Упавшая с неба

POV Автор Обычный будний день. За столиком одного из кафе сидят трое ребят и весело о чём-то разговаривают. Вдруг они резко замолчали, привлекая к себе внимание персонала кафе, ведь за последние полчаса, что они здесь сидят, они не замолкали ни на минуту. Но так же резко, как ребята замолчали, так же резко они начали смеяться. Переглянувшись, персонал вернулся к работе, понимая, что эта троица не замолчит ни на минуту. Ребятам же было весело. За столом сидело две девушки и один парень, который их развлекал, заставляя их смеяться с каждым разом всё громче и громче. Думаю, нужно рассказать об этой троице поподробнее. Парень и девушка — брат и сестра погодки. Они были весьма странным ребятами, но очень быстро сдружились с третьим человеком, что сидел за столом. Это была невысокая кареглазая брюнетка. На вид она казалась весьма безобидной, но шило в её, простите меня за мой французский, заднице ей явно мешало. Поэтому по части приколов и подколов можно было смело обращаться к Христофоровой Алине. Ярослав, единственный парень в этой странной компании, был красивым двадцати летним парнем. Его белые, как снег, волосы в дуэте с необычно голубыми глазами вызвали всеобщее восхищение. По этому парню сходила с ума каждая девушка сначала в школе, а потом и в институте, но он предпочёл себе Алину. Сама же девушка была не против, потому что давно замечала за собой, что неровно дышит в сторону Ярика. Поэтому сейчас у них тишь, да гладь, Божья благодать. Неожиданно с места поднялась третья девушка. Это была сестра Ярика. Хоть с братом они были и погодки (девушка была старше на год), ребята были, как две капли воды похожи друг на друга. Такие же белые, даже снежные, волосы, белые с едва заметным голубым ободком глаза (для не привыкшего человека такие глаза были жуткими, ведь, если бы не голубой ободок, глаз бы сливался в одно белое целое). Не смотря на то, девушка была прекрасна. Её мраморная кожа была чиста, без единого намёка на макияж — девушка его не любила. Возможно, на какое-нибудь свидание или важное мероприятие она бы и накрасила ресницы и брови, но в повседневной жизни пользовалась только гигиенической помадой, которая спасала её алые губы от обветривания. Многие пытались за ней ухаживать, но каждый раз девушка мягко им отказывала, делая удар по репутации самых заядлых бабников института, ведь через их постель прошли почти все девушки, кроме неё. Кроме Евы-Виктории. Таким необычным именем наградил девушку её покойный отец, который заботился о ней больше, чем её мать. После рождения Ярослава, отец начал разделяться на двоих в то время, как мать ничего не делала. Через некоторое время Тимофей Александрович подал на развод, предоставляя суду все бумаги, доказывающие, что он имеет полное право забрать обоих детей. Так и произошло: Тимофею Александровичу отдали и Ярика и Еву. Не долго длилась их «без материнская» жизнь. Появилась Тамара. Эта женщина влюбилась в маленьких Славу и Еву, а, когда узнала, что они живут только с отцом, начала помогать. Тамара окружила детей своей любовью и заботой. Хочется сразу задать вопрос: почему женщине не жилось спокойно, и она вдруг решила помогать какому-то незнакомому мужчине? Ответ был достаточно прост. Дело в том, что Тамара Николаевна была бездетной женщиной (а мужчины, узнав об этом, «бежали» от неё), в которой долгие годы копились любовь и забота, но не было людей, которых можно было «укутать» этой лаской, любовью. Тимофей Александрович принял предложение Тамары и пригласил её жить у них, чтобы ей не бегать туда-сюда. Женщина согласилась, пускай и не сразу. Дети росли, Тамара заботилась о них, как о родных, а Тимофей работал, чтобы его дети ни в чём себе не отказывали. Было раннее весеннее утро, когда сердце Тимофея Александровича остановилось. Никто до сих пор не знает, почему это произошло. Ребята долго привыкали к тому, что теперь живут без отца, но поддержка со стороны Тамары, которая заменяла им мать, сильно помогла детям. Они прекрасно знали, что Тома, как просила сама женщина её называть, не была их родной матерью. Но за то, что она призналась в этом ещё когда детишкам было восемь и девять лет, они любили её ещё больше. Она не скрыла от них ничего, рассказала всё, как было, и всё, что она знала. Когда выросла Ева-Виктория, она уехала учиться в Москву, поступив в РАНХиГС. На следующий год к ней в квартиру, которую она снимала с девушкой, с которой познакомилась в институте, переехал её брат. Тамара же осталась в Твери, говоря, что не хочет покидать родных мест. Ребята приняли это. Так все и зажили: ребята живут втроём, снимая квартиру, а Тамара, к которой Слава и Ева приезжают, как только могут, осталась в Твери. — Ты думаешь, что возьмёшь меня на «слабо»? — Ухмыльнулась Ева. — Ви, я не думаю, я знаю, — усмехнулся её брат, Слава. — Ты всегда была падкой на такие вещи. — Какой же ты всё-таки негодяй, Борзов, — вздохнула девушка и села на место. — От Борзовой слышу, — не остался в долгу парень. — И запомни: тебе нужно просидеть семь часов. — Я беру с собой подушку и одеяло, — высказала своё мнение Виктория. — Иначе никак. — Нет, без всего, — отрезал её брат. — Ярик, разреши ты ей уже взять одеяло и подушку, она же не успокоится, — очаровательно улыбнулась Алина, обнимая своего парня. — Ну же. — Ладно, — сдался парень, за что его наградили поцелуем в щёку. — Ваша взяла. — Спорим? — Спорим. — Отлично, — улыбнулась Ева и встала со своего места. — Так, мне пора в издательство, у меня скоро фотосессия. — Тяжела она, жизнь фотографа, — улыбнулась Алина. — Зато прибыльная, — усмехнулась в ответ Ева и пошла в сторону выхода из кафе. — Пока, голубки. — Ой, простите, — пробормотала Ви, сталкиваясь на выходе с каким-то парнем. — Да, ничего, — наблюдая, как за девушкой закрывается дверь, пробормотал в ответ парень. — Что, завидного холостяка не узнали? — Подошёл к парню его друг. — Отстань от меня, Эд, — выдохнул «завидный холостяк». — Она была очень красивой. — Егор, да для тебя каждая фанатка красивая, — усмехнулся Эд и пихнул друга в плечо. — Пойдём, нас уже ждёт Тим. — Да, идём, — как-то отстранёно ответил Егор и пошёл за Эдом.