Нет ничего невозможного

      Участники ритуала пришли в себя уже в гостиной — Карла растолкала задремавшего Дэвида, и они вдвоём кое-как перенесли остальных наверх. Первой очнулась Клара и, к своему удивлению, чувствовала себя вполне сносно. Стэнфорд не надолго отстал, придя в себя вслед за ней. — М-м-м… Моя голова… — он застонал и сел, оглядываясь. — Быстро вы, — раздался сбоку голос Карлы.       Стэнфорд резко повернулся и, вскрикнув, схватился за затылок. — Осторожнее, вы оба сейчас не в форме. То, что вы уже очнулись, это хорошо, но отдых вам не помешает. — Как всё прошло? — сипло спросила Клара. — Что с Гэби? — Прошло удачно, всё выяснили. Девочка заперта в кукле, ей не хватает сил вырваться. Нужен ритуал по передаче жизненных сил. Но это сейчас не горит. Отдыхайте, я всё рассчитаю, и через месяц проведём. — А почему так долго ждать? — Такие ритуалы лучше на растущую луну делать, эффективность вливания энергии выше. — А что со Стэнли? — выдавил из себя Форд, осторожно поворачиваясь к брату. — Почему он всё ещё без сознания? — Это же он кормил зеркало, так что основная нагрузка была на нём. Хозяйка зеркала много сил из него высосала. Вы, конечно, его поддерживали, но это лишь позволило ему не прервать ритуал на середине.       Из кухни пришёл Дэвид и позвал всех пить чай. Пока все валялись в отключке, наступило утро, открылись магазины и общепиты, и Дэвид успел сходить до ближайшей кафешки за пончиками на завтрак.       Прошёл ещё примерно час, прежде чем Стэнли очнулся, но сил у него хватило только на то, чтобы доползти до ванной. Там он рухнул на колени перед унитазом, и его несколько раз вырвало. На этом силы кончились, и Стэн со стоном растянулся на полу прямо там, где сидел. Сознание уплывало, поэтому, когда он почувствовал, что кто-то его куда-то тащит, сопротивляться не стал. В следующий раз в голове прояснилось у него ближе к вечеру. Нашарив на тумбочке очки, Стэнли огляделся. Он был в своей комнате, рядом на стуле дремал Стэнфорд. Стэн попытался встать и незаметно выйти, но стоило ему подняться, как у него закружилась голова, и он, споткнувшись на ровном месте, упал. Форд вздрогнул и проснулся. — Стэн! Какого чёрта?! — он помог брату подняться и усадил на кровать. — Далеко собрался? — Не твоё дело, — Стэн огрызнулся и отвернулся. — Ну хватит! Я же извинился! — Да ты просто заебал уже троллить меня! Извинился он. Сколько можно?! — Агр!!! Сколько раз мне надо тебе сказать, что мне жаль, чтобы до тебя это, наконец, дошло?!       Стэн фыркнул и скрестил руки на груди. — Карла сказала, тебе надо отлежаться, восстановить силы. — А она у нас самая умная теперь? Я сам решу, что мне делать. А сейчас, будь любезен, выйди нахрен из моей комнаты. — Имей в виду, я от тебя не отстану, — Форд поднялся со стула, положил что-то на тумбочку и вышел в коридор. Стэн перевёл взгляд в сторону, посмотреть, что оставил ему брат, и резко выдохнул. На тумбочке блестела пуговичными глазами рыжая кукла.

***

      Сентябрь подходил к концу. Погода постепенно портилась, всё чаще шёл дождь, и настроение у всех было под стать погоде. Карла закопалась в книги с описаниями разных ритуалов, что-то выписывала, подсчитывала, зачёркивала и ругалась сквозь зубы. Да ещё и привлекла к этому Стэнфорда, так что их часто можно было увидеть вместе в гостиной среди вороха бумажек и книг. Клара с Дэвидом следили за Стэном, иногда тайком, иногда в открытую, чтобы он снова не начал напиваться. На его вопрос, на кой-чёрт им это надо, Дэвид заявил, что раз Стэнли планирует встречаться с Гэби, то его долг как отца — проследить, чтобы его дочь не связалась с алкоголиком. Стэн нервничал, сердился на всех и выкуривал по пачке сигарет за день, а иногда и по две, когда психовал особенно сильно. Вынужденная пауза в их спасательной операции выбешивала его сильнее, чем попытки Стэнфорда с ним поговорить и ещё раз извиниться за идиотское поведение.       Наконец, в начале октября Карла собрала всех на кухне (гостиная была завалена макулатурой) и объявила, что она нашла ритуал, который освободит Гэби, и рассчитала все его параметры. — До момента проведения ритуала у нас две недели. Но есть одна очень серьёзная проблема. Я много раз всё пересчитывала, Форд не даст соврать, но результат получается один и тот же. Для того, чтобы разорвать заклятие, нужно очень много жизненной энергии. Боюсь, что донор не переживёт ритуал. — Хорошо, я не боюсь этого! — хором воскликнули родители Гэби и переглянулись. — Нет, так не пойдёт, — Стэн стукнул кулаком по столу. — Думаете, она обрадуется, когда узнает, какой ценой её вытащили? — Стэнли, это единственный выход, — Клара положила ему руку на плечо. — Тебе нельзя жертвовать собой, она не простит нам этого. Если она действительно любит тебя, то она не захочет возвращаться такой ценой. — А если собой пожертвуете вы или Форд, я потеряю её. Мне она тоже не простит того, что я позволил кому-то из вас умереть, — он упрямо качнул головой. — Стэн, умереть ради дочери — это меньшее, что мы можем для неё сейчас сделать, — вздохнул Дэвид. — Я готов рискнуть. В конце концов, можно не говорить ей. — И врать всю жизнь? Нет уж, кому угодно, но только не ей. Да, может быть я ей не всегда и не всё рассказывал из того, что она просила, но я ни разу не соврал ей. — И что теперь? Ты отдашь свою жизнь в обмен на её, и Гэби будет всю жизнь страдать от этого? — возмутился Форд. — Ничего, ты её утешишь, — буркнул Стэн, низко опустив голову. — Вот ещё, делать мне нечего. Я уже сотню раз говорил, я не собираюсь у тебя её отбирать! Я просто дразнил тебя! Сам будешь её утешать, если ей это будет нужно. — Карла, неужели это единственный выход? Мы же тут передерёмся, пока решим, кто будет жертвовать собой. Может, можно обойтись каким-нибудь животным? Или всем вместе быть донорами, чтобы поровну поделить между собой затраты энергии? — Клара сжала руки так, что у неё побелели костяшки. — Не знаю… — Карла задумчиво покрутила в руках карандаш. — Я на всякий случай рассчитала вариант на нескольких доноров, но… Ох… В общем, нет никаких гарантий, что энергия пойдёт от всех равномерно. Как бы мы ни старались, кто-то всё равно может оказаться смертником, но кто им будет — не известно. Наша главная проблема — возраст. Если бы нам всем было лет по двадцать, тогда проблемы не было бы вообще — проспались бы, полежали с недельку в кровати и всё. А так… — Слушайте, а может, попросить Зуса о помощи? — осенило Форда. — Нет, мы не будем взаливать всё это на него одного, — возразила Клара. — Значит так, — Стэн встал. — Мы привлечём как можно больше народу, чтобы повысить каждому шансы выжить. Зус и Дэн помогут однозначно, возможно Венди тоже согласится. Итого семь или восемь человек. Карла, рассчитай параметры под это количество, и будем готовиться. У меня, наконец, появился шанс на… На нормальную жизнь. И я не хочу его упустить.

***

      Зус воспринял идею помочь расколдовать Гэби с энтузиазмом, и даже уговорил поучаствовать в этом мероприятии свою девушку. Дэн с Венди тоже согласились, не раздумывая. В итоге Карле пришлось пересчитывать ритуал аж на девятерых. Стэнфорд повсюду ходил за ней и таскал её книги и бумаги с расчётами и схемами ритуала, за что заслужил от брата звание верного оруженосца.       И вот настал день икс. Подвал был почти готов к очередному ритуалу, так что этой ночью всё должно было решиться. Дэн, Венди, Зус и Мелоди решили немного отвлечься и сходить перекусить вне дома, с трудом уговорив Дэвида и Клару присоединиться к ним. Стэна они тоже пытались вытащить из дома, но когда он услышал, куда они собираются, отказался наотрез. — Вы издеваетесь? Не пойду я к Ленивой Сьюзен! — Но почему? — недоумённо спросила Клара. — Я в начале лета чуть было не начал с ней встречаться. К счастью, вовремя одумался. Но она всё ещё считает, что у неё есть шанс… У неё с Гэби даже конфликт был из-за этого. Я ведь так и не сказал Сьюзен, что я не буду с ней встречаться. — Ну и дурак. Так и будешь от неё прятаться? Объяснился бы, и дело с концом.       Стэн не ответил, и вся компания ушла без него. Но побыть одному ему не дали. Вскоре к нему подошла Карла. — Стэнли, нам надо поговорить. Это важно. — Эм… Ну ладно. Я тебя слушаю. — Ты не против, если я начну совсем издалека? — Да без разницы, начинай, откуда хочешь. — Двенадцать лет назад мы с мужем попали в аварию. Меня тогда еле спасли, а вот муж скончался на месте. После этой аварии у меня был самый тяжёлый год в жизни. Именно тогда я начала чувствовать людей, места, стала видеть тех, кто живёт в зеркалах, и мне приходилось учиться жить не только без любимого человека, но и с непонятными способностями, которые поначалу сводили меня с ума. Но тем не менее я со всем этим справилась и сейчас сижу тут и помогаю вам… — Карла помолчала, а потом продолжила. — Сегодняшний ритуал ни в какое сравнение не идёт с предыдущим. Конечно, мы подстраховались количеством доноров, но всегда есть вероятность, что что-то пойдёт не так. Есть у ритуала один нюанс. Один из доноров — ведущий, и основная нагрузка ложится на него. Если вдруг поддержка по какой-то причине не сработает, тогда ведущий донор будет отдуваться за всех. — Понятно, — Стэн воспользовался очередной паузой и решил прояснить ситуацию. — Ты решила обсудить это со мной, потому что хочешь сделать ведущим донором меня, так? И про смерть своего мужа сказала специально, чтобы я охотнее согласился умереть и оставить Гэби одну? — Она не будет одна, Стэн! — возразила Карла. — Послушай, я не хочу говорить об этом нюансе всем, слишком мало времени осталось, чтобы тратить его на споры… Пойми, Стэнли, я искренне надеюсь, что всё пройдёт гладко, но… — Но если ничего не выйдет, то умереть лучше мне. Я понимаю. — Ей будет тяжело смириться с этим, но однажды боль утихнет, а ты навсегда останешься для неё героем, который пошёл ради неё на самую большую жертву, на какую только мог. Если же погибнет кто-то другой, неизвестно, чем всё кончится. Особенно если она случайно узнает подробности ритуала. — Да можешь не объяснять, я всё понимаю… До чего же хочется жить, ты бы знала. Особенно сейчас, когда появился реальный шанс спасти Гэби… Но лучше умереть, чем видеть в её глазах разочарование. — Стэнли, я очень надеюсь, что всё обойдётся, правда, — Карла приобняла Стэна и вздохнула. — Ладно, пойду поищу Форда. Хочу, чтобы он мне помог кое-что внизу доделать.       Карла ушла, а Стэн остался наедине со своими мыслями. Он с самого начала не верил, что удастся найти удачное решение проблемы, хоть и надеялся на это. Сейчас не осталось даже этой надежды, но отступить он уже не мог. Поднявшись к себе в комнату, он достал из ящика тумбочки фотографию Гэби, ту самую, которую он вспоминал перед тем, как его память стёрли вместе с Биллом. Этой ночью ему придётся расстаться с этой фотографией. По словам Карлы, именно через эту фотографию подпитывалось заклинание. Она как-то заумно объяснила причину этого явления, но Стэну это было не важно. — Что ж, возможно, это последний раз, когда я вижу тебя, моя хорошая… Прости, что не уберёг… Надеюсь, они передадут тебе, что я любил тебя, хоть так ни разу и не сказал об этом…

***

      В назначенный час все спустились в подвал. На полу был расчерчен какой-то сложный рисунок, вдоль каждой линии которого были выписаны руны. В соответствии с указаниями Карлы все встали на положенные места, в центре расположили куклу и фотографию. Начав со Стэна и закончив собой, Карла обошла всех участников ритуала и вскрыла каждому вены на запястье левой руки. — Когда передача энергии закончится, раны должны затянуться сами. Встаньте на колени и приложите разрезанные запястья к центру рисунка, который вы видите перед собой.       Когда все сделали, как сказала Карла, она начала что-то шептать себе под нос, затем её голос начал становиться всё громче и громче, а потом все провалились в некое подобие транса. Фотография тем временем вспыхнула, прямо в центре её заплясали языки пламени, а куклу охватило золотистое свечение, и она начала плавно подниматься над полом.       Стэнли показалось, что он на мгновение прикрыл глаза, а когда снова открыл их, вздрогнул от неожиданности. Он снова был в той жуткой пирамиде Билла, вокруг него стояли все его родные, даже мать с отцом, а над всеми ними парил сам демон. — Стэнли, как ты мог? Ты разрушил мою мечту! Сломал мне жизнь! — Стэнфорд осуждающе указал на него пальцем. — Ты разочаровал меня, Стэнли. Ты обокрал нас, отобрал у нас шанс на достойную жизнь! — отец. — Как ты мог, Стэнли? Бросил нас, стал преступником, заставил нас поверить в твою смерть! — мама. — Дядя Стэн, ты врал нам! Врал всё время! Ты скрывал от нас правду о себе и своей семье! Ты предал нас! — Диппер и Мэйбл.       Стэн попытался зажать уши, чтобы не слышать эти обвинения, но они словно звучали в его голове. — Нет! Не правда! Я не хотел, не хотел!!! Простите меня!!! — кричал он, но его никто не слышал. — Ты ничтожество, Стэн Пайнс! — визжал Билл. — Ты не можешь их защитить! Ты слабак!       Внезапно все расступились и вперёд вышла Гэбриэль. На неё было страшно смотреть — девушка напоминала скелет, обтянутый кожей, с посиневшими губами и спутанными волосами, вся в крови и грязи. — Гэби, что он с тобой сделал?! — Стэн протянул к ней руки, чтобы обнять, но она оттолкнула его. — Не приближайся ко мне! После того, что ты сделал, ты не имеешь права даже смотреть в мою сторону! Я отдала тебе всю душу, отдала тебе сердце, а ты насмеялся над моими чувствами! Сколько раз ты отталкивал меня? Не позволял сблизиться? Ты позволил Биллу убить меня, не защитил! Ненавижу тебя! Лучше бы ты умер! — Нет! Гэби, пожалуйста! Не говори так! Гэби!!! — Предатель! Негодяй! Мерзавец! — голоса сливались в монотонный гул, у Стэна перед глазами всё расплылось, и он провалился в темноту, полную боли и отчаяния.

***

      Участники ритуала один за другим падали на пол, от ран на руках не осталось и следа, свечение же вокруг куклы становилось всё ярче. Дольше всех в вертикальном положении держался Стэн. Внезапно от него протянулся яркий, светящийся красным луч, который сначала ударил в горящую фотографию, а от неё дотянулся до куклы. Несколько мгновений он сиял ярче, чем свечение вокруг куклы, а потом лопнул, словно натянутая струна. В этот же самый момент Стэнли рухнул на пол, рана на его руке медленно, будто нехотя, затянулась, а золотое свечение вспыхнуло и погасло. На месте куклы на пересечении линий рисунка теперь лежала девушка с грязными спутанными волосами, в оборванной одежде и с рассечённой бровью.