Яблочная кофейня

Адриан не первый раз участвовал в показе, но сегодняшний день был особенным. Он выходил на сцену вместе с любимой, и оттого волновался больше обычного. Маринетт вообще стояла ни жива ни мертва, и если бы он крепко не держал её за руку, давно сбежала бы. — Не переживай, ты справишься, — прошептал он ей на ухо, когда их позвали на сцену, и Маринетт кивнула. По сцене они продефилировали идеально, Маринетт сияла улыбкой, Адриан окинул зал слегка надменным взглядом. Они были противоположностью друг друга, инь и ян, и сейчас их различие ощущалось особенно сильно. «Тьма», которую изображала хрупкая Маринетт, и от которой так и веяло теплом, и его «свет», безразличный ко всем окружающим. Зал замер, когда они вышли на сцену, а затем разразился овациями. — Ты молодец, — сказал он ей, когда они вернулись за кулисы. Маринетт едва держалась на ногах и обняла его, чтобы не упасть. Адриан погладил её по голове, успокаивая. Он хорошо помнил свой первый выход. Натали сунула ему под нос нашатырь, чтобы он пришел в себя. — Чудесно, чудесно, просто божественно! — когда они вернулись в зал, уже в качестве гостей, к ним подошли партнеры отца. Адриан не помнил имен, но несколько раз видел их на званых обедах, так что вежливо поздоровался, и Маринетт, следом за ним, поприветствовала подошедших. — Риккардо Боттичелли, модельер. Не имею чести быть представленным прекрасной леди, — полненький как колобок лысеющий мужчина вопросительно посмотрел на Маринетт. — Маринетт Дюпэн-Чэн, моя подруга, — представил ее Адриан, хотя с гораздо большей радостью называл бы невестой. Уж слишком оценивающим был взгляд, который бросил спутник месье Боттичелли на Маринетт. — А это мой сын, Фабио, — в свою очередь представил молодого человека модельер. — В этом году он впервые выпускает свою коллекцию, вы могли видеть её в начале показа. — Образ ящериц, я угадала? — оживилась Маринетт. Когда речь шла о моде, она забывала про смущение. Адриан вспомнил, что Маринетт действительно обратила внимание на ту коллекцию — наряды были из тёмно-зелёной кожи, с жёлтыми и чёрными вставками, обтягивающими и довольно откровенными (но не более откровенными, чем их собственные костюмы супергероев). — Угадали. И как вам? — поинтересовался Фабио, так обаятельно улыбаясь, что у Адриана зачесались кулаки подпортить его улыбку. — Необычно, — подобрала правильно слово Маринетт. — Но мне кажется, такие наряды подойдут более взрослым моделям. — Вы так думаете? — он нахмурился, явно прикидывая в голове новые образы. — Возможно, вы правы. Я подумаю над этим. Есть ещё какие-то замечания? Маринетт собралась высказаться, но Адриан едва заметно сжал её локоток. — Боюсь, нам придется вас покинуть. Отец зовёт, — он указал на Габриэля, который действительно в этот момент посмотрел в их сторону. — Что ж, приятно было познакомиться, — Фабио поклонился, и прежде чем Адриан успел помешать, взял Маринетт за руку и поцеловал кисть. — Надеюсь, мы встретимся вновь, — с придыханием спросил он, глядя на девушку. — Вряд ли. Мы скоро возвращаемся в Париж, — не смог сдержаться Адриан, но Фабио только задорно улыбнулся. — Тем лучше. Потому что я собираюсь учиться там как студент по обмену. Пылая гневом, Адриан отошел от Боттичелли, уводя за собой Маринетт. — Да что с тобой такое? — удивленно спросила его подруга, когда они отошли на достаточное расстояние. — Он на тебя пялился! — Ничего подобного. Мы просто вежливо поговорили. Адриан, никто не пытается меня украсть, — Маринетт легонько провела пальцами по его ладони. — И даже если захочет, не сможет. Глупый, ревнивый Котик. Как ты только Марко не убил? — Ему повезло, что он твой брат, — проворчал Адриан, и Маринетт, не выдержав, рассмеялась.