Дружить можно даже с монстром

      К сожалению, волшебство не всегда действует так, как ты того пожелаешь.

Магия не даётся даром. За неё нужно платить. И чаще всего — кровью.

***

      «Великое зло вышло из недр»       «Бессмертный монстр…»       Запах запекшейся крови беспокоит нос. Кровь. Лишь кровь и тьма. Вокруг так пусто и темно. Так успокаивающе, так приятно. Тьма окутывает как тёплый плед. Звонкая и красивая мелодия раздаётся в округе. Услада для ушей, такая манящая и непонятная. Позади виднеются два желтых огня, таких холодных, злобных…       А впереди лишь тёмный силуэт протягивающий руку. Здесь нет другого выхода. Третьего не дано — либо одно, либо другое. Злобный оскал с мерцающими, словно два алмаза, глазами, преследует вместе с пустотой. Либо ты отдаёшься тьме. Или же поддаешься страху. Темнота, что вокруг, туманит разум, неясно — то ли ты в бесконечной тьме, окутывающей оставшийся Мир, то ли ты в тюрьме подсознания, что чернее ночи.       «…был проклят навеки…»       Темнота, такая сладкая, будто мёд, будто обещает тебе что-то. Обещает безопасность и силу, окутывает, безмятежно накрывает, словно волной. И остаётся лишь протянуть свою ладонь в ответ.       «…темнейшим заклятием Мун Неустрашимой.»       «Ну здравствуй, Мун»       Лишь громкое рычание, будто толкает ото сна, пробуждает её.

Мун

      — Мун! Мун! — холодные руки крепко сжимают плечи. — Что с тобой? — знакомый голос вновь возвращает рассудок, а уверенные, желтые глаза, чём-то напоминающие те, что были во сне, смотрят с тревогой.       — Все… в порядке. Просто сон.       — Ты вся дрожишь, моя королева, — уверенный, монотонный голос, с каплей любви пробуждает ее.       — Ты не спал?       — Почти. Но это неважно.       Ложась обратно спать, ящер «пленил» свою жену прохладными объятиями, от которых королева неестественно отстраняется. Со странным, страшным и до жути знакомым голосом, что отдаётся эхом в голове, королева Мун вдруг осознала, что боится собственного мужа…

***

      Уже к началу дня королева не стала придавать огромное значение ее сегодняшнему сновидению, может, наконец, осознание и разум пришли после ночного кошмара. Но королева прекрасно знает, что такие сны не могут сниться просто так, не в ее случае. За невозмутимым, как всегда, лицом Мун старалась скрывать все то, что происходило в душе. Скрывала ото всех, включая мужа…

***

      Какой бы силой ты ни обладал, время избежать не удастся, никогда.       Заклятье действовало до определённого времени, до той точки, когда и было создано заклинание. Остался лишь год, один год до того, как кое-кто сломает пространственно-временной барьер. Будет война. Снова. Но есть ещё время, пока вся истинна не вернётся к разуму всего Мьюни. Есть ещё время. И нужно подготовиться. Барьер уже понемногу начинает рушиться, и это стало понятно по «ночному кошмару» Мун. С каждым днём он будет слабеть, а значит, и воспоминания будут возвращаться ко всем, в частности к Мун…       Заперевшись в своей «тайной комнате», Тоффи готовил отвар забвения для любимой.       Мун всячески старалась избегать короля, при этом не подавая виду. Ей нужно было разобраться в этом всем, либо пойти и поговорить с Тоффи, она для себя ещё не решила.       Неудивительно, что она встретила его в библиотеке с дочерью. Ящер что-то внимательно объяснял принцессе. Обеспокоенная целый день Мун нацепила на себя улыбку. Стар уже давно для себя уяснила, что иногда родителей стоит оставлять наедине для их «королевских дел», перенесённых в спальню. Как можно галантнее и вежливей, Стар удалилась из библиотеки.       — Дорогая? — с некоторой харизмой начал ящер, но что-то в его голосе сейчас казалось Мун чертовски подозрительным.       — Тебе не кажется что ты стал более погружённым в королевские дела? Куда-то уходишь по ночам…       — Ты хочешь этим что-то сказать?       — Ты меня любишь? — барьер. Она начинает что-то вспоминать.       — Мун, — начал ящер, медленно подходя к ней, — разве я могу разлюбить мою Луну Жизни? — он старается как можно нежнее погладить ее по щеке, чтобы она не сомневалась в его словах.       — Поцелуй меня.       «Что? Неужели она знает?»       Ящер не стал медлить с исполнением ее просьбы. Они сплелись в страстном поцелуе, как можно углубляя его. Тоффи прижал свою королеву к стене, чуть поодаль книжной полки. Мун искала какого-то подвоха, или хоть что-то похожее на него. Она чуть прикусила его нежную губу, тут же ощущая его холодную струйку крови у себя во рту. Чего она пытается добиться? Возбудить его? Перехитрить, а затем пырнуть его ножом? Все происходит немного раньше, чем ящер ожидал. Оставляя на стене когтями неглубокие царапины, он даже не отстранился от поцелуя, в котором королева пыталась что-то выяснить.       Уже выходя из библиотеки, королева увидела Стар возле дверей.       «Спалилась», — подумала та, уже ожидая наказания за то, что подглядывала или подслушивала непристойную ситуацию. Но заметив странный взгляд матери, Стар уже решила, что что-то не так.       Ящер стоял напротив двери, до сих пор размышляя о поступке Мун. На роскошный ковёр капнула последняя капля его тёмной крови, прежде чем ранка оставленная Мун не регенерировала.

***

      В «тайном» кабинете сейчас все вдребезги летело на пол из-за гневного «всплеска» короля. Этот чертов отвар будет готов совсем нескоро. Грозная буря сейчас бушевала как и в голове ящера, так и в его тёмной душе, или в ее остатках. У него нет времени ждать, пока этот отвар будет готов. Мун сейчас лишь стоит заснуть, чтобы все вспомнить. Готовясь разорвать в клочья очередную полку, ящер вдруг понял, что его «осенило».

«Если нельзя больше ждать, используем самый лучший ингредиент»

Кровь

      Глубокий порез, и тёмная кровь уже хлещет, как водопад, прямо в бурлящие колбы с цветной жидкостью.

***

      На Мьюни редко бывают дожди.       На небе либо светит изящно противное яркое солнце, либо величественная луна, несущая всем прекрасные сны. Всем, кроме одной. Блуждающая во снах, словно в тумане, королева пыталась найти ответы. Весь день, с самого утра, Мун тревожили мысли по поводу ее мужа. Так ли счастливо им живётся вместе, или же это лишь иллюзия, обман.       Одни лишь странные нарезки непонятных моментов ударяли в голову Мун.       — И поэтому мы считаем, что фермеры должны получать больше жалованья за работу, — очередной староста какой-нибудь фермерской деревеньки воспользовался моментом пожаловаться королеве на свою никчёмную жизнь. Через силу и поддельную королевскую улыбку Мун преодолевала свой сон. Но это никак не помешало ложным видениям проникнуть в ее голову.

***

      Почти пустая местность, если не считать горы трупов. Здесь была война. Мун знает наизусть все войны, что произошли на Мьюни, эту же она видела впервые. Но весь этот ужасающий фон меркнет под двумя тёмными силуэтами. Они словно отделены от всей этой кровавой картины. Две тени, два силуэта, которые можно лишь с трудом как-то разобрать. Одна из теней явно женская, это видно по длинным вьющимся волосам и стройной фигуре, в ее руке был какой-то предмет. Вторая же тень вселяла ужас и страх, ещё будучи даже не видной во всей своей «красе», точно принадлежала монстру. Мощное тело с длинным хвостом летело вниз в пропасть, огромная пасть с острыми, как острия, клыками словно выкрикивала что-то.       «…темнейшим заклятием Мун Неустрашимой»

Но все это мелькнуло лишь на доли секунд.

***

      — Моя королева?       — Ваше высочество, с вами все в порядке?       — Мун! — знакомый голос привёл в чувства, заставил очнуться.       Мун осмотрелась. Все присутствующие в зале были обеспокоены состоянием Королевы, слуги стояли в неком ужасе и страхе, когда ящер в свою очередь смотрел на жену вопросительным взглядом, но после продолжил:       — Если вы считаете, что ваша работа стоит того, то оправдайте себя, чтобы ранее высказанные условия были выполнены. А сейчас вы лишь украли королевское время. Вон! — устрашающе властным голосом говорил король. Следуя его же приказу, фермера сразу выгнали из зала.       — Все вон. Можете оставить нас наедине! — все подданные сразу убрались. — Ты как?       — Все в порядке.       — А мне кажется, вся прислуга будет готова ответить за тебя «нет».       — Просто головные боли. Не воспринимай всерьез.       — Это как-то связанно с твоим ночным кошмаром или тем, что было в библиотеке? — обеспокоено спрашивал ящер.       — Возможно. А сейчас прости, мне нужно удалиться, — недоверчивым тоном отвечала Мун. Только она встала с трона и направилась к выходу, как сильная рука ящера схватила ее.       — Мун, — уже как-то угрожающе говорил Тоффи. — Тебе не кажется это странным?       Его зрачки сузились. Он будто смотрел ей прямо в душу. Но королева невозмутима, как всегда, даже если она боится собственного мужа.       — «Он что-то подозревает», — промелькнуло у неё в голове.       — Нет.       Силуэт монстра, ранее мелькавший в голове Мун, в точности совпадал с ящером.

***

      За огромным, распахнутым настежь окном моросил слабый дождь. Это приносило маленькую радость Тоффи. На этой планете ныне всегда одно солнце. Ещё во время правления первых монстров здесь были прекрасные дожди.       Ждать уже было просто нельзя. Либо Мун все поймёт к утру, либо придётся рискнуть.       Тоффи, как всегда, все прекрасно рассчитал. От королевской спальни сейчас просто веяло романтикой. Спальное белье из атласа темно-синего цвета было заменено нежно-алым и чёрным бархатом. Не остались без изменений и шторы, висящие над кроватью. Возможно, это все и выглядело немного подозрительно, но уже неважно. Ждать нельзя. Мун вполне нормально отреагировала на подобное изменение спальни. Как только она отошла в ванную комнату, Тоффи принёс сверкающий серебряный поднос с двумя кубками и вином. Стоило королеве выйти из ванной комнаты, как она наблюдала эту картину. Тоффи, уже облачённый в одну полу-расстегнутую рубашку, разливал вино по кубкам. Его можно подозревать сколько угодно, называть мерзавцем и злодеем, но выглядит он сейчас чертовски завораживающе. Даже хваленые стойкость и воля королевы Мун летят вниз в пропасть рядом с привлекательным ящером.       — Сегодня был трудный день, — начал ящер.       Мун, одетая в белую кружевную ночную сорочку, с лёгким подозрением в глазах присела на кровать. Меж тем Тоффи продолжал диалог.       — Я считаю, то, что было сегодня между нами, должно быть забыто, — на последнем слове ящер слегка ухмыльнулся и коснулся рукой до нижней губы.       — Возможно, ты в чём-то прав, — с этими словами Мун потянулась за кубком с вином.       — Стой! — ящер сразу же остановил ее и отдал другой кубок. — Я добавил тебе слабо-действующее снотворное. Настойка. Успокаивает. Я думаю после сегодняшнего она тебе пригодится… — теперь же Мун все предельно ясно.       Тоффи повернулся лицом к окну так, что мелкие капли дождя будто слегка касались его лица. Пока ящер что-то говорил, глядя в окно, Мун сразу же поменяла кубки и, чтобы не вызывать подозрений, легла, выставив локоть и облокотившись на ладонь. Поднеся кубок к носу, она вдохнула пьянящий аромат содержимого.       — Прекрасное вино.       — Несомненно.       Тоффи первым испил из «подозрительного» кубка и присел на кровать. Чтобы не выглядеть странно, Мун, чуть погодя сделала глоток.       Он лежал на кровати и наслаждался запахом ее шеи, не останавливаясь на одном деле. А злосчастная рубашка, что так прекрасно сидела на нем, уже валялась где-то там, на полу. Идеальный голый торс предстал перед глазами Мун, ее волосы так непослушно лежали на кровати, но это не помешало ей выглядеть привлекательно в глазах Тоффи. Грубыми, но приятными движениями они касались друг друга. Но даже с ними не улетучилось былое подозрение Мун.       Уже в сидячем положении, они смотрели друг другу в глаза. Ящер лишь странно ухмылялся, поглаживая лицо Мун, которая в тот момент находилась в эйфории чувств и эмоций.       Резкая головная боль, и вот королева лежит чуть скорчившись в лице.       — Я не хотел прибегать к таким действиям. Но ты вынудила меня, — тело ящера нависло над Мун. — Я мог бы свернуть твою нежную грациозную шейку в любую ночь, пока ты спишь. Но чувства, что я питаю к тебе не позволяют этого сделать. Мы же не хотим, чтобы планы испортились? — королева в пытках пыталась что-то предпринять, но все тщетно. — Ты так ничему и не научилась.       Ящер впился в губы своей возлюбленной, не отпуская ее, даже если она уже и лишилась сил и чувств. Ящер жадно целовал ее, как истинный потомок древних драконов, которые славились своей жадностью и алчностью, он будто защищал своё сокровище, так кровожадно и ненасытно.       Миг.       И Мун уже погрузилась в сон.       А былые подозрения и странные воспоминания словно закрасили белой краской.       Все идёт по плану.