Испытание временем

- Аннабет, выключи этот бред. Даже слепым оно не по душе, - взмолился я, ища руками пульт от телевизора, пока не получил по одной из них. - Ау... Воображала, больно же... - Не мог до конца дня продержаться без грязных шуточек? - пробурчала Аннабет, выпутываясь из моих объятий и вставая с дивана, на котором мы уже сидели... одним Богам известно, сколько мы просидели на нем. - Аннабет, прости, - виновато произнес я, встав на ноги, но покачнулся и снова упал на него. - Хватит, Перси. Я уже устала от этого, поэтому иду в душ. А ты продолжай наслаждаться своим... «юмором», - саркастически сказала она и, судя по звуку удаляющихся шагов, вышла из гостиной, оставляя меня одного. Да, именно этого я и хотел. Именно об этом и просил (даже кричал). Но, знаете, не о «таком» одиночестве я мечтал. Даже и не думал, что станет так мерзко от самого себя. Да, виноват. Да, каюсь. Но... - Черт, - зарычал я от сжигаемой мое сердце ненависти на самого же себя. По той же причине я поднялся и направился в спальню. Нууу... как направился..? Медленно, осторожно, шаг за шагом исследуя всю территорию вокруг себя руками и ногами, не желая упасть и устроить очередную ссору.       Минут за... (надеюсь, что десять) мне удалось выполнить «миссию». И как же я был рад, когда пнул мягкий матрас нашей кровати, а не деревянный стул, и не металлический... понятия не имею, что это было.       Сняв майку и шорты, я расстелил постель и лег, натягивая одеяло до пояса и продолжая все еще думать о сказанных Аннабет словах... Наверное, я и правда больной на голову. Потому что иначе объяснить свои срывы я не могу. Но еще труднее осознавать, что на моем месте должна была быть Аннабет. Эти... полубоги хотели ослепить мою Воображалу. Да они поплатятся только за то, что посмели об этом подумать. Они не тронут ее. Я уничтожу каждого из них! Каждую мелкую, лживую..! - Ааа..! Перси! - закричала Аннабет, заставляя мои инстинкты сработать гораздо быстрее, чем я успел подумать об опасности. Почему я не почувствовал ее раньше?! - Аннабет?! - мне удалось сделать один шаг, после чего на меня с большой скорости налетела сама девушка (а если точнее, то запрыгнула), повалив обратно на кровать, при этом сильно дрожа. - Что случилось, Аннабет? - взволнованно произнес я, чувствуя, как бешено бьется ее сердце, чуть не пробивая мою грудную клетку. - П - п - п... - Приспешники?! - Н - нет... Па... ук. Большой, мерзкий паук. Боги, Перси, он такой страшный, - сбивчиво ответила Аннабет, уткнувшись в мою шею лицом. И знаете? Да, я придурок, потому что не смог сдержать своего смеха. - Это не смешно! - взвизгнула девушка, ударяя меня в грудь. - Прости... Но я... Не могу! - сквозь смех и слезы пытался сказать я, отбиваясь от рук Аннабет. - Джексон, прекрати смеяться надо мной! - обижено крикнула Чейз, продолжая бить меня, пока я не перехватил ее руки и не перевернулся, подминая девушку под себя, припечатывая ее руки и ноги к кровати и не давая ей ни одного шанса вырваться на свободу. - Отпусти..! - Перестань бить меня, - попросил я, ощущая ее сбивчивое дыхание. - А ты перестань смеяться. - Договорились, Чейз, - ответил я, улыбнувшись. Все же... с дочерью Афины очень трудно найти общий язык. Ну, исходя из собственного опыта. - Ты приятно пахнешь... - прошептал я, приблизившись к ее шее, втягивая в себя восхитительный запах ее тела, чувствуя, как участилось сердцебиение девушки. Еще пару минут назад я был точно уверен, что Аннабет не заговорит даже со мной. А сейчас... я не могу затолкать свои желания глубоко в себя, запечатывая их за семью замками. Ее аромат сносил голову, туманил разум, заставлял подчиниться ей, полностью, безоговорочно. Мне так хотелось... Но не... сейчас. Вернись в реальность, тряпка! - Давай спать, - хрипло произнес я, слезая с Аннабет и размещаясь на кровати, натягивая одеяло и отворачиваясь от девушки, которая, тяжело выдохнув, легла на другую половину, пытаясь быть как можно дальше от меня. Какой я..! - Аннабет, послушай... - Не надо Перси... - Что?! Чейз ты же прекрасно знаешь, что я хочу этого, - повернувшись к ней, произнес я, не желая больше выносить этого молчания. - Прости, Аннабет, - виновато сказал я, прижимая к себе всхлипывающую девушку. - Ты же знаешь, что мы не готовы. И сейчас не лучшее время, родная, - шептал я, целуя ее волосы и крепче прижимая к себе, пока горячие слезы Аннабет капали на мою оголенную грудь. - Ты мне не доверяешь больше? - неожиданно спросила она, поднимая свою голову. - Откуда такие мысли..? - Я знаю, Перси. Я понимаю, что больше тебе не нужна. Ты стал таким... чужим. Постоянно кричишь, выводишь меня из себя, заставляешь пла... - Прости... - Разреши помочь тебе. Подпусти меня ближе... А ты только и отстранешься, отталкиваешь меня. Прошу, Перси, я прошу лишь о шансе. Один шанс... - Аннабет, - прервал девушку я, взяв ее лицо в ладони. - Ты нужна мне, Воображала. Ты же знаешь, что приходится мириться с Рыбьими Мозгами, - произнес я, слыша ее тихий смешок. - Я люблю тебя. - И я теб... - мне не нужны были ее слова, когда намного больше говорили действия девушки. Поэтому я поцеловал ее, чувствуя, как Аннабет прижалась ко мне всем телом, передавая мне свое тепло. Я не вправе изменить свое прошлое, может, исправить что-то. Но это и не нужно. Главное... чтобы рядом была моя Воображала.

Аннабет

- Оу... ау... хмм... - именно эти звуки и разбудили меня, заставляя подняться с кровати и... - Перси, ты в порядке? - на полу лежал парень, держась за колено и скуля. - Аннабет, я тебя разбудил? - Глупый вопрос, Рыбьи Мозги, - с улыбкой ответила я, помогая Перси подняться. - Прости, - виновато произнес он, мило надув губки улыбнувшись, отчего моя душа просто приказала простить ему все. Ну и как можно обижаться, видя такую мордашку? - Но почему ты..? - Да, искупаться хотел. Мы же идем к Полу с мамой? - сказал Перси, заставляя радостно взвизгнуть и крепко обнять за шею парня, поцеловав его в губы. - Я... могу купаться сколько угодно, только бы ты так почаще делала, Воображала, - произнес Перси, неохотно отпуская меня. - И... Аннабет? - Да? - Ты не поможешь мне с вещами и, собственно, с местоположением ванной? - Неужели сам Персей Джексон просит помощи у дочери богини мудрости? - Только не начинай, - прервал Перси, нахмурив брови. - Хорошо, Перси, - ответила я, подводя парня к шкафу. - Майка..? - Наверное, лучше... футболку с Зевсом, Аннабет, - попросил он, ухмыльнувшись. Да, если бы вы знали, как он воевал за вещицу с десятилетним мальчиком... Это было намного хуже битвы с Геей. - Темно - синие шорты и... - на последнем он замялся, нервно почесав затылок. - Эм... черные боксеры, - ой, вот что его так смутило. Боги, хорошо, что Перси не смог видеть мои красные щеки. Да я вся красная была. Может, мы и живем с Джексоном полтора года вместе, но еще никогда мне не доводилось копаться в его нижнем белье. - Держи, - произнесла я, вложив в его руку боксеры. - Аннаббет, а можно другие? - В смысле «другие»? - удивленно спросила я. У меня чуть глаза на лоб не вылезли от возмущения. - Ну, эти немного жмут. В шкафу есть посвободнее... - Без подробностей, - прервала я увлекательный рассказ Перси, протянув ему «другие» боксеры под его смешок. - Вечно ты... - не дал мне договорить громкий звонок будильника, заставляя осознать, что уже восемь утра, а договорились мы на пол девятого. Знаю, что очень рано. Но обычно такие посиделки длятся довольно долго. - Я первая в душ! - вскрикнула я, выбегая в коридор и закрывая за собой дверь. - Чейз! - возмущенно воскликнул Перси, но было уже слишком поздно.

Перси

      Вот и знакомая входная дверь, за которой, судя по страху в моем сердце, находились Гея, Кронос и... барабанная дробь... Афина. А возглавлял шествие, видимо, сын Аида. Нико ди Анджело. Нет, мы, естественно, дружим. Это уже не тот маленький мальчик, который испуганно сжимал руку своей сестры, недоверчиво взирая на нас, но...       Я отчетливо помню тот момент, когда Нико рассказал о своих... кххм... чувствах ко мне. Я был не просто ошарашен... Это был самый настоящий шок, который пригвоздил мои ноги к земле, не давая ни сказать, ни вдохнуть. Тогда я был в таком ступоре, что не сразу осознал сказанные им слова. Потом, конечно, на меня это обрушилось огромным грузом, и я еще долго не мог выносить насмешек Аннабет о моей «возможной ориентации». Вам смешно? А мне было не приятно, когда любимая девушка называет тебя... - Я с тобой, - вырвал меня из своих мыслей голос Аннабет, а вслед за этим ее рука оказалась в моей, согревая и наполняя уверенностью мое тело. - На тебе очки, которые скрывают твои... глаза. - Ну, надеюсь... - Перси! - вскрик родной, любящей матери тяжело перепутать с чем-то еще. Теплые, материнские объятия невозможно забыть. - Сыночек, я так переживала... Персей Джексон! Еще раз позволишь себе подобное и... - Салли... - нежно прервал ее голос Пола. - Нужно же иногда давать волю молодым, - сказал он рассмеявшись. - Ой, что же это я..? Проходите в квартиру. Давайте, снимайте обувь, бегом мыть руки и за стол, - как же я соскучился по командованию. - Аннабет, девочка моя, - ласково произнесла мама, видимо, крепко обнявшись с Чейз. - Давайте живее, - больше медлить мы не стали, поэтому Аннабет взяла меня за руку и помогла зайти в квартиру. - Все будет хорошо, Перси, - ободряюще сжав мою руку, сказала Аннабет. - Это... - Знаю, родной. Все будет хорошо...       Мы вымыли руки и сели за стол, слушая рассказы Пола о своих учениках и беззаботно смеясь над его шутками: - Перси, может ты позволишь Аннабет спокойно поесть и отпустишь, наконец, ее руку? - предложила мама, засмеявшись. Да, весь завтрак я цеплялся за руку Воображалы, боясь сделать что-то не так, сказать чушь, выдав свою слепоту. - Неужели вы так долго не виделись? - Мы просто... - Салли, они уже давно не дети... - Всего лишь два года, как «не дети», Пол. Но я безумно рада видеть ваши счастливые лица. Что нового в лагере? Перси не во что не вляпался? - Спасибо за доверие, мам, - ответил я, услышав смешки со всех сторон. - И что за очки, родной? Ты их не снимаешь с тех пор, как вошел. На улице я была вчера. Но не думаю, что они могут быть полезны тебе сейчас. - Перси нужно было проверить зрение. Сейчас ему закапали глаза, чтобы зрачки лучше реагировали на свет. Но переборщили с дозой. Теперь нужно немного поносить солнцезащитные очки, чтобы не,раздражать чувствительные зрачки, - если бы не Аннабет и ее мозги, то вряд ли бы мне удалось вот так профессионально выкрутиться. Я, конечно, мог бы придумать, но не смог бы так просто обмануть родную маму. Каюсь, что делал так. Но во благо им с Полом. И их мирного сосуществования в человеческом мире. - И сейчас точно все хорошо, дорогой? - обеспокоенно спросила мама, накрыв своей рукой мою. - В полном. Зрение на все сто процентов. Теперь и Аид не страшен, - кто бы знал, как тяжело мне сейчас было беззаботно говорить о своем зрении, когда голос в голове все твердил: «Ты лжец. Никогда больше ты не будешь видеть. Теперь до конца своих дней ты будешь жить во тьме. Она поглотит твое сердце, душу. Оставит только оболочку, которая рано или поздно превратится в пепел. Ты сгоришь, и никто не придет тебе на помощь». Никто не сможет больше мне помочь. Я причиняю только боль своим близким. Мне уже никогда не быть здоровым, полноценным полубогом, достойным быть любимым дочерью Афины. Этому не бывать, потому что я утратил самое дорогое, ценное, что изо дня в день вдохновляет героев на подвиги. Ни любовь, ни друзья и ни «мир во всем мире». Надежду. Пока она живет в сердце героя, он будет непобедим. Что ж... Значит, я уже проиграл.