Полюби меня

      — ...а потом он сделал так и так, — жестикулирую, рассказывал Гокудера об инциденте, что произошёл на уроке физкультуры, при этом широко улыбаясь. Я усмехнулась, скорее всего, для приличия, чтобы не показать того, что не слышала начала его рассказа, хотя само происшествие и облетело всю школу.       Мы вышли за ворота школы, когда я ощутила тревожное чувство, которое вызвало боль в животе. Остановившись, я подняла взгляд.       И увидела его.       Он выделялся среди толпы учеников, что не успели ещё разойтись, своим бледным и измученным из-за болезни лицом. Бьякуран просиял, заметив меня, улыбнувшись, он широким шагом приблизился к нам.       Гокудера, видимо, был удивлён не меньше моего. Он замер, затем, сунув руку в карман, поморщился, явно собираясь что-то сказать в сторону Джессо.       Я остановила своего друга, толкнув того в плечо, покачав головой, когда юноша перевёл на меня взгляд. Гокудера, вздохнув, кивнул.       — Снова привет, Тсунаёши-чан! — махая рукой, сказал Бьякуран, оказавшись передо мной. — Гокудера-кун, — кивком поприветствовал он Гокудеру. — Могу я поговорить с Тсунаёши-чан наедине?       — Джудайме слишком занята, чтобы..       — Гокудера-кун, не волнуйся. Со мной ничего не случится, — натянув улыбку, сказала я. Видимо, в мои слова не очень-то можно было поверить, так как Гокудера, задержав на мне взгляд, после, ссутулившись, всё же медленно побрёл по тротуару, переступая маленькие лужицы, в которых отражались облака.       Когда фигура друга скрылась за поворотом, я, наконец, посмотрела на Бьякурана.       — Почему... ты здесь?       — Разве мне нужна причина, чтобы увидеть тебя?       Я смутилась. Была причина в том, что такие слова мне никто раньше не говорил, либо в том, что эти слова сказал именно он. Я не знала и знать не хотела.       Я ощущала, как радость затрагивает каждую клеточку моего тела, как она вызывает тепло и лёгкую дрожь в теле.       — Как... как ты себя чувствуешь?       — Чудесно! Я ощущаю такую лёгкость и бодрость во всём теле, что готов танцевать прямо здесь!       Прохожие обернулись, с недоумением глядя на парня. Мне как-то стало не по себе.       — Тсунаёши-чан, — он схватил мою ладонь, зажимая между своими. Бьякуран с энтузиазмом заглянул в мои глаза. Я невольно улыбнулась. — Ты ведь веришь мне?..       Я коснулась его горячего лба, будто зная, как он ведёт себя при высокой температуре.       Бьякуран был удивлён. Он явно не ожидал этого, не ожидал такого же действия, что было вчера.       Он выпрямился, выпуская мою ладонь. Его улыбка померкла.       — Я провожу тебя.       — Тебе ведь понравилось у меня дома. Признай это, — снимая обувь, с улыбкой сказал Бьякуран. Он просиял, когда наши взгляды встретились. Я же смущённо опустила взгляд.       — Здесь... просторно и... мило...       — Тогда переезжай ко мне, — сказал он, наклонившись ко мне.       Я вспыхнула, отвернулась и покачала головой.       — Я... я всего лишь помочь хочу...       — Жаль, — сказал парень, запустив руку в волосы. Он медленно, немного пошатываясь, прошёл вперёд. — Ты оставила свои распечатки, — сказал он, как только сел в кресло, положив руки на подлокотники. — Они там, — лениво махнув рукой, указал он и положил голову на ладонь, наблюдая за мной сквозь полузакрытые глаза светло-фиолетового цвета.       Я осмотрелась.       Я осмотрелась по сторонам прежде, чем перейти пустынную дорогу. Моя голова была забита глупыми мыслями, которые вели к нашему с Бьякураном разговору. Даже сейчас, когда я была на улице, я ощущал, как пылают мои щёки.       “Я должна была сказать правду”, — уверяла я себя, хотя внутри ощущала себя ужасно неловко. Ничего так не могло вызвать во мне замешательство, сомнение.       Я не услышала, как ко мне быстро приближался автомобиль.       Я услышала визг шин, когда было слишком поздно, чтобы избежать того, что случилось. Сначала была боль, а затем наступила тьма.