те времена мы с моим братом были еще детьми. Мы любили смотреть на звезды. В городе их почти не видно, но наш дом был на окраине, рядом с кладбищем. И если забраться на ближайший холм все небо – как на ладони… - Это звучит как начало какой-то длинной истории. - …в августе из дельты Льва, прямо на наши головы, летели звезды. Они падали где-то за горизонтом. Мы мечтали, что когда вырастем – отправимся за горизонт и найдем все эти сокровища. Ведь звезды так сверкают! Наверняка они сделаны из чистейших алмазов. А на ощупь – теплые, ведь на небе они горели целую вечность. - Это флэшбек, да? Заканчивай. Все ненавидят флэшбеки, обычно люди просто скипают их. -Однажды ночью небо стало светлым. Окрасилось зеленым и синим. Это были корабли. Чтобы держаться в воздухе, им нужны очень мощные двигатели, поэтому ночью стало светло как днем. И тогда мы с братом поняли, что когда-нибудь должны попасть на такой корабль и отправиться к звездам. И дотронуться до них, до этих алмазных огней. Мы думали, что полетим на самый край света и еще дальше – к созвездию Псов, к альфе Лебедя. И самые красивые звезды мы сорвем с неба и спрячем в карманы. А потом вернемся на Землю с карманами полными звезд. А потом отец умер. А брат действительно попал на корабль. Точнее, на орбитальную станцию. Она называется Якинику, он там отрабатывает долг семьи. Мы… Мы лишились похоронного бюро. У меня только лопата осталась. И вот… - Отрабатывает долг семьи… Вот как. – К этому моменту Саката Гинтоки уже отложил джамп. Он сидел глядя прямо на Сачико. – К сожалению, это тело, которое ты принесла – не Кацура Котаро. Я не могу дать тебе денег или чем-то помочь, поэтому тебе лучше уйти. -Ясно. – Девушка была расстроена. Потупила взгляд. Такой длинный путь… Впрочем, это было не в первый раз. Дверь за ее спиной закрылась. - Жаль, теперь и не опознать беднягу. – Тихо сказала она, - Толку от него теперь – никакого. Девушка тяжело вздохнула, но тележку с коробкой так и продолжила везти за собой. *** Днем все бары выглядят немного мрачно. Пустые столики, иногда – пара грустных типов в дальних углах. Не стоит заходить в бары днем. Вечером выпивка – идеальное топливо для веселья, днем же к бутылке манит совсем другое. Но Гинтоки пил клубничное молоко. В такие моменты старуха никогда не говорила об оплате. - Станция Якинику… Слышала. Это все медицина аманто. Не все их лекарства подходят к человеческой физиологии. И они… Адаптируют. Для многих компаний, Земля – огромный рынок сбыта. И они готовы оплачивать любые исследования, ведь потребители жаждут конечного продукта. -Исследования? - Почему ты спрашиваешь? - Я встретил одну девушку. Ее брат на этой станции. - Фармацевтика – одна из крупнейших отраслей. Люди вкладывают в эксперименты огромные деньги, чтобы получить еще большую прибыль. И эти вкладчики умеют защищать свои инвестиции. Не ходи туда, это очень опасно. – Отосе затянулась. Дым выходил из ее рта и ноздрей – Десятки охранников могут разрубить вас на куски. К тому же, если ее брат там достаточно долго, возможно от него уже ничего не осталось. Эти люди совершенно безжалостны. Гинтоки сделал глоток молока. Отосе отвернулась, чтобы достать новую пачку. - Завтра днем станция Якинику будет как раз над Эдо. В полдень из доков прибывает шаттл с частью охраны – у них увольнительная на берег. А потом в шаттл грузят припасы и возвращают на станцию. Когда Отосе повернулась, чтобы наполнить очередной стакан, Гинтоки уже не было. Женщина улыбнулась. По опыту своих лет она знала – с мужчинами это всегда срабатывает. Это действительно было не в первый раз. Иногда родственники отказывались выкупать тело. А иногда – семья тоже оказывалась погибшей. Но это было ничего. - Зато я в Эдо! – Девушка осмотрелась. От звуков и запахов столицы перед глазами все плыло. – Наконец-то! Всегда мечтала об этом! – Сачико расправила плечи. Но усталость давала о себе знать. В парке она заметила одного мужчину в темных очках. Сначала он пытался покачаться на дереве, но слишком плохо закрепил веревку и упал. Потом – сидел понурив голову и чесал руку осколком бутылки. Все чесал и чесал, но зуд, видимо, никак не унимался потому, что осколок был слишком тупым. А потом он залез в коробку, просто лежал и смотрел на небо. Рядом с мужчиной было довольно много коробок, и Сачико направилась к нему в надежде, что он согласится сдать ей одну на эту ночь. Тут кто-то схватил ее за плечо. - Я куплю у тебя эти кости. – кучерявый крепко сжал руку. *** Рыжая девочка удивительно легко вырубила охранников шаттла. - Я покажу вам настоящую женскую силу! - Кто-нибудь умеет управлять этой штукой? – мальчик в очках, очевидно, был самым здравомыслящим человеком в этой компании. -Наверное, нужно нажать на эту большую красную кнопку! – рыжая сказала уже после того, как ударила по панели кулаком. Здравомыслия мальчика в очках, очевидно, было все же недостаточно на всех. Они все же взлетели. Сачико поверить не могла, что скоро увидит брата. Но бывают ведь чудеса. - Так твой отец оставил кучу долгов и поэтому брата забрали? - Нет, с долгами удалось расплатиться продав бизнес. Но брат подсел на кредитную иглу, а все деньги спускал в маджонг. В конце концов, счет выставили просто космический. Мощный удар по ребрам вывел девушку из равновесия. - Так мы рискуем жизнью ради двух совершенно никчемных людей! - Но я ведь не сказала, что виной всему – долги отца. - Из твоей истории это было очевидно! Поспорить они не успели – из-за повреждения панели управления автопилот работал со сбоями. Вместо того, чтобы пришвартоваться к шлюзу шаттл просто пробил его. Из-за удара всех приложило об стену. - Поздновато уже пререкаться. – Кучерявый раздвинул заедающий люк. Людей поблизости не было. Это было воскресенье, почти весь персонал разошелся по барам и хост-клубам Эдо, а контроль за станцией оставили роботам. -Ты знаешь где он? -Он писал мне, что его каюта где-то в крыле космецевтики. -И что это значит? -Понятия не имею. Положение спас мальчик в очках. Он нашел план эвакуации на случай пожарной тревоги. *** От выстрелов из зонтика-автомата рыжей девочки, бронестекло разлетелось вдребезги. Утирая слезы Сачико понеслась на встречу брату – они не виделись почти год. -Джуничи! -Сачико! Прогремел взрыв. Что-то пробило стену. Еродзуя отвлеклась, отвернулась от сцены воссоединения семьи – из проема повалили солдаты. Глаза Гинтоки покраснели – тела врагов неподвижно падали на пол. Кагура и Шинпачи не отставали. Шинпачи оттеснял противника от девушки и ее брата, никто не мог подобраться к ним. Кагура размахивала кулаками, даже зонтик отбросила. Дерется всегда лучше тот, кому есть что защищать. Сражение скоро закончилось – враг бежал, побросав своих раненных товарищей. Но когда Еродзуя обернулась… Крови было совсем немного. Джуничи просто обнимал сестру за плечи и раскачивался взад-вперед. Из живота Сачико торчала двухметровая балка. *** Он забрал ее лопату и остатки кофе – тело нужно было как-то везти. Сказал что-то о том, что продолжит дело сестры. Люди ведь должны лежать рядом с семьей и все такое. Что-то еще говорил, но никто не запомнил. Гинтоки дремал на диване, накрыв лицо свежим выпуском джампа. -Гин-сан! А та лента все-таки откуда? -Дай поспать. Иди собаку выгуляй. -Ну, Гин-сан! Почему у кого-то лента Кацуры-сана! -Если не погуляешь с собакой – сама будешь убирать. -И волосы похожие! -А мне откуда знать? Зура всегда был со странностями. Вполне мог завести себе приятеля в каком-нибудь клубе анонимных любителей шампуня от перхоти. Может они там все лентами меняются, сходи до проверь. А теперь дай поспать. -У Кацуры-сана перхоть? -Иди собаку выгуляй. *** Той ночью было так тихо. Большинство пыталось выспаться перед грядущей битвой. Кто-то просто пил у костра, разговоров и смеха не было слышно. Будто кто-то выключил звук прямо посреди фильма. Эта битва вполне могла стать последней в их жизни. Любая могла, но эта… Аманто обещали взять долину с наскока. Подкрепление не успевало перебраться через горы. А у аманто были корабли. Сакамото достал где-то пару пушек и самураи весь день пытались разобраться с ними. Но сбить целый корабль, несущийся на бешеной скорости так высоко над головой... А на небе – ни облачка. И месяц серебрится тонким серпом. Когда смотришь на небо – оно такое прозрачное, что немного страшно упасть туда, вверх. В звезды. Гинтоки чувствовал, что должен все сказать. И пусть это битва будет последней. Он остановился перед палаткой Кацуры. Перевел дух, собрался с мыслями, но вдруг услышал всхлипы, а потом – шепот. -Почему вы не боитесь, Кацура-сан? -Самурай не должен бояться. Гинтоки заглянул внутрь через отходящий полог. Слишком светлая ночь, слишком много звезд и костров. Гинтоки видел как тонкие пальцы исчезают в черных локонах. Гладких, мягких. Белые пальцы тонут в этом шелковом потоке, заплетают его в косу. -Эта лента всегда приносила мне удачу. Пусть в этот раз она будет у тебя. Кто-то резко выдохнул. Шорох. Возня. -Самурай не должен бояться. Страх убивает разум.