Не об Ангелах

Я буду ждать тебя здесь. Мой неукротимый ветер, Повей в мою комнату. IAMX - The wild wind

Он вновь обратил на неё внимание, когда был убит Робб Старк. Отчего-то в его голове сразу возник образ Сансы, а вовсе не Кейтилин, — и это стало первым тревожным звоночком. Они обе были в опасности, под прицелом у Ланнистеров, и всё же его воспаленное интригами сознание воссоздавало лишь картины того, что могут сделать златовласые ублюдки с дочерью его первой возлюбленной. Это было странно и пугающе, словно ему дали удар поддых, а потом вытянули из легких остатки воздуха. Петир крутил эту мысль долго, но не смог найти объяснения. Он вспоминал юную Талли с её тонкими запястьями и россыпью родинок на плечах, чтобы тут же сравнить с ангельской улыбкой её дочери и её пронзительным взглядом. Кэт стала мечтой, потерявшей свой блеск, и, почти оказавшись у него в руках, перестала иметь ту ценность — она попросту изменилась настолько, что порой вызывала раздражение своей холодностью и надменностью. В юности эти качества казались ему благородными, возвышали её над остальными, сейчас лишь отталкивали. Его гонка за ней вдруг показалась ничтожным прикрытием, использовавшимся в качестве щита и сослужившим свою службу. Петир постукивал по баранке руля, рассеянно глядя на парковку университета. Он отстраненно подумал, что Кэт не проживет долго, если продолжит копать под Ланнистеров, и потянет за собой детей. Неизвестно, сколько Тайвин намерен был терпеть её, неизвестно, как далеко он готов зайти в истреблении Старков. Нед своим стремлением к справедливости и Кэт жаждой мести поставили детей на линию огня, и их сын уже лёг первой жертвой. Следующей в списке была Санса, и, вспомнив её полный ненависти взгляд, обращенный к Джоффри, вкупе со сладчайшей улыбкой, Петир подумал, что у неё был тот самый потенциал, которого не доставало сейчас Кэт. Может, в юности она была способна стать игроком, но сейчас уже было поздно. Чего не скажешь о её дочери. Он нарыл на неё столько информации, сколько мог, выяснив, что помимо подонка Джоффри в круг её друзей входила Маргери Тирелл — выгодный, очень выгодный союзник. Он не сомневался, что Санса выбрала наследницу Тиреллов специально, руководствуясь определенной целью — заручиться поддержкой набирающей авторитет семьи. Осознанно или нет, это не имело значения. Она усердно занималась в университете, но по ночам всё равно была у руки Джоффа и, может, сперва эта собачья преданность раздражала Бейлиша, то потом он отбросил раздражение, понаблюдав за её поведением: она была слишком умна, чтобы принимать наркоту, как её парень, и осторожна в выборе собеседников и приятелей. Если научить её, подтолкнуть в нужное направление, то из ранее наивной дурочки выйдет неплохой игрок. Заметив рыжую макушку, Петир вышел из машины и уверенно направился к девушке. Она сменила розовые платья и белые блузки с кружевом (он думал, что стал больным ублюдком, когда впервые ощутил волну возбуждения, увидев Сансу в плотных чулках и клетчатой юбке, как у школьницы) на черную джинсу и тёмную майку. Её глаза были густо подведены, вероятно, чтобы скрыть последствия слёз и синяки под глазами, а губы были сжаты в тонкую линию. — Санса, — от звука его голоса девушка вздрогнула. — О, вы меня напугали, — выдохнула она, резко остановившись и теснее прижав сумку к груди. — Здравствуйте, мистер Бейлиш. — Кажется, мы договаривались, чтобы ты называла меня просто Петир, — он смягчил тон, продолжая стоять рядом с Сансой посреди парковки. Она медленно кивнула, недоуменно глядя на него. — Что-то случилось? Что-то с мамой? — беспокойство исказило её приятные черты. «Пока нет», — подумал Бейлиш с досадой, — «но скоро случится». — Нет-нет, всё в порядке. Но я хотел бы с тобой поговорить. Ты не против? — он махнул рукой в сторону своей машины, и Санса последовала за ним. Она всё ещё настороженно наблюдала, скосив взгляд, и это посылало слабое волнение. В тишине они дошли до его автомобиля, и внутри салона Санса, вновь нацепив маску сладкой, милой девочки, произнесла: — У вас классная машина. Его губы искривились в усмешку: — Рад, что тебе нравится. Петир специально выбрал кафе с открытой террасой, понимая, что девушке будет комфортнее, если рядом будет путь к отступлению — он не мог винить её за страх после убийства брата. Расположившись за столиком, он аккуратно произнес, глядя на её реакцию: — Я очень сожалею о том, что произошло с твоим братом. На самом деле, ему было плевать на до тошноты похожего на отца Робба Старка, но ей знать это было необязательно. В идеале, она должна научиться доверять ему, ведь только так он будет способен помочь ей выжить. — Спасибо, — послышался тихий ответ. С минуту Санса молчала, изучая меню, её глаза бегали по строчкам, но, казалось, она вовсе не замечала написанного. А после её взгляд метнулся к его лицу, поймав врасплох. — Вы хотели поговорить о моём брате? — Нет, — Петир склонил голову вбок. — Ты можешь обращаться ко мне на «ты», я не так уж стар. Санса так прикусила губу, что проступила кровь. Алая капля заблестела, прежде чем она слизнула её, а после торопливо поднесла ко рту чашку и сделала глоток. По тому, как она слегка поморщилась, было видно, что ей стало больно. Петир старался не думать, каково бы было самому наклониться через стол и пройтись по её губам, ощущая солоноватый вкус. Вместо этого он сосредоточился на внезапном воспоминании о том, как опускал ноги в морскую воду, шипя сквозь зубы проклятия, когда соль попадала на царапины. Кейтлин, Лиза и Эдмур всегда были изобретательны в играх, которые часто заканчивались синяками, порезами и ссадинами. Петир стоял по колено в воде и смотрел вдаль, думая, как, повзрослев, будет сам приезжать на побережье и вместо того, чтобы делить крышу с Талли, ловя на себе укоризненный взгляд Хостера, снимет свой собственный дом у кромки воды. Никто и никогда не упрекнет его. Никто и никогда не укажет, что ему не место во власти. Санса была напряжена — кажется, от неё не укрылся его почти голодный взгляд. «Возьми себя в руки, больной извращенец», — дал он себе мысленную пощечину, прежде чем произнести: —Джоффри хорошо к тебе относится? К её чести, при упоминании парня она дёрнулась лишь едва ощутимо, не наблюдай он за ней так пристально, то и не заметил бы. — Да, Джоффри очень помогает мне в этот… непростой период. Он очень добр и заботлив, — её слова были четко выверенными и заученными, как песня, которую ставишь на повтор. Она, определенно, знала, что не стоит молоть языком с кем попало, и пусть это было полезным качеством, сейчас оно создавало лишние проблемы. —Ты совсем не умеешь лгать. Нет, «совсем» было, разумеется, не правдой. Санса вполне могла провести Ланнистеров или свою мать, усыпить бдительность своей очаровательной, невинной маской, но он был слишком опытным игроком, чтобы она была в состоянии обвести вокруг пальца и его. — Зачем мы здесь? — её голос слегка дрогнул на конце, выдавая испуг. Петир аккуратно, почти невесомо дотронулся до её руки. — Я просто хотел предупредить, чтобы ты была осторожнее. Сейчас опасно для всех, кто носит фамилию Старк. — Это угроза? — голубые глаза сощурились, а губы сжались в тонкую линию, и она отняла руку. Вместо прежнего испуга появилась жесткость, и, вероятно, именно в тот момент Петир понял, что не прогадал — она может стать ценным союзником. — Я не враг тебе, милая. Она хмыкнула, опустив ложку в принесенный официантом десерт. — Конечно. Вы… ты работаешь на Ланнистеров? Петир покачал головой, делая глоток кофе из своей чашки. — Я работаю сам на себя, — он выдержал паузу, давая девушке обдумать его слова. — Я посоветовал твоей матери увезти детей подальше, она сделала это? Санса неуверенно кивнула. — Да, Арья и Бран в безопасности, Рикон пока что дома, — она дёрнула плечами, будто сгоняя неприятные мысли, и опустила взгляд вниз на свою тарелку. В этот момент она казалась моложе своих лет, и Бейлиш подумал, что ей нужен кто-то, точка опоры, ведь грядет шторм. У него не хватало сил спасти Кэт, и от этого было тошно и неприятно (он мечтал об этой женщине половину жизни), но с Сансой всё ещё не было потеряно. Она пока что опасалась его, но это было поправимо — пройдёт время и он станет её единственным другом. Тем, кто научит её игре. За много лет Петир привык сохранять маску, идеально застывшее безучастное выражение. Он спокойно ступает по мокрым листьям, глядя на опущенные плечи Сансы. Что-то в нем ноет и болит от её апатии и безразличию к дышащей в спину смерти. Из неё словно выкачали жизнь за секунду — вот она сидит на веранде, сжимая чашу с горячим вином, а через мгновение послушно следует на казнь, будто впереди её ждёт финишная прямая, стянутая красной линией. Чуть-чуть — и победа. От её улыбки кровь стынет в жилах, и Бейлиш молится всем богам, чтобы она не совершила глупости, чтобы поняла, что он не предавал её. Конечно, он настолько хорошо научился притворяться, что она не замечает подвоха. Слетевшая с катушек Серсея шипит что-то, выпуская слабое облако пара в воздух, и ему кажется, что повеяло ароматом вина, с которым миссис Ланнистер в последнее время не расстается. Он презрительно кривит губы, наблюдая за её неадекватным поведением, вспоминая, когда впервые стал замечать спиралевидную дорожку к её скорому безумию. — Бейлиш, надеюсь, ты понимаешь, что любое твоё действие имеет последствия, — Серсея не сводила с него своего змеиного взгляда, вальяжно раскинувшись в кресле напротив. В этом положении она явно чувствовала власть, а тот факт, что она не считала Петира достойным соперником, снимал барьеры. — Само собой, — послушно согласился он, усмехаясь уголками губ. Женщина думала, что держит его за горло, чтобы вертеть, как вздумается её блондинистой головке, но не подозревала обо всем, что творилось у неё за спиной. — Не думай, что никто не заметил, как ты вьешься возле Сансы Старк, — пренебрежительно бросила она, щелкнув бегунком зажигалки. От зажженной сигареты поднялся сладкий дым. — Боишься, что я отниму игрушку у твоего сына? Серсея презрительно фыркнула. — Мне всё равно с кем спит эта шлюха, — она сделала быструю затяжку. — И уж, тем более, всё равно, с кем спишь ты. — Тогда не вижу проблемы. Разве возникали сомнения в моей лояльности? Светлые локоны ударились о её щеки, когда она качнула головой, а ядовитая улыбка не дошла до глаз. Петир понимал, почему её боятся, понимал, почему её хотят, и радовался, что не входит ни в один из этих списков. Пока Серсея думала, что он у неё на коротком поводке, можно было не тревожиться — ей и в голову не придет, что он замышляет что-то. После смерти Тайвина Ланнистера — этого старика грохнул собственный сын, всё их семейство стало уязвимым и едва ли было в состоянии возродить былое величие. И всё же, пока что нужно было быть настороже. Петир старается не отвлекаться на то, как Санса опускается на колени по приказу Серсии. В таком положении она выглядит поверженной, полной противоположностью той девушке, что без разрешения заходила к нему в кабинет и не раз смущала секретаршу, той, которая боролась и планировала стратегии по уничтожению целых бизнес-империй, сидя у него на коленях. Бейлиш не вовремя вспоминает, как ей удалось уговорить его (читай — «соблазнить») сорваться на гребаное водохранилище посреди рабочей недели, как её ладонь лежала на его бедре, пока он вёл машину к Ледибауэр, а глаза хитро щурились при каждом движении проворных пальцев. Он готов был наплевать на поездку и взять её прямо на обочине трассы, но, когда его терпение достигло крайней точки, рыжая ведьма, словно ощущая это, убрала руку, будто ничего не произошло. Сейчас её губы тянутся в улыбку, совершенно неподходящую времени и месту, словно мысли о предстоящей смерти доставляют ей удовольствие. Он знает, что она балансировала на краю после убийства матери и братьев и цеплялась за него, как за спасительный круг. Его резкое появление в жизни Сансы, стало шоком для девушки. Она явно не ожидала стать вдруг объектом его внимания, а, может, слышала сказки о его влюбленности в её мать. Санса храбрилась, старалась не реагировать на его усмешки, но каждый раз, когда Петир встречал её с учёбы, одаривала странным взглядом — смесью удивления и чего-то непонятного, темного и будоражащего кровь. Её взгляд то останавливался на стекле, фокусируясь на яркой линии городских огней, то не сходил с его лица, словно она пыталась прочитать по изгибу губ и сдвинутым бровям все его мысли и намерения. Иногда Бейлиш спрашивал про дела в университете, иногда Санса рассказывала что-то сама, и через месяц их совместные поездки стали привычными и приятными для обоих сторон. — Ты выглядишь каким-то усталым сегодня, — забросив сумку на заднее сидение, выдала Санса. Она выглядела более расслабленно, более свободно сегодня. Тот факт, что она перестала вести себя зажато и настороженно в его присутствии, доставлял удовольствие Петиру. — Пришлось повозиться с беспорядком, который учинил маленький засранец. При упоминании Джоффри Санса скривила рот, будто наткнулась на нечто неприятное. Стоя на светофоре, Бейлиш рассеянно наблюдал, как она слегка потянула затекшие мышцы, и серый легкий свитер немного поднялся вверх, дав на секунду увидеть небольшой камушек пирсинга в пупке. Одна только эта деталь заставила тяжело сглотнуть, представив какого бы взять сережку губами, чтобы после подняться поцелуями выше к девичьей груди в светлом кружеве, пробежаться языком чуть выше края лифчика, а после пуститься к шее, где бьётся пульс. — Он снова стал нюхать, хотя мамаша-львица пригрозила перекрыть ему счёт, — губы Сансы снова изогнулись в гримасу. — Будь с ним осторожнее, милая, пара моих девочек жаловались, что он распускает кулаки больше обычного, когда под дозой, — Бейлиш позволил искреннему беспокойству проскользнуть в голос. Ему и без того не нравилось, что на теле девушки постоянно красуются синяки. Он начал заботиться о ней по-настоящему, включив её в свои планы и делая всё, чтобы Ланнистерам не пришло в голову от неё избавиться. Пока она была с Джоффри, это гарантировало ей мало-мальскую защиту, так что приходилось терпеть отвратное поведение отпрыска Серсеи. — Я стараюсь не оставаться с ним наедине, — Старк пожала плечами, а после повернула голову в его сторону, сверкнув голубыми глазами. — Но спасибо за заботу. Петир стоит за спиной Серсии, наблюдая, как ту трясет от эмоций. И хотя он уверен, что она едва ли в состоянии что-то заметить, всё равно как можно тише и аккуратнее достает свой пистолет, понимая, что пришло время действовать. Бейлиш не ожидал, что женщина вдруг решит убить Сансу сама и резко подорвется с места, спутав все планы. Но и на этот случай, у него есть варианты дальнейших действий. Да, мороки больше, и руки придется испачкать, но ситуация не требует промедления. Он делает выстрел, стоит только Серсее поднять руку с оружием.