Пять шиноби в одном маге

      Наступало Рождество. За окном шел снег, Хагрид, матерясь, таскал пихты, а щель в комнате так и не заделали, поэтому Гарри постоянно пил бодроперцовое зелье, от которого у него шел дым из ушей, из-за чего он и его соседи вполне могли заснуть и не проснуться — благо, вышеупомянутая щель хорошо проветривала помещение. Холодно было не только в комнатах Хаффлпаффа, но и в коридорах и классах Хогвартса, из-за чего Молочко постоянно примерзал языком к косе, которую он все время зачем-то облизывал. Особенно холодно было в кабинете зельеварения, так как он находился в подземелье. Ученики, напрочь забыв о мерах безопасности во время готовки зелий, жались к бурлящим котлам, брызги из которых отправили Невилла Лонгботтома в госпиталь и сожгли брови Рона. Впрочем, он не растерялся и одолжил брови у своего старшего брата, Перси Уизли.       В последний день перед каникулами Гарри и Рон в основном балду пинали, предвкушая ленивые теплые дни перед камином с заботливыми эльфами. Но судьба, будто услышав их намерения, подослала им Гермиону Грейнджер.       — Мальчики, есть дело, — позвала их патлатая.       — Привет, Гермиона, — натянуто улыбаясь, поздоровался Уизли.       — Что за дело? — сразу же поинтересовался очкарик.       — Вы же ведь остаетесь в Хогвартсе на каникулах?       — Ну да.       — Мне нужно, чтобы вы узнали, кто такой Николас Фламель, пока я буду у родителей на каникулах.       — Николас Фламель… — почесав затылок, протянул рыжий. — А зачем тебе?       — Понимаете, — сразу же посерьезнела Гермиона, — на третьем этаже, в запретном коридоре что-то спрятано. И это «что-то» связано с Николасом Фламелем.       — Что-то я ни фига не врубаюсь, — прикрыв глаза, Поттер взлохматил волосы. — Зачем тебе это?       — То, что там спрятано, хочет кто-то украсть. Возможно, это какой-то великий артефакт, и если он попадет не в те руки… — не договорив, Грейнджер опустила глаза.       — А какая разница, что там? — приподнял бровь Рон. — Если там что-то важное, туда наверняка поставили какую-нибудь охрану. Сигнализацию хотя бы.       — Если мы узнаем, что там спрятано, возможно, мы узнаем, кто хочет это украсть, — прикусив нижнюю губу, объяснилась патлатая.       — Если там и впрямь что-то ценное, то подозреваемых у нас будет много, ведь… — не договорив, Поттер осекся. — Впрочем, может быть ты права. Мы с Роном поищем что-нибудь по Николасу Фламелю.       — Спасибо вам! Ну, тогда я пошла собираться. До следующего семестра! — улыбнувшись на прощанье, Гермиона побежала в свою башню.       — Отлично. Она на тебя еще и свои проблемы скидывает, — недовольно протянул Уизли, проводив патлатую взглядом.       — А ты что, не собираешься мне помогать?       — А ты что, собираешься ей помочь? — вопросом на вопрос ответил рыжий.       — Ну да. Тем более мы оба ей должны.       — Чего? — недоуменно спросил Рон.       — Когда я пришел в себя после удара бладжера и столкновения с землей, ты дал мне списать эссе, которое списал у Гермионы. Можно сказать, она дала нам обоим списать свою работу.       — Ты серьезно? Она просто дала списать нам эссе, которое тебе даже не понадобилось, потому что ты не пришел на урок, а мы взамен должны перерыть всю библиотеку?!       — Относись к этому так, будто она попросила нас помочь ей с домашкой, — улыбнулся Гарри, явно пытаясь задобрить друга. Увидев, что тот снова хочет возмутиться, Поттер сразу же задал вопрос:— И вообще, почему она тебе так не нравится? Потому что она заучка?       Осекшись, Рон замолчал на несколько секунд, а после ответил:       — Нет, она мне не нравится не потому что заучка. Я сам не знаю, почему она мне не нравится. Возможно, это интуиция, а может быть во мне живут два разных человека, один из которых очень не любит патлатую. Сам не знаю, — сгорбившись, Рон вздохнул. — Ладно, я тебе помогу и отдам должок Грейнджер.       — Ну и хорошо. А теперь пошли в гостиную, здесь холодно.       — Ага.       И они пошли, всю дорогу промолчав. Рон пытался разобраться в своих чувствах к Гермионе, а Гарри гадал, насколько ценным может быть артефакт, который спрятан на третьем этаже.

***

      Наконец наступили рождественские каникулы. Хоть парни и пообещали Гермионе помочь найти информацию, их планы не особо изменились: Гарри и Рон сидели в мягких креслах у пылающего камина, обложившись вкусняшками от эльфов. Единственное отличие от первоначального плана заключалось в том, что они иногда лениво перелистывали книжки с известными артефакторами. И так продолжалось до самого Рождества.       Проснувшись, Гарри первым делом заметил свертки и коробочки у своей кровати.       — Доброе утро, — зевнув, произнес Рон. Он уже встал и распаковывал свои подарки.       — Доброе, — отозвался шрамоголовый, накидывая халат.       Временно забив на гигиенические процедуры, Поттер начал распаковывать подарки. Флейта — от Хагрида, монетка — от Дурслей (кто бы сомневался, хотя Какузу это немножко развеселило), фирменный изумрудный свитер Уизли, который он сразу же надел, и разные сладости — от тети Молли, глиняная фигурка Гарри — от близнецов, драконий клык на цепочке, который он тоже надел, — от Чарли, магический кошель — от Билла, ежедневник — от Перси, шоколадные лягушки, которые он отдал, как и все сладости, Рону — от Гермионы, и ртуть, принявшая форму мантии — от незнакомца, который оставил записку.       — Рон, что это? — взяв в руки серебристо-серую ткань, спросил шрамоголовый.       Рон ответил не сразу. Вначале он смотрел на подарок Гарри с каменным лицом, а потом мышцы его лица со скоростью ленивца начали образовывать гримасу удивления.       — Это же мантия-невидимка! — медленно воскликнул Уизли.       — Сейчас проверим.       Накинув на себя сие одеяние, Гарри подошел к зеркалу — но, если верить тому, подошла лишь парящая голова.       — И правда, мантия-невидимка! — радостно произнес Гарри, кружась у зеркала.       — Гарри, а что написано в записке? — поднял бумажку рыжий.       — Не знаю. Прочитай, пожалуйста.       — «Незадолго до своей смерти твой отец оставил эту вещь мне. Пришло время вернуть ее его сыну. Используй ее с умом. Желаю тебе очень счастливого Рождества», — прочитав, Рон замолк.       — Так это мантия отца? — тихо спросил сам себя Поттер, внимательно разглядывая мантию.       — Ну, наверное, хорошо, что тебе ее все же вернули, да? — чеша затылок, попытался поддержать друга Уизли.       — Да… наверное. Дай мне записку.       — Э-э-э, ну ладно, на.       — Это почерк Дамблдора, — вынес вердикт очкарик, внимательно изучив строчки.       — Как ты узнал? — ошарашенно спросил рыжий.       — Неважно, — отмахнулся Гарри. Не говорить же ему, что Какузу заставил его скопировать почерк директора для темных делишек. — Лучше пойдем завтракать.       — Как скажешь, — пожал плечами Рон.

***

      На ужин эльфы славно постарались, наготовив кучу вкусной еды на рождественский пир. Наевшись до отвала, Гарри и Рон немного посидели в Большом зале, веселясь с остальными, а после пошли спать.       На следующий день они вместе с другими Уизли и несколькими другими студентами устроили яростную снежную перестрелку, в которой Перси не раз был погребен под общей бомбардировкой. Вернувшись в гостиную с теплым камином, Гарри и Рон уселись за шахматы, и Гарри дал поиграть своим тараканам. Наруто проиграл за два хода, Дейдара за пять, Хидан, учась на чужих ошибках, проиграл за шесть ходов. Какузу получил пат, а Джирайя добился ничьи. Впрочем, ни один из них не признал свое поражение, вместо этого они винили Гарри, который им постоянно давал советы.       Наконец, сытые и довольные, друзья пошли спать. Но на эту ночь у Гарри были другие планы. Дождавшись, когда Рон уснет, Поттер вылез из-под одеяла и достал из сундука мантию-невидимку. Он решил ее опробовать. Но куда в ней идти?       — Найди Николаса Фламеля, Гарри… — прошептал Какузу, аки шизофрения. — Узнай цену артефакта…       — Хорошо, Какузу, я тебя понял, — предвкушающе улыбнувшись, очкарик с грациозностью ниндзя пошлепал в сторону библиотеки. А именно Особой секции.

***

      Гарри бежал. Очень быстро бежал. Забив на конспирацию, придерживая мантию одними зубами, Гарри бежал от Снейпа и Филча. Ну кто знал, что та чертова книга заорет, аки портрет Полной Дамы?! Он пытался ее заткнуть, выпотрошив, но услышав, что кто-то идет, а именно Снейп и Филч, дал стрекача на огромной скорости — такой, что Рон, бегущий в туалет, обзавидуется.       Решив, что пробежал достаточно, Гарри зашел в первую попавшуюся дверь. Стараясь дышать как можно тише, он вслушивался в тишину, пытаясь определить местоположение двух мужчин, которые что-то делали ночью в темном коридоре, освещенном одной лишь луной (интересно, что именно?). Определив, что погони нет, Поттер осмотрел комнату. Обычный заброшенный класс, каких в Хогвартсе из-за маленького количества учеников довольно много, но он разительно отличался от других классов тем, что посередине кабинета расположилось зеркало. Высотой до потолка, в золотой раме, оно казалось чужеродным в этом помещении. На верхней части рамы была выгравирована надпись: «Еиналежеечяр огеома сеш авон оциле шавеню авыза копя». Осматривая зеркало, Гарри посмотрел на своё отражение и очень удивился, ведь оно не отражало действительность. В нем были «тараканы», семейство Уизли, где-то в небе летал Дамблдор на бороде-вертолете, осыпая всех лимонными дольками. В центре стоял сам Гарри, а рядом… его родители. Он узнал их сразу же — их колдографии ему дал Хагрид еще лет в восемь. Но там они улыбались друг другу и танцевали, а тут… они махали и улыбались ему. Гарри прикоснулся к зеркалу, пытаясь дотронуться до мамы, но его прервал крик:       — Что здесь происходит, даттебае?! Я просто отошел в туалет, а они уже к зеркалу приклеились!       Немного визгливый голос Наруто мгновенно снял наваждение с Гарри и с остальных «тараканов», которые тоже залипли в это зеркало.       — Это зеркало… Я видел в нем будущее! Я видел, как Джашин-сама и Маяковский-сама хвалят меня! Пиздюк, ты меня прервал! — Хидан яростно посмотрел на Наруто.       — Я видел, как Данна, старик и другие признают мое искусство… — все еще ловя кайф от увиденного, проговорил Дейдара.       — Я купался в деньгах, а рядом валялся труп Хидана, — безэмоционально сказал Какузу, но блестящие глаза выдавали его с потрохами.       — Сисечки, сисечки, сисечки… — даже не оторвавшись от зеркала, бормотал Джирайя, обливая пол кровью из носа.       — Я видел своих родителей… — тихо проговорил Гарри.       На эти слова все «тараканы» обратили внимание, даже Джирайя оторвался от созерцания прекрасного.       — Гарри, идем отсюда, — вмиг посерьезнел жабий сеннин.       — Но…       — Живо, Гарри!       — Хорошо…

***

      Гарри ничего не рассказал Рону на следующее утро, впрочем, рыжий и не спрашивал, видя странную грусть на лице друга и нежелание отвечать. Поттер хотел еще сходить в комнату с зеркалом, но извращенец запретил ему, и остальные его поддержали, даже Наруто, который тоже был не прочь увидеть своих родителей.       Гарри никак не мог забыть об этом зеркале и каждую ночь смотрел на сундук, в котором покоилась мантия-невидимка. Спустя неделю его неожиданно позвал к себе Дамблдор.       — Вы что-то хотели, профессор? — поинтересовался шрамоголовый с каменным лицом.       — Мальчик мой, ты знаешь что-нибудь о зеркале Еиналеж? — вопросом на вопрос ответил директор.       — Зеркало Еиналеж? Да нет, вроде бы… — Гарри был сбит с толку.       — Оно показывает наши самые сокровенные, самые отчаянные желания… ничего не напоминает?       — Так вы знали… — нахмурился Поттер.       — Да, знал. И я очень рад, что ты смог себя преодолеть и не пошел туда снова, — Дамблдор добро улыбнулся, вновь сбив с толку мальчишку, ожидавшего наказания. — Это зеркало показывает наши желания. Однако зеркало не дает нам ни знаний, ни правды. Многие люди, стоя перед зеркалом, ломали свою жизнь. Одни из-за того, что были зачарованы увиденным. Другие сходили с ума оттого, что не могли понять, сбудется ли то, что предсказало им зеркало, гарантировано им это будущее или оно просто возможно.       Директор ненадолго замолчал, дав Гарри подумать над его словами.       — Завтра это зеркало перенесут в другое помещение…       — Ясно. Пожалуйста, не говорите мне, где оно будет находиться, — перебил очкарик Дамблдора.       — Я и не собирался, — весело хмыкнул старик. — Можешь идти.       — Профессор, можно задать вам вопрос?       — Хоть ты его уже и задал, можешь спросить еще, — блестя очками-половинками, директор улыбался себе в бороду.       — Как вы узнали, что я там был, и почему не было никакого предупреждения, что в той комнате опасно?       — Магические видеокамеры. Моя личная разработка, — с ноткой гордости ответил седобородый. — А предупреждение было, но ты его не заметил. Еще есть вопросы?       — Да, — Гарри вмиг посерьезнел. — Откуда у вас мантия-невидимка моего отца?