Возьми интервью или получи люлей

Сегодня с нами самый сердечный и в тоже время самый бессердечный человек. Встречайте Лу!  — Привет.  — Ага. Как я сюда попал?  — Тебя баба Нюра принесла.  — Это кто?  — Та старушка-уборщица. Говорит нашла педика в маске. И говорит: «Вы последнее время с такими водитесь. Я вот его вырубила, берите интервью». А ещё сказала, что ты был самый стойкий. Она тебя шваброй била, а ты не поддавался. Ты не расстраивайся, некоторых так же сюда притащили. Она знает, что мы у вас интервью берём, но не знает всех вас. Поэтому пару раз в этой студии были дети после хелуина…  — Ах да, вспомнил. У меня до сих пор голова болит.  — Иногда, когда человек имеет ввиду тебя, то собеседник думает про Смертоносного Лью. Как ты к этому относишься?  — Меня это немного бесит.  — И всё? Немного бесит?  — Да. Просто немного бесит и всё.  — Любимый цвет?  — Красный.  — Я тоже люблю красный, но ещё и фиолетовый.  — *Какое совпадение.*  — На что ты намекаешь?  — Её режим шиппера включён.  — Какой режим?  — Не важно. Тебе знать необязательно.  — Ты кого-то любишь?  — Нет. Мне кажется такое спрашивать нельзя. Это личная информация.  — Нам всё льзя.  — Ок…  — У тебя есть или может быть было животное?  — Нет. Никогда, но я всегда хотел собаку.  — Люблю котов…к собакам отношусь нейтрально.  — *Обожаю животных.*  — Зоофилия~  — *Чего ты там бормочешь? *  — Ничего.  — Правда, что ты стал убийцей из-за неразделённой любви?  — Да. Это правда.  — Мне жаль.  — А это правда кровь?  — Да. Это кровь той девушки.  — Понятно всё с тобой.  — А какого это…убивать?  — Странное ощущение. Теперь я зависим от этого. Я уже не смогу вернуться к обычной жизни.  — Но ведь можно было опомниться до первой жертвы.  — Нельзя. Слишком трудно это…остановиться.  — Хорошо. Прости.  — Всё в порядке. Можешь не извиняться.  — Ладно. Не буду.  — *Пора заканчивать.*  — Скажи пока читателям.  — Пока.