Странные обстоятельства

— Чем занимаешься? — проговорил Чонгук и встал около меня на расстоянии, чтобы мы не коснулись друг друга. — Снова фото рассматриваешь? Не смотря на моё немного слезливое утро, я нашла в себе силы и приехала на работу вместе с Ынбэль. И после сообщений Чонгука я вдвойне хочу вспомнить то роковое лето, о котором они вечно говорят. — Ага, — проговорила я так и не отрываясь от фото. — Думаю, стоит прийти на это место. Может, тогда я вспомню под чувством дежавю. — Слушай, Миран. На счёт вчерашнего… — вздохнул он. — Чего? — я подняла на него глаза. — Ты же видела, что вчера Кванхи пыталась сделать, верно? — значит Чонгук понимает, что она пытается его всячески соблазнить, но просто никак не поддается её чарам. — И что с того? — Я хотел объясниться… — Зачем? — перебила я его. — Это твоя жизнь, так что делай с ней что хочешь. И нет смысла передо мной отчитываться по этому поводу. Я же не какая-то ревнивая барышня, чтобы заводится с этого. А если ты хочешь объясниться вместо Кванхи, то это в двойне тупо. — Но ты всё-таки завелась, — произнёс Гук скрестив руки на груди после моего монолога. — Что? — Ты же и есть ревнивая барышня, которую описала сейчас в пример, — ничего не ответив, я снова уставилась на фото. — Тебе же не нравится, что она вокруг меня крутиться, так ведь? — начал говорить он игриво и улыбаясь. Его это явно забавляло. — Да, не нравится. Но только не думай, что это ревность, — протараторила быстро я. — Даже если в качестве друга — это всё равно ревность, — Чон сделал шаг ко мне. Я попятилась немного назад. — Даже если ты говоришь, что я не обязан тебе в этом отчитываться, но я хочу это сделать, — я снова осторожно подняла глаза на него. Он выглядел настойчивым. — Потому что хочу, чтобы ты знала, что Кванхи для меня никто, по сравнению с тобой. После таких слов моё сердце бешено забилось, и резко закружилась голова. Я уже начала думать, что упаду, но сумела удержаться на ногах, которые стали будто ватными и еле-еле держали меня. Я, конечно же, уже поняла и знала, что я нравлюсь Чонгуку, но слышать такое всё равно приводит в замешательство. Умеет же это парень удивлять. — Ты смущена? — прервал он тишину. — Н-нет… — Чего ты врёшь? Ты вся покраснела… — всё это время с его лица не сходила лёгкая нежная улыбка, но тут он решил приложить свою ладонь тыльной стороной к моему лбу и его улыбка начала медленно испаряться. — Чонгук… — я была бы не против наслаждаться его прикосновениями, но вспомнила своё же дурацкое обещание и решила увернуться от его руки, но он вновь её приложил, и в его глазах виднелась небольшое волнение. — Я, конечно, не доктор, но разве когда ты смущаешь, у тебя не должны быть горячими только щёки? — Чон быстро начал перекладывать руку с моего лба на щёки и обратно. — Ты же просто смущена, но почему вся пылаешь? — Чон Чонгук! — нашла я, наконец, в себе силы, выкрикнула и отпихнула его руку. — Да подожди ты! По мне так твоё здоровье важнее всякого обещания, — тоже выкрикнул парень, как будто передразнивая меня, но он явно сейчас беспокоился обо мне. — Я здорова. — Тогда почему ты вся огненная? — Просто у тебя руки холодные, — в этот же момент он поднёс свои руки к губам. — Они у меня тёплые. Они всегда были горечей твоих, — я тут же вспомнила, как мы иногда сидели осенью в парке на лавочке и он грел мои холодные ручки в своих, которые по сравнению с моими было огромными. — Ты вчера всё-таки попала под дождь? — Разве люди так быстро заболевают после промокания? — Да! — «Ладно, это был тупой вопрос»: моментально пронеслось у меня в голове. — Если ты простудилась, то тебе стоило взять сегодня выходной и сходить в больницу. — Да здорова я, — фыркнула я, и решила уйти от этого надоедливого парня в другую комнату. — Ну-ну. Я слежу за тобой, — ответил он мне на последок. POV Чонгук — Почему эта девчонка такая упёртая? — тихо проныл я, когда в очередной раз увидел Миран в зале. Кажется, чем дольше смотрю на неё, тем больше она выглядит уставшей, измотанной и болезненной. — Ты про Миран то? — сказал Ёнки, один из официантов, пройдя мимо меня протереть свой стол от пролитого кофе, который стоял около моего стола, который тоже надо было помыть. — Да, — сказал я и принялся за рутинную работу. — Что она на этот раз сделала? — усмехнулся он. — Она по жизни упёртая и никого не слушает. — Может только тебя? — Смешно, Ёнки, — ответил я ему после небольшой паузы. Парень рассмеялся. — Можно спросить? — Валяй. — Вы серьёзно встречаетесь? — Что? — я не до конца понял, что он хотел этим выяснить. — Как только Миран появилась здесь, вы были не разлей вода, — начал пояснять он. — Но иногда ваше общение походило больше, чем на дружбу. И ты ещё заявил, что она твоя девушка… — А тебя что-то не устраивает? — во мне начал играть ревнивый парень, как в Миран ревнивая девушка с утра. — Нет, что ты. Просто у вас серьезно странные отношения друг с другом, — он умолк на пару секунд и смущённо добавил. — Вы хоть целовались? — Да, — кивнул я, взвесив все за и против. Это было бы ложь во благо, если бы не было правдой. — Серьёзно? И на работе тоже? — Угу, — снова кивнул я, не отрывавшись от протирания стола. — И вы даже переспали? — любопытство этого парнишки переходят всё границы. — А что? Захотел тоже попробовать? Извини, но товар не продаётся и не даётся в долг, — начал злиться я, но как снова взглянул на Миран, я почти сразу успокоился. — Да ладно тебе, Чонгук. Прости, — сказал он сконфуженно. — Мне одной кажется, что она выглядит немного больной? — спросил я обеспокоенно, уже забыв слова Ёнки. Он тоже взглянул на неё. — Нет. Она выглядит хуже, чем с утра. — Хуже? — Да. Почему она не сходила в больницу? — я взглянул на него. — А... Поэтому ты бурчишь на него весь день... После разговора с Ёнки я не выдержал и направился за ширму вслед за Миран. Я быстро подошёл к ней, дёрнул за руку на себя, чтобы остановить её и развернуть к себе лицом. — Мне кажется, тебе права отдохнуть. Ты выглядишь хуже, чем думаешь. — Да говорю я тебе, со мной всё в порядке, — она вырвала свою руку из моей хватки и произнесла уставшим голосом. — Остальные уже говорят, что ты похожа на ходячего зомби. Не думаешь, что посетителей распугаешь, — если на неё не действует мои переживания, то может так сработает. — Я уже устала повторять, Гукки, — вздохнула девушка и направилась в комнату отдыха. Неужели подействовало? Она подошла к дверному проёму и облокотилась на него. Я уже подумал, что она просто ждёт, когда я уйду, и решил это сделать, но вдруг услышал, как Маран начала медленно соскальзывать на пол. — Миран! — ринулся я к ней. Как только оказался около неё, начала тормошить за плечи, но вместо хоть какой-то реакции она просто упала мне на плечо. Я снова начала трогать её лицо: оно ещё горячее. Не медля, я взял её на руки и направился в комнату отдыха, чтобы положить её на диванчик. Славу богу тут никого не было. — Ынбэль! — позвал я её подругу, и через секунду в комнату влетела она. — Боже, что произошло? — она сразу кинулась к нам и тоже начала трогать лицо Миран, но на этот раз пытаясь привести его в чувства. — Звони в скорую, — сказал я, заметив в её руках телефон. —Х-хорошо, — она встала и отошла немного от дивана, чтобы набрать своими дрожащими руками нужный номер, но вдруг Миран схватилась за мою руку. — Н-не надо скорой. Ни больниц и докторов тоже, — еле проговорила она, пытаясь сильнее взяться за мою руку, но это не особо получалось в её состоянии. — Что же делать? Миран всегда так относится к врачам… — начала ещё больше волноваться Бэль. — Так мне звонить? — Нет, не надо, — ответил я, не отрываясь от больной девушки, и сам покрепче взял её руку. — Но Чонгук… — не успокаивалась она. — Я отвезу её домой. Дам ей жаропонижающее и тому подобное. Ей просто надо отдохнуть, — мне самому трудно это всё спокойно говорить, ведь я волнуюсь не меньше её. — А если это что-то серьёзное? — А если серьезное, то отвезёт в больницу, — прошептал я и, наконец, поднял глаза на Ынбэль, которая места себе не находила. — Я побуду с ней до конца рабочего дня. Ночью приглянешь за ней? — Конечно! Я примчусь сразу же, как смогу! — эта девушка не намерена оставаться в стороне, особенно если это касается её подруги. — Тогда я пошёл за ключами. POV Миран Чувствую тяжесть по всему телу. Это нормально? И ещё озноб… Мне холодно, не смотря на то, что чувствую, как нахожусь под тёплым одеялом. Но я же была на работе, как я оказалась в кровати? Я медленно открываю глаза. Я у себя в комнате? Но как? Осторожно поднявшись на локти, с моего лба падает влажное холодное полотенце, прямо как тогда, как я заснула у Чонгука. Услышав шаги в коридоре, я насторожилась. Конечно же, я не одна, меня же кто-то привёз. — Проснулась? — сказала Чонгук, как только зашёл в комнату с какой-то бумажкой в руках. Он подошёл и сел на кровать, и помог мне сеть поудобнее. — Давай замерим температуру, — он взял с тумбочки электронный градусник и приложил его к моему уху. Когда он пикнул, парень сразу взглянул на него. После он осторожно поцеловал меня в лоб. — До сих пор такая горячая. — У меня температура? — тихо проговорила я. Чонгук сидел ко мне в плотную. Из всего, что его волновало это лишь то, как я себя чувствую. — Да, — так же тихо ответил он и отодвинулся. — И я особо не врач, так что понятия не имею, что делать в подобной ситуации, — виновато проговорил он. — Что это? — я осторожно вынула из его рук листочек и сама начала читать. — Рецепт одних таблеток, которые лежат у тебя в аптечке. Я пытался прочесть на английском, что они из себя представляют, — ну, да. Всё лекарство, которое у меня лежит это преимущественно привезённое мною и мамой из России. — Если ты искал жаропонижающие, то это они, — сказала я и взглянула на него. У него в глазах появилась надежда. — Где они? — Вот, — он взял их с той же самой прикроватной тумбочки вместе со стаканом воды и подал мне. — Тебе надо ещё поспать и восстановить силы. — Ты будешь всё время со мной? — произнесла я мечтающе. — Я уйду, как только ты уснёшь. Позже приедет Ынбэль, — Гук погладил меня по голове, убирая локоны с моего лица. Он как будто понял, что я разочарованна и пытался так подбодрить. — Тогда я не хочу спать, — очень тихо пробубнила я, но парень это всё равно услышал и смущённо рассмеялся. — Ложись уже, — одним движением руки он повалил меня на кровать и аккуратно укрыл одеялом. Как только я вытащила руки из-под него, Чонгук положил свою руку на мои ладони. — Давай это обещание не будет действовать только этот день. — Почему? — За день я его уже много раз нарушил, но на то было уважительная причина, — он похоже не понял всю суть моего вопроса. Ну и ладно. Чон осторожно взял мою руку в свою и нежно погладил её большим пальцем. — Ладно, — произнесла устало я. Как только я упала обратно на кровать, то почувствовала сонливость с новой силой. —Спи, — нежно добавил он. Я закрыла глаза и быстро заснула, держась с ним за руки. Как же я скучала по всем его прикосновениям, которые на первый взгляд ничего не значат, но заменяют тысячу слов.

* * *

Я провалялась на кровати кучу времени и преимущественно всё время спала. После того, как я выпила те таблетки, которые нашёл Чонгук, мне и вправду полегчало, но лёгкое недомогание оставалось, а в больницу идти нет никакого желания. Я в очередной раз проснулась, но в этот раз от того, что кто-то позвонил в дверь. Я еле поднялась с кровати и спустилась вниз, чтобы открыть дверь или хотя бы узнать, кого сюда ветром занесло. Открыв дверь, у меня появилось резкое желание её обратно закрыть, что, собственно, я и попыталась сделать. Ключевое слово «попыталась». — Мы можем поговорить? — раздался голос Джина, когда дверь была почти закрыта, но он ловко остановил её своей рукой. Я промолчала. Парень раздражённо вздохнул и зашёл внутрь. — Я, конечно, понимаю, что раньше мы проводили в этом доме уйму времени, но сейчас тебе здесь особо не рады, — проговорила я и закрыла дверь. Всё равно мне не выпихнуть его от сюда. — Я хотел извиниться, — произнёс он виновато. Я пошла в гостиную, где уже находился парень. — С чего это вдруг? — может быть, я веду себя грубо, но во мне включился режим «Снежной королевы». — Я и вправду не хотел, чтобы так всё произошло, — Джин виновато опустил глаза. — Я был не сдержан… — И на что ты всё свалишь? — перебила я его, и парень непонимающе взглянул на меня. — Тэхёна всё сваливает на то, что он был пьян. А ты на что? — Тэхён что-то делал с тобой? — сказал он обеспокоенно. — После того, как Чонгук рассказал мне об этом, я и вправду вижу это. Вы просто пользуетесь моей амнезией. — Извини, — Джин и вправду очень искренен, что мне аж стало его жалко. — Но я почти не пользуюсь этим, — я вопросительно подняла брови. — Если бы её не было, то ты бы винила во всём меня. Как же меня это всё раздражает! Почему все говорят, что знают меня лучше, чем я сама? Я же знаю свою непредсказуемость и могла бы поступить совершенно по-другому. — Но я поступаю так, потому что и вправду люблю тебя, — продолжил он и внутри меня как будто всё перевернулось. Что бы парни не делали, целовали или обнимали, я ни разу от них не слышала этих слов. Только Ынбэль сотни раз повторяла, что они любят меня и тому подобное. — Целовал?! — Нет. Прошу прощения, — он замялся. — Я, как понимаю, шансов у меня нет, но терять тебя я тоже не хочу. — Ты сдаёшься? — всё, что сейчас я услышала, кажется мне неким обманом. — Нет, но отступаю. Я не готов идти на такие жертвы, чтобы потерять тебя насовсем, — Джин сделал пару шагов в моём направлении. Я попыталась назад. Я уже отвыкла от компании парней и начала их избегать, ведь они могут вытворить непонятно что. — Похоже, мы и так доставили тебе неудобства. — И что же ты собрался делать? — Я буду пытаться помочь тебе, ведь ты мне как младшая сестрёнка, — парень мило улыбнулся. Видимо он вспомнил, как раньше мы с ним проводили время. — Только не проси у меня помощи в выборе между ними. Я не хочу наступить на одни и те же грабли.

* * *

— Какая же ты соня… — услышала я сквозь сон знакомое бурчание подруги. Да, как я проводила Джина, то снова легла спать, ведь сон это лучше лекарство. — Ты уже приехала? — пробурчала я ей в ответ, и тут же Ынбэль оказалась около меня на кровати. —Ага. Как себя чувствуешь, Ран? — она положила ладонь мне на лоб и после облегчённо вздохнула. Видимо температура спала. — Уставшей. — Ты всё время валялась в кровати. Как ты устать могла? — Простуда — это гражданская война в организме. Вот и устала. — Что ты городишь? — засмеялась она. — Пойдём на кухню. Я приготовила тебе бульон. Ынбэль встала с кровати и пулей вылетела, вероятно, на кухню, чтобы подогреть бульон и подать его мне. Лениво повозившись в постели, я всё-таки решила встать, когда из кухни начали доноситься бешеные стуки по стеклу. Спустившись, я плюхнулась на стул, и Бэль поставила передо мной тарелку с этим бульоном, от которого шёл пар, как будто его только приготовили. — Сколько сейчас времени? — произнесла я, дожидаясь своих приборов. — Где то пол одиннадцатого, — сразу ответила она и протянула мне ложку. — Ты провалялась почти целый день. — Да? — она кивнула головой. — Будет понятно, если ты не будешь спать всю ночь. — Ага. Чтобы завтра на работе спать на ходу? Нет, спасибо. — Ты собралась завтра на работу? — Бэль села напротив меня с кружечкой зелёного чая. — Да. Не валяться же мне дома. Тем более мне уже лучше, — сказала я и начала гонять ложкой масло в бульоне. — Какая же ты упёртая, — девушка отпила свой чай и поставила на стол. — Такое с тобой случается впервые? — Ты про температуру? — она кивнула. — Вроде нет. Но это быстро проходит. На следующий день я свеж как огурчик, — ответила я, вспоминая все подобные случаи. — Тогда стоит обратиться в больницу, если это повторяется, — я фыркнула. — Ран, медицинская помощь у нас развита лучше, чем в России. Ты же знаешь. — Но в лекарствах простой народ лучше всё равно разбирается у нас. — Какая же ты есть, — буркнула она. — Ешь давай. А то остынет. Съев одну ложку, я замерла. Не только запах и цвет, но и вкус почти тот же… Я подняла глаза на Ынбэль, которая пристально на меня смотрела в ожидании реакции: — Похоже, да? Я очень старалась повторить его вкус, — сказала Бэль, когда осознала, что я вспомнила его. — Он почти идентичен, — еле проговорила я с комом в горле от нахлынувших воспоминаний. — И всё же твоя мама делала его по-другому. До сих пор вспоминаю этот аромат, когда у тебя была простуда, и она нас усадила вместе есть. — Когда она заставила тебя есть со мной за компанию?  — Да-да! — мы вместе тихо рассмеялись. — Это было немного странно тогда для меня, но потом я привыкла приходить к вам и вместе обедать. — Иногда было такое ощущение, что ты приходила только ради еды. — Да нет, — отмахнулась она и снова засмеялась. — Хотя где можно было ещё отведать домашней русской еды? — В тематических кафе, — ответила я и съела ещё одну ложку. — Еда, приготовленная твоей мамой, не сравниться с едой из тех забегаловок. — Ты просто не представляешь, как готовит моя бабушка, — хмыкнула я и задумалась. — Которая из России? Я шикарно знаю, что бабушки готовят в сто раз вкуснее и так бы хотела попробовать, как она готовит… — грустно проныла она. — Как она, кстати? — Не знаю, — тихо ответила я. Бабушка и дедушка одни из первых, кто помогли мне, когда умерла мама. Они всегда были рядом, даже не смотря на немного расистский настрой дедушки на счёт того, что мой отец кореец и что мы «довольно часто» летаем в Корею. Но любимым девочкам не откажешь. Он был единственный против, когда я сказала, что переезжаю в другую страну, но благодаря бабушке всё таки согласился меня отпустить под условием, что буду периодически напоминать им о себе. И я сейчас себя чувствую так погано, ведь прошёл почти год и я им ни разу не позвонила. — Хочешь им позвонить? — почти промурчала довольная Ынбэль увидев мой задумчивый вид. — Читаешь мысли, — хмыкнула я. — У них как раз должен быть вечер. — Тогда сейчас принесу твой телефон, — она почти выпрыгнула из-за стола. — И ешь давай. А то это превратиться в холодную невкусную жижу.  Бэль помнит даже такие мелочи. Это говорила мне мама, когда я была маленькая и не хотела кушать или же забалтывалась и просто забывала про еду. Только сейчас я понимаю, насколько это были тёплые моменты…  Ынбэль вернулась так же быстро, как и исчезла, с моим телефоном в руках. Взяв его и разблокировав, я вновь проигнорировала все сообщения от парней, которые были просто в огромном количестве, и набрала бабушке. — Обожаю слушать русскую речь, — сказала тихо подруга, уже усевшись поудобнее на стуле и попивая чаёк, когда я поднесла телефон к уху. — Ало, бабуль? Это твоя внучка из Кореи звонит, — произнесла я, когда услышала знакомый голос на той стороне. — Ааа, Соня! Наконец-то ты позвонила. А мы тут с дедом уже переживать начали. Я замерла. Почему сейчас она назвала совершенно другим именем? Может она перепутала меня с кем то? — Ой, никак не могу привыкнуть к тому, что ты сменила имя. Прости старушку, дорогая, — продолжила она. — Русские имя лучше, чем какое-то корейское! — услышала я крики дедушки. — Ну, ты же знаешь, что она поменяла его, только ради того, чтобы жить в Корее. Так что не бухти, — обратилась она к нему. Всё это время я пребывала в небольшом шоке.  — Я сейчас не вовремя позвонила? — отшутилась я, пытаясь скрыть нотки непонимания в голосе. — Нет, дорогая. Ты как никто знаешь, как дед любит бухтеть на эту тему, так что не переживай и рассказывай нам всё. Хоть моё внутреннее напряжение постепенно пропало по развитию разговора, но я всё равно пребывала экстазе от этого. Я рассказала им обо всё поверхностно, обходя некоторые моменты, а именно, что случилось со мной, Чонгуком, Джином и Тэхёном. Вряд ли бы они спокойно отреагировали на это, в отличие от той же Бэль. Они бы упрекали меня и их за всё это. Такие они уж меня. Но я была всё равно рада, что позвонила им. И они тоже. Я как будто снова побывала у них дома. — Что они сказали в самом начале, что ты аж глаза вылупила? — сказала Ынбэль, как только я положила трубку. — Они назвали меня Соней, — ответила я и задумалась. — А ты и это забыла? — удивлённо воскликнула она. — Странно. — Согласна. Ты могла бы мне об этом рассказать? — Что? — завопила она. — Ран, мы же договорились, что я буду только помогать вспоминать, а не рассказывать их тебе. — Мы договорились про воспоминания из того лета, — наотрез сказала я. — А это, как я понимаю, было раньше этого и вообще с этим не связанно, — девушка задумалась. — Как я могла забыть, что сменила имя? — спросила я сама себя. — Наверное, потому, что ты привыкла, что тебя называют Миран уже довольно долго. И, возможно, амнезия так повлияла.  — Возможно, — кивнула я. — Так ты расскажешь? — Ладно-ладно. Ты же от меня не отстанешь, — вздохнула Бэль. Я победно улыбнулась. — Тебя звали София до тех пор, когда ты не стала совершеннолетней. — Я была София Кан? — тихо перебрал я её. — Угу. По мне так красивое сочетание. Так вот. Как только тебе исполнилось девятнадцать, ты поменяла имя то, которое сейчас имеешь. — Или в восемнадцать по русским меркам, — объясняла я попутно себе. — Или так, — подтвердила она. — Нам с Сокджином было так не привычно назвать тебя Миран, когда ты только написала нам об этом. Но мы быстро адаптировались, так как имя было корейское, хотя мы с детства называли тебя Соня.  — А почему поменяла имя, я не говорила? — спросила я после небольшой паузы. — Особо не помню, — вздохнула подруга и начала рыться в своей памяти. — Наверное, из-за того, что собиралась жить в Корее. Я помню, ты хотела поступить в корейский университет, но матушка переубедила тебя на русский.  — Вот значит как… — хмыкнула я и откинулась на спинку стула. — Офигеть. Меня звали Соня.