***
Розочка, не замечая ничего вокруг, села рядом со стонущим Дероком. Она совершенно не знала, что делать, и просто достала из сумки салфетки, чтобы остановить кровь на его скуле. Парень, почувствовав нежное девчачье прикосновение, сердито отмахнулся. — Я сам, — буркнул он, выхватывая салфетку. Розочка тяжело вздохнула и просто осталась сидеть рядом. — Для чего он это сделал? Ты знала, что он сидел за нами? — Нет, конечно! — ответила девушка, рассматривая покрасневшую щёку. — Ты думаешь, я специально его привела за нами и попросила его ударить тебя? Нет. Видимо, он изначально сидел за нами. Но я не знаю, почему он это сделал… я даже понятия не имею, зачем он это… — Хватит разговоров, — буквально затыкая её, сказал Дерок, вставая. — Он испортил мне настроение, и он поплатится за это, — он спустился к выходу из зала. — Что ты хочешь сделать? — недоверчиво спросила Розочка, стараясь успеть за ним. Парень усмехнулся. — Я не скажу тебе, маленькая наивная Розочка. Иначе ты ему об этом расскажешь, — он остановился и взял её за подбородок. Девушка отвернулась. — Я не хочу больше общаться ним, он поступил ужасно, — ответила она, убирая его руку от своего лица. — И мы в публичном месте, и я не собираюсь здесь целовать тебя, ясно? — немного смущаясь, добавила Розочка. Дерок кивнул и пошёл дальше. — Но я всё равно не скажу тебе, — вызывая лифт, сказал Дерок, хитро поглядывая по сторонам. — Об этом ты узнаешь не раньше него самого, ладно? Не хочу разрушать сюрприз, — улыбнулся парень, по-лисьему глянув ей в глаза. — Хорошо, а сейчас мы куда? — тяжело вздохнув, сказала Розочка. Она зашла в лифт за Дероком. — Пойдём до меня, мне всё равно нужно тебе кое-что сказать, — кивнул он и встал в моделью позу, смотря в окно. Розочка еле-еле сдерживалась, чтобы не визжать от счастья. Слишком много событий за последние несколько часов. Слишком много вещей заставляют её быть радостнее, чем обычно.***
В комнате, окутанной тьмой, такой же, как у него в душе, слышно спёртое глухое дыхание. Вроде бы тут никого нет, но если заглянуть под тёплое одеяло, то можно увидеть парня, который был в огромном тупике. Казалось, что темнее уже некуда, как будто бы она забрала его сердце вместе со всеми чувствами, которые он мог знать. И на этом месте осталась только тьма. Всё, что было и будет вокруг него, больше не имело никакого значения. Всё это угасло и умерло для него. Забыть об этих днях, что посеяли в Цветане лучики надежды, такой пустой, как и его сердце теперь. Бежать от себя, чтобы больше никто и никогда не увидел его таким слабым перед миром и перед девушкой, в которую он был так давно влюблён. Перестать думать о ней, чтобы не причинять себе ещё больше боли, боли душевной, такой, какую он боялся снова встретить ещё после потери матери. Но она пришла. Ну же, грусть, заходи, не стесняйся. Теперь ты будешь постоянным гостем его жизни, оставайся здесь. Ему сейчас очень нужна поддержка, пусть и с твоей стороны. Этот ком в горле можешь прогнать только ты, смывая его слезами.***
Проходя мимо домов с яркими крышами, которые были освещены последними лучами закатного солнца, Розочка решила наслаждаться моментом. Она была очень рада этому «свиданию», но ей было до безумия стыдно перед Дероком за Цветана. И в ней снова проснулось любопытство, потому что ей реально стало интересно, почему же он так поступил. Зачем? Какая у него была цель? Портить ей жизнь? Но он не был похож на того, кто портит жизнь своим первым друзьям… — Ну, мы пришли, — улыбнулся во все тридцать два ровных зуба Дерок. Розочка осмотрелась и поняла, что до дома ей потом придётся идти около пятнадцати минут. — И я хотел сказать… будешь со мной встречаться? Секунда и Розочка стоит, сдерживая крик радости и румянец. Свершилось! — Неожиданно… — она отвела взгляд в сторону***
Вернувшись домой, Розочка не могла поверить в произошедшее. Теперь у неё есть парень, и не абы-кто, а сам Дерок! Главный красавчик в её школе, тот, в которого она влюблена с такого давнего времени! Мечты и вправду сбываются. Хотелось издавать визги, прыгать на кровати и радоваться всему, даже самой-самой маленькой крупице счастья, которая упадёт ей на голову. Но внезапно её взгляд остановился на телефоне, и понимая, что ей срочно нужно кое с кем поговорить, счастье тут же испарилось. Для неё самой предстоял тяжелый разговор, и, со вздохом, она взяла в руку девайс и разблокировала его. Появился значок пришедшего сообщения. [прости, что испортил ваше свидание. были причины. я больше не буду тебя беспокоить, обещаю. мы представим классу проект и больше никогда не будем пересекаться.] В груди защемило и ком поступил к горлу, словно она принесла в жертву долгожданным и желанным отношениям свою дружбу. Ресницы девушки опустились и моментально стали влажными. По гладкой коже на щеке потекла слеза горечи и потери. Словно это она была виновата в этом… в том, что он ударил Дерока. Так же резко эти слёзы перешли в ненависть. [почему ты так говоришь?] [а как я сказал? я просто хочу мирно разойтись по разным дорогам.] [а может быть, я не хочу расходиться?] Пауза. Как будто бы парень на другом конце линии задумался над возможным ответом. Брови Розочки автоматом поползли вниз. [так в чём проблема? у тебя есть парень, а я не могу просто общаться с Дероком. есть причины. тогда я не могу общаться с тобой.] [поражаюсь твоей логике… у тебя есть причины всему, но ты не объясняешь их, чтобы я могла понять…] [хорошо. делай, что угодно. видимо, так и должно быть.] Больше он ничего не ответил, прочитав эти сообщения. Розочка, завалившись на кровать и бухаясь лицом в подушку, решила полежать так подольше, чтобы подушка забрала в себя всю её печаль. Чтобы никто, даже она сама, не видел её слёз. Никто…***
Цветан, полностью и целиком раздражаясь сообщениями, пришедшими ему несколько минут назад, сел за пианино. Как будто бы инструмент сможет смыть его печали, забрать их в себя… он, хватая первый попавшийся листочек, начал писать слова к песне. Так резко вдохновение у него не появлялось никогда: даже для стихов, которые он посвящал предмету своего обожания. Таких стихов было много, но они прятались в самых различных углах его комнаты… И он начал писать. От души и сердца, вкладывая в каждое слово и строчку свои собственные чувства. А когда он закончил, то открыл крышку пианино и запел, играя: — I close my eyes, Only for a moment, and the momentʼs gone. All my dreams, Pass before my eyes, in curiosity. — протягивая слова, пел он. Он пел настолько красиво и душевно, что на его собственных глазах выступили слёзы. — Dust in the wind, All they are is dust in the wind… Same old song, Just a drop of water in an endless sea. All we do, Crumbles to the ground, though we refuse to see. Dust in the wind, All we are is dust in the wind. Donʼt hang on, Nothing lasts forever but the earth and sky. It slips away, All your money wonʼt another minute buy. Dust in the wind, All we are is dust in the wind. Dust in the wind, Everything is dust in the wind. (Dust in the wind — Kansas) Закончив, он с грохотом закрыл крышку инструмента. «Ничего не получается, даже в плохом настроении!» — кричал он в себе, зарываясь руками в чёрные волосы. Да, такое знакомое ему чувство. Оно было у него ещё три дня назад, когда он был нейтрален ко всему, что с ним происходило. А стоило ли становится нормальным и общаться с ней? Такое чувство, что от него оторвали кусок плоти, что находится рядом с сердцем. Как будто она и вырвала его сердце… Он со всей силы стукнул кулаками по инструменту и вернулся в кровать, зарываясь в одеяло, словно котёнок. Цветан взял в руки телефон и всё-таки решил ответить: [то есть, мы теперь чужие?] [нет. чужие люди — это те люди, у которых нет общих воспоминаний.] [тогда… кто мы друг другу?] [хороший вопрос… может, тебе с Дероком поговорить?] [ясно.ты знаешь, что я этого делать не буду.] [значит, мы не просто чужие. мы никто…] [бинго!] Цветан от злости выкинул телефон на пол. Нет, он точно не сможет продержаться без общения. Как будто наркотик… словно теперь эта грусть заставляла его страдать от собственной ошибки. Словно… совесть проснулась внутри него.***
Содрогаясь от нахлынувшей волны слёз, которые лились ручьями из её глаз, Розочка не могла выдержать наступившее осознание того, что на самом деле она отвергла друга, который зацепился за неё, как за соломинку, через которую он смог бы потом общаться с одноклассниками. А теперь он снова будет такой серый и незаметный, каким был до общения с ней. Эта вина упала на неё, как снег на голову, заставляя осознание приходить постепенно, тем самым убивая бедную девушку ещё сильнее. Казалось, что уже хуже некуда.