Осколки снов

Майки проснулся в своей кровати. Как он сюда попал, рыжий ниндзя не помнил совершенно. С огромным трудом приоткрыв глаза, он понял, что в голове шумело, как будто там играл целый ударный оркестр, а все тело неприятно ломило. «Я, наверное, съел что-то не то вчера, — решил Микеланджело и перевернулся в кровати. — Надо пойти попить воды, что ли…» Он сел и уперся взглядом в дремавшего у стены Леонардо. Тот сидел на полу, откинув голову назад и обхватив колени руками. «Неудобно же, — Майки сморщился, глядя на старшего брата. — Вот дурак. Как обычно, строит из себя няньку, где не надо…» Мысли оборвались сами собой, потому что в этот момент он увидел свою руку, лежавшую на одеяле. Майки двинул пальцами, словно не веря, что это и в самом деле его ладонь, сжал их и снова раскрыл, поднес к глазам. «Нереально! — он неуверенно улыбнулся. — Нереально круто!» И тихо восторженно засмеялся. — Майк? — Лео тут же открыл глаза и поднялся. — Все хорошо… — Все просто отлично, Бесстрашный! — младший вскочил с кровати и чуть не свалился, но лидер успел поймать его. — Все просто великолепно! Ощущения были донельзя странными — никогда раньше Микеланджело не замечал, что у старшего брата такая жесткая кожа, а пластрон может неприятно царапать выщербленными краями и сколами. Наверное, это было связано с тем, что человеческая кожа гораздо более тонкая, чем черепашья… Леонардо шумно выдохнул и поставил брата на ноги. — Да уж, — только и смог сказать он. — Все отлично. Майки вырвался из его рук и оглядел себя. На нем красовалась огромная серая пижама-кигуруми, безобразная, с его точки зрения, но очень теплая, и полосатые шерстяные носки. — О! — он сморщился, растопырив руки и рассматривая свой наряд. — Где вы добыли эти тряпки? Неужели нельзя было просто найти что-то модное и подходящее мне по размеру? Лидер вздохнул и сложил на груди руки. — Я нашел. Уж извини, размер мы твой не знаем, так что радуйся, что хоть это есть, мог бы вообще сидеть тут нагишом! Майки не смог удержаться от смешка, представив, как бы это было комично. — Да я не в претензии, — он пошел к двери. — Но надо бы хоть что-то поприличнее купить. Я же могу теперь по магазинам сам пройтись. Вот прямо сейчас, днем! И в кафе зарулить! — Не стоит! — в дверях нарисовался Рафаэль. — Не уверен, что тебе надо шататься по городу одному днем… — Боже, и ты туда же! — Майки закатил глаза и просочился у брата под рукой в коридор. — Не парьтесь, парни, все будет ок. Лео и Раф хмуро переглянулись. — Звони Эйприл, — вздохнул лидер. — Пусть они с Кейси присмотрят за ним. — Да никуда он не пойдет, — отмахнулся Рафаэль. — У него же денег нет на магазины. — А он об этом вспомнит? — Лео иронически приподнял бровь. Да уж, тут крыть было нечем, и Раф сердито засопел в ответ. Майки привык к тому, что все появлялось дома само собой. То есть он, конечно, знал, что на любые вещи, еду и все прочее нужны средства, но вот откуда они брались, он никогда особо не интересовался, принимая как данность, что это проблема старших братьев, а его проблема приготовить вкусненькое и помыть потом тарелки. Уже в коридоре Микеланджело сообразил, что в такой вот пижаме выходить в город уж точно будет крайне нелепо и смешно, да еще собственные кроссовки теперь были велики размеров на пять, так что идею пришлось отложить. Он вздохнул, потоптался у двери и вернулся в гостиную, недовольно усевшись у телека. Вскоре из лаборатории появился Донателло. Он окинул брата пристальным взглядом и не смог удержаться от улыбки.  — Что такой хмурый? — спросил гений, поправив очки. — Спрашиваешь еще? — Майки сердито на него воззрился. — Какой толк был становиться нормальным, если родные братья нарядили меня, как пугало огородное, и рады этому до потрясучки. Дон! Ну, хоть ты пойми меня! Старшие, похоже, вообще не вкуривают, в чем проблема! Донни виновато развел руками и сел в кресло. — Майки, нам, знаешь ли, не до красоты было — ты замерз, и надо было хоть во что-то тебя одеть… — Слышал уже, — отмахнулся от него Микеланджело. — А теперь можно не «хоть что-то», а хоть что-то нормальное? Донателло прищурился. Как и всегда, младший хочет все и сразу, и вот прямо сейчас примчится их бесстрашный лидер и полетит это все выполнять по первому свистку. Странно, что он еще не бегает по канализации в поисках нового прикида для младшенького. — Иди сюда, — гений открыл ноутбук. — Вот, выбирай, что нравится, и скидывай в корзину, потом оформим заказ. Завтра все привезут, и будешь наряжаться. — Завтра? — Микеланджело вскинул брови. — Но я хотел сгонять в город и потом зайти к Эйприл! Прикинь, как она офигеет, когда увидит меня… — Я не чародей, — улыбнулся ему Донателло. — Завтра и сходишь. Он внимательно смотрел на своего брата, отмечая, что из его движений никуда не делась природная порывистость и легкость, а улыбка, хоть и сияла на человеческом лице, все же сохранила привычную лучезарность и открытость, да и глаза остались прежними, пусть их и окружали темные иголочки ресниц. Майки растрепал пальцами свою шевелюру и усмехнулся. — Я рад, что это случилось. Донни ничего ему не сказал, улыбнувшись в ответ уголками губ. Он не до конца понимал, завидует ли он своему младшему брату или больше сожалеет о его поступке. Ведь для Майки теперь открыт весь мир, люди, общение, возможность учиться в университете или гонять по городу на машине днем, ходить на праздники, ездить в парки аттракционов и посещать музеи… Донни оставил решать за себя Рафу, и тот решил, выбрав для них дальнейшее существование в коллекторе, в вечной темноте, бесславной тени, с подвигами, но без их признания. А вот Майки теперь легко может занять место Верна на страницах модных журналов — благо внешность у него потрясающая… для человека, конечно. Сколько юных красоток слетится к нему, как мотыльки на огонь? Сколько будет друзей у такого замечательного и открытого парня, и скольким он сможет помочь, не дожидаясь ночной мглы? — Давай я дам тебе карточку, и ты прогуляешься по магазинам с Кейси и Эйприл, — предложил умник. — Попутно и нам что-нибудь прихватишь из шмоток. Лео свои джинсы уже до дыр на коленях истаскал… — Идет! — Майки протянул ему ладонь. — Дай пять, братишка!

***

Эйприл брела по огромному супермаркету, наблюдая, как Майки сметает с полок кроссовки, футболки и джинсы. В огромной телеге уже лежали два новых скейта, коробка с плеером, несколько пар разных наушников и рюкзаков. — Зачем тебе столько? — девушка не удержалась от улыбки, рассматривая парня внимательным взглядом. Сказать, что Микеланджело был милым, значило не сказать ничего. Даже когда он был черепахой-мутантом, он являл собой такое очарование, что невольно располагал к себе, а вот превратившись в человека, Майки стал просто красавчиком, с открытой теплой улыбкой, потрясающей грацией, которую подарили боевые искусства, и непосредственностью ребенка, которая еще больше располагала к нему. — Ну, знаешь, детка, а что мне теперь в одном и том же, что ли, таскаться, — Микеланджело усмехнулся и подмигнул ей. — Жизнь дается только один раз, и надо отрываться по полной программе! Я не хочу больше сидеть в тени! Хватит! Он приложил к себе яркий рыжий свитер, придирчиво осмотрел отражение в зеркале и решительно бросил его в телегу. — Надо еще в отдел электроники зайти — мне нужен нормальный телефон, а не рация, залепленная скотчем. Девушка вздохнула. Надо сказать, что она никогда не задумывалась, что рыжий ниндзя может оказаться таким избалованным и ветреным. «Впрочем, что удивительного при таких старших братьях, как Лео и Донни. Вот как Раф все это терпит, для меня загадка…» — Давай уже поедем, — предложила она, глянув на часы. — Леонардо, наверное, волнуется. Мы уже пять часов с тобой по магазину ходим. Микеланджело беспечно засмеялся на это замечание, но все же направил тележку к кассам.

***

— Донни, зачем ты это сделал? — Рафаэль методично лупил грушу, успевая бросать полные упрека взгляды на умника, который расстроенно замер у стены тренировочного зала. — Я просто… просто хотел его порадовать, — тот развел руками. — Вот, блин, порадовал! — Раф нервно прикусил губу. — Где его носит? Лео! Отвлекись от своей медитации уже! Надо Майки искать! Леонардо приоткрыл глаза и поднял голову, бросив на брата пронзительный взгляд. — Если через час не появится, то буду звонить Эйприл, — вздохнул он. — Я же говорил тебе, что не надо было этого делать! — Ой, заткнись! — зло рыкнул бешеный ниндзя. — И без твоих моралей тошно! — Парни, я дома! — начинавшуюся перепалку прервал крик Майки. — Выползайте и валите сюда! Донателло усмехнулся уголками губ и поспешил в гостиную, Раф рванул за ним следом, и только старший снова прикрыл глаза, погружаясь в медитацию. Лео до сухого крика, застрявшего в горле, боялся этих перемен, хотя не показывал этого братьям. У него все внутри переворачивалось при мысли о том, что будет дальше. Сколько он ни старался просчитать их будущее, перспективы выходили совсем не радужные. — Вот! — донесся до него голос Микеланджело. — Смотрите, какие крутые я купил наушники! А это мобильник новый… Лео грустно улыбнулся уголками губ и поднялся, медленно поклонился залу, коснулся стойки с оружием и только после этого вышел в гостиную. — Привет, Майки! — как можно беспечнее сказал он. — Как дела? — Волшебно! — тот обернулся, восторженно протянув брату кучу каких-то ярких тряпок. — Я купил свитер, а еще вот эту рубашку и джинсы! А это модная толстовка! — Ясно, — Леонардо улыбнулся. — Надеюсь, в связи с этим ты не откажешься приготовить нам ужин? Донателло и Раф не смогли удержаться от смеха, увидев разочарованное лицо своего младшего брата. Несмотря на новые черты, мимика у Майки сохранилась такая же яркая и богатая и даже узнаваемая. Вот и сейчас он озадаченно почесал кончик носа, а уголки губ поползли вниз, одновременно с тем, как брови сложились «домиком». — Да, брат, конечно, — вздохнул рыжий ниндзя. — Уже бегу. — Вот и хорошо, — Лео отвернулся и направился в свою комнату. — И не вздумай увиливать от вечерней тренировки. Кем бы ты ни стал — ее никто не отменяет! — Боже! — тихо простонал Микеланджело, рухнув в кресло и закатив глаза. — Парни, он что, серьезно? Я надеялся свалить на дискотеку, ну, или в клуб там… — Боюсь, что он не шутит, — Раф хмыкнул, вытянув ноги на диване, и включил телевизор. — Ты и так прошатался по магазинам полдня и пропустил утреннюю тренировку, да вдобавок Лео пришлось готовить завтрак. Ты же знаешь, он не любит торчать на кухне вместо медитации, особенно когда у него нет на это настроения, так что нам из-за тебя досталась внеурочная пачка ворчания и моралей. Кстати, ты не сообразил купить мне новые перчатки? Майки отрицательно мотнул головой, вздохнул, поднимаясь, и расстроенно поплелся на кухню. Почему-то ему казалось, что его жизнь изменится до неузнаваемости, стоит только стать человеком, а вот оказалось, что никто никуда не дел зануду-Лео, с его моралями и дисциплиной, язвительного Рафа и его поток бесконечных насмешек и колкостей, и такого мудрого, но ни черта не понимающего в нормальной жизни Донни. Отец, увидев Микеланджело утром, только качнул головой, ласково погладил когтистой лапой по плечу и сказал: — Не оступись, сынок. Сплинтер принял Майки так как есть и не стал изводить его своим видением жизни, но и вмешиваться в ритм жизни сыновей тоже не стал, предоставив младшему самому отстаивать право на возможность ходить по клубам и прочим развлекательным заведениям.