Remember me

+

***

Он садится около девушки, на лице играет лёгкая ухмылка; она вздрагивает, когда парень проводит рукой по её волосам. Спускается вниз, проводит кончиками пальцев по её спине. Рената вздрагивает, скидывает его руку со спины, отсев на край лавочки. — Как ты умудрилась выйти из дома, — он качает головой, проговаривая это с насмешкой в голосе. — Я думал, напугал тебя окончательно, мог бы подослать своих друзей, которые бы трахнули тебя в парке за деревом, ну что ещё, — кусает губу, смотря на свои кроссовки. — Это ведь всё в твоей голове, правильно? Видимо, я ещё не настолько забил тебя. — Как интересно, угадал, — она шмыгает носом. — Только вот маму пугает моё состояние, знаешь? Каково чувствовать себя после всех этих унижений, знаешь? Я постоянно сижу в своей комнате, никуда не выхожу, я вышла в парк, чтобы она не волновалась так сильно за меня, — она хватает воздух, вытирая слёзы, которые скатываются с уголков глаз. — Пока что у тебя жизнь малинка, — он противно улыбается, Рената отворачивает голову, парень дотягивается рукой до её подбородка, сжимает его, больно целуя Нату в губы. Больно покусывает пухлые губы девушки, проводит языком по её нижней губе, чувствуя горький привкус на кончике языка. — Жизнь прекрасна, — отрывается, отпускает девушку, встаёт с лавочки, уходит от неё. — Помни меня! — кричит, разворачиваясь к девушке. Она обхватывает себя руками, зажмуривая глаза, и больно закусив нижнюю губу. Её начинает трясти, внутри всё сжимается, сердце как будто сейчас вылетит из груди. Сейчас она предпочитает держать себя в руках и не разрыдаться во весь голос в парке, где полно людей. Встаёт с лавочки, быстро уходит с этого места, ещё сидит около получаса во дворе дома, не желая подниматься в квартиру. Она опять опустошена. Он сделал ей больно, даже не тронув её пальцем, а лишь словами. Слова — сильное оружие. Иногда они ранят до глубины души.

***

Прошло полтора месяца.

— Ну что, куда сегодня? — спрашивает Ник у Влада, вытаскивая один наушник. Прячет телефон в карман, перед этим посмотрев на время. — Лично я хочу в пиццерию, — смеётся Влад, вынимая купюры с карманов джинсов. — Да тут и на клуб хватит, как тебе? — Богатенький Буратино, — закатывая глаза, произносит Никита, поднимаясь со стульчика. — Деньги — это признак успеха, — громко смеётся Влад, похлопывая Ника по плечу. — Слова с песни. — Да, я помню, полностью согласен, — улыбается в ответ Никита, выходя во двор. Прошла первая неделя ноября, заметно похолодало, а сегодня уже всё листья опали. Был первый мороз. — Ладно, тогда пицца, кстати, ты помнишь что у Игоря день рождение тринадцатого числа? — Как забудешь день рождение любимого друга? — улыбается парень, открывая двери машины. — Семнадцать — это круто. Помню своё, в сентябре. Отец до сих пор мне вспоминает. Они садятся в машину, едут в центр Москвы, заходят в самую популярную пиццерию. Тут всегда много молодёжи. Садятся за стол у окна, Никита набирает сообщения парочке друзьям, приглашая их сюда. Откладывает телефон. Влад садится напротив, чешет затылок, хочет что-то сказать, точнее поговорить о теме, которая почему-то его волнует. — Слушай... — задумчиво начинает разговор парень. — Ты прости, что я опять начинаю. Ты не думал оставить Ренату в покое? Меня просто пугает её состояние, внешний вид. Бледная она какая-то постоянно, зелёная что ли. Похудела так сильно. — Нет, пока что не перестану, — опять усмехается. — Ну, Влад, ну серьёзно, перестать уже вот это. Неужели тебе её так жалко? Я не узнаю тебя или ты реально такой неженка? И зачем вообще спрашивать? Ты не видишь, как я обращаюсь к ней в школе? — С ней что-то не так, Ник, — опустив глаза на пустую тарелку, говорит парень. — В начале года и так было что-то не то. И вот ещё хуже. Её физическое состояние, не моральное... хотя, и моральное тоже. Да и вообще, откуда я знаю. Никита просто молчит в ответ, откидывается на спинку диванчика, опять смотрит что-то в телефоне. Оглядывается по сторонам, в ожидании увидеть друзей. Заходят пару парней, они улыбаются и машут рукой, продвигаются к столику у окна. Подходят к столу, принимают рукопожатия друг друга, садится вокруг стола. Заказ приносят через несколько минут. — Ну как ты, малыш Ники? — откидываясь на спинку диванчика, спрашивает Даня, смотря на своего друга. — Ой, ору не могу, — Ник закатывает глаза. — Мне так смешно. — Вот что значит, когда сильно зависим от социальных сетей! — громко произносит Даня, посмотрев на маленьких детей, которые сидели за соседнем столом. Все громко смеются, а Никита опять смотрит в телефон. Затем делает пару фотографий, пару сэлфи, они уходят в парк, заплатив деньги за заказ и оставив чаевые. Парк. Лавочка. Ночь. Садится на лавочку, достает пачку сигарет, закуривает. Выпускает дым в холодный воздух, делая картину ещё прекраснее. Выкидывает пустую пачку в мусорное ведро, продолжает выдыхать дым, забываться. Он остается полностью один наедине со своими мыслями.

***

Рената выходит с ванной комнаты, вытирает губы полотенцем, глубоко вздыхает. Проходит на кухню, садится за стол, мама обеспокоенно смотрит на свою дочь. Лиза хлопает ресницами, подсаживается ближе к старшей сестрёнке. Опускает голову на её плечо, Ната слабо улыбается. — Всё в порядке? — осторожно спрашивает Анна, заправляя за ухо локон девушки. — Да, — Ната кивает. — Видимо этот кефир был не свежим, — натягивает улыбку. — Ну, почему-то Лиза выпила его и всё нормально, — мама покачала головой, а Рената опустила глаза в пол. — Так, Лиза, иди к себе в комнату, мы поговорим. Девочка слушается, кивает и быстро убегает в комнату. Анна берёт стульчик, садится рядом с дочерью. Рената смотрит в угол, нервно кусая нижнюю губу. Глотает воздух, пытаясь успокоиться и не выдавать того, что ей страшно. Поправляет волосы, убирает их назад. — Почему тебе так резко стало плохо? — начинает мама, гладит девушку по плечу, чувствуя как она дрожит. — Надеюсь это не то, что я подумала? — Ой, — девушка заметно покраснела, щёки залились красным оттенком. — Нет. Что ты. Нет, — она мотает головой в разные стороны, натягивает улыбку. — Просто на меня так подействовало. Мам, всё хорошо, — обнимает маму, полностью внушая ей, что всё отлично. Внутри опять всё сжимается. Нет, только не это. Кошки скребут, сердце бешено стучит. Этого не может быть. Она уходит быстро в комнату, закрывается в ней, садится на кровать. Закрывает лицо руками, начинает горько плакать. Запястья жжет, сердце сейчас вылетит, не дай Боже. Это будет самый ужасный поворот в её жизни. Она просто не может. Она маленькая, она не сможет. А он строит из себя взрослого, но внутри самый обычный подросток, у которого полно своих повседневных проблем, вечерние депрессии, иногда мысли с желанием поскорее сдохнуть. А иногда жизнь — прекрасна. Жизнь, прекрасна, соглашусь.