Скелеты в шкафу

      Эми, недовольная всей этой ситуацией, но просто переполненная желанием отомстить, взяла дневник в руки. Решив, что если летом Соник, возможно, был не в духе и написал такую ерунду про нее, то зимой у них вполне все было хорошо. Они катались на коньках, гуляли по заснеженному парку. Просто сейчас до одури хотелось утереть нос этому черно-красному ежу. Ведь должна же быть хоть одна хорошая запись о ней. Возможно, о том, что она нравится синему ежу как девушка, а не как подруга. Возможно о том, что он думал об отношениях с ней. Хоть что-то. Роуз открыла одну из февральских записей.       «9 февраля       Написал бы я раньше о событиях вчерашнего вечера раньше, если бы голова не так трещала. Вчера был день рождения Сильвера. Я просто был удивлен, что этот скромняга ведет себя так раскрепощенно, когда напивается. Хорошо, что после полуночи девчонки ушли по домам. Хотя я не знал, что мой белый друг так хорошо танцует с шестом. Самое странное было то, что он вообще у него есть. Ужасно то, что я почти возбудился. Никогда не думал, что его может так уносить. Лишь бы Шадоу не нашел мой дневник — иначе до конца дней будет припоминать это. Хотя он и сам не мог отвести свой пьяный взгляд от Сильвера. Наклз вообще выпил больше всех и уснул в ванной. Руж просто отказалась его тащить домой. Правильно сделала. Надеюсь, ему вполне было комфортно там спать.

***

      Сейчас я немного лучше себя чувствую. Газировка — самое лучшее средство от похмелья. И вот сейчас я вспомнил еще одну небольшую деталь вчерашнего вечера. Я целовался. Я целовался с Сильвером. И самое ужасное, что мне понравилось! Чёрт, если Шадоу узнает, он мне жизни не даст! Конечно, лучше бы никто об этом не узнал.

***

      Сегодня встретился снова со всеми на вечерней прогулке. Сильвер признался, что ничего не помнит. Даже собственный танец. Мне даже легче на душе стало. Теперь точно никто не узнает об этом поцелуе. Но мы определенно с ребятами его напоим еще. Не хочу, чтобы Эми узнала о том, что происходило после того, как они ушли. Роуз же даже не понимает, как наш белый друг давно по ней сохнет. Она всё за мной бегает да бегает. Дура.»       Дневник синего ежа с громким хлопком захлопнулся. Чёрно-красный ёж просто молча забрал его из рук Роуз, чтобы та его от злости не порвала. Все просто сидели в шоке. Хотя, пожалуй, самое удивленное лицо было у Крим и Сильвера. Крольчиха еще ребенок, а вот белый ёж стоял красный и не узнал куда посмотреть. Взгляд бедняги бегал от одного окна к другому, словно ища выход из этой непростой ситуации. А она действительно была непростая.       — Сильвер, то, что написано здесь — это правда? — розовая ежиха сжала кулачки, глядя на синий ковер, что лежал у её ног. Поднять взгляд было трудно. Вроде бы этот наглец целовался с её возлюбленном, но вроде как за него признались в чувствах к ней же.       — Я же сказал — не помню! — смущенный ёж взмахнул руками и, наконец, оставил свой взгляд на Эми.       — А вторая часть? Про чувства… — Роуз сжала губы в тонкую полоску и подняла взгляд на ежа. Тот же смущенно отвел, не в силах смотреть прямо на того, кто действительно очень нравится.       — Эми, давай потом поговорим, ладно? Чуть позже…       — Тошно! Давайте не будем выяснять свои отношения.У меня теперь есть чем шантажировать нашего Соника! И я хочу найти еще больше грязных моментов в его дневнике, — Шадоу, не видя ничего плохого в своих действиях, открыл дневник на радномной странице и начал читать громко вслух с интонацией, чтобы все отвлеклись и обратили на него внимание.