Мыльные пузыри: Лотерея смерти.

"Кто познал всю полноту жизни, тот не знает страха смерти. Страх перед смертью лишь результат неосуществившейся жизни. Это выражение измены ей." Франц Кафка.

Лицо перед ней расплывалось и девушка с трудом признала того, кто её разбудил. - Ты кричала и стонала на всю башню. Что произошло? - Драко? - Да, хвосторога тебя дери. Что ты здесь делаешь? - парень даже не осознал суть вопроса. - А ты? - она ошалело смотрела в серые глаза, приходя в сознание. - Майклсон, всё в порядке? - Плохой сон, - она потирала виски и уши, убирая растрепавшиеся пряди. - Как же я устала.. - Альма закрыла лицо руками и шумно дышала. О, Салазар, она сейчас заплачет. Только не это. - Слушай, - Драко пытался вклиниться в поток мчащихся мыслей, - надо поговорить. Это важно. Я зайду минут через десять к тебе? Она кивнула.

***

Какой же реалистичный сон. Внутри неё всё содрогалось от душевного беспокойства, смятения и мрачности. Голова была тяжелая, как шар для боулинга. Альма стояла лицом к окну и спиной к Малфою и нервно теребила распущенные русые волосы. Молодому человеку на секунду показалось, что комната наполнена обреченностью. Ещё ему показалось странным, что она не наложила ни одного заклинания на дверь спальни, как только зашла сюда, иначе она бы не услышала его стук. Это на неё не похоже. Такая хрупкая. - Майклсон, - тихо и четко, но девушка не шевельнулась и ничего не ответила. Она стояла и пыталась понять, зачем он к ней пришёл. Издевательств она не потерпит. Девушка слышала, как он медленно и почти бесшумно шел к ней, стоящей у подоконника с палочкой в руке и смотрящей вдаль на Запретный лес. Интересно, что такое важное привело его сюда? Малфой встал рядом и провел рукой по волосам. Было заметно, как он нервничает, но девушка не понимала почему. Он сам не понимал почему. Шумный выдох парня и глубокий вдох девушки. Напряжение в спальне росло, как на финальном матче по квиддичу. - Майклсон, - резко и уже раздраженно. - Что ? – спокойно и отстранено ответила девушка. Блондин промолчал. Ему не нравилось, что она не эмоционирует. Равнодушие злило больше всего, бесило и разрывало нервы как канат. - Где ты был? - внезапный вопрос выбил блондина из колеи. - В смысле? - В смысле где ты был до того, как разбудил меня? - А тебе есть разница? Ну, допустим, я был в гостиной Слизерина. Что дальше? - От тебя за милю несёт женскими духами и тестостероном, - Драко округлил глаза. - И это не приторно-сладкие духи Астории. - Ты собралась меня отчитывать? - на скулах заиграли желваки и губы опасливо искривились вниз. - Нет, конечно. Просто интересуюсь почему вы мучаете друг друга? Неужели это так заметно для постороннего человека?! - Ты ничего не знаешь, Майклсон, - Драко ошарашено смотрел на её ладонь, нервно скользящую по волосам. - Просто мало ли тебе понадобится совет или что-то в таком духе... - она повернула голову к нему. - Я тебе не враг, Малфой. Помощь по-приятельски, мало ли. - Окей. Буду иметь в виду. Что происходит вообще? Он стоял и оглядывал спальню Альмы, старался остановить взгляд на мелочах. Кажется, девушка это заметила и повернулась к нему, опираясь плечом на косяк у окна. Безмолвный вопрос застыл в глазах. Малфой стоял в пол-оборота, рассматривая зловещий пейзаж за окном. Его и без того бледное лицо в свете луны казалось практически белым. - Ты пришёл за моими трусиками? – бесстрастно спросила Альма, тайком любуясь его профилем. - Если ты замерз, то я вполне могу одолжить их тебе погреться. - У меня серьезный разговор к тебе, - но легкая улыбка тронула губы. Королева сарказма и подколов. - Я слушаю, - подняв скептически брови. - Давай без комментариев. - Хорошо, - кивнула она и вздохнула. – Только я устала. Я измотана, Малфой. Морально истощена, - тихо и грустно. – Если ты пришел поиздеваться, то уходи. Слизеринец уставился на неё так, будто на её голове завелись пикси. Девушка, прежде ни разу не давшая слабину нигде и ни в чем, всегда твёрдая и уверенная на уроках, жесткая и властная в своих обязанностях признается в беспомощности? Что-то явно не так. Но его это не волнует. Гораздо больше его волновал вопрос, по которому он пришёл к ней - вопрос безопасности. - Я хочу поговорить об… инциденте в гостиной. Нет, нет, - быстро проговорил он, перебивая нарастающее напряжение во взгляде, - это по поводу палочек. И это важно, - он прищурился и сделал паузу. – Насколько ты знакома с темной магией? - Чего? – Альма округлила глаза и направила палочку на дверь. – Коллопортус. Анигиларе. Оглохни. - Что за заклинание такое "Оглохни"? Никогда не слышал. - Или Гарри или Гермиона вычитали его в одном учебнике. В учебнике Снегга. Так что там на счёт магии? - Ты прекрасно слышала вопрос про магию, - он скривил губы. – Зачем такая конспирация? Хочешь меня изнасиловать? А то учитывая произошедшее в гостиной, мне на секунду показалось... - Да, я расслышала твой вопрос. Но просто не поняла, что ты имеешь в виду, - проигнорировала его девушка. - Как хочешь, так и понимай. - Малфой, - девушка опустила глаза, - всё, что я могу тебе о ней сказать, будет из школьной программы Защиты от тёмных искусств. Может ещё парочку.. убийственных зелий знаю. На этом всё. Драко впивался в неё взглядом. Девушка даже неловко поёжилась. - А на практике ты сталкивалась с ней? - Ну да, я лично общалась с Пожирателями, - съехидничала девушка и увидела, как блеснули молнией его глаза, - не зная, что это они. Пока Поттер не рассекретил почти всех в начале этого года. Парень молчал. Похоже девушка говорила правду. Если бы она знала о темной магии больше, чем положено, то он бы почувствовал. Она бы почувствовала. - Палочка, - внезапно громче, чем нужно, сказал он. – Я думаю, что это тёмная магия. - Аргументируй, - к его удивлению Альма ответила серьезно, хотя он ожидал очередной порции раздражения. - Единственная известная связь палочек, это связь сама знаешь каких. - Волан-де-Морт и Гарри, - тихо и на выдохе. – Но мы не они, Драко! Я не герой, хоть и гриффиндорка, а ты, уж извини, не самый знаменитый великий тёмный волшебник. Вряд ли тут замешана такая магия, - девушка повернулась, глядя в его грозовые глаза, - тёмное притягивается к темному. Блять, надо срочно менять тему. Малфой резко отвернулся к окну, пытаясь придумать любой вопрос, но в его голове неожиданно не оказалось никаких мыслей, кроме страха, что Альма догадается. Она почти, блять, угадала. Она ведь не дура. Но девушка его опередила. - Это интересное предположение, но мы не ровня Грин-де-Вальду или этому психу, которого уже можно называть как угодно, - испытывающе сверлила его висок взглядом, пока Драко на удивление часто дышал. – По крайней мере, не я точно. Этому есть другое объяснение. Он облегченно вздохнул и повернулся обратно с немым вопросом. Сегодня она выглядела несчастнее обычного. Будто вся радость разом ушла из её жизни. - Майклсон, что ты чувствовала, тогда в гостиной? Альма закрыла глаза. Молчала и не отвечала, только её грудь высоко вздымалась от глубокого дыхания, словно она воскрешала эти моменты в памяти. Терпение Малфоя кончилось, он хмыкнул, поправил рукава белоснежной рубашки и развернулся, чтобы уйти. - Стой, – она остановила его. – Есть идея! - Прости, - начал он, - но я не согласен на твои сексуальные эксперименты. - Мы нормально разговариваем, слизеринская ты задница, - Альма сжала губы и скрестила руки на груди. Безусловно, она чертова лихорадка. Стерва. Манипуляторша. - Слушаю, - он подошел обратно к подоконнику и почти вплотную встал к девушке, от чего та отшатнулась, - но с одним условием. Ты расскажешь, что ты чувствовала. - Это твоё желание? – с надеждой спросила Альма, немного отклонившись назад и задрала голову, чтобы смотреть ему в глаза. Блондин хитро и зловеще улыбнулся, опять поправляя волосы. - Не надейся. Что ты отходишь от меня? – он начал издеваться. – Пару часов назад ты с великим удовольствием блуждала руками по моей спине, - он наслаждался разрастающимся раздражением в её глазах, словно в них взбушевались волны. - Дай мне палочку, Малфой, - будто облила его ядом. - Может тебе ещё ключи и пароль от ячейки Гринготса выписать? Альма равнодушно смотрела на него. Малфою даже стало не по себе. Именно с таким безжизненным взглядом совершаются самые страшные дела. - Твоя мысль о Волан-де-Морте и Поттере меня на кое-что натолкнула, но если ты будешь издеваться, то уходи, - в ней просыпалось раздражение. – Мы закроем эту тему, и ты никогда не узнаешь, что я чувствовала. Внутри Драко что-то встрепенулось. Эта хитрая кошка хочет играть с ним, как с мышкой? - Так ты согласна на условие, я смотрю, - подытожил он. – Значит, это весьма интересное предположение, которое ты хочешь до меня донести. - Палочку, Малфой, - девушка протянула руку. Он недоверчиво сузил глаза и потянулся за оружием в задний карман брюк. - Учти, Майклсон, - угрожающе начал он, доставая палочку - не советую тебе выкидывать какую-либо шутку, иначе я самолично познакомлю тебя с темной магией, уяснила? – подходя к ней совсем вплотную, чувствуя её дыхание на подбородке. - Обещаю. Но девушка нашла оправдание его поведению. Она всегда пыталась ставить себя на место человека. Не всегда это получалось, но тут сработало. Малфой просто не доверял. Прежде всего, он обычный подросток. Ещё он, конечно, дебил и полный придурок. Попроси он у Альмы её палочку, она бы послала его куда подальше и пошла по своим делам. Она не доверилась бы ему. А сейчас Малфой практически вслепую, держась только на любопытстве, отдает ей своё оружие. Несомненно, он сильнее и искуснее её в бою, но надо не подвести его. Тут девушке что-то твердое уперлось в бедро и отвлекло от новых мыслей. Она отодвинулась от слизеринца и увидела кулак с зажатой в нем палочкой. Рука была опущена вдоль тела и балансировала костяшками на уровне линии её шорт и начала бедра. Подняв взгляд, девушка встретилась с хитрыми серыми глазами. Она в свою очередь полезла в карман кофты за палочкой и выложила её на подоконник. - Держи, - Малфой протягивал ей свою. - Что теперь? – спросил блондин. - Да подожди ты, – она склонилась к палочкам, упираясь локтями на широкий подоконник, и уставилась на них, будто гипнотизировала своими морскими глазами. Игра продолжается. Также парень поймал себя на мысли, что она полностью погрузилась мыслями в известную только ей идею, не замечая того, в какой позе стоит. Он рассматривал её открытые ноги, изучая их взглядом от ступней до самых шорт, бросал взгляды на изгибы спины и ягодиц, её тонкие запястья, которыми она подперла подбородок. Что-то на затылке зашевелилось. И не только там. Мурашки убежали за границу волос и безумно захотелось закатать ей обратно рукава кофты, чтобы не видеть эти запястья, завернуть её в факультетскую мантию, Малфою почему-то представилась слизеринская, чтобы не видеть эти ноги. Он хмыкнул. Альма вопрошающе повернулась к нему. Драко помотал головой и подошёл к ней, смотря на палочки. - Из чего сделана твоя? – тихо адресовала ему вопрос. - Явно не с пером феникса, иначе мы бы вместе с Темным Лордом победили этого треклятого Поттера, - он ядовито оскалился, облокачиваясь рядом с ней. - Не советовала бы тебе стоять в таких позах, если рядом будет Пивз, - поддевала его Альма. - Напихает тебе полную задницу докси или огневиц. - Ты думаешь, - высокомерно и тихо парировал Малфой, - что ты пару минут назад выглядела по-другому? – понимание отразилось на лице, она выпрямилась и одернула длинную кофту. – Когда я стоял сзади, - Малфой ехидно улыбнулся, а лицо Альмы залила краска. – Тебе он бы точно напихал. Впервые девушка видела его такой искренний смех и, не смотря на стыд от столь пикантной позы перед ним, она ему улыбнулась. Она как первый полет на метле, как первый вдох младенца, как ветер в песчаной пустыне. Эмоции, эмоции, эмоции. Такие нужные для него. - Пять баллов Слизерину за шутку Драко Малфоя! Теперь о палочках. - Десять дюймов, боярышник, волос единорога, - без тени недавней улыбки ответил он. Альма ахнула и круглыми глазами смотрела то на палочки, то на него. - Быть того не может… - шептала она. – Это нереально… Не может быть. - Ты меня пугаешь, Майклсон, - нахмурился Драко. – Что не так с моей палочкой? Чего не может быть? - Одиннадцать дюймов, белый дуб, - перечисляла она материалы своей палочки, - и волос единорога, Малфой. Парень несколько раз моргнул, оттолкнулся от подоконника и медленно начал ходить по комнате. Альма буквально слышала, как шевелятся шестеренки в его голове, ставя все факты на места. - Но мы не Лорд и Поттер, Майклсон. Наши палочки действовали не так, - полное недоумение. – Согревающее заклинание не темное. да и мало ли на свете палочек с одинаковыми сердцевинами. Материалы то не бесконечны. - Да. Если вещи творятся не во зло, то они творятся во благо, - тихо сказала девушка. - То, что у нас одинаковые сердцевины не значит, что палочки связаны! Точнее, - запнулся Драко, - они связаны, но я не понимаю как… - Вспомни всю ситуацию, Малфой. Я была лишена своего оружия, была в опасности. Наверняка в наших волос одного единорога, поэтому такая связь, - рассуждала девушка, нервно пропуская пальцы по всей длине волос. – Твоя палочка, она… - лицо Альмы озарило понимание. - Она вела тебя к себе, - закончил за неё Малфой, - чтобы спасти жизнь. Моя палочка посчитала тебя в опасности и… - Дала мне шанс, - усмехнулась девушка. – Ведь я хозяйка палочки с идентичной сердцевиной, - слизеринец фыркнул. – Вы, мистер Малфой, спасли мне жизнь сами того не зная. Он ещё раз фыркнул и отвернулся. Возможно ли такое? - Надо будет спросить у профессора Макгонагалл, существует ли такая связь. - Не советую, Альма, она не будет в восторге от того, что древние заклинания применяются в гостиной старост, - заключил он, буравя взглядом бушующее цунами. - Согласна, - неожиданно и покорно. - Бери свою палочку и давай попробуем колдовать вместе, - тоном, не поддающимся обсуждению. – Интересно, что мы будем ощущать после открывшейся связи. Альма сняла кофту и бросила её на кровать, откинула волосы назад и взяла палочку с подоконника. Малфой невольно скользнул взглядом по её формам, вырисовывающимся под футболкой, вспомнил её позу у подоконника. Эти мысли заставили его поежиться и оттянуть ворот рубашки. Он выдохнул и стал искать причину для магии. Нашёл. Новая провокация. - Орхидеус! – в вазе, одиноко стоящей на комоде Альмы, появился букет цветов. Малфой, дрянь! Из всех возможных чар и заклинаний в мире не мог выбрать другое. - Никаких ощущений. Ничего, - кроме злости. – Агуаменти! - вода наполнила вазу. - Я думал, ты их испепелишь, - удивленно сказал Драко. - Нет, - ответила девушка, - они красивые, мне было бы жаль уничтожать их, - вздохнула и опустила глаза. – Они первые в этой вазе… Малфой было скривил губы в усмешке, пока не услышал последнюю фразу. Эта девушка сегодня его удивляет. - Хм, - не знал он что сказать, пока Альма забиралась на кровать, - дарю. Любуйся на здоровье. - Спасибо. - Давай без этого, - блондин стоял у подоконника и смотрел сверху вниз на девушку. – Тоже ничего не почувствовал в своей палочке. - Отлично, - равнодушно произнесла она. – Присаживайся. - Майклсон? - Расскажу, что это был за припадок у меня, - передразнила она его высокомерный тон. Малфой хмыкнул, но сел на кровать, поправляя бляшку ремня и ловя взгляд Альмы на ней. - Может тебе всё-таки показать? - Отвали, придурок. - Заткнись. Старосты долгое время испытывали друг друга взглядом, потом Альма вздохнула. - То, что я тебе рассказываю, всего лишь твоя прихоть, а не мое желание - она пыталась сконцентрироваться. – Надеюсь, это останется между нами, - вопросительно подняв брови посмотрела на него. - Честное мужское слово, - Малфой протянул ей руку, и девушка в третий раз за день пожала её. Рукопожатие получилось дольше обычного. Мягче обычного. Нежнее. Ладонь Альмы мгновенно вспотела, когда она смотрела на свою хрупкую ручку, зажатую в его руке, взгляд упал на фамильный перстень… - Н-ну? - Я чувствовала желание. Желание полностью раствориться в тебе. Доверие. Безумное тепло, не поддающееся объяснению, - Малфой прищурившись наблюдал за ней, сжимая ладонью покрывало на кровати. – Палочка тянула меня, заманивала. До этого каждая клеточка тела жаждала оказаться ближе к тебе. Меня захлестывали волны, - она шумно выдохнула и подняла на него глаза, - желания. Желания большего. Не только прикосновения. Огромный спектр эмоций. - Мне кажется, - сглатывая ошарашенно проговорил Драко, - я знаю, с чем это связано, - он тонул в её глазах, смотрящих на него с таким огнем. Сейчас эмоции захлестнули их обоих. От воспоминаний. Всё в голове блондина смешалось: горящий взгляд, её фигура у окна, нежные руки на его спине, "спасибо" за букет… - Тебя тянуло ко мне, потому что я хозяин палочки, которая могла тебя спасти. Это действительно магия, которую мы не в силах объяснить, - Малфой мысленно уже спрашивал ответы на все свои вопросы у Снегга, - а потом, видимо, она тебя почувствовала. Почувствовала, что её брата-близнеца нет с тобой. Через меня заманивала тебя. - Может быть, - Альма задумчиво смотрела в окно. – Но ты даже не представляешь, - она вдруг одарила его злым взглядом, - что я ощущала! - Поверь мне, представляю, - перебил слизеринец. – Я проходил посвящение. Дважды, - уголки губ тронула улыбка. - Нет! – она почти вышла из себя и говорила на повышенных тонах. – Не понимаешь! Это было чувство, будто я… - девушка нахмурилась на встречу его серому торнадо в глазах. - Ты думаешь, я никого никогда в своей жизни не хотел? – вот так, сразу в лоб. Девушка опешила. Да. Это было описание её чувств. Гребаный Малфой. - Но я… - Альма опустила глаза, стесняясь всем своим видом. Малфою тоже было неловко, это чувствовалось в голосе, взгляде, распространялось по всей комнате. - В гостиной я подумал, что ты устроила представление, натуральное такое, с хорошей игрой. Альма сидела в позе лотоса, глядя на свои руки на коленях и готова была разорваться от эмоций. Кто бы ей сказал, что придется один вечер в своей жизни провести с Драко Малфоем в своей спальне, разговаривая о том, как она страстно желала его? Посмеялась и отправила бы в Мунго подлечиться этого человека. - Я очень устала и у меня болит голова. Малфой ничего не успел сказать, только удивленно думал о её словах и таком сумасбродном вечере. - Хорошо. Сообщи мне, если вдруг с палочками будут происходить неизвестные манипуляции, - он встал с кровати. – И.. другим ребятам не говорим. Ни к чему лишним людям знать об этом. - Ты стыдишься этого? – Альма встала с кровати, глядя ему в спину и взмахивая палочкой, отменяя запирающие чары. - Нет, - он положил ладонь на ручку двери и повернулся. – Просто неизвестно, с кем придется столкнуться по жизни и кем нам в будущем будут являться эти люди, - он пожал плечами. – Может даже врагами. Не нужно им давать лишние знания своей уязвимости. Доброй ночи, - он тихо вышел из комнаты и прикрыл за собой дверь. Умный, сволочь.

***

- О, явилась, - улыбаясь воскликнула Камила, глядя на появляющуюся из-за портрета Полной дамы подругу. - Это трындец. - Что такое? - брюнетка смотрела, как Альма кидает стопку пергаментов на стол. - Эй! Не пачкай моё сочинение для Бинса. Он за любую кляксу выест мне мозг, - печально выуживая лист из-под пергаментов. - Я итак во второй раз его переписываю. - Прости, родная. Ещё только девять вечера, а я, как какая-то старуха, мечтаю завалиться спать. Устала... - Макгонагалл? - О, да. То напиши, то принеси, то сделай. Уже жалею, что она одновременно и декан и директор. Дейв и Грейс меня тоже достают... Как малые дети, - она закатила глаза. - У меня мозоли на пальцах от пера! - Хамфри жалостливо погладила Альму по плечу. - За этот почти прошедший месяц три человека покинули школу, ты знала? Вот и я нет. Наш Барнз, а остальные с Когтеврана. Его родители прислали такое странное письмо, мол, он будет находиться в лечебнице и это для общего блага. - Не замечала за ним никаких отклонений... Странно. - Может мы чего-то не знали, - Майклсон устало терла глаза. - Просто из-за его отсутствия мне пришлось столько всего подписать и столько бумаг отправить его семье, что, кажется, совы скоро начнут со мной здороваться. Кто-то за их спиной рассмеялся. - Привет, Альма, - высокий брюнет присел на соседний стул. - Нечасто тебя тут увидишь, теперь понятно почему. - Привет, Джонсон, - она ему улыбнулась. - Как ты? - Явно лучше тебя! - он опять мило улыбнулся. - Камила ничего про тебя не рассказывает, сама пропадет вечерами в твоей Башне. Как у вас там? - Сносно, - она одернула задравшуюся мантию. - Это намек на приглашение в гости? - задорно испытывая синевой глаз. - Эм... Ты ставишь меня в неловкое положение, Аль. Только если ты пригласишь, - он гордо задрал голову и вальяжно откинулся. Разговор с Кайлом Джонсоном не приносил ожидаемого расслабления и душевного покоя. Её первая любовь. Они расстались на очень теплой и дружеской ноте, без взаимный упреков и оскорблений. Он один из первых поддержал её после роковой ссоры с Блумфилдом, когда тот опозорил бедную девушку перед половиной студентов во дворе Хогвартса. Три года назад она сходила по Кайлу с ума, а сейчас они сидят, словно старые приятели за чашечкой кофе в Косом переулке. Точно! - Милые мои, - усилив голос палочкой воодушевленно начала староста, встав с кресла, - В следующем месяце, а это уже следующая неделя, состоится первый поход в Косой переулок, так что миссис Макгонагалл попросила вам передать, что у вас осталось совсем немного времени выклянчить разрешения у родителей. Не забудьте. - Забудешь тут. А мои даже через свой труп не согласятся... - послышались возгласы со всех сторон. Остальные, получившие разрешение студенты, ехидно озирались. - Меня тоже отпустили, - вклинился Джонсон. - Вам составить компанию на будущей неделе? - Давай это попозже решим, хорошо? Ещё вагон времени, - Камила, заметившая, что Альма опять с нахмуренным видом ушла в свои мысли, тактично его отшила. Их история началась на квиддичном поле. Альма сидела вспоминала, как кубарем покатилась с трибунных ступенек и упала на молодого человека. Он тоже покатился и сбил с ног парочку студентов. И тут произошло то, что Камила называет "любовь с первого взгляда". Они вместе смеялись над неловкой ситуацией на квиддиче, вместе стали проводить вечера. Её завтраки, обеды и ужины проходили вместе с Камилой и Кайлом. Они вместе поддерживали Поттера, смеялись над Роном и бегали от сердитой Гермионы. Вечера в гостиных с ним, как ей тогда казалось, были самыми лучшими. С ним был её первый раз. На каникулах Кайл пригласил её в гости к своей семье и представил им свою девушку. От этой фразы у неё тогда подкосились коленки, дыхание участилось... Первая ночь, последующие ночи.... А к концу учебного года она поняла, что ей стало не хватать эмоций. Вся романтика и нежность куда-то улетучилась. Альма настроила себе воздушных замков и глубоко разочаровалась в любовном фронте её жизни. Камила сутками выводила подругу из депрессии, залезала к ней в голову и находила самые нужные слова. И Альма сделала свой выбор. Разговор с Джонсоном произошёл на удивление спокойно и дружелюбно. Парень сказал, что чувствует тоже самое и не хочет её обижать. Ведь закончился только четвертый курс, а они так молоды. Летом перед пятым курсом Хамфри и Майклсон, почувствовав себя желанными девушками после Святочного бала, ушли во все тяжкие с молодыми людьми более старшего возраста. Затем были полтора года с Блумфилдом, которые кончились позором. Зато получила эмоции с лихвой, как и заказывала. Ссоры, безудержная страсть, скандалы, бурные примирения и, в конце концов, новость о его изменах. Альма тряхнула головой, возвращая сознание в гостиную Гриффиндора. И вот сидит Джонсон, который явно намекает на продолжение общения. Может и на возобновление отношений. Девушка за эти годы уже научилась отличать заинтересованные взгляды молодых людей. - Ками, Кайл, пойду я, пожалуй, - она чмокнула подругу в щечку и протянула ладонь для рукопожатия с брюнетом. Тот коснулся губами тыльной стороны руки. - Увидимся, в общем, - она направилась к выходу ловя чрезмерно красноречивый взгляд подруги. Не хотелось давать никакой надежды Кайлу. Он ведь ей как... брат. Надеюсь, что он будет благоразумен.

***

Панси и Дафна сидели во дворе школы после уроков за игрой в плюй-камни и попутно обсуждали местные школьные сплетни, когда к ним подошла младшая Гринграсс. - Привет. Может вы мне подскажете, что подарить Драко? - сходу выпалила она. - А что, - начала Дафна, - малышка уже не знает, чем ещё охомутать парня? То-то он стал редко захаживать к нам в подземелья, - едко рассмеялась сестра. Астория всегда и во всём старалась ей соответствовать. Перещеголять Дафну в смене парней не представлялось возможным, но зато в учёбе, отношениях, любви родителей и подруг ей это удавалось. - Ты же всё время почти проводишь с Тео, Дафна. Может он что-то упоминал? - Знаешь, - мечтательно начала она, накручивая волосы на палец, - мы крайне редко проводим время за разговорами и пошло улыбнулась. - Даф! - вдруг зашипела Панси, дергая её за рукав. - Это он! Навстречу к ним вальяжно вышагивал Джон Блумфилд и сомнений, что он не пройдёт мимо не оставалось. Только он подошёл, как старшая Гринграсс сразу вскинулась. - Чего тебе? - Фу, какой змеиный приём, - осклабился парень. - Что, позвольте узнать, среди вашего серпентария делает такой цветочек, как Астория? - Что, позволь узнать, - начала Паркинсон, - ты тут забыл? - Если ты на счёт нашего совместного эссе, - Дафна встала и смотрела ему прямо в глаза, - то сегодня в семь в библиотеке. Больше времени не могу тебе уделить. - Поспешишь уделять его кому-то ещё? - ухмылялся Джон и перевёл взгляд на Асторию. - Нотту? А может Малфою? Внутри девушки всё перевернулось. Неужели он неспроста так говорил? - Не мели чушь, идиот, - Дафна ни на секунду не потеряла самообладания, чего нельзя было сказать о сестре. Панси округлила рот и глаза в неверии. - А то что, малышка расплачется, что её благородный принц ей не принадлежит? - Астория, не слушай его, он несёт полную херню, - обратилась к ней сестра. И она знала, что та говорит правду, а ещё знала его больное место. - Да, Джон, - теперь ухмылялась Астория,- кто бы говорил о том, кто кому принадлежит. Неужели Майклсон сбежала из под твоей опеки и ты теперь не знаешь куда пристроить свой маленький член? - Ты! Ты маленькая шлюха! Как смеешь со мной так разговаривать? - он сделал к ней шаг, доставая палочку. Панси с Дафной мигом оказались около Астории и взметнули своё оружие вверх, целясь кончиком древка ему в лицо. - Меня, в отличие от тебя, не обезьяны воспитывали, Блумфилд. Нечего оскорблять беззащитных девушек, - ощетинилась Астория. Всю эту заварушку, искрящую злостью и голосящую наперебой совсем нелестные эпитеты услышала Макгонагалл, вмиг поспешившая к ученикам. - .. гоблин и кретин! - Шлюха! Самая настоящая подстилка и шл.. - Мистер Блумфилд! Мисс Паркинсон! Потрудитесь объясниться! Вас, мисс Григрасс, я обеих попрошу остаться! Именно весь этот разговор слышал ещё один человек, наблюдавший с подоконника из-за колонны, как директор назначает всем наказания.

***

Неделя прошла для Альмы, как в тумане. Ежедневный недосып, нервы и усталость. Она срывалась на всех и всём. Джонсон уделял ей всё больше и больше внимания. То принесет её любимую булочку с другого края стола, то одолжит шарф на занятии по Уходу за магическими существами, то поможет с Травологией, то защитит её от издевок.. Альма устало вздохнула. Всего и не упомнишь. Но она ведь не давала ни единого повода флиртовать с ней! Общение было таким же, как и раньше. Слова были такие же, как и раньше. Только вот, видимо, это сам Кайл решил её добиться. Увы. Она молилась Мерлину, чтобы между ними не состоялось того неловкого разговора, когда придется ему объяснить, что между ними ничего не может быть. Только дружба. И такая дружба, которую не хочется терять из-за его глупости. Майклсон злилась на него. В последние недели она только и делала, что раздражалась и злилась, сама не зная почему. Может проблема в обязанностях? Может проблема в малом количестве времени на общение с подругой? Может, может... Сплошные может. Хотелось выть от бессилия. А несколько дней назад она узнала, что Блумфилд лежит избитый в больничном крыле. Майклсон мысленно вернулась в тот день. Шок, непонимание, страх. Альма решила навестить его. Из жалости. Камила отговаривала от этой глупой затеи, уверяя, что ей это не нужно. Ему это не нужно. На все доводы Альмы о том, что её такой поступок может быть научит его состраданию и уважению к людям, Камила фыркала и спорила. И вот спустя несколько часов пререканий с Камилой она стояла на пороге больничного крыла. В лазарете было двое: какой-то младшекурсник со Слизерина, который завидев герб её факультета скривился и посмотрел волком, но мгновенно стушевался и поник от волн её злости и раздражения, и был он, Блумфилд. В горле встал ком. Альма чертыхалась на чем свет стоит. Какого. Хера. Я. Пришла. Завидев посетительницу у своей кровати, Блумфилд округлил глаза, будто увидел за её спиной приведение Волан-де-Морта. - Привет, Джон, - она села на стульчик рядом с кроватью и пытливо уставилась на парня. - Хорошо тебя отделали. Где ты так накосячил? Лицо покрыто ссадинами и кровоподтеками, бровь рассечена, а один глаз заплыл. Костяшки кулаков сбиты. Удручающее зрелище. Парень взял рядом лежащие пергамент и перо и вывел следующие слова: - "Я не могу разговаривать." - Ах, - удивилась Альма, - даже так? Не можешь вообще или со мной? - "Вообще не могу." - он проглотил ком в горле. - За что так тебя? - ей на секунду стало искренне жаль его. - "За правду." - Кто и за какую? - она опять начала раздражаться от того, что приходится вытаскивать каждое слово. - "За правду про тебя, шлюха. Видишь до чего ты доводишь людей? Тварь." Прочитав слова, сердце Альмы пропустило опасливый удар, на глазах готовы были навернуться слёзы, а скулы свело от сильно сжатой челюсти. Быстрым движением она подожгла пергамент и пепел осыпался ему на кровать. Затем резко перевела палочку на испуганное лицо парня. - Пошёл, ты, Джон, на хуй! Ясно? От пытающегося вырваться из глубин души заклинания спасла группа каких-то студентов. Альма повернулась - Малфой, Нотт и Мейсон входили в высокие двери лазарета, неся последнего под руки. Воспользовавшийся моментом Блумфилд схватил палочку с тумбочки и метнул заклинание в дверь мадам Помфри. И затем наставил её на группу вошедших ребят. Мейсона вырвало. Альме даже не стало противно, потому что хотелось сделать тоже самое. Внутренности жгло и крутило. Не послушала совета Хамфри, дура! Ведь она наверняка влезала в голову к этому идиоту. Опять. Дура, конченная беспросветная дура. Джон с диким ужасом взирал на вошедших парней и бросал беглые взгляды на дверь колдомедика. Нотт с отвращением кривился, Мейсон изрыгал очередную блевотную массу, а Малфой бесстрастно и равнодушно скользил по всем взглядом. - Что здесь происходит? - дверь открылась из из неё выбежала целительница. - Слишком много посетителей! Слишком много посетителей! - она махнула на ребят руками. - Больным нужен покой. - Мы не посетители, - безразлично ответил Драко. - Привели вам пострадавшего от Дурманящей настойки. - Ведите его ко мне и уходите! Через пару часов молодой человек к вам присоединится, господа. Только скажите, какую дозу он принял? - Ну, - Малфой и Нотт замялись. - Почти весь пузырёк. - Почти целый?! - чуть ли не кричала мадам Помфри. - Вам ещё повезло! Зачем, можно узнать? - она сурово поглядела на них из-под очков. - На спор, - коротко и лаконично. - Ах, ну конечно же, куда без этого! - она увела Дейва под руку к дальнему шкафу со склянками и обернулась. - А вы, мисс... - Майклсон. - Мисс Майклсон, мистеру Блумфилду нужен покой. Даю вам ещё пять минут. - Что вы, не стоит, - она зло рыкнула на всё ещё ошалелого парня и ушла в след за слизеринцами. Нагнала она их только в конце лестницы, ведущий из башни. - Привет, - Нотт опять осклабился и протянул ей руку. Альма протянула свою в ответ и вздохнула на его легкое прикосновение губ к ладони. - О, Тео, прошу, хватит! Мы с тобой знакомы не первый день. - Милочка, это всего лишь наше достопочтенное воспитание, - он улыбнулся так, что внутри неё всё похолодело. - Что у вас с Блумфилдом? - Малфой еле повел бровью якобы не заинтересованный в этом. - Ты про что? - Похоже, что он нам должен, потому что мы спасли его от неминуемой смерти, - на немой вопрос девушки Нотт продолжил. - Казалось, войди мы секундами позже и от него осталось бы только бездыханное тело. Альма потупила глаза и остановилась у подоконника, задумчиво глядя на совятню вдалеке. - Сдаётся мне, что Тео прав. - Я его ненавижу, - резко развернулась девушка с почти черными от гнева глазами, которые в наступающих сумерках зловеще поблёскивали. - Ненавижу так сильно, что желаю ему самых страшных мучений в пасти дракона! - Это мы можем организовать, да, Драко, - Нотт без тени веселья повернулся к другу. - Что он тебе сделал? - Эта гнида, эта мразь... Этот.. этот! - девушка заламывала руки и хваталась за голову не находя слов. Малфой подошёл и схватил её за запястья и встряхнул, заставляя прийти в себя. - Ещё раз, Альма. Что. Он. Тебе. Сделал? - Написал про меня ужасные вещи. Что он лежит в больничной койке, потому что я шлюха, - она буквально выплюнула это в лицо блондину. - И тварь... - Драко, - предупреждающе поднял руку Тео, - тихо. Не стоит. Мысли блондина неслись со скоростью Хогвартс-экспресса... Только сегодня утром этот гребаный Джон получил по заслугам! Куда его тянет-то! Отыгрывается на беззащитных девушках, мудак. Воспитание взяло своё. Словно из ниоткуда в его голове возник голос матери: "Милый мой, запомни, когда ты вырастешь, ты должен будешь защищать девочек. Как твой папа защищает меня." И он защитил. Когда к нему в гостиную пришёл Нотт и рассказал об услышанном во дворе, его кровь вскипела. Глаза и разум застилала неимоверная злость, что опомнился парень только тогда, когда наносил последний удар Джону по ребрам. Никто не смел оскорблять Асторию, тем более этот тип. - Это тебе, сука, за Гринграсс! Я разве непонятно объяснил в первый раз? Не стоит обижать девушек, ты, ящер ползучий! Отвечай! - он взревел хватая его за грудки. В ответ раздалось невнятное мычание. - Ещё раз и твои родители следующим поездом получат труп, ясно? - Блумфилд смог только еле кивнуть от бешеного рева блондина. Когда Малфой освирепевший вылетел из класса, который сторожил Нотт, то получил порцию настораживающего взгляда. - Что? - Ничего, - спокойно ответил тот. - Слушай сюда, Тео. Меня воспитали так, чтобы мой язык не был моим врагом, понятно? Я никогда, подчеркиваю - никогда, не позволяю себе распространяться о постельной жизни! Тем более Астория мне рассказывала о нём. У нас было даже пару разговоров с Майклсон на счёт этого мудака. Да! Не смотри на меня так, - он на шагу очищал палочкой мантию от крови. - И после тех случаев я уже знал, чего от него ожидать. Он получил за свой длинный лживый язык. А с Асторией я прекрасно знаю границы, как и она их и это никого не должно касаться. - Хорошо. Я, надеюсь, что ты поступил правильно. А сейчас он стоит, смотри в эти голубые, но черные от неистового гнева глаза и понимает, что мало. Чертовски мало он навалял этой мрази. - Драко, - ещё раз тихо одернул его Нотт, - пора на ужин.

***

Именно так прошла её неделя. В вечной борьбе со своими эмоциями и чувствами. Девушка хотела скрыться от всех. От всего, что может причинить ей боль. Даже любимые булочки на ужине раздражали. Раздражали, потому сегодня что перед самым ужином к ней подошел Джонсон с тем самым разговором, которого она так боялась. В раздраженной форме она тыкнула ему правду в глаза, сказала "давай оставим всё, как было раньше" и просто убежала. Бежала по лестницам, по внутреннему двору... Ее легкие были готовы разорваться от напряжения. Мышцы стонали. Суставы молили о снисхождении, но вместо того, чтобы остановиться, она все ускоряла свой бег, двигаясь быстрее, чем обычно. Об обычном оздоровительном беге не было и речи. Она мчалась так, словно спасала свою жизнь. Девушка вылетела из замка и остановилась. Свежий воздух влетел в лёгкие и немного успокоил. Небо постепенно темнело, свет уступал место сумеркам. Сделав ещё пару вдохов, она огляделась. Альме хотелось побыть одной. Что-то происходило с её жизнью, что-то неправильное. Все шло неверно. Как будто она недавно сделала не тот выбор и всё пошло под откос. Её личность будто разрушалась. Даже Камила и без своих способностей это заметила. Нндааааа... Ей неожиданно захотелось сладкого. Не в Хогсмид же идти. Очень вовремя. Девушка запахнула мантию и решила попытать счастья в хижине у Хагрида. Ох, как же хороши вечерние прогулки. Она всегда летом гуляла с Ками по вечерам. Да и вообще целыми днями. Это потрясающие редкие мгновения, когда ты можешь побыть один, идти вперёд, не думать ни о чем и обо всём одновременно. Пейзажи территории Хогвартса её впечатляли с самого первого года пребывания здесь. Девушка было передумала и решила пойти на берег Черного озера, но все же продолжила путь с холма к домику лесничего. Пусто. Свет не горит. Клык не лает. Не вламываться же к нему в дом из-за таких ерундовых прихотей. Она подумала, что Хагрид может быть в Запретном лесу и решила остаться подождать. Ками, где же ты сейчас, когда так нужна... Девушка свернула в сторону огорода и пошла вдоль тыкв, которые росли на Хеллоуин и были уже размером с небольшой стол. Что-то по-домашнему доброе и в небольшой степени жуткое было в этом месте. Альма свернула за хижину, ища взглядом тропинку в запретный лес. - Майклсон? - Инкарцеро! - девушка от испуга машинально выставила палочку и обладателя голоса опутало бесчисленное количество верёвок - Д-драко? Прости. Что ты тут делаешь?! - Заклинание отмени, ненормальная! Альма взмахнула палочкой и путы исчезли. Малфой принялся потирать запястья и ключицу. - Как-то сильно перетянули. Раньше такого не было. Существует двойное заклинание? - он, всё ещё потирая руки и плечи, медленно садился обратно на скамейку у каменной стены хижины. - Ты же слышал, что я произнесла обычное! Видимо просто сильно испугалась и-и-и.. Я не знаю! Прости! - она почему-то смутилась и ей стало стыдно за то, что причинила ему боль. - Ты в Запретный лес собралась? Если тебя там сожрут, то я не буду ходить за тебя на собрания старост. - Как любезно. Может предложишь даме сесть? Малфой цокая подвинулся. Они молча смотрели на тропинку, ведущую за темную высокую стену деревьев. Среди полумрака раздался шумный и красноречивый вздох Малфоя. У девушки от такой наигранной бесцеремонности свело зубы. - Что? - Зачем ты пришла? Альма поёрзала, запахнула мантию посильнее и выдохнула. Изо рта вырвался пар. - Вообще-то я шла к Хагриду за конфетами... - Давно в больничное крыло не наведывалась? - ... и решила погулять тут его подождать, но ты меня напугал. - Ты очень громко топаешь, - серьезно произнёс Малфой. - Если вместо меня здесь был бы какой-нибудь убийца, то твой труп уже холодел бы среди тыквы, которую ты рассматривала. - Ой всё. Наступила тишина. Клубочки пара от дыхания растворялись в темноте вечернего осеннего воздуха. От неожиданно голоса Драко девушка вздрогнула. - Хагрида здесь нет. Серьезно что ли? Быть не может. Язвительная змея уже было поднялась из недр девчачьего характера, но кролик в виде вины за причинённую боль Малфою отвлёк её. Фраза осталась безо внимания. - Почему ты без пальто? - в голосе слизеринца слышалось раздражение. - Потому что не думала гулять, но так вышло, - честно ответила она. - Как у вас у девушек все сложно. Лучше заболеть и пропустить занятия, чем подумать головой и надеть тёплую одежду! Не поверишь, Майклсон, но это заняло бы у тебя всего лишь секунду. - Мерлин, дай спокойно посидеть. Чего ты бесишься? - Нечего было приходить на моё место. Это всегда было моим местом и будет им. Не успела Альма открыть рот и отпустить ему колкость в ответ, как Малфой поднялся и стал медленно расстегивать пуговицы на пальто, глядя на девушку. - Держи. Майклсон не шевелилась и тупо смотрела на него, будто видит в первый раз. Драко шумно вздохнул, положил вещь на скамейку, поднял Альму за плечи, быстро накинул на неё пальто и посадил обратно. - Спасибо... - Что с тобой? - он смотрел, как она, кутаясь в пальто, опустила голову и из её глаз готовы были покатиться слезы. - Устала. Парень молчал. - Ты первый, кто так позаботился обо мне за последнее время. Не беря в расчёт родителей и Камилу. Ох какой же аромат парфюма. С ума сойти. Вдохнуть и больше никогда не дышать, впитать его каждой клеточкой. - Это просто воспитание. Но, позволь спросить, как так? - Без подтекста. Я не знаю, поймёшь ли ты, - она чуть придвинулась и взглянула ему в глаза. - Мне помогают только ради чего-то. Всегда рассчитывают на что-то взамен. На моё внимание, помощь и тому подобное. - Я тебя понял. До боли знакомо, - Малфой придвинулся ближе и обнял её одной рукой за плечо, прижимая к себе. Её сердце пропустило удар и она уставилась на начищенные носки его ботинок. - Тебе не холодно? - Мне сейчас очень хорошо. Мерлин, Майклсон, что ты творишь. Её присутствие рядом давало расти крыльям эмоций и ощущений. Он больше не злился, что она пришла на его место. Его присутствие рядом давало спокойствие, надежду и выводило ощущениями его тепла куда-то за стратосферу. Девушка поёжилась и уткнулась носом ему в шею. По телу Малфоя пробежали неровным строем мурашки и оставили его на острых кольях своих мыслей. Он чуть отстранился и поцеловал её в висок. Альма немного пошевелилась в его объятиях, развернулась к нему и замерла. Драко медленно наклонялся и нежно прикоснулся губами к скуле, отрываясь спустя пару секунд и ловя её блестящий своей синевой взгляд. Альма закусила губу. Нам нельзя. Я с ней так не поступлю. Нам нельзя. Он с Асторией, а у меня своих проблем по горло. Наконец она призналась в этом себе, придвинулась обратно и опять уткнулась ему в в шею. Его объятие стало плотнее и Драко бессознательными движениями поглаживал её плечо. Опять наступила долгая тишина. - Хагрид уехал, так что придётся тебе ждать похода в Хогсмид за конфетами. Альма еле вышла из парфюмерного Империо. - Откуда ты знаешь? - От отца. Министерство опять отправило его к великанам, так что смертельно опасные уроки будут ненадолго прекращены, - Малфой охнул и прижал руку к плечу, - твоё Инкарцеро это, блять, какой-то ужас! - Дай я посмотрю, может тебе нужно к мадам Помфри. - Переживу. Недавняя неловкая ситуация требовала кардинально противоположных эмоции. Оба это понимали. Оба знали, как играть в эту игру, чтобы другой ничего не узнал. - Дай я хоть как-то помогу тебе! Мне ужасно стыдно, что так вышло. Малфой повернулся к ней и начал расстегивать пиджак, затем ослабил галстук и расстегнул верхние пуговицы рубашки оттягивая её. - Так и скажи, что хочешь посмотреть на меня голого, душа моя*. Альма сжала губы от злости. - Там ничего нет. Хотя может они перетянули тебя так, что твоя ключица сломана. Тебе лучше сходить в больничное крыло. Может в придачу тебе дадут лекарство от самоуверенности, наглости и высокомерия. Малфой рассмеялся. Она казалась ему такой невинной и забавной в своём негодовании от его пошлых подколов. Драко начал застегивать рубашку, как её пальцы перехватили его воротник и отодвинули его в сторону. - Тут что-то есть. Люмос, - девушка направила палочку освещая его шею. - Что там? Но она не ответила на вопрос, встала, сняла пальто возвращая ему. - Пойдем, я спать, а ты в лазарет. Если хочешь, я составлю тебе компанию.Там синяки. - Где? - На шее. Малфой встал и улыбаясь смотрел на неё. Этот придурок весь вечер светится и улыбается. Легко и искренне. - Это не от тебя. - Как это? - Альмочка, вспоминай, - хитро щурясь сказал он, - разве веревки опутали шею? Девушка лихорадочно соображала, восстанавливая в памяти события прошедшего получаса. И действительно, их там не было. А было только милое обращение к ней, которое полоснуло по ушам, как оглушающее. - А что это тогда? - Это Астория, - Малфой уже в открытую с издёвкой улыбался. - В смысле? - Ну знаешь, когда парень с девушкой целуются, она так хочет его, что не может удержаться и целует в шею, например, ну или кусает, или... - Мерлин, это обычный засос. Малфой, блин! - А я то что? - открыто веселился он. - Почему ты все время делаешь из меня идиотку? - Если честно, то я никого из тебя не делаю, - ловя гневный бушующий взгляд. - Знаешь, - девушка приблизилась на опасное расстояние, нос защекотал этот пленяющий приятный аромат туалетной воды, - я ведь могу оставить тебе такой след на шее, что ты не сможешь свести его ни одним заклинанием. Малфой не отошёл, а смотрел сверху вниз на пылающие огнем глаза и учащенное дыхание, из-за которого часто вырывались облачка пара изо рта. Она его соблазняет что ли? - Если не веришь, - продолжила наступать девушка, - можешь спросить у Джонсона, например, ну или у Блумфилда, - тут девушка от чего-то погрустнела. - Хотя последний лежит в лазарете с переломами и временной немотой, и не в состоянии будет тебе рассказать, но я уверена, - продолжила выводить его из себя, видя как он свирепеет, - что ты и по его глазам всё поймёшь, если спросишь. Можешь ещё спросить и о моих волшебных руках, которые привязывают запястья к кровати такими крепкими веревками, что сегодняшние путы покажутся тебе невесомой паутинкой, - наглая ложь и провокация. Малфой тяжело дышал. Переваренные огрызки совести не давали оглушить Майклсон заклинаниями, или ударить её, или хотя бы сделать хоть что-то, чтобы съедающая изнутри злость рассыпалась в пыль. Найденные лоскутки человечности вздымались вверх, вызывая в душе новую волну злобы. - Твой бывший мудак не сможет говорить ещё минимум неделю. - И откуда, - она нахмурилась, - позволь узнать, такая осведомленность? - Но я выполню твою просьбу, Майклсон, - проигнорировал вопрос. - Как только бедняга отрастит назад свой поганый язык, я заставлю его рассказать о том, где он им блуждал и какое удовольствие ты от этого получала. Внутри Альма задыхалась от возмущения, теряя остатки контроля, но снаружи сохранила ледяную волну самообладания, которой окатила его с ног до головы. - Спроси, он точно тебя научит чему-нибудь полезному. А то Гринграсс последнее время ходит такая хмурая, невеселая, - подавись своей же игрой, идиот. - Может это и тебе доставит удовольствие. От этой мысли Малфой похолодел. Впадая на секунду в кому он просто хлопал глазами на раздражительную речь Альмы. Они ступили на опасную территорию. - Мне доставляет удовольствие видеть, как ты вспыхиваешь от моих подколов, Майклсон. Только вот одно меня смущает: ты не реагируешь на точно такие же шутки от Дейва - ты хамишь и всё. А от моих ты вспыхиваешь, твои глаза горят. В чем причина, мне интересно? - В том, Драко, что твоя слава шагает впереди тебя, - океан выплеснулся наружу едкой волной. - На шутки Дейва можно не обращать внимания, потому что он в силу только своей манеры общения так делает и они безобидны. А твои же напитаны издёвкой и цинизмом. Все вокруг считают тебя мерзким и злым. Твоя репутация служит тебе не на руку, Малфой. Он отшатнулся. - Ты все испортила. Она не жалела о сказанных словах и лишь шумно дышала. - Это не твоя вина, - вновь неосознанно произнёс Малфой. - Но ты всё испортила. Ему было жаль, что когда-то пришлось сделать неверный выбор. Согласиться с ним не противясь. Пришло время всем доказать, что он другой. _____________________________________________ * Альма - с испанского переводится как "душа".