Глава 1.
3 ноября 2016 г., 21:09
Дэн погружается в ощутимую прохладу, когда выходит на улицу в 3.41 утра. Уличные фонари подсвечивают ему путь, пока он идет по туманным улицам в достаточно быстром темпе — он так привык. Морально каждый шаг дается с трудом, но он всё ближе к намеченной цели.
Можно было бы вызвать такси, как обычно, но Дэн сейчас был не в том состоянии, чтобы думать рационально. Парень рассеянно размышлял о том, что холодный воздух будет ему на руку, упорядочит мысли в голове, но на самом деле он только и делал, что заставлял Дэна сотрясаться от дрожи под тонким пальто, которое не подходило ни для этого времени года, ни для поздней ночи.
Кроме прочего, Лондон с наступлением темноты становился не самым дружелюбным местом. Дэн осознал это, когда проходил мимо чересчур громкой и явно нетрезвой группы людей. Вспоминая его подростковые годы, когда волосы были длиннее, а джинсы — еще уже, чем сейчас, встреча с такой толпой была ситуацией, которую Дэн научился избегать. Над ним смеялись и издевались достаточно, чтобы теперь почувствовать опасность там, где она могла возникнуть.
Дэн считал, что он хорош в противостоянии, когда дело доходило до слов. Если разозлить его, он всегда знал, что ответить, чтобы выиграть в перепалке. Но несмотря на его интеллектуальное превосходство, он никогда не был готов к настоящей драке, тем более с ордой громких и дерзких пьяниц.
К счастью, в последнее время у него нечасто возникали случаи, когда надо было постоять за себя. И у этой толпы не нашлось причины косо взглянуть на него.
Дэн прошмыгнул мимо и продолжил свой путь, вздохнув с облегчением, что никто не преследует его.
Холодные и едва освещенные улицы похожи на лабиринт, но Дэн и Фил переехали в Лондон почти три года назад. Дэн ориентировался на местности достаточно хорошо, даже без общественного транспорта и такси. Это Фил мог потеряться на расстоянии двух кварталов от их дома, но не он. Этой ночью Дэн знал, куда идет, хотя это было далеко за пределами их района. Дэн размышлял: будет ли он хоть отдаленно напоминать человеческое существо к концу пути или превратится в ледяную глыбу?
В конце концов, что-то такое в себе он уже чувствовал. Крошечный кусок льда в том месте, где он привык слышать свое сердце.
Когда он достиг своего пункта назначения, улицы из темных и опасных превратились в занятые и нетерпеливые. Стало светло, хотя сильно ли может посветлеть осенним утром в Лондоне? Дэн вытащил телефон, чтобы узнать время. Начало седьмого. Некоторые из наименее удачливых людей, которым к семи уже предстояло быть на работе, толпились на тротуарах и поглядывали на Дэна с не скрытым раздражением, когда он оказывался на их пути.
Слишком рано. А шел он слишком быстро, несмотря на отсутствие постоянных физических упражнений. Нужно подождать, верно? И он ждет.
Дрожь становится более устрашающей, когда он садится на лестницу перед входом, обхватывая себя руками и едва сдерживаясь от желания начать раскачиваться из стороны в сторону, как ребенок, потерявшийся в незнакомом месте.
Дэн уставился на дисплей телефона, часы на котором отсчитывали секунды до восьми часов.
Вот и восемь утра. Постучать сейчас будет, несомненно, куда уместнее. Он уверен, что потерял ощущение всех своих конечностей. Он так замерз, что уже не осознавал этого. Его черное пальто помогало противостоять ветру, но Дэн просто недооценил, как пять часов пребывания на холоде могут отразиться на человеке, который большую часть жизни проводит в помещении.
Он преодолел оставшиеся ступеньки вверх и постучал в дверь. Сначала негромко, но затем всё более настойчиво. Тук-тук. Тук-тук. ТУК-ТУК.
Через три минуты дверь распахнулась, являя его взору заспанное лицо его подруги Луис. Она была не накрашена, и Дэн осознал, что видит ее такой первый раз, несмотря на долгую историю их дружбы. На ней был халат, а волосы затянуты в… бигуди? По крайней мере, Дэн надеялся, что это правильное слово. И это было полярно противоположным тому, что он делал со своими собственными волосами, но Лу всегда выглядела прекрасно и никак иначе, так что это, очевидно, работало.
— Дэн! Боже, ты такой бледный! Ты должно быть замерз! Заходи немедленно!
— Привет, Луис, — ответил Дэн еле слышно и тут же был снесен потоком заботы от Луис, которая суетилась вокруг него, как служба спасения, получившая сигнал тревоги.
Он почувствовал тепло, растекающееся по всему телу, потому что у подруги, во-первых, был камин, а во-вторых, сама личность Луис была как десять каминов. Он больше не одинок.
Он прошел сквозь холл, декорированный цветочными узорами в пастельных тонах. Луис так и не отпустила его руку, пока они оба не расположились на диване. Где-то по пути сюда Лу обернула его покрывалом и еще через несколько мгновений поместила кружку с ароматным чаем между его замерших ладоней.
Глыба льда внутри начала постепенно таять.
Он откинулся на спинку дивана, чувствуя небывалое облегчение, и окинул взглядом знакомую обстановку. Гостиная Луис была очень уютной, как и весь ее дом. Да черт побери, сама Лу была такой. Всё вокруг эстетически приятное для восприятия. Разнообразие узоров в декоре, и всё белое и нежно-розовое, и разбросанные кругом игрушки, но они настолько вписывались, будто были частью интерьера. Скорее всего и дочь Луис унаследовала от своей матери хороший вкус в декорировании помещений.
Именно Дарси была причиной, почему Дэн проморозился снаружи два часа. Нет, он не настолько эгоистичен, чтобы разбудить трехлетнего ребенка просто потому, что у него черная полоса в жизни. Но, очевидно, Дарси еще спала, раз они всё еще одни в гостиной.
Дэн чувствует, что он выпадает из реальности — он не спал всю ночь, поэтому вопросы Луис звучат где-то на фоне, он не успевает уловить их. Она забирает из его рук кружку и ставит ее на кофейный столик, после чего берет руки Дэна в свои — он походя отмечает, как нелепо выглядят его огромное кисти в ладонях Луис — и настаивает, чтобы Дэн посмотрел на нее.
Дэн с трудом отрывает взгляд от бежевого кресла, которое он рассматривал последние минуты, и поворачивается к подруге. Тревожное выражение ее лица возвращает его обратно к реальности и Луис, поймав этот момент, повторяет вопрос:
— Дэн, дорогой, ты в порядке? Ты заболел?
— Я... Нет. Вроде.
— Что-то случилось? Фил в порядке?
Дэн не отвечает, комок в горле вырос до такого предела, что ни единому звуку не вырваться.
— Дэн?
— О, у Фила всё хорошо, — еле бормочет он после двух глубоких вдохов.
Лу хмурит брови, услышав настолько неприкрытую обиду в его словах, но в ответ только говорит, чтобы пил чай, пока не остыл. И Дэн пьет. Ему уже теплее, но в то же время он — всё еще глыба льда.
Она задает ему еще ряд вопросов: что он делал в этом районе Лондона таким раним утром; действительно ли всё у всех в порядке; может быть он голоден? Дэн рассеянно кивает, но так и не дает ни одного внятного ответа.
— У вас с Филом была ссора?
Ставить Фила и ссору в одно предложение — очень странно, но по-видимому у Луис уже иссякли все догадки. Опять же, они с Филом ругались иногда, хотя это больше Дэн сердито разглагольствовал, а Фил оставался спокойным, стараясь замять конфликт. Но вчера и этого не было.
Несмотря на то, что не было никакой ссоры для обсуждения, у Дэна вырвался внезапный всхлип, который одинаково поразил их обоих. Самое худшее в этом - это то, что когда плотину прорывает - для Дэна нет пути назад. Он всегда был таким. Шторм поднимается, поднимается, а потом взрывается на уровне его лица.
Первая слеза оставила горячую дорожку на щеке, и затем последовал первый осмысленный ответ за это утро:
— Я не могу так больше, Лу, — получилось с надрывом.
И тут теплые, заботливые объятия окружают его. Луис просто смотрит на него, зная, что лучше не спрашивать, что он имеет ввиду. Было слишком много разговоров на эту тему, чтобы не понимать.
— Он.. Я просто.. Я не могу.
Дэн так благодарен ей за тишину. За годы дружбы Луис знала, когда нужно просто помолчать.
— Мы сидели на диване прошлым вечером, — слова посыпались из Дэна так, будто он сдерживал их в себе долгое время. Возможно, так и было. — Я притворялся, что сижу в тамблере, на самом деле я следил за Филом. Он был молчаливым весь вечер. И он писал кому-то сообщения.
— Ну, я уверена, всё в порядке, не так ли? Что такого в том, чтобы писать сообщения, — поспешно ответила Луис, успокаивающе поглаживая Дэна по спине.
Он услышал нотки волнения в голосе подруги, но отмахнулся от них и отчаянно замотал головой.
— Он может строчить смс-ки весь, блять, день! — почти выкрикнул Дэн. — Но он улыбался, Лу. Ты знаешь эту улыбку Фила? Как он весь светится, как чертова новогодняя ёлка!
Луис кивает, но с некоторой неохотой.
— Вот что он делал! А это была, между прочим, кино-ночь. Я скачал новый ужастик, я сделал попкорн, и я не уверен, что он даже три секунды подряд смотрел на блядский экран!
Выражение тревоги снова появилось на лице Луис, но Дэн вернулся к созерцанию бежевого кресла. Он даже перестал вытирать слезы, а они, будто нарочно, покатились еще быстрее и просто душили его, когда он начинал говорить.
— И я сижу там, натуральный баран! Весь такой «эй, Фил, а это было страшненько, да?» или «мы определенно должны снять нашу видео-реакцию на ужастики или что-то типа того». А он просто кивает и продолжает пялиться в свой телефон.
Несколько минут они сидят в тишине прежде, чем он решает закончить рассказ.
— А я просто.. просто хочу коснуться его. Знаешь, я так люблю, когда он просто между делом прикасается ко мне. Больше, чем в видео, но не так, что прямо уж часто. А за последние несколько дней этого не было ни разу.
Луис не настаивала, чтобы он делал какой-то вывод из этого всего, но он уже его сделал.
— Я думаю, он с кем-то встречается, Лу.
Луис стремительно притягивает его к себе и сжимает в объятиях на мгновение. Отодвинувшись от Дэна, она дарит ему самый заботливый на свете взгляд и говорит:
— Дэн, милый, я думаю, что ты совсем капельку, совсем чуть-чуть, но преувеличиваешь. Ну, да, Фил писал кому-то. Ну, и что? Вы живете вдвоем, но каждый волен делать что-то без контроля другого. Вспомни обо всех часах, проведенных тобой на тамблере или с этими твоими странными видеоиграми.
Дэн расстроено усмехается. Его лицо всё покраснело, глаза заплаканы и воспалены, он чувствует себя жутко непривлекательным. Но внутри он знает, что Луис никогда не будет попрекать его этим, поэтому он не против.
— Да, я знаю, — издевательским тоном произносит Дэн, — но я не улыбаюсь своему телефону, будто он сделан из Maltesers.
— Возможно, он прочитал что-то смешное, — тихо предполагает Луис.
— Возможно, у него появилась девушка. Или парень. Кто угодно.
Они оба замолкли на мгновение.
— Я так понимаю, ему ты всё еще не сказал, — разорвал тишину голос Луис.
— Черт побери, конечно, нет! — воскликнул Дэн, злобно вытирая оставшиеся дорожки от последних слез. — Я не идиот, Луис. Всё будет так нелепо, просто невероятно нелепо. А он бы.. он бы не хотел этого. Потому что Фил он… он такой добрый. Он будет со всем этим мириться ради меня, а я как всегда всё разрушу, потому что я так и буду хотеть стать чем-то большим, чем занудный неудачник, которым я являюсь.
— Но в то же время ты не хочешь, чтобы он встречался с кем-то другим, — это звучит больше утвердительно, чем вопросительно, и Дэн не удивлен.
— Я не знаю. Я просто… он всегда рядом, каждый день, это просто высасывает из меня все силы, понимаешь, не так просто покончить с этим.
— Так почему бы наконец не сделать это? — голос Луис звучит мягко и нетерпеливо одновременно.
Дэн тяжело и протяжно вздыхает и растекается по диванным подушкам. Сколько раз они возвращались к этому вопросу снова и снова. Луис единственная, кто знает. Уже не первый раз он сидит у нее, обсуждая этот вопрос или его вариацию. Дэн еще успеет подготовиться с адекватным ответом. Хотя он никогда еще не совершал такой забег через весь Лондон посреди ночи. Сегодня первый раз.
— Дэн? — обращается к нему Луис, пока он продолжает молчать.
— Всё что делает Фил — это флиртует со мной, — замедленно бормочет Дэн, — если бы я зашел дальше, он бы сбежал. Я всегда пойму намек, если мне им ударяют прямо в лицо, Лу.
— Ты никогда не узнаешь его намерений, пока не скажешь ему, милый.
— Я НЕ скажу ему. Буквально вообще не скажу ничего. Это разрушит нашу дружбу.
— Но что, если он чувств…
Дэн вскинул вверх обе руки, не давая ей договорить.
— Да, точно. Ты вообще видела его? Он милейший человек на планете. Не то, чтобы у него были проблемы встретить кого-то получше. — Луис попыталась прервать его, но тщетно. — И это возвращает нас на исходную позицию: Фил игнорировал меня, чтобы переписываться с кем-то. И, если ты спросишь меня, он был чертовски счастлив.
— Дэн, это мог быть кто угодно, — продолжала настаивать Луис.
— А я о чем?
— Чтоб ты знал, это могла быть его мама.
— Это точно не его мама, — легкая усмешка касается губ Дэна, что отзывается широкой улыбкой на лице Луис.
— Откуда тебе знать?
До того, как Дэн успел ответить, его телефон защебетал о принятом сообщении. Он кивнул Луис, как бы извиняясь, а сердце учащенно забилось в легкой, глупой надежде, что это Фил.
Опять же, кто может писать ему раним утром?
Фил (08:47 АМ)
Ты где?
— Это Фил, да? — догадалась Лу.
Дэн попытался сконцентрировать все свои способности, но уже было слишком поздно. Улыбка, которая расцвела на его лице, была слишком показательной, чтобы выдать ее за случайную. Короткая, но острая боль где-то в районе груди напомнила ему, что его чересчур легко читать, когда речь заходит о Филе.
— Ага. Ты не против, если я…
— Конечно, нет. Я пойду проверю Дарси и заодно приготовлю тебе завтрак, — тепло улыбнулась ему Луис.
— Напомни мне, почему ты миришься со мной таким? — произнес Дэн с благодарностью.
— Сила привычки, — она наклонилась к нему и почти по-матерински поцеловала в лоб.
Луис встала и вышла из гостиной, неслышно прикрыв за собой дверь. Дэн сделал глубокий вдох. Все эти вещи, что он рассказывает Луис, — то немногое, что Филу не позволено знать. Как же Дэну хотелось сохранить рядом с Филом себя, но более крутого и менее проблематичного. К сожалению, эти времена позади. Они знают друг друга слишком давно, провели слишком много времени вместе, поделились слишком многим, чтобы Дэн теперь врал Филу самым изощренным образом. Меньшее, что он мог, это скрывать, насколько без ума он влюблен в этого парня. Именно это он и делал. Последние пять лет или типа того.
Дэн никак не мог решить, написать или позвонить Филу. И пока он выбирал между двумя опциями, пришло еще одно сообщение.
Фил (08:52 АМ)
Дэн? Ты вышел в магазин?
Со вздохом он начал печатать ответ. Так лучше. Никакая лишняя эмоция не проскользнет в текстовом сообщении, кроме, может быть, случайной опечатки, которую так любят повесить на него все подписчики.
Дэн (08:53АМ)
Нет
Фил (08:53 АМ)
Тогда где ты?
Дэн (08:54 АМ)
Я у Луис
Дэн (08:54 АМ)
Почему ты вообще проснулся?
Фил (08:56 АМ)
Я не знаю. Просто в квартире было так тихо
Дэну понравилось представлять не написанное "без тебя" в этом сообщении, но он знал, что всё иначе. У них обоих была куча разных проблем со сном и один ад на двоих со сбитыми биологическими часами.
Фил (08:57 АМ)
Почему ты у Луис так рано? С ней всё в порядке?
Дэн усмехается, глядя на телефон, но в его реакции нет ни капли веселости. Луис в порядке. А в порядке ли Дэн? Вот это совсем другая история.
Дэн (08:59 АМ)
Она в порядке.
Он не чувствует необходимости объяснять что-либо дальше.
Фил (09:04 АМ)
Дэн?
Дэн (09:05 АМ)
что
Фил (09:06 АМ)
Возвращайся домой
Слезы наворачиваются на глаза прежде, чем он успевает понять, что такое простое сообщение смогло потянуть за нужные струны. Пять чертовых лет с Филом. Конечно, он может читать между строк. Дэн раздраженно провел по лицу тыльной стороной ладони, потому что он не собирается плакать только из-за того, что Фил хочет, чтобы он вернулся домой. Это всё бессмысленно, и возможно очень скоро он узнает, что он не единственный важный человек в жизни Фила. И он не сделал ничего, чтобы попытаться предотвратить это.
— Лу? — крикнул он в сторону кухни. Судя по звукам, она предположительно где-то там.
— Да?
— Я думаю… Я пойду домой.
