Глава 4 «Взаимопомощь и просьба»
21 ноября 2016 г., 18:14
— Что ты как бревно? Будь изящней, красивей, женственней в конце концов! — тренер возмущалась и разводила руками в стороны. — Пошла еще раз дорожку! И чтоб я видела твои настоящие эмоций! — она нажала на кнопку магнитофона и музыка опять заиграла с прошлого места.
Смотря на девушку, она молча кивала, а когда она закончила стоя в концовке, она подозвала ее к себе.
— Уже лучше, молодец, Катя, но все равно еще что-то не так. — Людмила Ивановна взялась пальцами за подбородок и задумчиво смотрела на какой-то предмет. — Может тебе поможет тот фигурист? С эмоциями у него все нормально, научит что, да как... — сделав кистью круг, она остановила ее ладонью наверх.
— Откуда вы знаете, что он фигурист? — девушка продолжала восстанавливать дыхания, присаживаясь на пол.
— Уж что, а наших чемпионов я знаю, можешь не сомневаться, этот парень тот еще... — она махнула головой в сторону двери ведущей в раздевалку — Ловелас.
— Ну, так, Людмил Ивановна, эмоций это же не просто так. Их надо ощущать там... Не знаю, но это сложно. Им нельзя научиться... — Катя пыталась состроить, как можно философское выражение лица, благородное так сказать.
— Ой, Анфисова, так и скажи, что помощи просить не хочешь, что ты, как трусиха? — девушка надулась в ответ и подняла обиженный взгляд на тренера.
— Я такого не говорила!
— В твоих словах был очевидный подтекст: «Я не хочу просить о помощи» — теперь уже женщина расплылась в хитрой улыбке.
— Вы меня провоцируете... — девушка уперлась руками в пол назад.
— Возможно... — тренер прищурила глаза и сложила ногу на ногу. Екатерина цокнула и пошла в сторону раздевалки.
Зайдя, она увидела парня, сидящего в спортивной форме и телефоном в руках. Она присела рядом и подогнула ноги под себя.
— П-привет, Виктор... — она пыталась не смотреть на Никифорова и отводила взгляд влево, ей было неловко по непонятным причинам, может, потому что они давно не виделись?
Светловолосый положил телефон в карман кофты и окинула взглядом Катю.
— Приве-ет, Анфисова! — опять эти бесконечные прищурив и хитрые улыбки. Тут же вся неловкость улетучилась и она уже была готова вернуться к соревнованиям, что они проводили в школьные времена. — Хочешь еще состязаний?
— Есть еще то, в чем мы мерились мастерством? — она драматично закатила глаза.
— Много чего... — и он уже собирался, но девушка его перебила.
— Я пришла, ну... Договориться, о помощи попросить. — она опять перестала смотреть на собеседника, в комнате повисла секундная тишина и тут же пронзающий смех Виктора. — Чего ты ржешь? — она била ладонью по скамейке, при этом изрядно покраснев.
— Вот уж подарок! — говорил Никифоров сквозь смех и слезы. — У тебя такое милое выражение лица, так еще и Екатерина Анфисова просит о помощи и не кого-то там, а меня – ее пожизненного соперника! — он взялся за живот и пытался вернуться к нормальному дыханию. — Хорошие шутки шутишь, молодец! — щелкнув пальцами, сказал парень. Краска с лица девушки бесследно исчезла, а на ее смену пришло ужасно серьезное выражение.
— Я тебя о помощи прошу, в моих словах нет ни грамма юмора. Накануне важные турниры и соревнования и чтобы мне не снижали оценки за мое каменное лицо, мне надо что-то делать со своей без эмоциональностью. Можешь просить взамен, что хочешь. — через несколько секунд, увидев на лице Виктора нездоровую улыбку, она добавила — В пределах разумного, конечно...
— Хорошо. — Катя почувствовала облегчение. — Только давай, договоримся о взаимопомощи? Я тебе с артистичностью, а ты мне с хореографией, договорились? — он протянула руку дабы скрепить договор.
— Договорились. — и она словно какой-то бизнесмен, скрепила договор. — Стоп. Это и есть твоя просьба? — она уже удивилась и обрадовалась, что ее не будут ждать хитрые просьбы блондина.
— Нет, Анфисова, это был договор о взаимопомощи. Возможно, ты плохо расслышала. — он развел руками в сторону и беспечно улыбнулся.
— Но это же... — уже было хотела возразить девушка, но почувствовала палец на губах.
— Тихо... Все честно, Анфисова.
«Он может обходиться без этих странных улыбочек...»
— Палец убери. — он послушно убрал его, а Катя тыльной стороны руки прошлась по губам, так, на всякий случай. — Дурак.
— Эй, Анфисова, а тебя там тренер не ждет? — он посмотрел за спину девушке, на закрытую дверь, будто бы пытался там что-то увидеть.
— Не знаю, но возможно. — она встала со скамейки и поправила майку. — Тогда, противный Никифоров, завтра в одиннадцать часов в этом зале, без всяких там опозданий. — Екатерина оглядела парня строгим взглядом.
— Можно обойтись и без колкостей. — скрестив руки на груди, недовольным тоном произнес Виктор. Она покачала головой, закатывая глаза и вышла из раздевалки, закрыв дверь.
По залу ходила взволнованная Людмила Ивановна и разговаривала по телефону.
— Мы утром говорили с вами об этом и я повторюсь еще раз, что я не буду оставлять свою подопечную одну в городе! Я понимаю, что это важно... — она остановилась и молча кивала. — Хорошо. Я подумаю, вечером сообщу. — убрав телефон от уха, женщина повернулась. — Ох, Катя, договорилась? — ее привычная улыбка была на лице.
— Да, договорилась. — она внимательно смотрела за своим тренером. — Людмила Ивановна, что-то случилось? — она повернулась к девушке, одевая сумку на плечо.
— Нет, ничего такого, чем тебе бы надо было забивать голову! Или переодевайся. Жду тебя у выхода. — и она ушла прямиком к выходу, а Катя в раздевалку.
Только зайдя туда, она вспомнила про Никифорова, что опять сидел с телефоном в обнимку.
— Можешь выйти, зал уже свободен. — она прошла к шкафчику и открыла дверцу.
— Спасибо, спасибо. — немного вяло ответил он гимнастке, не отрывая взгляда от телефона. Как поняла Катя, Виктор выходить не собирался, думая, что своим присутствием ничуть не мешает девушке.
— Выйди, Никифоров! — она возмутилась и указала на дверь.
— Зачем? — наконец посмотрев на Анфисову, сказал Виктор.
— Что за глупый вопрос? Это раздевалка и что в ней надо делать? Правильно, переодеваться, что я в принципе и собираюсь делать, а ты мне, так сказать, мешаешь что-ли? — она приподняла бровь и уперла руки в бока.
— Ну, я не думаю, что я тебе или ты мне будешь мешать... — посмотрел на девушку сверху вниз, он усмехнулся.
— А потом он еще спрашивает, почему он противный Виктор... — она достала из шкафчика рюкзак и начала складывать в него вещи.
— Ох, ладно, ладно. – он встал со скамейки и ушел к выходу. Взявшись за ручку, он сказал:
— До завтра, Анфисова! — и махнул рукой, в знак прощания.
«Чувствую, завтра будет сложный день...» — обреченно выдохнув, она стянула с себя шорты.
