Привет, тьма, мой старый друг

Новое сообщение. От: Розочка Цветан потёр глаза, чтобы убедиться, правда это или нет. Значок сообщения не исчезал, и когда парень наконец осмелился нажать на него, то увидел фото. Фото, на котором была страница из её тетради с той песней, которую он хотел спеть. Так же к фото была подпись: «Я подумала, что ты всё-таки захочешь сыграть… Давай завтра сыграем её вместе?» Это сообщение, пусть даже самая маленькая его частица, приносило тепло и счастье в его сердце. Он постарался придумать не значимый ответ, и в итоге остановился на варианте: [я не уверен, что смогу. я говорил тебе про то, что не хочу этого?] Ответ пришёл незамедлительно: [ладно, извини меня за это…] Цветан смог вдохнуть спокойно. Но всё же неминуемый интерес у него вызвали её ноты, музыка и сама песня, то, как она звучала при пении. Поэтому дома парень всё-таки решился сыграть её без разделения на партии. Он снова переместился к пианино и открыл крышку. До боли знакомые клавиши, до боли знакомый цвет подставки под ноты… слишком много боли когда-то принес ему этот инструмент. Но любопытство поглощало, и, поставив телефон вместо нот и открыв фото, он принялся за игру. — Every brick and every stone of the world we made Will come undone if I… — он запнулся, заметив, что рядом со словами было отмечено: «Песня для двух партий: мужской и женской.» Но Цветан продолжил, потому что хотел услышать звучание припева самому. — If I can feel you here with me. In my sleep I call your name, But when I wake I need to touch your face, 'Cause I… I need to feel you here with me. You can stop the aching, 'Cause youʼre the one I need! — парень снова остановился, заметив, что над следующей строкой было написано: «Припев.» Он взял весь свой страх в руки и продолжил: — I will burn, I will burn for you. With fi-i-ire and fury! Fi-i-ire and fury! My heart hurts, My heart hurts for you, Your love burns within me… With fi-i-ire and fury… Цветан и не заметил, что в его комнату вошёл отец. Он, услышав потрясающую игру, решил проверить сына, и он вот уже никак не ожидал, что спустя столько лет он снова возьмётся за это. Отец остановился в дверях, а когда Цветан повернулся, чтобы закончить и закрыть инструмент, увидел незванного гостя. — Ты чего? — выгнул бровь черноволосый, безразлично посмотрев в сторону отца. — Чему удивляешься-то? Как видишь, я уже могу играть и петь. И ты мне не можешь этого запретить, как раньше, — добавил подросток и снова отвернулся. — Но ты прекрасно знаешь, что я желаю тебе добра, и поэтому… — И поэтому ты запрещал мне делать то, что хочу я? Даже бабушка говорила, что у меня талант к этому! — перебил отца парень, не поворачиваясь, как будто говорил со своим злейшим врагом. — Именно твой талант и погубил твою бабушку, — строго ответил отец и, хлопнув дверью, вышел из комнаты. В сердце Цветана вскипела злость и недовольство из-за обращения с ним, как с вещью. На зло своему врагу и на зло всем его принципам, Цветан захотел продолжить играть, но злость в нём кипела и не хотела вылезать оттуда. Если бы не лучик добра в его жизни, он бы уже сдался. Но, увидев в ней сегодня упёртость и желание делать всё, что хочется, в глазах парня заговорила уверенность. Он был готов противостоять собственному отцу, ни смотря ни на что.

***

Следующий день казался гораздо более нормальным. Утром ничего не сломалось и Цветан даже спокойно смог вымыться в душе, спокойно позавтракать, забыв о вчерашних проблемах. Больше всего он ждал времени после школы — естественно потому, что он снова будет проводить время не дома, там, где кажется, что его ненавидят, а там, где он может быть самим собой. Ну, хоть чуть-чуть показать себя так, каким не видят его другие. Показать себя с той стороны, которую он никогда никому не показывал. Это придавало ему уверенности. Утро Розочки началось не очень удачно — она чуть не пролила на себя чай, но зато вылила его на стол. Естественно, добрая мама не стала её упрекать из-за волнения, которое было перед школой, но всё-таки посоветовала быть дочери немного аккуратнее. Девушка кивнула и убежала наверх, одеваться, чтобы не опоздать. Не долго думая, она одела то же самое, что и вчера (на самом деле, ей просто совершенно не хотелось возиться), и, сделав свои обязательные процедуры, чтобы проснуться, выбежала на улицу. Понимая, что было очень поздно, чтобы бежать так и то, что она может не успеть, она взяла из папиного гаража велосипед и поехала как можно быстрее в пункт своего назначения. В школе уже прозвенел первый звонок, говоря ученикам о том, что им уже стоит разойтись по кабинетам. Нервно и быстро припарковав велик, Розочка добежала до своего шкафчика, закинув туда портфель и меняя его на учебник по алгебре, быстро побежала наверх, пока не прозвенел второй звонок. Поднимаясь по лестнице, она посмотрела на часы. Ей оставалось две с половиной минуты до начала урока. Этого должно быть достаточно. По крайней мере, она так думала. Пробегая мимо самых различных дверей, она старалась не запнулся и не расквасить себе нос об твёрдый пол. И, если честно, у неё это прекрасно получилось. Розочка появилась в классе за секунду до звонка. — Мисс Грей (от англ. серая, но в данном случае бездушная), это же не считается опозданием, правда? — взмолилась девушка, стоя на пороге и прикусывая губу. Учительница встала из-за стола и строго посмотрела на ученицу, а затем добавила: — Думаю, нет. Садитесь быстрее, чтобы я могла начать урок, — коротко кивнула женщина и пригласила Розочку рукой в класс. Ученица спокойно выдохнула и со скоростью света оказалась за своей партой. Она обернулась в самый конец класса, и, увидев там Цветана, который, как ни странно, тоже смотрел на неё, помахала ему рукой в знак приветствия. Он, порозовев, указал на себя пальцем. Розочка радостно кивнула. Тогда парень помахал ей в ответ, после чего, удовлетворённая своими действиями, девушка принялась за алгебру. Цветан же, в свою очередь, был на седьмом небе от счастья.

***

После алгебры следовала физкультура — один из самых нелюбимых предметов в школе именно девушек, потому что физрук в школе у ребят был такой, что на каждом уроке он следовал чёткому расписанию, которое являлось стабильным и не менялось уже очень и очень давно. Выглядело оно так: РАСПИСАНИЕ ЗАНЯТИЙ ДЛЯ 10-11 КЛАССОВ 1. Пробежка. 2. Разминка. 3. Упражнения. 4. Игра (баскетбол, волейбол, футбол). Как это расписание видели ученики школы: РАСПИСАНИЕ МУЧЕНИЙ ДЛЯ 10-11 КЛАССОВ 1. Бег, от которого все отлынивают под самыми различными предлогами. 2. Никому не нужная пара упражнений. 3. Пара шагов к «плоскому» животу или прессу. 4. Игра:«Убей или умри». И каждый ученик в этой школе знал, что даже если м-ру Стронгу (от англ. сильный) предъявить освобождение, то он всё равно заставит присутствовать на уроке. Как? Он просто влепит вам двойку за плохую посещаемость и забудет о том, что её можно исправить. И многие родители считали такой подход правильным. В общем, странный учитель. Но в любом случае, на физкультуру в конечном итоге ходили все: по крайней мере, пытались. Многие ученики ходили на этот урок и с больным горлом, с ушибленной ногой или больным локтем, но всё равно занимались в полную силу. Было и такое, что от температуры кто-то падал в обморок, но об этом знали лишь его одноклассники и директор. Сам директор, конечно же, не говорил об этом родителям учеников. Наслаждаясь последними минутами перемены, Розочка, уже переодетая в спортивную форму, вышла на стадион и села на трибуну, стараясь не привлекать к себе особого внимания. Но у неё не очень хорошо получалось: все, кто приходил на место для урока, здоровался с ней, а затем начинал выпендриваться. М-да, не очень хорошее начало. — Хм, это моё место, — указывая на скамейку, сказал Цветан. Розочка резко обернулась, и, спокойно выдохнув, уставилась на него. — Я привык тут сидеть как перед уроком, так и потом, на скамье запасных. — Но ты хорошо играешь, — ответила девушка, забыв про первую его фразу. Парень пожал плечами. — Я не так популярен, как некоторые, — ехидно улыбнулся он, садясь рядом с девушкой. Та закатила глаза. — Язвить вздумал? — подняла бровь девушка, уставившись на Цветана. Он театрально пожал плечами, всё ещё улыбаясь. — Тоже мне… просто ты не понимаешь этого. — Тогда и ты тоже не понимаешь. Этим же можно пользоваться! — потянулся парень, чувствуя, как хрустит позвоночник. Розочка искоса глянула на одноклассника, поражаясь его логике. — Чего ты так смотришь? Просто я бы пользовался такой популярностью. На твоём месте. Например, Рик или Стен готовы делать всё, что ты попросишь. Почему бы не воспользоваться? — Хм, действительно. Может быть потому, что порядочный человек так не поступит? — саркастично ответила Розочка, подпирая голову рукой и ставя локоть на колено. Цветан фыркнул. — С чего ты взяла, что все популярные люди — порядочные? — спросил парень, еле сдерживая смех. Розочка задумалась. — Ну, я… — КЛАСС, ВСТАЁМ И ИДЁМ НА ПРОБЕЖКУ! — раздался оглушительный крик физрука на весь стадион, который не дал Розочке договорить фразу. Сказать, что Розочка не любила физкультуру — это ничего не сказать. Она её просто ненавидела за пот и испорченную причёску, как и все остальные девочки в её классе. Конечно, могла быть пара хороших моментов… но только пара. Цветан же, наоборот, очень даже любил этот урок, несмотря на злыдню-учителя и на его драконовские методы к преподаванию уроков. Да и все парни любили её, потому что на этом уроке можно фактически пинать воздух. Ну, побегал. Ну, размялся, поупражнялся. Ради игры и не такое можно сделать. На самом деле, эта пробежка (точнее, её подобие) вообще не была похожа на пробежку. А упражнения вообще не разогревали мышцы, как должны. Не говоря уже об упражнениях на развитие ловкости — это вообще отдельный разговор. Но, слава небесам, вскоре наступила главная часть урока (по крайней мере, для учеников) — игра. — Сегодня вы все без исключения будете играть в футбол. В том числе и девушки, — воскликнул он. Капитанами выбрали Дерока (Ручейка) и Стена. Стен, возможно, хорошо играл. Временами. На самом деле на поле он превращался из добрейшего парня в злое чудище, которое носилось по полю, словно животное в поисках еды. И да, его едой был мяч. Если он налетел на кого-нибудь, то мяча этот кто-то больше не увидит. Он был похож на оборотня, голодного, который не ел уже очень и очень давно. Выглядело это реально устрашающе. Последними в команды ушли Цветан и Эмбер. Эмбер пошла к Ручейку, который принципиально не брал к себе в команду Цветана, а сам парень отправился к Стену, но всё-таки на скамью запасных. Единственное, что его радовало, так это то, что если и будет играть, то будет играть в команде с Розочкой.

***

Игра шла как нельзя хорошо. Цветан заметил, что у Розочки очень хороший командный дух, потому что она знала, когда точно подавать и кому, словно у неё была собственная тактика. Но ещё черноволосый с трибун заметил, что Ручеёк играет, как девчонка: он боится мяча, как огня, но всё равно безумно хочет забить его в ворота. Поэтому, чтобы отобрать его, он бил всех по ногам, но попадал, слава богу, не очень сильно. До одного момента. По счастливым обстоятельствам мяч попал к Розочке. Она очень даже хорошо вела его к воротам, пока на неё не налетел Дерок со своими методами игры. Он, конечно, выбил мяч, но тем самым подставил ей подножку, после чего она упала прямо коленом в искусственную траву. Невольно, словно по команде, Цветан вскочил с места и побежал к месту происшествия, вокруг которого уже всё столпились. — Сильно ушиблась? — услышал он. — А из-за кого? — Идти-то можешь? — доносились голоса ребят. Вскоре подбежал Цветан. Он понимал, что стоит действовать осторожно, чтобы мало кто понял, что он хорошо общается с ней. — Ты можешь ходить? — примчавшись и упав на колени рядом с ней, сказал парень. Еле-еле сдерживая слёзы, она отрицательно помотала головой. Недолго думая, Цветан поднял её на руки, словно невесту, и понёс в сторону медпункта. — Хей, а ничего, что ты запасной и должен пойти и заменить её сейчас? — крикнул ему вслед Стен. — Ничего! — крикнул через плечо парень и подошёл к зданию школы. — Хоть двойку поставьте, мне всё равно! — добавил он и зашёл внутрь. Проходя по коридору и слыша обрывки фраз с уроков, можно здорово посмеяться. Смотреть на то, как другие занимаются, было очень даже смешно, потому что можно было заметить страдающих учеников. Наслаждаясь моментом, Цветан занёс девушку в медпункт, но, обнаружив, что там никого, сел вместе с ней. Он только что слышал даже её усиленное сердцебиение, был с ней близок настолько, как никогда ни с кем не был. Ему было немного страшно заводить с ней разговор вновь. — Сильно болит? — осмелился спросить он, потупив взгляд о её ушибленное колено, которое уже успело покраснеть. Не выдержав, из её глаз покатились слёзы. Розочка отрывисто кивнула, стараясь сдерживаться, но у неё это очень плохо выходило. Тогда он сел рядом с ней. — Ну, чего ты… — чувствуя, как он потеет, проговорил Цветан. — Я… я поклялась в детстве, что никто не увидит моей слабости. Никогда! — вытирая маленькие солёные капельки со щёк, ответила девушка. — Но сейчас мою слабость видел весь класс, и я… я просто не знаю, что мне теперь делать. Она даже не знала, почему она доверяет человеку, который был настолько закрыт последние несколько лет и с которым она начала общаться только вчера. Такое чувство, что что-то внутри толкает её сблизится с ним и доверять ему, как будто бы он её никогда не предаст. — Ты знаешь, я тоже, — парень опустил взгляд, задумавшись. — Но я видел, как ты держалась, чтобы не выронить ни слезинки перед ними. Я увидел, что ты сильная. И сильнее тебя я в жизни не видел девушек. Не ответив, Розочка прижалась к другу и спрятала раскрасневшееся лицо ему в плечо. Сначала Цветан и сам покраснел, но затем обнял её в ответ, чувствуя тепло и радость, которые переходили от него к ней, а не наоборот. Как странно. Вроде бы ещё вчера утром он был совершенно другим человеком…