Стальное лезвие деревянной гильотины

Джастин лежал в кровати и думал. Думал о событиях этого дня. Думал о своей жизни. Думал о вчерашнем дне. Думал о синяках, которые снова придется скрывать от персонала пансионата. Думал о завтрашнем дне, когда он должен вернуться в свое вынужденное жилье. Дверь со скрипом открылась, и в небольшую комнату средненькой гостиницы явился стальной убийца драконов. - Я принес ужин, - сообщил вошедший и поставил на стол поднос с внушительной горой различной снеди. - Вижу, - улыбнулся Джастин, принимая сидячее положение. – Как заказчик? Доволен? - А то, - кивнул Гажел, расставляя тарелки. Как только с сервировкой было покончено, брюнет подошел к кровати. – Давай помогу. - Давай, - кивнул блондин и по привычки обхватил шею друга, подтягиваясь. Волшебник одной рукой подхватил того под коленками, второй – за поясницу и отнес к столу. Усадив напарника на стул, он сел сам. - Спасибо, - как всегда чуть смущаясь, поблагодарил Лоу и принялся за еду. Был уже поздний вечер, Гажел все не возвращался. Джастин всегда гадал, куда его временный напарник уходит, но никогда не спрашивал. Ведь если Гажел на него обидится и, не дай бог, они перестанут дружить, то блондин уже никогда не выберется из своего пансиона, который невзначай стал его тюрьмой. Там он был прикован к своей коляске, ездил только по первому этажу и изредка выбирался на веранду. А здесь… Здесь не было коляски. Здесь не было сочувственных взглядов обслуживающего персонала и других постояльцев. Здесь можно было снова сражаться, хотя немного иначе, чем раньше. Здесь был Гажел… Вот уже полгода, как юноша вздыхал по стальному убийце драконов. Но вздыхал про себя и никак не выдавал свои чувства. Он таился по одной простой причине: Гажел – единственный человек во всем Фиоре, который не считает его калекой, и, как следствие, единственный друг Джастина. А открыть свою душу значит наверняка потерять такого замечательного друга. И один шанс из ста, что его чувства не будут отвергнуты, и один шанс из миллиона, что они будут взаимны. Но Джастин больше не мог молчать, и он решил сегодня все рассказать, и будь, что будет. Был уже час ночи, когда Гажел вошел в их номер. Он так делал каждый вечер на этих особых заданиях. Почему? Да что бы окончательно не потерять голову, видя, как Джастин готовиться ко сну, ведь юноша был крайне самостоятельным и, кроме помощи в передвижении, ни о чем не просил. Молодой человек как можно тише скользнул в комнату и уже собрался раздеться, но увидел, что его сосед все еще бодрствует. - Я тебя разбудил? Прости, – как можно непринужденнее спросил Гажел, подходя к своей кровати. - Нет, я не спал… - не поворачиваясь, ответил блондин. – Сядь, пожалуйста. Я хочу тебе кое о чем рассказать. - Среди ночи? Может, отложим до утра? - Нет, сейчас. - Ну, хорошо, - кивнул волшебник и сел на свою кровать. – Давай, выкладывай. - Но пообещай вначале, что чтобы ты ни услышишь и как бы ты к этому не отнесешься, завтра ты отвезешь меня обратно в пансионат. - Конечно, отвезу. Не проблема. Так в чем дело? - Помни, ты пообещал, - Джастин глубоко вздохнул и выдал: - Гажел, ты мне очень дорог… Намного дороже друга… Близкого друга… Я не уверен, но… кажется, я в тебя влюбился. Юноша услышал, а после и почувствовал, как стальной убийца пересел со своей кровати на его. Теперь они сидели спиной к спине и смотрели в противоположные стороны. - Понимаю, тебе противно, что какой-то парень признается тебе в чувствах, тем более калека… - продолжал сникшим голосом Лоу. – И прекрасно знаю, что ты больше не захочешь меня ни видеть, ни слышать, но больше ждать я не мог… - Давно? – хрипловато поинтересовался брюнет. - Полгода… - вдруг кровать мелко затряслась. – Что с тобой? - Полгода? – сквозь безмолвный смех переспросил Гажел. – Почему раньше не сказал? - Боялся… И мне только сегодня ночью исполнится 18, - юноша пристально посмотрел на собеседника и его глаза расширились от удивления: - Тебе непротивно? - Знаешь, почему я так долго сижу в барах, когда мы ходим на задания? – как-то невпопад спросил волшебник. - Нет, но ты всегда так делаешь. - С самого первого раза я боялся, что моя реакция на… на твое тело без одежды выдаст меня с головой. - Реакция? – повторил Джастин. – Так ты не… не против моих чувств? - Не против. И рад, что теперь могу открыться тебе. Ведь ты такой гордый и мог бы воспринять мои слова как жестокую насмешку, и я навсегда бы потерял тебя как друга. - Мы оба молчали, чтобы не разрушить нашу дружбу, - блондин осторожно положил свою ладонь поверх ладони Гажела. – Но теперь мы больше, чем друзья?