November

Чанёль зевает как всегда слишком громко, но его это, видимо, не сильно волнует. Парень просто поднимает над головой свои огромные ручища и зевает ещё раз. Потягивается, напрягая мышцы, и опускает руки обратно на постель, нащупывая что-то странное на ней. После издаёт что-то вроде лёгкого визга, ощущая на себе спокойное дыхание Бёна. Видимо его нога ночью решила, что ей очень удобно на бедре брюнета, а руки Бэкхёна невинно раскинулись на груди Чанёля. Короткие волосы парня заставляют кожу Чанёля покрываться небольшими мурашками, немного щекоча своими локонами. И не только волосы. Вообще сама картина заставляет Чанёля покрываться мурашками. Одеяло скомкано лежит где-то на краю кровати, а вместо него лежит сорванная штора, естественно ничего не согревая. Пустые бутылки валяются на полу, а голова просто взрывается. Туманность в голове мешает сконцентрироваться и понять, что тут вообще происходит. Нет, брюнет помнит: день рождения, билет, вино… а дальше пропасть. Парень как-то неохотно поднимает край ткани и облегченно вздыхает, увидев одежду на обоих телах. Всё-таки не хотелось бы, чтоб их первый раз был по пьяни. — Придурок, холодно, — промычал сквозь сон парень рядом, заставляя Чанёля передёрнуться от неожиданности, — Божее, моя голова… — проскулил Бэк, массируя виски. — Ну, понятно так пить, — усмехается Пак. Встаёт медленно с кровати и ищет бутылку минеральной воды на тумбочке рядом. Открывает крышку, наверное, только с третьего раза и делает пару больших глотков, выливая больше на себя. — Кто б говорил, — улыбается Бэк в ответ и выхватывает из рук друга уже наполовину пустую бутылку, допивая остаток жидкости. После отбрасывает наконец-то бедную бывшую штору и пытается не заржать в голос от вида состояния квартиры. Всё таки квартирка-то не его. Но это не значит, что парень будет смотреть сериальчик и есть мороженое. Скорее всего его отправят в королевство приключений под названием «Уборка». От чего, собственно, не сбежишь. Тем более, вряд ли Чанёль вообще справится со всем один. Более вероятно, что шатен будет убираться, а Пак так… помоет посуду и на том спасибо. Чанёль никогда не любил убираться. Сколько бы он тумаков не получал от родителей, парень всё равно делал всё по-своему. И уборка — не исключение. Только вот это было давно и с родителями. За то Бэк точно не даст ему расслабиться. Уж с этим не поспоришь. И то, что сейчас брюнет сопит на коленях Бэка, позволяя себя гладить по волосам, не прокатит. Точно не с Бён Бэкхёном. Шатен обещает купить новую двух-литровку воды, даёт указание парню прибраться в комнате и с видом «я тебя, сука, придушу, если не сделаешь, как я сказал» отправляется в магазин. Брюнет, тяжело вздохнув, заставляет себя наконец-то встать с мягкой постели и, включив пылесос, сразу же начать убираться. Пустые бутылки из-под алкоголя летят в мусорку, а грязные простыни, что пропитались неприятным ароматом пьяных идиотов, уже стираются в машинке. Комната в миг преображается в место для проживания, а довольный парень идёт в утренний холодный душ. Вода тотчас смывает остаток неприятного запаха и заставляет Чанёля немного растормошиться. Сознание начинает просыпаться, а с ним и воспоминания о вчерашнем вечере. Губы Бэкхёна, взгляд Бэкхёна… Это становится невыносимым. Невыносимым, потому что Бэкхён и потому что «давай выпьем за нашу дружбу». И почему Пак такой дурак? Наверное, с ума сошёл. Бэкхён помог сойти с ума. В небольшой ванной комнате становится слишком жарко. В мыслях всё всплывают соблазнительные губы шатена и Чанёль сразу представляет, как целует эти же губы, кусая, и, будто извиняясь, очерчивает языком. Руки плавно опускаются, очерчивая плавными круговыми движениями тело брюнета. Возбуждение нарастает с огромной скоростью. И всему виной этот парень. Этот Бэкхён. Его изгибы, его тело, его запах. Всё это давно въелось в подсознательный идеал Чанёля. Наверное, если бы ему сейчас дали возможность выбрать любого, кроме Бэка, он бы не смог. Пак уверен, что не отыщет, не найдёт такого же, нигде. Ни в жаркой Африке, ни на ледяной Антарктиде. Нет больше такой улыбки, запаха и тела. Эти стройные ножки, женственные руки и невинный взгляд заставляют сердце брюнета трепетать. Каждая родинка, каждый изгиб переворачивают всё верх-дном в голове Пака. Перекрывает кислород. Воздуха становится колоссально мало и приходится прерывисто дышать, хватая ртом воздух, понимая, что Пак только что возбудился от мыслей. От мыслей о Бэкхёне. Волосы неприятно липнут к мокрым вискам, а бойлер автоматически включает тёплую, только нагретую воду. Но парня такие мелочи не заботят. Уж точно не сейчас. Руки тянутся ещё ниже. Фаланги пальцев оглаживают плавными движениями уже красную головку члена, а с губ слетает первый стон, заставляя Чанёля млеть от ласк. Короткие прерывистые вздохи заполняют душевую кабинку, а коленки начинают немного подкашиваться. Ещё немного… ещё чуть-чуть… Судорога пробирает всё тело, получая приятное ощущение от только что полученного оргазма. Чанёль закрывает кран, снимает ярко-красное полотенце с крючка и вытирает влажное лицо, пытаясь отдышаться. — Удовлетворяешь свои мужские потребности? — неожиданно проносится голос шатена, заставляя передёрнуться от удивления и чуть не упасть на скользком кафеле. Как всегда слишком неожиданно. Как всегда бесцеремонно. — А что, хочешь мне помочь? — сдерживает улыбку через силу Пак. Открывает дверки душа, предварительно завязав полотенце на бёдрах. Смотрит на немного покрасневшего парня и в мыслях даёт себе немалую пощёчину за то, что забыл закрыть двери. И когда только он успел прийти… Бэкхён ставит на стиральную машинку новый, только купленный порошок, поворачивается обратно к Чанёлю и поправляет немного съехавшее полотенце на бёдрах парня, тем самым вгоняя того в небольшое недоумение. Чанёль пытается усмирить свой мужской аппетит. Держит, так сказать, себя в руках. И просто ждёт ответа. Парень понимает… хотя нет, он ничерта не понимает. Брюнет просто стоит, как дурак, весь мокрый после душа, и видит улыбку на губах друга. И что это значит? Почему он не отвечает? Шатен стоит ещё пару секунд, проверяет, видимо, Пака на прочность, а потом выходит из ванной, оставляя парня перед собой. Мокрого и в недоумении. Как раз в стиле Бён Бэкхёна: проигнорировал и ушёл. Чёртов Бён Бэкхён.

***

Чанёль заходит как ни в чём не бывало на кухню с еще не высохшими до конца волосами, смотрит, как Бэкхён что-то режет на доске и принюхивается к запаху на плите, предвкушая, что тот готовит что-то вкусное. — Помощь не нужна? — спрашивает парень, открывая крышку кастрюли и видя, как в ней кипит мясо. — Нужна, — спокойно говорит Бён и кивает на доску, которая висит на стене. — Порежь лук, а я пока картошку почищу. Чанёль глупо кивает и опускает крышку кастрюли обратно, больно цыкает, когда немного обжигается горячим паром и под тихий смешок Бэкхёна берёт со стены доску с ножом. Он кладёт их на стол и ходит по кухне в поисках лука. — В нижнем ящике, Чанёль, — отвечает на мысленный вопрос Пака Бэкхён. — Ага. Он кладёт пару луковиц на стол, берёт одну и начинает чистить её над мусорным ведром. Бэкхён подпевает себе что-то под нос пока перебирает картошку, Чанёль слушает его приятный голос, не сдерживая мягкой улыбки, понимая, что на свете больше ничего и не надо. С ним рядом стоит Бэк, и Чанёль под его указания чистит лук, они всё время проводят время вместе, подкалывают друг друга и смеются с нелепых шуток на шоу, которое смотрят вместе по телевизору, такие моменты непередаваемые и парень всё готов отдать, лишь бы это не прекращалось. Но в голове всё равно упрямо заедают мысли о том, что Бэкхёну кто-то нравится. Он вчера рассказал ему это по пьяни и сразу же отрубился, заставляя Пака почувствовать себя каким-то ничтожеством. Чанёль вдруг обидно шмыгает носом и с тяжелым вздохом кладёт почищенный лук на доску, тут же начиная его резать. — Слушай, Бэк, — вдруг начинает он и понимает, что это плохая идея, только сделает себе больнее, если тот всё-таки расскажет ему, кто этот человек, который ему нравится. — Да? — не поворачиваясь к парню, откликнулся он. — Помнишь, ты мне вчера сказал, что тебе кто-то нравится? — с особой осторожностью спросил Пак, нарезая колечками лук. — Я такое говорил? — совсем неубедительно соврал, что ничего не помнит, Бэкхён и окончательно выдал себя с потрохами упавшей на пол картошкой. Вот дебил. За всю их дружбу так врать и не научился. — Давай без отговорок. Я же никому не расскажу, — спокойно начал брюнет, хотя бьющее сердце предательски его выдавало. — Или постой, — вдруг занервничал он. — Я что… его знаю? Поэтому ты не хочешь мне говорить? Бэкхён молча опустился за упавшей картошкой, поднял её и положил на стол, всё еще не отвечая. — Ты меня слушаешь вообще? — взвился Чанёль. — Да что ты пристал ко мне с этим "кто нравится, кто не нравится", — вдруг возмущённо повернулся к нему друг. — Что, раз знаешь, что я по парням, так я про всех своих хахалей должен тебе рассказывать? — Про всех хахалей? — сконфуженно повернулся к нему Чанёль, задыхаясь от ревности. — Ну, я образно, — поспешил исправиться шатен, всё еще злясь на Пака. — Задолбал просто. — Да я первый раз спросил, — начал оправдываться он. — Мне просто обидно, что ты до сих пор не рассказал мне. Я же всё-таки твой друг. — А может мне просто не хочется тебе говорить, — фыркнул он. — Да кто же это такой, что ты говорить мне про него не хочешь?! — уже действительно начал обижаться Чанёль. Просто стало страшно, что Бэк его действительно любит, поэтому не хочет говорить даже Чанёлю, а вдруг это тот самый парень, с которым шатен на свидание в Китай ездил? А если они всё-таки будут вместе и тот предложит ему переехать к нему? Чанёль же не выдержит без Бэка, не сможет. Нет. Он даже от таких мыслей убиться готов, что же будет без Бэкхёна? — Я просто не хочу, чтобы ты удивлялся, — сконфуженно произнес он. — Слушай, куда еще удивляться, я недавно узнал, что мой друг — гей, а тут какой-то парень, от которого я буду в шоке. Признавайся! Кто он? Не я же?! — А может и ты! — в ответ рявкнул Бён, явно проговорившись. — Что? — переспросил Чанёль. — Что? — испуганно похлопал ресницами парень. Краем уха слышно, как кипит вода в кастрюле, как за окном сигналят в пробке машины, как соседи уже час пилят их вдруг неожиданным посередине ноября ремонтом. А тут они. Стоят напротив друг дружки, смотрят друг на дружку и молчат, совершенно не зная, что сказать. Разве обычно не в такие спонтанные моменты признаются друг другу в любви? — Ты это сейчас серьезно, Бэк? — удивлённо посмотрел на него парень, не веря в только что услышанные слова друга. Бэкхён опустил глаза, ни живой ни мёртвый, и закусил губу, явно пребывая в не самом лучшем настроении. — Ну что, счастлив? — обиженно поднял на Чанёля свои глаза и проговорил Бэкхён. А тот молчит, совершенно не зная, что ответить на вопрос. — Видеть, наверное, теперь меня не хочешь, да? И вдруг бежит из кухни прямо ванную, закрывая ладонями глаза, видимо стараясь унять подкатившиеся слезы. Чанёль оценивает обстановку за пару секунд, еще пару секунд он бежит до туалета, тянет ручку, но она закрыта. Вот и приплыли, как говорится. У Чанёля сердце бьется нереально, и что скажите сейчас ему делать? Ему Бэк тут случайно проговорился о своей симпатии, а Пак как болван стоял и не знал, что сказать. Надо было сразу схватить его своими ручищами, да сказать, что он по Бэкхёну тоже сейчас сохнет. А еще они, наверное, настоящие придурки. Они же, похоже, давно друг другу нравятся, а сами молчали и ничего друг другу не говорили, мучая одного и другого. Но сейчас, когда Бэкхён рассказал о своих чувствах к нему, Пак отступать не собирается. Он точно знает, что теперь они будут вместе. Он всеми способами постарается так сделать. — Бэк, — стучит костяшками пальцев по двери ванной Чанёль. — Уходи, — тут же доносится оттуда. — Да, Бэк, выходи, — всё же настаивает он. — Не буду! — рыдает друг. — Да чё ты ревешь то, ты мне тоже нравишься! — обеспокоенно проговаривает брюнет. Плач тут же прекращается и Чанёль кусает губы, ну не так он в своей любви хотел признаться. А где цветы? А где шампанское? В своих мечтах он представлял это совсем по-другому, а в итоге признался самому дорогому человеку в своих чувствах рядом с туалетом! Отлично блин! Будет что вспомнить. — Серьезно? — вдруг спрашивает Бэкхён ему не веря. — Серьезно, — ответил он. — Ты мне вообще-то давно уже нравишься. Парень слышит, как дверь через пару секунд открывается и видит просунувшееся оттуда заплаканное лицо Бэкхёна. — Если ты врёшь, я тебя убью! — хнычет друг. — Не вру, — тяжело выдохнул Пак. — Знаешь, как мне было тяжело, когда ты в Китай по работе уехал? Думал, умру. А про вдруг неожиданного парня? Знаешь, как себя чувствовал? Так обрадовался, что у меня наконец-то появился какой-нибудь шанс, а ты вчера заявил, что тебе кто-то нравится. — А ты с девушками постоянно встречался! Знаешь, каково мне было? И с каждым разом такие красивые! Разве выбрал бы меня? Такого не красивого и жирного?! — Выбрал бы! — начал возмущаться он. — И ты не жирный! — Ага, — процедил парень. — Всё время меня за бока тискаешь. — Да дело сейчас не в этом, — облизнул губы Чанёль. — Мне ты нравишься! — Ты мне тоже нравишься! — уже совсем вышел из ванной Бэкхён. — И давно? — наконец-то заулыбался Пак, не веря в происходящее. Он и Бэк будут наконец-то вместе. Как он и мечтал. — Давно, — смущённо ответил шатен. Чанёль улыбнулся еще шире, во все тридцать два, чувствуя, как с души упала груда кирпичей! Потому что… чёрт. Он нравится Бэкхёну. Его сейчас переполняют просто нереальные чувства. Он же теперь его никогда и никуда не отпустит! — А можно я тебя поцелую? — вдруг загорелся необъяснимым желанием Пак. — Дурак! — нахмурился он. — Что? — глупо похлопал ресницами брюнет, перестав улыбаться. Вдруг Чанёль сделал что-то не так? — О таком не спрашивают! Он снова улыбнулся самой счастливой улыбкой и тут же потянулся за поцелуем к парню, касаясь желанных губ, пробуя их на вкус. Сколько же раз он это себе представлял! А сейчас просто из-за неожиданного признания друг другу, они наконец-то выяснили свои чувства. Чанёль углубляет поцелуй и целует нежно-нежно, касаясь рукой лица Бэка, чувствуя его запах шампуня. Губы Бэка мягкие, сладкие и вкусные, такие как он и представлял. И теперь Чанёль готов сделать для него абсолютно всё, да пусть хоть скажет на другой центр города за теми вкусными пирожными идти, Чанёль поедет, он всё для него сделает. Потому что Чанёлю можно теперь не называть парня другом или братом, он теперь официально станет его парнем, и они наконец-то начнут с ним встречаться и каждый раз засыпать друг с другом в объятиях. Парень разрывает поцелуй, тут же улыбаясь, чмокает шатена и обнимает сильно-сильно, Бэкхён и не против, обнимает друга парня в ответ так же сильно пока не вспоминает про…про… — Боже, мясо, Чанёль! Там мясо! — и бежит на кухню, сверкая пятками, а Чанёлю только и остаётся, что иронично захохотать. Ну надо же блин. И такое бывает.