Черный и рыжий

-Ну хен, хен! – обиженно мычит рыжеволосый парнишка – Минни, хватаясь за руку парня, который был похож на него как две капли воды, только чуть выше, и волосы были угольно-черного цвета. Братья Пак – любимцы всего университета, города и Вселенной. Сама природа наградила парней достаточно красивой внешностью. Вовсе не смазливой, как поначалу кажется. Если рассматривать каждую черту лица, то все кажется как-то слишком: слишком пухлые губы, слишком острая линия челюсти, слишком пухлые щеки. Но именно это придавало парням некий шарм. Несмотря на внешнюю схожесть, характеры братьев были очень различны. Чимин был горд, Чимин был самовлюбленным, Чимин был даже немного самовлюбленным засранцем. Брюнет был старше своего брата. Пусть их разделяли буквально мгновения, Пак старший чувствовал на себе некую ответственность, ибо его братец больше походил на пятнадцатилетнего мальчика. Пухлые пальчики, милые свитерочки, пушистые котята – все это описывало Минни. Младший вечно хвостиком ходил за братом, любил держать его за руки, сжимая пальчиками холодные пальцы Чима. Рыжий весь был какой-то нежный и светлый, в отличие от брюнета, что одним взглядом мог прожечь дырку или же превратить в льдышку. -Чего тебе? – устало выдохнув, брюнет достал из кармана пальто чуть помятую сигарету, нахмурился и закурил. С самого утра накрапывал мелкий дождь. -Юнги-хен сказал, что ты сегодня идешь в клуб, - младший сжал пальчиками ладошку хена, по привычке проводя ими по выученным наизусть линиям на коже. –Это правда? Возьми меня с собой. Старший затягивается, отворачивается и выдыхает дым куда-то в сторону, лишь бы не на младшего, чтобы тот не вдыхал, а после усмехается. Чимин давно наслышан о том, что Мин желает затащить его рыжего братца в постель, а тот до одури наивен. Хлопает глазками и мило улыбается, когда Юнги смотрит на него как на ужин. -С чего бы я должен брать тебя, Минни? – брюнет опускает голову, заглядывая в сияющие глаза младшего, и скользит взглядом по его лицу. Нижняя губа дрожит – значит обижается. Пак лишь вздыхает и сжимает маленькую ладошку в своей. -Я хочу посмотреть. Я не маленький. -Когда ты в последний раз пил, мне пришлось снимать тебя со стола, мало ли что ты натворишь в этот раз, - брюнет чиркает пальцем по зажигалке, задумчиво и немного раздраженно смотря на пламя, а после выдыхает, замечая погрустневшего Минни. Тот разглядывает носки своих ботинок, водит ими по асфальту и кусает губы. Чимин щурится, замечает на губе ранку от укуса и довольно улыбается. -Хен, но ведь… ты будешь рядом, - мычит рыжий, поднимает голову и встречается взглядом с глазами старшего, что скользит по его губам легким прищуром. Младший без слов понимает, чего добивается брат, но упрямо продолжает кормить его нежностями, -Что со мной случится, когда у меня есть такой ты? Брюнет вздыхает, чувствуя, как слова братца тешат его самолюбие, цепляет подбородок пальцами, выбросив сигарету, и мягко целует пухлые губки. Рыжий не теряется, обхватывает ладонями шею Чимина и целует того в ответ, довольно урча, ибо уж слишком долго пришлось ждать – в универе не поймут. -Я просто переживаю, ты же знаешь, - шепчет Пак, задевая кончиком языка ранку, которую оставил ночью, и смотрит в радостные глаза напротив. Минни любит ласку так же, как и грубость. -Я буду в порядке, хен. Правда, ты же меня не дашь в обиду, о чем может идти речь? – так же тихо шепчет младший, поглаживая пальчиками выпирающие ключицы брата, смотрит, как тот скалится и тянется за поцелуем опять, но рыжий подставляет палец к губам и улыбается на его недовольный взгляд, -Так я иду? -Засранец. Идешь, иначе плешь всю проешь, - фыркает тот, убирая ладонь рыжего и с особой жадностью впиваясь в его губы, наслаждаясь любимым теплом родного тела.

***

-Слишком шумно, - заключает Пак младший, пока брат ведет его к вип-столику, крепко сжимая горячую ладошку. Чимин часто зависал в этом клубе со своей компашкой, Минни же дружил только с Тэхеном, потому что тот был единственным человеком, кого одобрил брюнет. Вообще, старший брат был страшен в порывах ревности, Минни знал это, поэтому под горячую руку старался не лезть, хоть и выходило это не всегда. Ни один из братьев не скажет точно, когда начались эти отношения. Младший все время таскался за братом, а тот в общем-то, и против не был: внимание этой очаровашки всегда льстило ему. Возможно, одной из причин стала самовлюбленность Чимина, тот мог подолгу пялиться на себя в зеркало, разглядывая лицо и мышцы. Минни стал взрослеть куда позже, если у старшего в пятнадцать уже было что-то мужественное в чертах лица, то у него лет до шестнадцати не сходила детская припухлость, щечки были круглыми, да и вообще он больше походил на пирожочек. В какой-то момент Чимин стал замечать, что рыжий кажется ему не таким уж и маленьким ребенком, пусть повадки у него и оставались, но братишка заметно возмужал. Особенно это было видно, когда тот танцевал: Минни становился до одури желанным и лакомым кусочком, ибо завораживал одним только взглядом. Позже старший стал замечать, что у братца ушла его угловатость в теле – тот чуть пополнел, а бедра и ягодицы вполне так округлились. Именно на последнюю часть тела Чимин чаще всего стал обращать внимание. На восемнадцатилетие парни устроили знатную такую вечеринку, на которую пригласили достаточно много человек. Там-то брюнет и разгулялся. Минни не был любителем алкоголя – это знали все, но под пристальным взглядом старшего, тот вливал в себя стакан за стаканом, пока тот раздевал его и целовал за ушком. Рыжий был бы и рад остановить обнаглевшего брата, но понимал, что тот явно не собирается причинять ему боль. К тому же, кто был ему так же близок, как он? -Здесь всегда шумно. Это же клуб, - пренебрежительно бросает Чимин, а его брат с легким удивлением смотрит на него. Брюнет никогда не говорил с ним в таком тоне, отчего ему становится далеко не приятно, а внутри все неприятно скручивает. -Я бываю в клубах не так часто, как ты, - выдыхает Минни и сует руки в карманы, заставляя удивиться теперь старшего. Он тянет руку обратно к любимой горячей ладошке, но братца уже и след простыл – пришел Тэхен, а тот полетел с ним обжиматься. Пак кривит губы, прожигая спину младшего тяжелым взглядом, хотя сам понимает, что перегнул палку. Уж слишком нежным был его брат. Пока Чимин пьет и общается с друзьями, младший тянет друга танцевать, и брюнет перестает вникать в разговор, наблюдая за рыжей макушкой весьма недовольным взглядом. Рыжий получит за такие выкрутасы, он это знает, и все равно продолжает злить брата, который не может найти себе места: то мечется, сидя на диване, то встанет, чтобы найти брата взглядом. Позже приходит Юнги, и Пак старший совсем мрачнеет, щурится и скользит угрюмым взглядом по парню, а тот тем временем бросает в его сторону довольную ухмылку. Только этого здесь не хватало. Пронюхал, что близнецы придут, вот и притащил свою сахарную задницу, надеясь ухватить свою долгожданную добычу. Когда достаточно наскакавшийся младший приходит, он долго пялится на угрюмого брата, а после садится рядом с Ги, и тот едва ли не давится коктейлем от радости, ибо обычно тот сидит со своим старшим (собственно, на это рассчитывал и Чимин). Брюнет лишь усмехается, шепчет себе под нос короткое «понятно», заказывает себе еще один коктейль и идет на танцпол, где его сразу же окружают полуголые пьяные девицы. Минни бросает в сторону хена грустный взгляд, поправляет на себе толстовку и как-то жмется, потому что становится ну очень неудобно. Чимин танцует, совсем не утруждаясь отогнать от себя прилипчивых девок, а рыжему становится совсем грустно, потому что хену весело и без него, а хотелось сделать все наоборот. -Малыш, пить будешь? – шепчет на ухо достаточно таки пьяный Мин, специально задевая молочную кожу губами и кайфуя от запаха младшего. Минни удивленно моргает, поворачивает голову и переспрашивает. –Коктейль тебе заказать, говорю? Пак задумчиво кривит губы, думая, что ему влетит от хена, а после кивает, потому что хен и сам ведет себя весьма плохо. -Заказать, - озвучивает свои мысли тот, а Мин усмехается и касается губами пухлой щеки. -А что мне за это будет? – спрашивает парень, а после едва ли не отлетает на другой конец диванчика от достаточно сильного точка. -Скручу твой член так, как скручивают шарики. Собачкой, знаешь? – Чимин прижимает к себе перепуганного братца и буравит взглядом оборзевшего хена, что выглядел крайне раздраженным. -Может ты уже выключишь мамочку? Твой брат вполне может сам решить, чего он хочет, - хмыкает Мин, проводя языком по губам. -Хен, пойдем домой, м? – младший успокаивающе гладит плечи своего брата, чувствуя, как тот напряжен, жмурится, встает на носочки и осторожно целует брюнета в губы. Чимин выдыхает, расслабляясь, прижимает к себе хрупкое тело своей половинки, шепчет в губы нежности, о чем-то спрашивает, и рыжий кивает, пока Мин медленно охуевает от происходящего. -Увидимся завтра, хен.

***

-Я ведь просил тебя не подходить к этому ублюдку, - тихо рычит брюнет, стягивает с себя кожанку и швыряет ее на пол, пока Минни стягивает с себя свое пальто и бережно вешает его на вешалку. Пак старший все еще рычит что-то, агрится и идет в гостиную, сминая в руке пачку сигарет, а его брат поднимает куртку, так же осторожно вешает и семенит на кухню – нужно поставить чайник. Чимин закуривает прямо в доме, злится и потирает костяшки пальцев. –Надо было еще давным-давно ему вмазать, чтоб знал. -Но тогда у тебя были бы проблемы, Чимин-а, - тихо тянет рыжий, усаживаясь перед братом на пол, а тот тянет его к себе, прижимает спинку к своей груди и утыкается лбом в худенькое плечико. Тихо вздыхает. Устал. -Знал ведь, что будет там этот… зачем вообще тебя брал. А если бы не успел? – Пак нежно целует плечо близнеца, а после жмется носом к его шее, вдыхая запах клубничных конфет. -Ты бы успел, хен. Ты всегда успеваешь, - тихо шепчет младший, поглаживая ладонь брата, поворачивает голову и звонко чмокает в щеку, -Чайник вскипел. Пойдем? -Не хочу, - мотает головой Чимин, коротко целуя шейку. -Я могу принести сюда, хен… - растеряно сипит брат, поворачиваясь. Долго смотрит, как старший курит, и кусает губы. -Я устал. Лучше помоги мне, ладно? – Минни вспыхивает, прекрасно понимая просьбу своего хена, но все же послушно придвигается к брюнету, что садится на полу удобнее, вновь затягиваясь, и принимается медленно расстегивать его ширинку. Пак старший довольно скалится, радуясь сообразительности своего мальчика, треплет рыжие волосы, выдыхает дым в сторону и цепляет пальцами подбородок, -И не забывай смотреть в глаза. Понял? Младший лишь кивает, приспускает узкие джинсы хена до колен и поглаживает пальчиками член брата. Выдохнув, он тянется за поцелуем, осторожно касаясь пухлых губ напротив, и на его поцелуй лениво отвечают, все же не давая забыть о первоначальной просьбе. Минни опускается перед братом, стягивает с того белье, а после ведет кончиком язычка по головке члена, пока брюнет довольно сипит. Пак не торопится начинать, он дразнит и раззадоривает, коротко целуя член и касаясь его язычком. Чимину это совсем не нравится. Он сжимает яркие волосы в ладони и слышит капризное хныканье, отчего вновь довольно ухмыляется. Братец погружает головку в горячий ротик, обводит ее язычком, он обхватывает пальчиками член у основания и медленно надрачивает, придерживая член. Старший ласково чешет пальцами за ушком, зная, что его это заводит, и не ошибается – рыженький мигом краснеет и елозит, касаясь кончиком язычка уретры. Тот вспыхивает едва ли не до кончиков волос, вспоминая, что нужно смотреть в глаза, чуть приподнимает голову и с невероятным смущением смотрит в темные от возбуждения глаза брата. Чимин ликует. Его мальчик всегда смущается долгих взглядов прямо в глаза, что уж говорить о взгляде, когда его розовый язычок ласкает член. Брюнет чуть подается бедрами, и младшему приходится взять член в рот, как этого и желает его брат. Он начинает медленно сосать, все так же смотря в глаза, мысленно умоляя его позволить ему опустить взгляд, но тот был неумолим. Он сжал пальцами подбородок, норовя оставить следы, и чуть прищурился. -Ты сегодня слишком плохо себя вел, Минни, - шипит старший, рукой скользя по спине, чуть задирая свитер, и мнет пальцами сочные ягодицы брата, отчего тот жмурится и вбирает в рот член все глубже и глубже. Расслабляет горло, втягивает щеки и сосет так, что Чимин стонет уже во весь голос, а после отталкивает от себя брата. Тот облизывает опухшие влажные губы, смотрит на брата пьяно и едва ли не всхлипывает от возбуждения. Пак тянет рыженького обратно к себе, задирает свитер, после стягивая его, ведет языком по ключицам, опускается к ложбинке между розовыми нежными сосками и берет один в рот, звонко причмокивая. Младший стонет и теряется, потому что хен нарочно играется с его чувствительными местами. Вот он раздвигает его ноги, снимает джинсы с бельем, откидывает их в сторону и поглаживает внутреннюю сторону бедра, поднимается к паху, обводя пальцем маленькую родинку, и накрывает аккуратный член брата ладонью. -Хен, я хочу тебя… - тихо хнычет Минни, утыкаясь личиком в шею старшего, а тот улыбается и играется с ним, нажимает пальцем на головку члена. -Что-что, маленький? -Хочу тебя, хен! – повторяет Пак и вспыхивает ярче прежнего, потому что брат постоянно заставляет его говорить такие смущающие вещи. -Что хочешь? Как? -Трахни меня, пожалуйста, Чимин-хен… - тихо шепчет тот, а после его тянут к себе на бедра и упираются горячей плотью между ягодиц. Рыжий сглатывает, но жмется к члену задницей, скользит и потирается, пока старший ищет в кармане джинс тюбик со смазкой. Когда холодный палец скользит внутрь, он старается расслабиться, чтобы старший растянул его как можно скорее. Тот и сам особо не заботится о качестве, скорее растягивает для галочки, чтобы не порвать. Младший уже привык к достаточно грубому сексу, брат брал его нежно не так уж часто, скорее чтобы порадовать своего малыша. Когда в заднице двигаются уже три пальца, надавливая на бархатные стеночки, Минни начинает елозить, потому что пальцев мало, и брюнет это понимает. Он вытаскивает блестящие пальцы, проводит по ним языком и ехидно улыбается. -Любишь меня? – спрашивает старший, упираясь головкой в колечко мышц. И ему самому не в кайф терпеть, но изнывающий от желания Минни слишком невероятен. -Конечно люблю, хен. Люблю. Люблю тебя, - тихо бормочет парнишка, а после пошло стонет, потому что брат входит сразу наполовину. Больно, рыжий сжимает член внутри, ощущает, как тот пульсирует, и готов поклясться, что чувствует каждую венку на нем. Чимин сначала не двигается, уткнувшись лбом в плечо своего мальчика, тяжело дышит и привыкает сам, хотя привыкнуть следовало бы давно. Когда младший осторожно насаживается сам, юноша подхватывает его под бедра и осторожно входит до основания сам. Рыжий, кажется, все время будет узким, сколько бы они не спали, и это сводит с ума. Жар родного тела опьяняет, Пак двигается, сжимая молочные бедра пальцами, невольно вспоминая, как к его малышу жался Мин, и скалится, потому что жутко ревнует, а тот трогал его, даже целовал. Чимин мотает головой, отгоняя наваждение, двигается резче, срывая с опухших губок громкие стоны и всхлипы. Брюнет едва ли не показывает всем своим видом, кому принадлежит его брат, двигается грубо, целует в шею и оставляет багровые засосы, рычит в ухо, сжимает бедра до синяков. А младший только и рад, прикосновения старшего заводят только больше, брат как никто другой знает, чего ему хочется. Как-то раз Минни хотел было переспать со своим однокурсником, но тот не смог его даже возбудить, то и дело тыкаясь своим членом и неуклюжими паклями куда не нужно. Чимин двигается глубже, попадая по простате, кусает младшего за мочку уха, оттягивая, а тот дрожит в сильных руках от возбуждения. Рыжий едва ли не задыхается от удовольствия, тянется к губам и мокро целует, сразу скользя юрким язычком по языку брата. Тот берет инициативу в свои руки, целует так же грубо и жадно, как и трахает, кусает губы, сплетает языки и заставляет своего близнеца терять голову от таких прикосновений. Он насаживается на горячий член сам, вслушиваясь в пошлые и громкие шлепки тел, царапает короткими ноготками плечи Чимина и мотает головой, потому что больше не может терпеть. Громко простонав имя брата, он изливается на его живот и дрожит всем телом после оргазма, сжимая внутри пульсирующую плоть. Старший еще несколько секунд двигается, а после кончает в рыжего, стискивая зубами его плечо. Тот сипит и хрипит что-то, брюнет не особо вслушивается, тянется рукой за пледом и ложится на спину, утягивая за собой брата. Заботливо накрыв оба все еще горячих тела пледом, он нежно покрывает поцелуями личико его любимого, а тот жмется доверчиво, потому что ближе, роднее и любимее Чимина у него никого нет. -Я люблю тебя, малыш, - тихо шепчет Пак, проводя кончиком носа по взмокшему виску, получая в ответ ласковую улыбку. -Я тоже люблю тебя, хен, - рыжий берет брата за руку, по привычке переплетая пухлые пальчики с красивыми пальцами брата. –Будем объяснять Юнги-хену? -Перебьется. Пусть знает, кому ты принадлежишь. -Тебе, Чимин-а.