Так значит, от Судьбы не убежишь?

      Пожалуй, самым ненавистным временем года для девушки стала весна. И причина была не только в погоде и в таявшем снеге, который превращался в непонятного рода кашицу. Основным поводом для ненависти стали выпускные экзамены. Да, эта беда ждала Волкову только 2, ну от силы 3, раза за всю жизнь, но сути не меняет. И как говорится, беда не приходит одна, в апреле—мае она должна была сдать ещё и экзамены в художественной школе. Благо, запланированный на то же время переезд, родители решили совершить раньше. И сейчас, сидя посреди ещё необустроенной комнаты перед белым холстом и нервно дёргая ногой, девушка думала, что же ей нарисовать. Вроде бы, что тут такого, после пяти лет обучения это должно казаться таким же простым, как выполнить дорожку шагов для фигуриста. Однако мозг активно отказывался думать. Забив на всё, Елена решила, что стоит пойти подышать свежим воздухом. Но на всякий случай всё же, прихватила с собой альбом для зарисовок, который никак не хотел помещаться в рюкзак. Выйдя из подъезда многоэтажки, девушка чуть дрогнула от неожиданно холодного ветра. Натянув воротник пальто чуть ли не до самого носа, Елена отправилась в находившийся неподалёку парк. Народу, как и ожидалось, было мало. Ну, чего ещё можно было ждать в 10 утра в воскресенье. Лишь изредка мимо пробегали спортсмены, да собаководы со своими питомцами. Попытки изобразить на бумаге что-то стоящее венчались откровенным провалом. После нескольких вырванных листов, удачненько капитулировавшихся в рядом стоящую мусорку, девушка решила перестать насиловать несчастный альбом и пройтись по парку, в поисках годной композиции. Зайдя куда-то вглубь парка, где не было ни души, Елена подумала о том, что стоит развернуться, всё-таки на рисунке изначально хотелось изобразить именно людей. Однако прежде чем сделать это, она краем глаза увидела парня в капюшоне, играющего с до боли знакомым коричневым пуделем. Да он просто гладил пса по животу и, это трудно было назвать игрой, но это…было настолько мило, что Елена не сдержалась и достала камеру, чтобы запечатлеть их. Сделав пару удачных кадров и оторвавшись от телефона, девушка заметила того самого пуделя, который несся к ней. Последнее, что она услышала, перед тем как пёс завалил её на землю, было обеспокоенное: «Нет! Маккачин, не надо!». Слава богу, приземление было достаточно мягким, ведь перед этим девушка сидела на корточках. Пёс тёрся носом и облизывал её щеки, при этом всё также забавно виляя хвостиком. — Маккачин! Нельзя так делать! Фу, плохой мальчик, — подбежавший парень, ругал через чур игривого пуделя, который к тому времени…нет, он не слез с Елены, он уселся на её животе и опустил голову, мол, что я такого сделал. Елена дёрнулась, сгоняя с себя собаку. Недовольно проскулив, пудель слез и подбежал к хозяину. — О, Елена? — воскликнул парень, стянув с себя капюшон. Длинные серебристые волосы опали на широкие плечи. А голубые глаза заискрились неподдельным счастьем. — Ви—Виктор?! — он был последним, кого девушка ожидала встретить в подобном месте. Она слышала, что у фигуриста достаточно плотный график. Никифоров протянул девушке руку, что бы помочь ей встать. — Интересно, мы когда-нибудь встретимся вне катка без приключений? — протянул парень, приложив указательный палец к губам. Забавно так. — Кстати говоря, — будто что-то резко вспомнив, он продолжил, — могу я попросить твой телефон на время? — Что? А, да, конечно, — Елена вручила мобильник в руки старшему, всё ещё не до конца понимая, зачем он ему. Так же она забыла об одной малюсенькой детальке. — О, да я посмотрю ты моя большая фанатка! — Виктор повернул смартфон к девушке, на главном экране которого красовалось его фото. — А?! Не-не-не, это не то о чём Вы подумали, я не… — подсуетилась девушка, чувствуя, как к щекам подступает румянец, однако Никифоров её прервал: — Да ещё и сталкерша, — он в наглую открыл галерею, просматривая сегодняшние снимки, — хотя, скажу честно, фотограф из тебя никудышный. А! Я здесь получился толще, чем в жизни! Как такое возможно?! — при этом он снова повернул телефон к девушке, показывая на злосчастную фотку, — удалить, — в этот же момент из его рук конфисковали вещицу, — хэй, я ведь ещё не досмотрел! — парень обиженно надул губы. — А вот это уже пик наглости! — вскрикнула Волкова, пытаясь сделать голос более грубым, хотя получилось не очень убедительно. — Нет-нет, принцесса. Пик наглости- это фотографировать человека без его ведома в его же законный выходной, — Никифоров опустил голову на плечо, при этом всё также лукаво улыбаясь, и поднял указательный палец вверх, указывая им на девушку, — я, знаешь ли, пришел сюда лишь затем, чтобы отдохнуть от папарацци, а тут ты, — говоря это он чуть нахмурил брови. Девушка нервно сглотнула, ей раньше не удавалось лицезреть Виктора в гневе — даже кажется, что не только ей, а вообще никому и никогда — и поэтому лишь один Бог знает, что у него на уме. Инстинкт самосохранения говорил ей бежать, здравый рассудок же явно был против и утверждал, что она будет поймана, как только сорвется с места. Поэтому, головной суд решил, что стоит пойти на переговоры. — Эм, нет, это я так…для себя, — язык действовал явно оперативнее мозга, — ой, то есть, не то что бы мне это так надо... нет, то есть надо… ну нет… — наверное поэтому она несла такой бред, — аа, ладно, я могу их удалить, — в конце концов она сдалась, а для пущей верности подняла вверх руки. — Пф… кх-кхм. — Это, сейчас был смешок? — девушка подняла взгляд на Виктора, который, казалось, сейчас лопнет от смеха. — Нет-нет… просто... пф… в горле запершило. — Ладно, смейся В относительно тихом парке, смех Никифорова звучал слишком громко. Он хватался за разболевшийся от сильного смеха живот и утирал слёзы. Так значит, он просто шутил? Телефон в руке девушки издал предсмертный хруст, что заставило обратить на неё взгляд парня. Кажется, теперь настала его очередь думать о тактике отступления: — Ой-ой, только не по лицу… — лишь успел пробормотать отсмеявшийся парень, уворачиваясь от прилетевшего в него кулака. — А ну стой там, где стоишь, зараза! — Принцесса не должна так выражаться, — крикнул Никифоров, уклонившийся от летящего в него рюкзака, — и бросаться вещами тоже! — Заткнись! Пробегая друг за другом, без лишнего, 15 минут, они оба без сил свалились на ближайшую скамейку. — Ха-ха, больше не хочешь меня убить? — отдышавшись, начал Виктор. — Хочу, но устала. Так что живи пока что, — после недолгой паузы, девушка продолжила, — а, ты? — М? А я разве хотел? — Что? Да ты смотрел на меня так, словно на месте готов был разорвать! — Елена аж подскочила, смотря прямо в глаза парню. На Никифорова вновь напал приступ смеха: — Ахаха, никогда бы не подумал…что услышу подобные слова от тебя! — А вот сейчас обидно было, — девушка отвернулась от него, обиженно надув губки. — Ах, да, кстати, — он в открытую игнорировал слова фигуристки, — может, расскажешь, с какой целью ты меня фотографировала? — Надо. — Хэй, я имею право знать! — Ну…надо, для дела — Для какого? — с каждым своим словом Виктор всё ближе пододвигался к девушке — Не скажу. — Скажи. -… — Ааа я понял, просто кое-кто хочет увидеть меня в самом настоящем гневе. — Не-нет! Не то чтобы…просто…стыдно, — каждое последующее слово Елена говорила всё тише и тише, а лицо краснело всё больше и больше. — Ммм? — Ну...нарисовать хотела… — Зачем? — Надо. — Можешь отвечать более развёрнуто? Или это весь твой словарный запас? — Виктор вопросительно поднял бровь. — Аааа! У меня скоро экзамены в художке! Надо нарисовать композицию! Вдохновения нет никакущего! Вышла прогуляться, думала с реальных людей скатаю! А тут ты под руку попался! Да ещё и беззаботно играющий с собакой! А это. Просто. Идеальный. Кадр! — закончив монолог на, столь непривычных для неё, повышенных тонах, девушка положила голову на колени, прикрывая лицо руками, и пыталась отдышаться. — Вау…не знал, что ты и так можешь… — парень явно не ожидал столь бурного выражения эмоций от такой, как ему всегда казалось, тихони. — Прости, — простонала девушка куда-то себе в руки. — Нет, это…круто, это действительно круто! На самом деле я польщён ~ А когда закончишь, подаришь мне рисунок? Ну там, на день рождения…или на Новый Год! -…а? — от такого заявления девушка подняла голову и посмотрела на Никифорова. — Или, нет. Это так долго~ Может…хммм…просто так! — Нет. — Почему? — Потому что. — Информативно. — Уверен, что оно тебе надо? — Конечно! Это же так здорово! Всегда любил, когда фанатки дарят подобное! Елене стало несколько обидно от подобного заявления. — А? Или ты не моя фанатка? Да, нет-нет, быть такого не может! ~ — Тебя самомнение не душит? — А что? Не так что ли? Елена лишь скептически посмотрела на него и поднялась со скамейки: — Ладно, мне пора. — А, уже? — Виктор явно расстроился. — Да. Наверное дома потеряли, — девушка подняла руки над головой, подтягиваясь и зевая. Никифоров смотрел на её спину. Она всегда казалась ему слишком маленькой, слишком…хрупкой. — Ясно, — он попытался сделать интонацию более весёлой и непринуждённой, видимо не получилось, потому как Волкова повернулась к нему. Парень улыбнулся, как всегда. — Пока, — сказала девушка напоследок, помахав ему рукой. Он ответил тем же. Никифоров стоял, улыбаясь, пока девушка не скрылась из виду. В следующий миг его лицо приобрело мрачные отголоски. Виктору было грустно, сердце болезненно щемило и он не понимал от чего. Может это потому, что он нашел человека, с которым бы мог вот так вот просто общаться. Без лишних, наигранных эмоций и чувств. Просто, по-настоящему. Или потому что он…нет! Виктор оттолкнул собственные мысли, словно боялся их. Ни в какую не хотел воспринимать их всерьёз. Простояв на месте какое-то время, он привёл себя в чувства и направился к дому.