Железный Дровосек

Где-то средь кирпичных перекрашенных домов, Перестроенных прилично и закрытых на засов, Ты бесследно бродишь летом, изнывая от жары, Ожидая свежих ветров у мелькающей толпы. Головы — то банки опустевшие, разбитые, То рамки, то картины все в разводах неотмытых, То нелепые белила, штукатурка, мертвый камень… Только трещина любила их холодными руками. Но однажды, где-то в полдень по часам слепой надежды, Ненадолго равнодушие окажется в разъезде. Под серебряным туманом ты увидишь тех людей, Что ранимо, без обмана, вместо черепа и шей Носят на себе сады. Смотри, любуйся, даже рви! Средь них невыросшие дети, что не видели могил. Пока дожди не стали снегом, кто теплицей бы укрыл? Ведь правда: так чисты и живы те бутоны на стеблях? Душа — сплошь чистый лист… А что же горести и страх? Их фиалки распустились, на суде представ метелям. Тот прекрасен, кто сквозь льдины нес весенние капели. Не залил всю почву спиртом, не сорвал кровавых роз. Чей-то сад недавно горцем и крапивою зарос… Бессердечный Дровосек, пора откручивать шурупы И в садах своих железных соловьев живых послушать. А когда зимой проснешься, не забудь полить цветы — Это с чистыми слезами вновь фиалки проросли.