Испытание временем

- Вы лжете. Неужели вы знаете, как вернуть мне зрение, богиня?! - раздраженно произнес Перси, снимая очки, с вызовом смотря своими пугающими, холодными глазами на Афину. - Ты прав Персей... как всегда, - последние слова богиня произнесла с полным отвращением и в то же время с незнакомым мне уважением. Не самая лучшая смесь в споре. Но именно так Боги относятся к полубогам, пусть мы и страшимся это признать: они боятся нас, считая серьезными противниками и в то же время самыми лучшими союзниками (что они осознали в момент восстания Луки и полубогов, разделяющих и точку зрения Кроноса). Но изменить это невозможно. Для этого нужно, как минимум, уничтожить и создать новых богов, поменяв их взгляды на мир. Ну, или искупать в Лете. Боюсь, что ни одно, ни другое не в наших силах. Хотя, поверьте моему опыту, Перси Джексон делал и более невозможные вещи. Например? С непростительной дерзостью обличил олимпийским богам проблемы, как в нашем мире, так и в человеческом, в их непонимании и самолюбии, оставшись в живых и также отказавшись от предложения стать еще одним богом. Вы и представить себе не можете, как в ожидании его ответа мой мир полетел в Тартар. Все проблемы, недавно остановленная война, восстановление справедливости перестали для меня существовать, оставляя только до боли сжимающееся в ледяные тиски сердце, боясь увидеть его улыбку, счастливый блеск в глазах и огромное желание стать великим Богом, навсегда забыв о какой-то дочери Афины, лучшем друге. Да не был он уже тогда для меня в роли лучшего друга! Я любила его! С самого первого взгляда в моем сердце поселилось это чувство, с каждым годом лишь расцветая и мощными корнями прорываться к сердцу, пока в определенный момент не подчинило себе мою голову. Спустя столько лет я нашла в себе силы признаться ему в любви, боясь и в тот момент получить отказ. И вы даже предположить не можете, что случилось внутри меня в тот момент, когда Перси отказался от предложения богов. Он отказался, а до меня дошел смысл его слов лишь через секунд десять, когда герой Олимпа поставил точку в разговоре с богами.       Я очень расплывчато помню, что случилось после, в нашем лагере: помню пир во славу героя и всех погибших наших друзей (их было так много, и каждого из них я знала, до сих пор помня их испуганные, потерянные взгляды, дрожь в теле, неудачные первые тренировки, каждый из них оставил глубокий след в моем сердце), и никогда уже не смогу забыть наш первый настоящий поцелуй под водой. В тот момент я осознала себя недостойной дочерью Афины, потому что не понимала до самого конца, насколько сильны и прочны мои чувства к лучшему другу, герою Олимпа, пускающего слюни во сне. Я так сильно любила этого наглого, дерзкого брюнета, умеющего дать мне отпор в любом споре. И это меня бесит и в то же время еще сильнее заставляет любить моего хулигана.       А когда он исчез... Я осознала, что сердце, действительно, может разбиваться вдребезги, оставаясь цельным в нашей груди. И я искала Джексона везде, снарядила небольшую поисковую группу и составила план действий. Но только с каждым днем понимала, что его нет. Что он исчез навсегда, оставив меня одну, заставил страдать за свою любовь. И отвратительно было от того, что в моем сердце оставалась надежда, которая в моей голове твердила, что Перси жив, что он не может бросить меня, даже задумываться об этом не смеет! Я была рада, встретив трех полубогов. Но, конечно же, была разбита и окончательно подавлена, ведь на их месте должен был быть мой Перси, самый желанный и любимый полубог во Вселенной.       Я корила себя за подобные мысли, пока они не вернулись с просто невозможным известием - мой Перси, скорее всего, жив, но находится в римском лагере полубогов. Я ни секунды не сомневалась, что он жив, и всеми силами пыталась уговорить Джейсона сопроводить меня в его родной лагерь. Но они разбили мои надежды вновь, рассказав о новом пророчестве и необходимости дать им время для постройки мощного корабля, который в последствии был назван Лео «Арго - ||».       Весь путь я была на взводе, готовясь сорваться в любой момент, стоило ребятам сделать что-то не так. Я с каждым последующим километром осознавала, что мое сердце магнитом тянет в этот лагерь, именно в это место. Это звучит просто глупо из уст дочери богини мудрости, но я чувствовала всем своим нутром близость Перси, моего недопарня, которого долгие месяцы так отчаянно пыталась отыскать его недодевушка.       И ощущения меня не обманули, стоило мне увидеть такую знакомую и любимую ухмылку на лице брюнета. Тогда мир перестал для меня существовать во второй раз, оставаясь только в нашем с ним мире: только он и я. Словно не было этих долгих месяцев разлуки, словно не было стирания памяти... Герой, словно я не рыдала по ночам, боясь уснуть и больше не увидеть самого близкого, родного, любимого человека, от мальчишеской улыбки которого мое сердце забилось с новой силой, заставляя меня снова почувствовать себя живой и... любимой. Отдала бы свою жизнь, только бы мой хороший никогда больше не страдал. И я не придумала в своей голове казни похуже, чем мой любимый боевой прием. Я так злилась на него, на себя, на богов, на весь мир, на все миры, поэтому и перекинула его через плечо, боясь позорно разрыдаться на глазах у изумленной публики. И я не смогла себя контролировать, стоило вблизи увидеть предмет своих страданий, понимая, что на этот раз это не сон, что это реально, и я могу чувствовать тепло его тела. Больше мне ничего не нужно было. Только... любить, закрывая все свои мучения за семью замками: - Это очередное испытание... - Разгадка которого таится в Гекате. Но, к сожалению, она испарилась из нашего мира, оставляя как римский лагерь, так и греческий в полном недоумении и самом настоящем шоке. Сейчас мы не сможем ничем помочь вам... - Ничего не изменилось, - прервала ее я, подходя ближе к Перси и сжимая его руку в своей, пытаясь показать свою поддержку. Я буду всегда на его стороне, что бы не случилось. Всегда приму его выбор. - Аннабет, ты не понимаешь... - Что именно я не понимаю?! Что вы в очередной раз оказались лишь беспомощными идеалами человечества?! Вы жалкие..! - Аннабет Чейз! - ... наглые, самодовольные, заносчивые... - Достаточно, Аннабет. - Нет, Перси. Я не намерена больше это терпеть. Как ты можешь их защищать, когда они снова издеваются над тобой! - меня уже было нельзя остановить. Я не контролировала свои чувства, а вместе с ними и мысли, речь, действия. - Они снова причиняют тебе боль... - Я сказал достаточно, Воображала! - закричал Перси на меня, сильно встряхнув за плечи, заставляя заткнуть рот и внимательно слушать только его. - Все со временем наладится, слышишь меня? Я стану прежним, Аннабет. Просто нужно время, - шептал он, крепко прижимая к своей груди. - Нужна лишь надежда, Воображала... - Как я люблю тебя, - не сумев совладать со своими чувствами, вырвалось у меня. Но я нисколько не жалела о сказанных сейчас словах. Это правда, чистая правда, которая требует признаний только в исключительных случаях (и этот был одним из них). - Моя хорошая, все у нас получится. Мы справимся, Аннабет. Обязательно справимся, - нежно гладя по волосам и целуя щеки, произнес Перси, не желая выпускать из своих объятий. - Но все же нам нужно поговорить, - раздался голос Афины, заставив нас неохотно отпрянуть друг от друга, но не расцепить руки, давая необходимую поддержку и опору. - Где можно расположиться богине мудрости? - В гостиной, - ответила я, помогая Перси добраться до нужной комнаты и сесть на диван, в то время, как Афина осталась стоять, решив, видимо, что кресло недостойно для нее. - Зачем ты пришла... мама? - спросила я, ощущая передаваемую мне уверенность от руки Перси, что ободряюще сжимала мою. - Во-первых, я от лица олимпийских богов приношу извинения Персею Джексону. Знайте, что мы всеми силами стараемся исправить сложившуюся ситуацию. Но пока для более... значительнее являются нападения приспешников Гекаты... - «Значительнее»?! - Аннабет, - успокоил меня Перси, потянув за руку и заставляя сесть обратно рядом с ним. - Я все понимаю. Это, действительно, сейчас важнее моей слепоты. Что-нибудь известно уже? - Нет, Перси. Пока нам трудно понять их стратегию... - Именно поэтому ты здесь..? - ошарашено произнесла я, не веря их наглости. - Какое право вы смеете просить меня помочь вам, когда вы не можете восстановить зрение Перси! Ты можешь уходить! - Аннабет... - Я сказала немедленно покинуть нашу квартиру. Естественно с огромным уважением к вашей персоне! - Я спишу все это на стресс и волнения за Персея. Поэтому спрошу напрямую. Аннабет, ты поможешь богам? - Нет, - как я по - зверски была довольно, когда в серых глазах богини уверенность сменилась на непонимание и даже раздражение. - Пойми, наконец, девочка моя, что погибают невинные полубоги, страдает человеческий мир, убивают и проклинают ваших друзей, пока ты отказываешься помочь богам в решении этой проблемы. - Она с удовольствием возьмет это... - Перси, нет! - Аннабет, наши друзья будут умирают, пока ты не возьмешь эту этот план и не поймешь их стратегию, подумав своей умненькой головкой. Прошу, Воображала. Иначе я пойду воевать с ними, пока не паду от меча врага... - Хватит! - вскрикнула я, не желая больше слушать его. Они сплотились против меня, и у меня не было ни одного шанса. Поэтому я забрала из рук Афины необходимые бумаги и статистики, боясь угроз Перси. Я услышала в его словах непреодолимую борьбу и готовность отдать свою жизнь во имя друга. Это была его слабость, его уязвимое место. Только надавив на больные места, можно сломать героя. Только разрушив его надежду в сердце, можно уничтожить убить в нем противостояние несправедливости. - Спасибо, Аннабет... - Не мне нужно говорить спасибо, - прорычала я сквозь стиснутые зубы, чувствуя себя преданной родным человеком. Как он мог так поступить со мной?! - И еще... мы можем поговорить наедине? - У меня секретов от Перси нет, - возразила я, слыша недовольный вздох парня. - Прошу. - Хорошо, - сдалась я, положив бумаги на стол и направившись в сторону кухни, закрывая за собой дверь. - Что нужно? - Я не сказала этого при Перси, но ты имеешь право знать. Персей... Больше не сможет никогда видеть, - это разрушило всю надежду в одночасье. Пару слов и мой мир рухнул, поселяя в душе жгучую боль. - Пора принять тот факт, что его больше не существует, Аннабет. Того героя больше нет. В нем нет ни капли надежды. Персей потерян для нашего мира. Он... - Что ты хочешь, чтобы я сделала?! - Бросить, Аннабет. Он больше не сможет защитить вас, а ты одна не справишься. Пора признаться себе в том, что Персей Джексон перестал существовать еще в тот момент, когда его прокляли... - Никогда, - прошептала я, боясь захлебнуться в собственной беспомощности. - Аннабет, послушай меня... - Убирайся отсюда. Немедленно ! - закричала я, отходя от богини на шаг. - Я не позволю тебе унижать меня и Перси! Оставь меня, наконец, в покое. Оставь меня... - Я уйду, Аннабет. Но только знай, что его больше нет, - она исчезла намного раньше, чем тарелка разбилась о стену, заставляя Перси встревожиться и доползти до меня. - Аннабет, что случилось? - взволнованно произнес он. - Аннабет, открой дверь. - Уходи, Перси. Оставь меня в покое! - кричала я, медленно сползая по стене и захлебываясь в собственных рыданиях. - Воображала, прошу... - Убирайся, Джексон! Оставь меня уже... - мне было так больно от осознания того, что моего Перси больше нет. И Афина была права. Во всем права. Только почему я не могу принять эту правду, ведь ее дочь, должна принять эту информацию. - Аннабет, ты мне нужна... - Больше я его не слышала, закрывая уши руками и позволяя выйти из меня всем страхам и ненависти, что появились в моей жизни каких-то четыре дня назад. Теперь я точно знала, что его не существует. Все прошлое вмиг стерлось, оставляя лишь пустоту в сердце и глубокие раны в душе, которые уже никогда не затянутся. Его. Больше. Нет. Ха! Его больше нет! Его больше нет...