Казино "Фортуна"

Играли последний кон. Блайнды уже сделали ставки. Дэннис дождался, когда дилер раздаст игрокам по две карты и украдкой взглянул на свои, с трудом сдержавшись, чтобы не застонать от разочарования — ему достались разномастные четверка и семерка. Эта партия была его последней надеждой, но от такой слабой руки многого ожидать не приходилось. Дэннис не стал сбрасывать карты, решив дождаться флопа. Юноша обвел игроков быстрым взглядом. Их лица были непроницаемы. Дилер положил на стол первую карту. Ей оказалась четверка пик. Следом появилась бубновая шестерка, и последим во флопе стал червовый валет. Дэннис еще раз взглянул на свои карты — все верно, четверка и семерка. Что ж, пара уже есть. Если повезет, и следующими крупье откроет пятерку и восьмерку, у него будет стрит. В последний кон все играли по-крупному, и, чтобы сделать ставку, Дэннису снова пришлось одолжить фишки у щедрого мистера Блэка. Четвертой открытой картой стала восьмерка пик. Двое игроков сказали «пас». Сердце Дэнниса радостно забилось. Не хватало только пятерки. Если ему будет везти как везло в первых партиях, как везло в предыдущие дни, до того, как он попал в это казино и два кона назад пошел ва-банк, проиграв все и сделавшись должником мистера Блэка, ривером будет пятерка. Джентльмены пили виски и вели непринужденную беседу, оттягивая конец игры. Дэннис натянуто улыбался и по большей части отмалчивался. Сердце у него билось гулко и часто. Юноша ощутил, как по виску скатилась капля пота — нервы были на пределе. Мистер Блэк, одарив Дэнниса широкой белозубой улыбкой, вытащил из нагрудного кармана платок и протянул его юноше. Платок казался крошечным и белоснежным в огромной черной ручище мистера Блэка. Дэннис нервно улыбнулся, взял платок и тщательно промокнул лоб и виски. Хотел вернуть его мистеру Блэку назад, но тот махнул рукой, мол, оставь себе. Стали делать финальные ставки. Аль-Халиль, неприятный толстый араб с пальцами в массивных золотых перстных, пошел ва-банк. Мистер Блэк поддержал, все, кроме Дэнниса, спасовали. Юноша шумно сглотнул и, прикусив губу, посмотрел на мистера Блэка. Мужчина вопросительно поднял бровь и спросил своим глубоким звучным голосом: — Ты и так должен мне столько, сколько у тебя вряд ли когда-либо было. Хочешь, чтобы долг стал совсем неподъемным? Дэннис тяжело выдохнул и спасовал. Дилер выложил на стол последнюю карту. Это была десятка крести. Довольный Аль-Халиль открыл карты первым. У него на руках были пиковая семерка и бубновая девятка. У мистера Блэка были червовая девятка и крестовая дама. Аль-Халиль чертыхнулся. Мистер Блэк сгреб гору фишек и, широко улыбаясь, придвинул ее к себе. Игроки стали вставать из-за стола, пожимать друг другу руки, благодаря за игру. Дэннис остался сидеть, взволнованный, бледный, с тревогой поглядывающий на мистера Блэка. Мистер Блэк попрощался с остальными игроками, вернулся за стол и пристально посмотрел на Дэнниса. Растянув губы в кривой улыбке, мужчина тихим угрожающим голосом заговорил: — Ну что, как расплачиваться будешь? — Отыграюсь, — неуверенно ответил Дэннис. — Как сегодня? Не думаю. Даю тебе ровно сутки, — мистер Блэк бросил взгляд на циферблат золотых часов на своем запястье. — А если… Если я не смогу достать деньги? — Дэннис проклинал прошлое воскресенье, когда повелся на уговоры друзей и решил проверить, распространяется ли его патологическая везучесть на игру в покер. И ведь сначала все было так хорошо!.. — Исполнишь три моих желания, — мистер Блэк протянул руку и ласково потрепал Дэнниса по щеке, насколько это можно сделать ласково такой огромной ручищей. Он подмигнул растерянному парню и убрал пальцы с его лица. — Или можешь исполнить одно мое, — раздался женский голос из-за спины мистера Блэка. Послышалось звонкое цоканье каблуков, и из тени массивной колонны вышла на свет женщина в алом брючном костюме. Из-за яркого макияжа невозможно было определить ее возраст, Дэннис навскидку дал ей тридцать-тридцать пять. Темные волосы незнакомки были собраны в высокий тугой хвост, в ушах сверкали бриллиантовые серьги, золотая цепочка убегала в ложбинку меж пышных грудей, а на изящно-тонких и длинных пальцах, в которых она держала инкрустированный драгоценными камнями мундштук, поблескивали кольца. Следом за женщиной на свет вышагнули два внушительных размеров телохранителя. Пока Дэннис с недоумением смотрел на незнакомку, мистер Блэк заговорил, не поворачиваясь: — Госпожа, снова Вы! Дайте хоть раз сполна насладиться выигрышем! — мужчина говорил ровным тоном, но его испепеляющий взгляд, который, видимо, предназначался таинственной Госпоже, обратился на Дэнниса. Юноше стало очень неуютно под выжидающим взглядом Госпожи и ненавидящим мистера Блэка. Госпожа поднесла мундштук к губам, затянулась, отстранила его от лица и выпустила тонкую струйку дыма. — Хватит с тебя денег, Блэк, — не терпящим возражений тоном заявила женщина, вручила мундштук одному из бодигардов, обошла стол, оказавшись у Дэнниса за спиной, и положила руки ему на плечи. Юноша повернул голову налево и опасливо покосился на длиннющие алые ногти Госпожи. Женщина наклонилась и прошептала Дэннису прямо в ухо, обдав горячим дыханием: — Не бойся, малыш, я тебя не обижу. Чего не могу сказать об этом здоровяке. Соглашайся, и я выплачу твой долг. Юноша поморщился, когда его назвали «малыш», но, наверно, для Госпожи он ребенок — она старше его на десять-пятнадцать лет. — Что это будет за желание? — тихо спросил Дэннис, стараясь не смотреть на мистера Блэка, который прямо-таки прожигал его взглядом. — А вот это, мой милый, ты узнаешь после того, как согласишься. Но не переживай, это не будет чем-то таким, о чем потом придется жалеть, — Госпожа легонько сжала его плечи и отступила. Дэннис наконец осмелился поднять глаза на мистера Блэка. У того от негодования ходили желваки и широко раздувались ноздри. Дэннис перевел взгляд на спокойную, мягко улыбающуюся ему Госпожу, и принял решение. — Я согласен на одно Ваше желание, Госпожа. Женщина погладила Дэнниса по голове и победоносно улыбнулась медленно звереющему мистеру Блэку. — Ты сделал правильный выбор, мой славный. Кайл, отведи его в игровую. Один из охранников стиснул своей ручищей локоть Дэнниса и рывком поднял его из-за стола. Юноша лихорадочно соображал, что это может быть за игровая. Бодигард пихнул его в спину, направляя в сторону лестницы на второй этаж. Дэннис покорно повернулся и стал подниматься. На втором этаже они прошли по коридору до самого конца и зашли в последнюю дверь, оказавшись в хозяйственном помещении. Дэннис не сразу заметил еще одну дверь, ведущую из кладовой. Кайл достал из кармана связку ключей и отпер замок. Затолкнул взволнованного юношу вовнутрь и закрыл дверь снаружи, оставив его в темноте и неизвестности. Дэннис не мог сказать точно, сколько он простоял одинокий, дезориентированный в пространстве, напуганный — пять минут или час. Наконец дверь тихо открылась, и послышался громкий, требовательный голос Госпожи: — Разденься. — Ч-что?.. — Дэннис надеялся, что не расслышал. — Ты сутки будешь моим рабом. Это мое желание. С этой минуты ты молча выполняешь приказы. Ты не можешь сказать мне «нет». Стоит мне щелкнуть пальцами, сюда придет охрана и заставит сделать то, что ты не хотел делать добровольно. Так что будь паинькой и слушайся с первого раза. Понял меня? — Да, — тихо ответил Дэннис. Теперь пазл сложился: игровая, в которой он находился, и которую ему так и не позволили увидеть, была комнатой для БДСМ-развлечений, а Госпожа — не просто псевдоним этой эффектной женщины, а ее роль. Она была доминой. Дэннис мало знал о БДСМ, но то, что он знал, пугало его. Юноша не понимал, как можно получать удовольствие от боли и унижений или причиняя их кому-то. Но долг мистеру Блэку был выплачен, и он должен отработать эту немаленькую сумму своим телом. Оставалось только надеяться, что будет не очень больно. Дэннис глубоко вздохнул, повел плечами и стал раздеваться. Быстро снял пиджак и жилетку, завис на пару мгновений и начал расстегивать рубашку. Стянул ботинки с носками и одним движением — брюки с трусами. Одежда горкой лежала у его ног. Дэннис жалел, что она помялась — костюм был недешевым, он купил его после третьего дня покерного везения. — Встань на колени, — прозвучал приказ Госпожи, когда Дэннис закончил раздеваться. Юноша послушно осел на пол. — Руки за спину, — Дэннис завел руки за спину. Послышалось цоканье каблуков, и его запястья обнял металл наручников. Госпожа легонько похлопала его по спине. Юноша немного дернулся, почувствовав, как длинные ногти скребут кожу. Ногти заскользили вверх по спине, надавливая и оставляя след. Затем замерли на уровне шеи, и на Дэнниса надели ошейник из мягкой кожи. Звякнула цепочка, тянущаяся от ошейника к руке Госпожи, и женщина легонько дернула ее: — На четвереньки и ползи, куда я веду. Дэннис послушно отправился за Госпожой, чувствуя себя жутко глупо, оказавшись в роли собаки на поводке. Женщина подвела Дэнниса к окну и расшторила его. Теперь юношу освещал мягкий голубоватый свет ночного города, а сама Госпожа оставалась в тени. Дэннис увидел, как из полутьмы вынырнула изящная рука домины. Она принялась ласково поглаживать его по спине, спускаясь от шеи и лопаток к пояснице. Госпожа круговым движением огладила его ягодицы, заставив Дэнниса поджать задницу, а потом пару раз звонко шлепнула. После секундного замедления она стукнула юношу стеком — тонким гибким стержнем в кожаной оплетке — по спине, потом еще и еще раз. Била несильно, поэтому Дэннис ощущал только тепло от приливающей к пострадавшим участкам кожи крови. Затем женщина переключилась на ягодицы, и тут уже была не такой нежной. Юноша сжимал ягодицы и вертел задницей, и домина, видя это, мелодично рассмеялась: — Неужели ты такой чувствительный, малыш? Я же только разогреваю тебя, и это совсем не больно. Пойдем-ка. Госпожа потянула за цепь, и Дэннис тронулся с места. Домина сделала двадцать шагов и остановилась. Отпустила цепь и куда-то ушла. Зажегся свет, резанув отвыкшему от него Дэннису по глазам. Свет был красноватым. Юноша поднял голову, разглядывая люстру. Лампочки в ней были кроваво-красными. Затем его взгляд скользнул по стоящей возле входа Госпоже. Она сменила алый костюм на короткое черное корсетное платье из кожи и ботфорты на высоченном каблуке. Женщина смотрела на Дэнниса с легкой улыбкой, вопросительно приподняв правую бровь. Юноша качнул головой и оглядел комнату, в которой оказался. Она была большой, как вся квартира, которую Дэннис снимал с еще тремя студентами. В центре комнаты стоял стол, у одной из стен — кованая кровать с красивыми завитками и петельками на столбиках и верхнем ярусе, также юноша увидел скамью для порки, возле которой его оставила Госпожа, большую клетку, Х-образный двухметровый крест, колодки и развешанные по стенам флоггеры, спанкеры, кнуты, веревки, кандалы и прочие пыточные инструменты. У одной из стен стояли большой шкаф и комод из черного дерева, в которых, как подозревал Дэннис, скрывалось еще много всяких приспособлений, призванных вызывать боль. Дэннис взволнованно следил за доминой, когда она подошла к стене и сменила стек на флоггер — плеть из мягкой кожи с десятком гладких хвостов. Затем женщина подошла к комоду, выдвинула верхний ящик и достала кляп и поножи. Госпожа вернулась к Дэннису, надела на него кляп и зафиксировала покорного юношу на скамье для порки. Погладила по спине и ягодицам, промурлыкала что-то ободряющее и начала шлепать флоггером. Дэннис, весь сжавшийся в ожидании удара, расслабился и даже слегка улыбнулся. Хоть домина и била в полную силу, флоггер не мог причинить сильную боль. Иногда Госпожа останавливалась, чтобы ласково или с нажимом погладить горячую от прилившей крови кожу Дэнниса. Добившись равномерной красноты и решив, что достаточно разогрела Дэнниса, женщина выбрала девайс пожестче — кнут. Ее рука была расслаблена, кнут лежал в ней свободно. Несмотря на высоченные шпильки, Госпожа твердо стояла на ногах. Пружинисто отступив на полшага назад, она замахнулась и всем корпусом подалась вперед, следуя за кнутом, корректируя его движение лишь кистью руки. Кнут опустился на спину Дэнниса, оставив яркий красно-розовый след от нижнего края левой лопатки до верхнего края правой. Кончик кнута не зашел на плечо — домина отлично управлялась с девайсом. Мышцы юноши непроизвольно напряглись, а с губ сорвался тихий стон. Дэннис крепко сжал челюсти, решив, что больше не издаст ни звука. Украсив спину юноши двадцатью параллельными полосами, домина скользнула рукой Дэннису под живот, мимолетно коснулась члена, и, убедившись, что он не стоит, недовольно нахмурилась. Госпожа открепила юношу от скамьи, заставила вновь стать на четвереньки и за цепь подвела к столу. Приказала забраться на него и лечь на спину. Спина у Дэнниса горела, и он осторожно лег, болезненно сморщившись и пытаясь лишний раз не шевелиться. Женщина разложила Дэнниса в позу морской звезды, привязав руки и ноги к ножкам стола, и опять отправилась к комоду. Юноша не видел, что у нее в руках, но это что-то было небольшим. Она положила предмет меж его разведенных ног, так, что он не мог разглядеть. Домина склонилась над его грудью и подула на соски, Дэннис удивленно покосился на женщину. Она поскребла их своими длинными когтями, а потом принялась зажимать, выкручивать и оттягивать, пока они из плоских розоватых пятнышек не превратились в торчащие комочки. Госпожа довольно улыбнулась, взяла со стола тот предмет, который Дэннис не мог разглядеть — теперь он видел, что это два серебристых зажима для сосков с тонкой цепочкой между ними. Домина закрепила приспособление у юноши на груди. Он прислушался к себе. Это было не так больно, как ему представлялось. Его соски вообще были почти нечувствительными, так что ярких ощущений ожидать не приходилось. Госпожа вновь отправилась к комоду и вернулась с чем-то, перевитым проводами. Дэннис сразу понял, что сейчас его будут пытать электричеством и вскрикнул: «Нет-нет-нет!». Домина приказала юноше молчать. Женщина закрепила на животе и внутренней поверхности бедер Дэнниса четыре овальных накладки-стикера, от которых тянулись проводки к электростимулятору в ее руках. Юноша приготовился к удару тока — зажмурился и стиснул зубы. Вместо этого он получил ощущения, схожие с ласковым поглаживанием. Дэннис удивленно посмотрел на женщину. Она улыбалась. Домина нажала на какую-то кнопку, и теперь юноше казалось, что ему делают интенсивный массаж. Женщина немного подождала и снова сменила режим. Дэннис вздрогнул всем телом, ощутив короткие, но чувствительные покалывания, будто от маленьких иголок. Стоило юноше перестать вздрагивать, Госпожа вернула режим поглаживаний. Женщина добавила еще один электродевайс — уретральную спицу. Она была тонкой, так что не доставляла Дэннису неприятных ощущений, но когда по ней стали проходить электрические импульсы, он тихо вскрикнул. Домина надела на член и мошонку юноши специальную насадку и включила режим поглаживания. Затем сняла зажимы с сосков — и это было действительно больно — и заменила их зажимами, присоединенными к электростимулятору. Госпожа включила на всех девайсах разные режимы, и Дэннис извивался всем телом, насколько ему позволяли веревки и болящая спина, буквально разрываясь от таких противоречивых ощущений. Он громко дышал и тихонько постанывал, не понимая от чего — от удовольствия или от боли. Женщина мучила его подобным образом четверть часа, но у Дэнниса так и не встал. Она отсоединила все приспособления и недовольным тоном спросила: — Красивая женщина в сексуальной одежде доставляет тебе удовольствие, и тебе все равно? — Мне просто не нравится БДСМ, — устало отозвался Дэннис. — А может, тебе не нравятся женщины? — домина шлепнула его по бедру. — Женщины мне тоже не нравятся, — сознался юноша. — Так почему же ты не выбрал Блэка? Дэннис оставил ее без ответа, не желая признаваться, что просто испугался этого здоровяка. Госпожа развернулась и, громко цокая, вышла из комнаты. Дэннис растерянно смотрел ей вслед, гадая, что будет дальше.