Музыка, любовь и ненависть...

- Ну, как вы тут? – прервал мой крик злости и безысходности Донхэ. - Я чувствую, что буду одна с вами танцевать. Потому что это уже просто нереально. - Что такое? – ввалился Хёк. - Вы вообще не расстаетесь что ли? – посмотрела на рыбную парочку. – А хотя неважно. - Ты можешь толком объяснить, в чём проблема? - В том, что у половины из ваших танцоров растяжка хуже, чем у моей бабули. Да, мать его, Хичоль танцует лучше! - Ты звала меня, принцесса? – в зал вплыл наш красавец. - Ты не должен быть в армии? - зарычала я на Золушку. - Запарила… - Задолбал. - Идиотка. - Идиот, - сказала я, после чего наполнила комнату смехом, замечая как Хичоль улыбнулся. Он впервые просто и без намеков на что-то улыбнулся мне. - Не переживай, мы выступим лучше всех, - набросился на меня Анчови. - О, явление Христа народу! – вскинул руки макнэ, зловеще улыбаясь. Нет, вы не подумайте, мы не успели снова поругаться или впасть в жуткое недопонимание. Просто негласно, вообще не заикаясь об этом, мы знали, что выставлять то малое, что у нас имелось на показ, не то что не безопасно, просто мы хотели, чтоб это было только наше. Маленький мирок, который мы начали создавать с первого взгляда в том клубе, уже имел хрупкие, но всё-таки стены, которые отгораживали нас от других. Рядом с ним я становилась самой собой, человеком, который умеет любить, смеяться и не пытаться вгрызться в глотку своему собеседнику. А он в свою очередь был безумно ласковым, нежным и заботливым. Его длинные тонкие пальцы, касаясь моего лица, шеи и рук, отдавались разрядами тока и счастья по всему телу. Почему-то его запах казался мне родным, не смотря на то, что мы знакомы меньше недели, а его губы вводили меня в состояние беспамятства. - И тебе привет макнэша, - кинула я взгляд в его сторону. - Что вы как дети малые? А хотя вы и есть дети! Два макнэ, мальчик и девочка, как мило! – запорхала возле нас «мама утка». - Цыц, лидер. У меня в запасе полгода, чтоб подчинить себе его разум, - зловеще прошептала я, видя, как Кю готов прыснуть смехом в любую минуту. Прогоняя номер вновь и вновь, я никак не могла понять, что не так. Четыре часа, что-то или ко-то отчаянно мучал меня, сам того не зная. Что-то в отражении зеркала меня определенно пугало и это не хреновая пластика танцоров, а то, что заставляло моё сердце стучать сильнее. Вот оно… Вижу… - Кюхен-а! – закричала я, кидаясь к парню, который уже бездвижно лежал на полу. - Мальчик мой, - первая слеза упала на его бледное лицо… Очнись... Прошу...