В глубине сердца

Ахито вышел из душа и обнаружил, что брата не было в комнате. Мысленно пожав плечами, парень присел на диванчик посередине комнаты, а с тумбы взял свой планшет. Недолго думая, он решил позвонить пока что единственной в своей жизни женщине, которой он доверял всем своим сердцем, ведь очень часто именно она прогоняла прочь все его сомнения и давала стимул к дальнейшим действиям. Экран планшета протяжно загудел под умиротворённый взгляд голкипера, который откинулся на спинку дивана. Сонливость, которая раньше была его крестом, теперь практически миновала. Изредка парня могло немного сморить от усталости, но теперь в его аптечке были самые лучшие препараты из недр планеты Вамбас, которые так любезно поставляла ему Симбаи. — Ахито, дорогой, здравствуй! – на экране показалась седовласая женщина, одетая в розоватую блузу. Лицо её испещряло несколько морщин в районе улыбки и около глаз, но азиатский тип внешности в любом случае играл выигрышную роль. — Привет, мамуль, – пропел, засияв, вратарь. – Как у вас дела? — Всё в порядке, – пропела Натсуми. – Отец твой как обычно, не хочет лечиться. Его устраивает дрыхнуть на рабочем месте круглыми сутками. Она нервно потёрла переносицу. — Это он зря, – промолвил парень. – Я ранее говорил, что лечение мне очень помогло. — Сора такой же упрямый, как твой брат! – возмутилась женщина. – Сразу видно, кто в кого! — Как у тебя на работе? – улыбнулся Ахито. — Да у меня-то что? Дети, дети, дети… Язык преподавать, знаешь ли… Давай лучше к делу. — Как ты догадалась? — Я же всё знаю, дорогой. Вчера состоялось это мероприятие, я всё видела. Как прошла ваша встреча? Ахито ухмыльнулся, так как миссис Огава была очень проницательна и знала все нюансы из жизни её спящего младшего сыночка. Натсуми также улыбалась, глядя на брюнета. — Ну как сказать… Ахито вкратце рассказал всё, что видел, и свои догадки по этому поводу. Натсуми внимательно слушала сына, изредка отвлекаясь на протирание шкафа от пыли. — Ну вот я пытаюсь с ней наладить контакт, но выходит плохо… – проговорил парень. — Тебе она нравится? Ты точно испытываешь к ней чувства? – без лишних слов спросил Натсуми. Слегка замешкавшись и закусив нижнюю губу, вратарь отвёл взгляд, посмотрев на яркие и ослепляющие лучи солнца, пробивающиеся через окно. — Очень нравится. Она загадочная. Не такая, как наши девчонки из команды. Я бы… — Не отступай, малыш, – перебила миссис Огава. – Я видела её вчера на матче, она не очень хорошо выглядит, вся бледная и исхудавшая. Либо у неё общие психологические проблемы, либо со здоровьем. В любом случае, тебе нужно её просто поддержать. Девушки любят ушами. Она должна услышать от тебя то, что заставит её расцвести. Ну и конечно же, элементарную заботу никто не отменял. Делай всё постепенно, это не та девушка, которая побежит к первому встречному. Здесь поможет лишь время и терпение. Если конечно это тебе действительно нужно. Ахито понурил голову. Ситуация была для него сложной. Ему хотелось найти общий язык с Энжи, но даже все его приобретённые знания в рамках психологии не давали ему возможности добиться расположения от загадочной нападающей. Слишком широка была необъятность её личности, и неизвестно, что крылось за душой. Но каждый раз, глядя в глаза девушки, всё нутро парня переворачивалось и ему казалось, что становилось труднее дышать от учащённого сердцебиения. И ведь действительно, ему казалось, что ей нужно помочь… — Я постараюсь, мамуль. Спасибо тебе, – улыбнулся брюнет. — Пригласи погулять, в кафе, даже в конце концов просто заведи с ней не напряжённую беседу. Ты должен показать, что твои намерения серьёзные, – давала наставления Натсуми. — Уже звал в кафе… — Плохо звал! И помни! Счета в кафе или ресторане платит мужчина! — Да насчёт этого вообще не волнуйся, мне не жалко ни копейки… Ахито и миссис Огава звонко рассмеялись, после чего парень ещё затронул тему брата, который постоянно курит и находится в каком-то депрессивном состоянии. — Ну ты же понимаешь, дорогой мой, что в последнее время Тран стал очень упрямым и язвительным. До него только кое-как отец достучаться может, и то не всегда, – пожала плечами женщина. – Да и сам ты понимаешь, почему. С тех пор, как Лина без какого-либо предупреждения уехала с родителями с Акиллианы, он вообще сам не свой. — Паулина была хорошей… – протянул вратарь. – Но так, конечно, не прощаются. Думаю, я бы вёл себя также, как брат, если бы меня молча и перед фактом бросили… — Мы не знаем, что там случилось, – проговорила Огава. – В любом случае, Трана ты не бросай. Он твой брат, и также нуждается в поддержке. — Я понимаю, но временами он выполняет роль "папаши", который у меня итак есть и который меня так, кстати говоря, не допекает! Мать с сыном вновь захихикали. После душевного разговора с матерью, Ахито отключился от сети и подошёл к шкафу, выудив оттуда свою чёрную футболку и тёмно-синюю толстовку. Слегка тяжело вздохнув, он оделся, а затем решил пойти пройтись по академии, в надежде встретить её…

***

Энжи бежала к остановке космовтобусов. Только что она видела Трана, и девушка понимала, что старший близнец может что-то наговорить младшему, отчего ей стало не по себе. Сердце напряжённо отталкивалось о грудную клетку, создавая по всему телу неприятные вибрации и покалывания в кончиках пальцев. Солнце освещало заснеженные акиллианские пейзажи, но совершенно не могло справиться с унынием окружающей местности. Девушка остановилась, вспомнив разговор с Бекки про свою маму. Вот уже полтора года они не виделись, и миссис Матео не особо интересовалась местонахождением своей дочери. Рука пшеничноволосой опустилась в карман потрёпанной куртки, откуда она извлекла связку ключей. Непродолжительно глядя на них, девушка развернулась и кинулась совершенно в другом направлении. Ей не хотелось видеться с матерью, но кое-что звало её душу. Совершенно не замечая ничего вокруг, она выбежала на маленькую улочку и буквально через триста метров перед её взором остановился небольшой трехэтажный дом старой постройки. Она приложила магнитную карточку, после чего попала в подъезд, и поднялась на третий этаж. Время не позднее, по идее мать должна была быть на работе. Энжи повернула ключ и попала в прихожую квартиры. Пахло какой-то плесенью, а в воздухе как будто застыла пыль. Девушка постояла несколько минут и прислушивалась. Вроде никого. Энжели заглянула в гостиную и внутри всё сжалось: небрежный беспорядок, разбросанные по полу книги и документы, в углу стояло старенькое расстроенное пианино, а по середине комнаты чёрный пюпитр, на котором красовались открытые ноты. Нападающая нервно сглотнула и слегка скрипя половицами, приблизилась к музыкальному атрибуту, глаза её наполнились слезами. Именно на этой странице, на этой последней ноте, два года назад, она последний раз остановилась, убрала скрипку в футляр и поставила её в шкаф своей комнаты. Это было её любимое произведение старинного композитора, который в своё время посветил эту музыку любимой женщине, умершей от тяжёлой болезни. Что-то внутри всегда сжималось, когда Энжи слышала эту музыку. Создавалось впечатление, что последняя нота этой мелодии застыла в воздухе и так и оставалась висеть в пространстве сквозь время. Смахнув слезинку с щеки, девушка отогнала от себя накатившую ностальгию и вышла из гостиной, направившись вдоль коридора в самый конец, в свою маленькую и тесную комнату. Картина не отличалась от предыдущей, всё также, и пыль, и беспорядок, абсолютное меланхолическое полотно, пропитанное некой болью и безысходностью. Тяжело вздохнув, пшеничноволосая приблизилась к шкафу и отворила дверцы, внутри также лежал чёрный футляр с инструментом. Энжи любила музыку и в некотором счёте жалела, что бросила скрипку. Она была довольно талантливой девочкой в музыкальном классе, преподаватель ставил на неё большие ставки. Но что-то ёкало в сердце Энжели, когда она видела красоту футбола, разнообразие потоков и зрелищность этого вида спорта. Конечно же, в какой-то момент девушка кинулась пробовать себя с мячом. Первое время выходило не очень, но постепенно она сроднилась с ним и стала достаточно уверенно владеть им. Конечно же, мать закатила скандал, когда узнала, что любимая дочка ходила на пробы к Арчу. А после Энжи вообще сбежала из дома, и ушла под опеку Кварца, Фикса и Рэйс оф Галакси. Девушка жалела об этом всем своим сердцем, ибо это был ряд ошибок, который она совершила по своей юной глупости. За два года ей пришлось повзрослеть и осознать ответственность за свои поступки. Маму она очень любила, в глубине души Энжи знала, что мама уже давно её простила за всё, но при этом не хотела с ней видеться, так как за её спиной стояло много опасностей, в которые она не хотела втягивать родного и любимого человека. Помотав головой, Энжели схватила футляр со скрипкой и мимолётно вынеслась из комнаты, а затем из квартиры. Очень быстро она преодолела расстояние до космавтобусной остановки и через десять минут уже бежала по коридору в сторону своей комнаты, в надежде не встретить Ахито, которому успела сполна наврать. Хотя её уже видел Тран и вполне мог донести любимому братцу о том, что девушка крутит и вертит младшим близнецом. В самый последний момент Энжи нырнула в свою комнату, а из помещения напротив вышел голкипер, который не успел увидеть её…

***

А ведь совсем через мгновение, когда Энжи выбежала из дома, на горизонте нарисовался угрюмый, невысокий и скрюченный силуэт полноватой женщины лет сорока. Она шла, грустно опустив взор чёрных глаз в ноги, средние по длине волосы каштанового цвета с редкой проседью, убранные в низкий хвост, и были, казалось, немыты уже недели полторы. Широкое оверсайз пальто коричневого цвета, казалось, придавало ещё больше веса грустной женщине. В руке она несла сумку. Мэрит Матео, так звали мать Энжи, возвращалась с работы в музыкальной школе, после рабочего дня с маленькими детьми. Жизнь её превратилась в автомат, утром встала, собралась, поработала, возвращалась домой, потом шла гулять по заснеженным пейзажам, возвращалась глубокой ночью. Дома никто не ждал. Смысл жизни был потерян. Мэрит винила только лишь себя. В своё время с мужем она развелась. Он не выдержал чрезмерного контроля от своей жены, хотя у него была служебная работа, носящая много тайн. А теперь и дочь больше полутора лет назад просто испарилась в воздухе. Нет, Матео конечно же следила за успехами дочери в футболе, но она всю жизнь пыталась огородить свою малышку от таких рисков, тем более, что с детства у Энжи частенько обнаруживались перебои в сердце. Не всегда, девочка этого даже не ощущала, но с раннего младенчества женщина водила дочь к врачам, и они говорили, что её нужно огородить от профессионального спорта, особенно, от галактического футбола, вести размеренный и спокойный образ жизни, заниматься оздоровительной гимнастикой и лечебной физкультурой. Энжели знала свои проблемы, но она считала, что если ничего не беспокоит, значит и волноваться не о чем. Конечно же, после освоения Луча, она познала все проблемы своего здоровья… И мама была права. Мэрит хранила небольшую обиду на свою дочку, но понимала, что чрезмерной опекой добилась того, что теперь жила в полном одиночестве и была никому не нужна. Женщина зашла в свою квартиру и застыла на месте, уловив в воздухе какую-то жизнь, что-то будто зависло в пространстве. Матео, не разуваясь, кинулась вдоль коридора в пустующую комнату своей дочери. Никого. Помотав головой, женщина хотела выйти, но вдруг что-то потянуло её в сторону старого бордового шкафа. Она приоткрыла дверцу и увидела, что скрипка исчезла. На глазах Мэрит возникли слёзы. — Доченька моя… Ты здесь… – проговорила она в пустоту. – Скоро мы с тобой встретимся…

***

Тран вышел из ресторана, оставив Джока, Шейда и Рокета с Тией. Парень провел рукой по коротким волосам, а затем достал пачку сигарет, закурил одну и решил пешком прогуляться до школы, где сейчас дежурил папа. Хоть Сора и был такой же нарколептик, как и Ахито, всё равно тесная связь у Трана была именно с отцом, а у младшего брата с матерью. Буквально в трехста метрах от ресторана располагалась акиллианская школа, где Сора Огава работал охранником. Работа была спокойная, редко кто-то рядом устраивал потасовки, поэтому отец близнецов считал, что это лучшее место работы для его слабой нервной системы. Защитник зашел на порог, успев выкинуть окурок сигареты в урну. В предбаннике сидел его отец, сладко посапывая. На фоне играл старый проигрыватель с какой-то народной успокаивающей мелодией. Время было спокойное, уже все дети разошлись по домам, остались только те, кто готовился к каким-нибудь олимпиадам на продлёнке. — Тук-тук, – улыбнувшись, привлёк внимание к себе Тран. Сора дёрнулся и тут же проснулся, естественно, расплывшись в улыбке, поскольку в последнее время редко видел своих сыновей. — Сынок! – мистер Огава сорвался с места и кинулся к любимому сыну. – Как я рад тебя видеть! — Здравствуй, папа, – улыбнулся Тран и обнял отца. — Как у вас дела, мой дорогой? От тебя снова несёт табаком! Тран ухмыльнулся, зная, что отец только лишь возмутился, но больше ничего не скажет. Защитник и мистер Огава вышли на порог школы, чтобы подышать свежим воздухом. — Сегодня отличная погода, – седовласый мужчина сладко потянулся, улыбаясь своему сыну во все тридцать два. — Да, не поспоришь, – задумчиво протянул защитник. – Пап, Ахито влюбился. — Ух ты, – удивился отец. – Так это же хорошо. Твой брат имеет проблемы со здоровьем, как у меня, если у него будет взаимная любовь, то это же замечательно! Благодаря вашей с Ахито маме я смог жить эту жизнь, даже со своим диагнозом. — Вот я и сомневаюсь про взаимность… – проговорил Тран. – У меня есть ощущение, что она пудрит моему брату мозги. — Тран, ты понимаешь, что… — Я знаю, – махнул рукой брюнет. – Это не моё дело, не наше, но я волнуюсь за Ахито. Он за ней ухлёстывает со вчерашнего дня, как она перешла в команду… — А кто это? – уточнил Сора. — Да Энжели из Рэйс оф Галакси. Она вчера вечером переметнулась в нашу команду, – пожал плечами защитник. – Арч собирался сделать сегодня заявление об этом. — Так это же очень хорошая девочка, – проговорил Сора. – Я её помню во-о-от такой, – мужчина жестом руки указал рост девочки, когда та была в первом классе. – За ней мама бегала, миссис Матео, забирала после занятий в музыкальную школу. Вечно она со скрипкой ходила. — Угу, – пробубунил Тран. – Сегодня она на тренировке упала в обморок, прямо ко мне в руки. И она промямлила в бреду, что любит моего брата. Ахито отвёл её в медпункт. Она отмахивалась, что устала и будет спать, так сказала моему брату. А потом я встретил её, выходящую из ресторана Маны-Айс. Она странная, пап. — Тран… Ты понимаешь, что если будешь вести себя, как мамулька для Ахито, то ничего хорошего не добьёшься? — Да. Мне просто нужно было тебе высказаться, – помотал головой парень и присел на скамью рядом с крыльцом школы. – Мы с ним отдалились. — И случилось это ты сам знаешь когда… – задумчиво протянул Сора, сев рядом с сыном. Тран удивлённо посмотрел на отца. — Ты хочешь сказать… — Когда Лина исчезла с Акиллианы, ты стал совершенно другим, сынок, – развёл руками Огава. – Я сам был свидетелем, как ты обдирал на полуслове свою маму, совершенно не принимал никакой поддержки от брата. Тран, ты пойми, нужно жить дальше, дорогой мой. Твой острый язык может рано или поздно оставить тебя в полном одиночестве. Отец похлопал сына по плечу в знак поддержки. — Почему же ты тогда не отвернулся от меня? – проговорил Тран, глядя на какую-то ветку, воткнутую в снег. — От тебя разве кто-то отвернулся? – ухмыльнулся отец. — Мама мне говорила пару ласковых. Ахито сказал, чтобы я перестал на него давить… Ох… – защитник схватился за голову и стал судорожно растирать виски. — Мы все тебя любим, дорогой мой. Родные тебя в любом случае всегда простят. Но ты должен работать над собой. — С мамой я общаться не могу, она сразу на полуслове начинает мне припоминать наши разборки. С Ахито односложные беседы. Это стало невыносимо. Мне тяжело, папа. Только с тобой я могу поделиться всем этим… — Всё будет хорошо. — Мне сложно оттого, что Лина исчезла тогда и… Мы с ней ведь были вместе… Во всех планах. Наша семейная черта, да и даже традиция – мы однолюбы. Я не боюсь остаться один, нет, но… Мне больно, я храню эту обиду уже два года. Причем, первое время мне было легко, я отпустил, смирился. Почему-то вся эта хандра нашла меня спустя два месяца после того, как она исчезла. Видимо потому, что я надеялся, что она вернётся. Да и тогда был кубок галактики, мне было не до чего. Но в итоге… — Первая любовь, дорогой мой, уже устаревшая традиция нашей семьи. Мы живём в современном мире. И это не значит, что первая встречная девушка станет твоей судьбой, – ухмыльнулся Сора. – Не отдавай себя в руки уныния. Впереди кубок, ты должен быть в строю. Такое ощущение, что то, что Ахито проявил интерес к девушке, тебя выбил из колеи. Тран помотал головой. Всё это сложно. Он устал от такой навалившейся на него ноши. — Вы с мамой такие молодцы, – улыбнулся Тран. – Вы друг у друга первые и единственные, двадцать два года находитесь рука об руку вместе, и как я могу смотреть иначе. Я хочу, чтобы и у меня, и у братика было всё также, и чтобы мы все были счастливы. — Мы с Натсуми тоже прошли и огонь, и воду, и развестись три раза хотели. Но нас объединяла любовь к вам, мальчики, и в принципе общие цели. На душе стало чуточку легче, по крайней мере у старшего близнеца спало напряжение с лицевых мышц, а руки перестали нервно сжимать кулаки. Какое-то время отец и сын сидели и общались между собой, обсуждая такие насущные дела. — У Ахито очень хорошие препараты, ему Симбаи поставляет с Вамбы, почему ты не хочешь попробовать их принимать? – спросил сын. — Иди ты со своими таблетками! – махнул рукой старший Огава. – Не хочу ничем травиться! И вообще, я люблю спать, а спать любит меня, и это взаимно! Когда я сплю, то не слышу, как твоя мать точит мне нервы! – засмеялся Сора. Отец и сын звонко рассмеялись. — Какой ты упрямый, пап, – протянул Тран. — В этом плане ты в меня, – улыбнулся Огава. — Возможно… — Всё будет хорошо, Тран. Насчёт Лины скажу так, если вернётся, то и хорошо, но конечно интересна причина её исчезновения. Не вернётся, и хрен с ней. Найдёшь себе ещё свою судьбу, самую настоящую. А Ахито такой же взрослый, как и ты, он разберётся со своими чувствами. Всему своё время. — Спасибо, пап… Парень обнял отца, после чего они попрощались. Защитник удалился в сторону академии, решив пройтись пешком, а Сора нырнул обратно в школу, сев на свой пост, через секунду погрузившись в сон.

***

"Абонент недоступен, оставьте сообщение на автоответчик" — Да что б тебя, блять, – выругался Ди’Джок. Рыжеволосый слонялся из стороны в сторону рядом с рестораном Маны-Айс. Рокет, Тиа и Шейд уже давно удалились просвещать последнего в культуру акиллианской планеты. Нападающий уже в десятый раз судорожно набирал телефон черноволосой официантки, которая принципиально отключила телефон. В голове творилась чертовщина, которая вводила в состояние транса. Ещё никогда Джок не чувствовал себя таким ничтожным, ведь в такой ситуации он пребывал впервые. И свои эмоции парень совершенно не мог понять, ведь меньше, чем за сутки, в жизни произошло столько изменений, которые, казалось, временами и за несколько лет произойти не могут. Травма Майкро, проблемы в отношениях с Мэй, измена с Ребеккой, новая коллега, насчёт которой рыжий вообще не мог понять, что ему и думать. А Бекки… Что ей вообще от него надо? Нападающий отбросил в сторону абонент официантки и переключился на тот, который уже вот несколько дней планировал набрать. Ответ последовал не сразу, но и не был отклонён. — Сынок, здравствуй, – послышалось на другом конце связи. — Здравствуй, папа, – казалось, у Джока расслабился голос. – Ты не занят? — Для тебя я всегда свободен, – протяжно ответил Сони Блекбоунс. – Сейчас в особенности. — Я очень рад. Джок стал без умолку тараторить про ситуацию, в которой оказался, про Майкро-Айса, про Энжи, про свою душевную проблему. Всё это время на другом конце линии светловолосый пират сидел и слушал сына, слегка улыбаясь. Джок в последнее время стал звонить ему всё чаще и чаще, и спрашивал советов, касающихся жизни. Это означало, что ребёнок повзрослел, а соответственно, появлялись всё новые и новые сложности. Ну и в особенности радовало, что сын звонил и не забывал про своего отца, ведь последний итак встретился со своим ребёнком, когда тому было почти шестнадцать лет. Вот уже больше двух лет они созванивались, встречались и периодически проводили вместе время. — Пап, как ты думаешь? – проговорил Джок. – Ребекка… Она водит меня за нос? Или действительно ностальгирует о прошлом? Я запутался. Мне жалко Мэй, но у нас с ней не клеится в последнее время. — Твоя старая подружка избрала интересную тактику… – проговорил пират. – Она так внезапно появилась в твоей жизни снова, и как ни в чём ни бывало вновь хочет быть с тобой. — Сейчас она вообще трубку не берёт! Она ушла, когда услышала, что в нашей команде теперь Энжи! — Вот поэтому, Джок, будь внимательнее. Я считаю, что тебе нужно определиться, и как можно скорее. Тебе не надо давать ей надежду. Если у неё это просто корысть и она хочет в команду, то подавно. Тебе следует найти её и поговорить в ближайшее время. С Мэй поаккуратнее тоже. Всё-таки она тебя много поддерживала и дала тебе опору в этой команде. Она не должна ничего знать. Реши всё в ближайшее время, сынок. — Я постараюсь, папа… – проговорил рыжий. – Когда мы встретимся ещё? — Я сейчас на задании, очень важном. Ибо мы работаем с МГП и Техноидом. Всё из-за этого маньяка, который убивает людей по округе. Есть вероятность, что он даже не один. Тут параллельно на нескольких планетах происходят убийства… Ди’Джок тяжело вздохнул. На фоне профессиональных и личных переживаний он и вовсе забыл, что вся галактика находилась в страхе от неизвестного маньяка… Или же неизвестных? Парень оперся рукой о стену и грустно промычал: — Хоть на первый матч заскочишь? — Джок, я постараюсь, я тоже очень хочу встретиться. — Постарайся, папа. Тебя слишком долго не было в моей жизни. — Я знаю. — До скорой встречи, – расстроенно проговорил рыжий и отключил смартфон. Нет, он не обижался на Сони, но доля разочарования всегда преследовала его после каждой телефонной беседы. Такие удалённые разговоры, конечно, в какой-то мере, успокаивали его, но он ничего не мог поделать. Слишком уж они редко виделись, поэтому конечно, Джоку совсем не хватало отцовской поддержки именно вживую. Понуро опустив голову, нападающий решил вернуться в академию. Искать Ребекку сил не было, да и вообще ни с кем не хотелось видеться, так как нужно было разобраться с внутренними сложностями, не дающими здраво мыслить.

***

Переступив порог квартиры, Ребекка обнаружила на вешалке два женских пальто, которые так неожиданно для неё появились. Мысленно выругавшись, девушка, сняла с себя свой бежевый тренч, совершенно неподходящий под акиллианскую погоду, и переобувшись, она внеслась на кухню, где пребывала невысокого роста светловолосая женщина средних лет, хлопочущая у столешницы, и пожилая дама лет семидесяти пяти, которая сидела за обеденным столом и пила крепкий чай. Последняя, хоть и находилась в весьма преклонном возрасте, довольно неплохо выглядела, волосы были покрашены в чёрный цвет, имели модную короткую стрижку, в ухе красовалось три серёжки, а руки обсыпаны браслетами. Её серые глаза начали сверлить появившуюся в дверном проёме девушку. — Мама? Бабушка? Вы здесь? – изумилась Бекки. — Да, – протянула самая старшая представительница из семьи. – Почему ты до сих пор не в футбольной команде? — Я… Я хотела… – промямлила Бекки. — Ты слишком медлительна, – возникла мать. – Пока ты разносишь стаканчики в ресторане, Энжи уже играет в команде Сноу Кидс! Феличе, так звали мать Ребекки, ударила кулаком по столу, отчего даже бабуля Наз вздрогнула. Голубые глаза матери были наполнены некой ненавистью и отвращением к собственной дочери. Бекки вжалась в стенку. Каждый раз она жалела, что дала им ключи от съёмной квартиры, потому что женщины частенько одаривали свою доченьку такими неожиданными визитами. И как правило, каждый из них заканчивался слезопролитием черноволосой официантки. — Я… Энжи? – Ребекка сделала вид, что ничего не знает. — Полчаса назад Арч официально объявил об этом, – протянула бабуля, поднеся к губам чашку чая. — А что вы-то от меня хотите? – Ребекка собралась с силами. — Ты возобновила отношения с Джоком? – спросила мать и села за стол рядом с Наз. — Да, но вы думаете, это всё так просто? – Бекки возмущенно села напротив своих близких родственниц. — Ты должна полностью расположить к себе Джока, – проговорила Феличе. – Используй всё своё обаяние, свою грацию и сексуальность. Он очень влиятельный футболист. Уж Джок точно сможет обеспечить тебе достойное место в команде. Энжи не так достойна этого места. Тем более, насколько я помню, Мэрит часто бегала с ней по врачам. Она слабенькая, долго не протянет. Скоро они поймут, что очень ошиблись на её счёт. — Ты у нас очень талантливая девушка, – сказала Наз. – Неужели ты хочешь пропадать в этом жалком ресторане? Ты обязана идти в академию, и уж тем более вернуться в отношения с Джоком. — Вы хоть раз задавали себе вопрос, чего хочу я?! – не выдержала Ребекка. – Джок находится в отношениях, и я сделала так, что он изменил своей девушке! И вы вообще думаете, мне приятно с ним трахаться в такой ситуации?! Как вы меня задолбали! Вы только думаете о том, чего не добились в своей молодости, и подставляете меня, чтобы я за вас отдувалась! Женщины изумлённо вылупились на взбунтовавшуюся девушку, у которой глаза находились на мокром месте. Она была на взводе, мало того, что родственницы пришли без спроса в квартиру, которую Бекки снимала на свои деньги, заработанные в ресторане, так ещё и устроили мозговыносящий прессинг. Ребекка устала от этих постоянных сцен. Хотя и по своему характеру понимала, что психически зависима от этих женщин. — Я не поняла, почему ты разговариваешь с нами в таком тоне?! – вспылила Феличе. – Ты забылась?! Мать встала над девушкой, отчего последняя вжалась в спинку стула. — Ты забыла, кто тебя обувал, одевал, кормил, обстирывал?! Как ты смеешь?! – Феличе размахнулась и дала звонкую пощёчину своей дочери. — Мы не хотим слышать от тебя подобных высказываний, – пусто проговорила бабуля. – Ты действительно забылась о том, кто тебя растил и любил. А кроме нас тебя никто любить не будет. Все мужики изменяют, они не сидят на одном месте. Джок нам нужен лишь для того, чтобы ты пробралась в Сноу Кидс. Это не обсуждается. Переступи через свою гордость. Ты всегда прекрасно играла в футбол. И уж тем более, ты владеешь Дыханием. Но твои эмоции мешают тебе достигать целей. Ребекке было больно слышать подобные высказывания в свой адрес. Да, мама и бабушка были правы, она бесподобно владела Дыханием, хорошо управлялась с мячом, но эмоции и нестабильные нервы мешали ей в достижении своих целей. Конечно же, Бекки находилась под прессингом близких родственниц, которые внушали ей, что она лучше всех, одновременно опуская ниже плинтуса. Эти женщины были убеждены, что все пути лежат через постель, поэтому они прекрасно помнили про роман дочери со звёздным нападающим. Девушка стёрла слёзы рукавом куртки и посмотрела на бабушку и маму, которые смотрели на свою дочь, внучку, совершенно легкомысленными и опустошенными взглядами, в которых была доля потребительства. Ребекка всей душой хотела попасть в команду, но после новостей о том, что Энжи взяли в команду, внутри девушки всё упало, а давление со стороны родственниц только усугубило ситуацию. Еще несколько раз неугомонные женщины напомнили Бекки о том, что ей нужно всеми силами охмурить Ди’Джока, а там глядишь и до Арча недалеко. Ребекка поморщилась от всех этих мыслей. Тем временем, Наз и Феличе приблизились к дверям и ещё сто раз дали девушке наставления, что ей делать. Бекки пропускала всё мимо ушей, тихо покачивая головой, чтобы только не злить их и поскорее выпроводить. Когда родственницы удалились, Ребекка растерянно села за стол на кухне и начала навзрыд плакать. Естественно, эта возобновившаяся химия с Джоком не приносила ей никакого удовлетворения. В своё время он бросил её, ибо ему показалась странной тяга девушки к рыжеволосым парням, а Бекки просто нравились эти солнышки. И дружила она не только с парнями, но и с девушками. Ей всегда нравились рыжие, это был её любимый цвет волос, и она всегда хотела себе такой же, но после того, как Джок её бросил, внутри Ребекки всё оборвалось, и осталась огромная кровоточащая рана, а всё, что связано с рыжеволосыми – возненавидела всем сердцем. Изо всех сил она пыталась отключить голову и использовать Ди’Джока лишь для того, чтобы попасть в Сноу Кидс. Пока не получилось. Девушка тяжело вздохнула, вытерла слёзы и посмотрела в окно, которое показывало вид заходящего солнца. — Что же, Ребекка, соберись, – проговорила она. – Ты обязана попасть в команду. Ничто не помешает. А Джок ещё поплатится. А Энжи вообще не помеха. Всё будет. Главное, потерпеть. Всё будет… С этими словами она вывела телефон из спящего режима и увидела одиннадцать пропущенных звонков от рыжего "солнышка". Ухмыльнувшись, Бекки хотела набрать ему, но в эту же секунду до неё вновь дошёл его звонок. Обеспокоенный Джок начал расспрашивать её, что случилось, но без лишних слов Ребекка пригласила его к себе. Естественно, успешно. С лукавой улыбкой девушка направилась в душ.