И целого мира мало...

Чем хорошо утро выходного дня, так это тем, что не нужно подрываться под звон будильника и ненавидеть всё вокруг. В этот раз Дима проснулся раньше той, с кем просыпался рядом вот уже полтора месяца, чему был крайне удивлён. От его потягиваний и характерных зеваний, Поля сама начала просыпаться, хотя могла бы поспать ещё. - Сколько времени? - сладко зевая, уточнила она. - Времени много, чтобы успеть отдохнуть на всю эту трудную неделю, - отозвался он, потянувшись к её губам, но не получая ничего кроме поцелуя в щёку. - Ты, кстати, помнишь, что у тебя в четверг презентация клипа? - напомнила девушка, продолжая зевать. - С Рудковской-то забудешь… Ты же придёшь? - настороженно спросил мужчина. - Постараюсь, - наконец просыпаясь, ответила она, - Давай ещё поваляемся? - С удовольствием! - хитро ухмыльнувшись, закивал Дима, пробираясь руками под её футболку. - Поваляемся, Дима, а не сделаем зарядку, - убирая его руки, отозвалась Пелагея, возмущенно шикнув. - А я чего? Я же ничего… Обнимаю тебя, - невинно пробубнил он, вновь опустив руку на её живот. Наверху послышался какой-то грохот, а в следующую секунду раздался протяжный стон Гагариной, о чём догадаться было несложно. - Вот, Поля, - подняв руку в сторону потолка, заявил мужчина, - Бери пример с тех, кто за здоровый образ жизни и начинает своё утро с зарядки! - Скорее, расплачивается за вчерашние грехи, - усмехнулась она, вспомнив вчерашнюю сигарету в руках подруги, - Пошли завтрак готовить… - То есть, вот так вот, да? Кому-то всё, а кому-то ничего, - наигранно обижаясь, цокнул он, вылезая из под одеяла, и чувствуя, как блондинка обняла его сзади за шею, вынуждая развернуться к себе. - Сейчас уже никто не спит, поэтому придётся потерпеть до вечера, - проговорила Поля прямо ему на ухо, беря его лицо в свои ладони и приближаясь к его губам. Со второго этажа снова послышался грохот, будто что-то упало и ударилось прямо об пол. - Это будет трудно, - констатировал Билан, ещё раз подняв голову к потолку и сам приникая к её губам. Все четверо встретились в гостиной только через десять минут, когда приняли водные процедуры и захотели есть. - Поздравляю Вас, Дмитрий! - сказал Дима, как только увидел Исхакова, а Пелагея ткнула его в плечо, чтобы он замолчал. - С чем? - удивлённо переспросил фотограф, а Полина слилась с бардовым ковром. - Пока что ты в этом доме самый счастливый человек, - ответил он, пожимая ему руку. - А ты не завидуй, - фыркнула Гагарина, показав ему язык. Завтрак имел место быть во всей этой истории, если бы сначала одна Поля не взяла из холодильника йогурт, а вторая не взяла бы кефир, поддержав её. И если первой за это ничего не было, потому что Исхаков за несколько лет брака уже отчаялся накормить жену, то вторая могла и не надеяться, что обойдётся одним кефиром. Мужчина был решительно настроен откормить свою девушку, которая за полгода совместной жизни с хоккеистом успела прилично скинуть и стать катастрофически худой. Сейчас Полина могла смело одолжить своё платье подруге, а той оно непременно было бы, как раз. Поэтому Дима уже третью неделю упорно пытался ввести в рацион Пелагеи хотя бы три полноценных приёма пищи, потому что, как только они начали вместе жить, он пришёл к выводу, что она просто-напросто забывает есть, если ей об этом не напоминать. В связи с этим кефир был изъят из рук блондинки с возмущенным: "Я тебя скоро чувствовать рядом с собой перестану". Разочарованно покачав головой, подруга пожала плечами, показывая, что в этой ситуации он прав. Под чутким руководством одного Димы второй пытался сварить кашу. И от того, что с одной стороны Исхаков объяснял, что делать, а с другой скулила Пелагея, возмущаясь, что не хочет эту самую кашу есть, у него, конечно же, всё сгорело. Отогнав эту парочку от плиты, мужчина посоветовал почитать им свой гороскоп, так как день явно был не благоприятный для развития навыков кулинарии, а сам решил приготовить яичницу. Полина уже успела съесть свой йогурт, пролистать новостную ленту и констатировать, что сеть здесь конкретно не ловит. - Ты телефон разбила? - приземляясь на диван рядом с подругой, спросила Поля. - Это стекло защитное, - кивнула Гагарина, смутившись такому вопросу. - Вчера же ещё не было… - без задней мысли проговорила блондинка. - Он упал на пол, - пожала плечами она. - Поль, ну, что ты как маленькая? Ты же слышала грохот, вот его последствия, - сказал Дима, усаживаясь на кресло и доставая свой телефон. - Ну, как бы… да… - выдохнула девушка, решив, что скрывать уже нечего. После завтрака, который всё-таки состоялся, было приятно решение посмотреть фильм, предварительно закачанный Димой на ноутбук. Фильм был грустный, поэтому Полина с Полей начали рыдать друг на друге ещё в середине. В отличии от девушек, мужчинам фильм показался очень интересным, поэтому грустить им точно было некогда. В итоге всё закончилось хорошо, и главный герой остался жив вместе с любимой девушкой. Но эмоции продолжали брать верх над сентиментальными блондинками, нежелающими успокаиваться и продолжающими лить слёзы. - Ну, всё же хорошо закончилось… - в очередной раз повторил Билан. - Димочка… - тут же переключаясь с одного повода на другой, всхлипнула Пелагея, обнимая его. И казалось, что им уже было не принципиально из-за чего плакать, лишь бы выплеснуть эмоции. Так и удерживая её в своих объятьях, пока она не успокоится, он удивлённо наблюдал за такой же Полиной, вытирающей слёзы. Наконец обе девушки успокоились и даже успели забыть, о чём был фильм, который произвёл на них сильное впечатление. Решив, что сидеть дома слишком скучно, молодые люди отправились на улицу в поисках чего-нибудь интересного. Прогулявшись по местному лесу, ничего кроме красных носов и онемевших пальцев на ногах они не нашли. Пока Полина с мужем пытались принять какую-то позу для фотографии, Дима пытался отогреть пальцы своей замёрзшей блондинки, причитая, что она не послушала его и не взяла перчатки. Поправив на ней шапку, на которую ему всё-таки удалось её уговорить, мужчина коротко чмокнул её в нос, по-прежнему грея её руки. Камера Исхакова издала характерный звук сделанной фотографии, а за ним ещё несколько. А Дима с Полей так и не понимали, что фотографирует он именно их, а не жену. - Поль, а положи руки ему на плечи, - сказал фотограф, обращая на себя их внимание. Удивлённо посмотрев в его сторону, Пелагея покорно уложила руки на плечи Димы. Фотосессия длилась недолго, потому что в стороне послышался хруст веток, а через несколько секунд и оглушительный визг Гагариной: - Твою мать! Её любовь к столбам и деревьям по-прежнему была безгранична, поэтому, посчитав, что если они с Димой были факелоносцами на открытии Олимпиады в Рио, то спортсменка из неё всё ещё может быть. Лететь с дерева хоть было и недалеко, но всё-таки опасно. Особенно, для человека, который выступает на сцене и появляется на публике, подвергаясь всё тому же публичному обсуждению. Упала с дерева, заработала синяк, а в газете написали, что муж избил. Журналистам нужен был только лишь повод, а всё остальное они напишут сами. - Я же попросил никуда не лезть, - возмущался Дима, удерживая девушку в своих руках, - У нас Ондрик и то, послушнее тебя… - Слушайте, я уже в ледышку превратилась. Давайте домой пойдём? - предложила Поля, устав прыгать по кругу и как-то греться, что окончательно не отморозить конечности. Её предложение все поддержали, так как на улице был адски-холодный ноябрь. Стекло Диминой машины было покрыто коркой льда, а в самом лесу уже местами лежал снег. Вернувшись домой, они сразу заварили горячий чай, что после такой прогулки казался в сто раз вкуснее. На улице начинало темнеть, потому что за городом вечерело намного раньше. За ужин отвечать пришлось тоже Диме, который сразу заявил, что Билану с Пелагеей к плите лучше пока не приближаться, а Полина и вовсе не претендовала на место у плиты, поэтому все эти споры проходили мимо неё. Исхаков решил приготовить мясо по своему собственному рецепту, услышав о котором, у его жены, знающей об этом невероятном мясе, потекли слюни. Мясо действительно получилось каким-то необычным и очень вкусным, а мужчина приобрёл статус "фотографа-кулинара", ещё раз подтверждая высказывание: "Талантливый человек талантлив во всём". Только не у всех ночь обещала быть спокойной, потому что, как только дверь спальни друзей захлопнулась, Дима буквально втолкнул блондинку в их комнату, тут же закрывая дверь и приближаясь к ней. В считанные секунды они оказались на кровати, не разрывая поцелуй. Блуждая руками по её телу, мужчина покрывал её шею поцелуями, оставляя на ней отметины и догадываясь, что завтра утром будет выслушивать недовольства своей принцессы. Но сейчас она полностью была во власти его рук, отвечая на требовательные поцелуи и изредка вздрагивая от его прикосновений. Её тёплый свитер, что был надет ещё перед походом на улицу, улетел в неизвестном направлении практически следом за джинсами, оперативно стянутыми с девушки. Сердце бешено стучало, явно намереваясь выскочить из груди от повисшего в комнате перенапряжения. - Завтра Гагарина весь день тебе это припоминать будет, - на секунды разрывая поцелуй и жадно хватая губами воздух, проговорила Поля. - Пусть припоминает… - отозвался он, тяжело дыша, - Она там тоже вряд ли сейчас в шахматы играет… Сжимая её ягодицы в своих руках, Дима беспощадно терзал шею Пелагеи, оттягивая время и попросту мучая ее. Поля извивалась под его умелыми руками, чувствуя, что вся превратилась в один сплошной комок возбуждения, сосредоточенного внизу живота. Безумно хотелось ощутить внутри долгожданную наполненность, трепетание члена внутри, от которого мышцы сами собой сжимаются в бешеном оргазме. - Дима... - умоляюще простонала она, но Билан не торопился исполнять ее просьбу: слишком сильно она измучила его за целый день, а следовательно, наказание будет долгим, тягучим и сладостным. Он измотает ее, заставит умолять дать ей кончить, а потом ворвется в ее тело с такой силой и с таким напором, что на следующий день девушка едва сможет стоять, а глаза ее будут гореть огнем страсти. Резко войдя в неё двумя пальцами и уверенно двигая ими там, он заставлял блондинку содрогаться и всхлипывать от каждого своего прикосновения. Он то ласкал её, то убирал руку, нарочно всё делая медленно, что являлось некой местью за утренний облом. - Билан, какая же ты сволочь! - прошептала блондинка ему в губы и впилась в них, поддаваясь его умелым пальцам. Однако в следующую секунду источник наслаждения пропал. - Ты не даешь, значит, а я еще и сволочь, - ехидно усмехнувшись, ответил Дима и почувствовал, что Поля задвигала бедрами, ища его руку. Потершись возбужденной плотью о её промежность, Билан принялся исследовать губами её грудь, покрывая поцелуями каждый миллиметр. Девушка сходила с ума, то и дело, забывая дышать от того, что он творил с ней. В эти минуты она была полностью в его власти, не в силах сопротивляться, да и не желая того. Дима потянулся к своему рюкзаку, через секунды вынимая оттуда маленький пакетик и быстро вскрывая его. Невольно вскрикнув от неожиданности, когда он резко вошёл в неё, Пелагея испуганно закрыла рот рукой. Он лишь хитро ухмыльнулся, подняв голову к потолку и ускоряя темп. До боли кусая её губы, мужчина сам едва сдерживался, чтобы не сорваться на рык, всё-таки понимая, что это неприлично по отношению к друзьям. Хотя, наверное, сейчас задумываться о приличии было крайне странно и немного поздно. В комнате остро пахло сексом, тела обоих покрывал пот, простыни больше не холодили кожу, а наоборот, заставляли ее гореть. Хлюпающие и шлепающие звуки отчетливо наполняли каждый сантиметр, каждую клеточку. Все было как в тумане, как в расплывчатой реальности, когда не понимаешь, где находишься и что вокруг. Чувствуя, что разрядка близка, Дима задвигался ещё резче, удерживая блондинку за талию и недовольно шипя от её острых ногтей на своей спине. - Дима… - в очередной раз всхлипнула Поля, до крови закусывая свою губу, чтобы не закричать. Кончая одновременно с ним, она едва смогла вымолвить: "Люблю", заплетающимся языком. - Шах и мат… - вспоминая недавнее упоминание о шахматах, выдохнул Билан, обессиленно приземляясь рядом с ней.