невыносимые

— Он такой горячий, — вздыхает Октавия, делая глоток своего кофе. Беллами отрывает взгляд от бумаг для проекта, разбросанных по столу, и непонимающе смотрит на сестру. — Он и должен быть горячим. Это же кофе. Насколько я знаю, в этом вся суть. — Твое чувство юмора убивает меня. — Девушка закатывает глаза. — Я говорю про нового официанта. — Того парня с вечно растрепанными волосами? Ты поэтому всю неделю ходишь в это забытое богом мест… Ауч! — Блейк шипит, когда сестра пинает его ногу под столом. — Что? — Если вашему высочеству так не нравится это кафе, — Беллами слегка вздрагивает, когда позади него раздается незнакомый спокойный голос, — почему бы вам и вашим часам «Ролекс» не отобедать где-нибудь в другом месте? — Ты всегда такой дружелюбный? — жмурится Блейк. — Только в особых случаях. Беллами закатывает глаза и натягивает на лицо улыбку. — Что у вас в меню есть такого, от чего у меня не случится пищевого отравления? — Могу принести вам воду и заодно подвинуть второй стол. Мне кажется, что вы и ваше эго не помещаетесь за одним. — Обойдусь без таких привилегий, благодарю. Парень, на бейдже которого виднеется «Джон», делает неуклюжий реверанс, не сводя с Беллами взгляда. В его глазах Блейк видит насмешку, презрение и еще что-то вроде любопытства. Джон разворачивается на пятках и уходит обслуживать другой столик. — Он не принесет мне ничего, не так ли? — спрашивает Беллами, поворачиваясь к сестре, которая едва сдерживает смех. — Нет, не думаю. — Попроси счет, хочу уйти отсюда. Октавия отыскивает Джона взглядом и изображает в воздухе подпись. Официант кивает и уходит, а девушка снова поворачивается к своему брату. — Но признай, что он горяч. — Красивые люди обычно гнилые внутри, ты это знаешь. — Он не похож на таких людей. Он просто… — Саркастичный ублюдок, которого не научили, как вести себя в образованном обществе? — Обо мне говорите? — спрашивает Джон, передавая Октавии счет. — Твою мать! Прекрати, блять, так подкрадываться. — Ох… И это себя ты считаешь образованным обществом? — Парень наклоняется ниже, шепча Беллами на ухо: — Ты этим ртом целуешь свою маму, Беллами? — Чт… Я не называл тебе свое имя. — На твоем проекте написано, гений. — Знаешь, тебе бы следовало научиться прилично себя вести, а то растеряешь всех клиентов. — Мне не нужны клиенты, которые ставят себя выше остальных. — Беллами слышит стальные нотки в голосе Джона. — Только то, что у тебя много денег, не делает тебя хорошим человеком. Знаешь, сюда приходят добрые люди. Небогатые, но очень дружелюбные. И чем меньше у человека денег, тем лучше он относится к другим. Ты, очевидно, не из их числа. — Так ты так ведешь себя только потому, что я богаче? — Не все в жизни сводится к деньгам. — Тогда почему? — Это очевидно. — Джон забирает оплаченный счет у Октавии. — Потому что ты — мудак. — И снова уходит, бросив напоследок Беллами нахальную ухмылку.

***

— Почему мы не можем нормально общаться друг с другом? — спрашивает Беллами пару месяцев спустя, когда снова сидит в кафе, в которое поклялся больше не возвращаться, ест еду, от которой у него может случиться пищевое отравление, и разговаривает с парнем, который раздражает его больше всего на свете. — Потому что ты мудак. — Взаимно. — Что и требовалось доказать. Джон забирает счет, зная, что Беллами снова оставил чаевых больше, чем вся выручка Мерфи за день. Когда Беллами собирается покинуть кафе, ему звонит Октавия, поэтому он остается на месте, допивая остывший чай. — Ты сейчас с Джоном? — Мы в одном помещении, если ты об этом. — Тогда почему ты с ним не поговоришь? Ты же хотел узнать, почему он так себя ведет. — Боюсь, что не выдержу и ударю его. Кроме того, я и так знаю, почему он ведёт себя, как мудак. Просто я — сын богатых родителей, а он работает в одной из самых убогих кафешек города. — Ты хоть сам-то в это веришь? Проводишь в ней каждый свободный вечер. Не обманывай себя, тебе нравится это место. И не только оно. — О чем ты говоришь? — Ты серьезно слепой или притворяешься? Да между вами с Джоном искры летают с самого первого дня. Я его неделю пыталась очаровать, так он на меня даже не взглянул. Зато как только ты появился… — Хватит, я понял… Я поговорю с ним, но это делу не поможет. — Жду деталей. Октавия сбрасывает звонок: приветствия и прощания не для нее. Беллами смотрит на свои часы, и ему вспоминается первый день знакомства с Джоном. На губах появляется слабая улыбка. Он выходит на улицу, собираясь подождать Мерфи, смена которого заканчивается через несколько минут, у выхода для персонала. На улице почти стемнело. Беллами вдыхает свежий вечерний воздух, наблюдая за тем, как между зданиями садится яркое летнее солнце. В последнее время он, и правда, полюбил это место. Уютные столики, хорошая музыка и приятный персонал. Почти весь. Что ему больше всего нравилось — тут он не мог встретить своих знакомых, которым приходилось фальшиво улыбаться и сидеть в душном смокинге в каком-нибудь до жути дорогом ресторане. А Джон… Это была отдельная, странная история. Они огрызались друг на друга, но Беллами начал замечать, что сарказм Мерфи его уже не раздражает и что их перепалки все больше напоминают флирт. Парень тряхнул головой, отгоняя все ненужные мысли, когда Мерфи вышел на улицу, поправляя свой рюкзак на плече. — Джон! — окликнул его Беллами, и тот резко развернулся, пытаясь разглядеть того, кто его позвал. — Ох, замечательно, — простонал он. — Решил доебаться до меня еще и после работы? — Я просто хотел поговорить. — Если ты о поставке икры синеглазого тунца, то извини, сюда ее не завезут. — Ты ведь в курсе, что такой рыбы не существует? Джон закатывает глаза, кажется, на каждую реплику Беллами. — Знаешь, когда-нибудь ты точно ослепнешь. — Мне нравится то, что я вижу, — Мерфи подмигивает ему, — но я бы предпочел оглохнуть, чтобы не слушать тебя. — Ты можешь побыть серьезным хотя бы минуту? — спрашивает Блейк, подходя ближе и надеясь, что его щеки краснеют просто из-за жары. — Я серьезно. Не будь ты таким избалованным мудаком, я бы позвал тебя на свидание! — Ты… — Беллами запинается. — Серьезно? — Да, но только если мне пришлось бы надевать смокинг. Это так пафосно. — Твою мать, Джон, ты просто невозможный! Блейк не выдерживает и толкает парня к кирпичной стене кафе. Рюкзак выпадает из рук Мерфи, а сам парень открывает рот, чтобы послать Беллами куда подальше, но тот не позволяет ему это сделать и целует его. Блейк сильнее прижимается к нему, когда чувствует, что ошарашенный Джон отвечает на поцелуй, и запускает руку в и без того растрепанные волосы парня. Беллами покусывает нижнюю губу парня, а где-то внутри него разливается согревающее тепло. Они разрывают поцелуй, когда обоим не хватает воздуха, но все еще находятся на ничтожно маленьком расстоянии друг от друга. — И что это значит? — спрашивает со сбивающимся дыханием Мерфи. — Может, то, что сходишь со мной на свидание и наконец-то перестанешь быть таким мудаком? — Ага, конечно, размечтался, — парень фыркает и снова целует Блейка.