Из воспоминаний Тони Старка.
9 сентября 2003 года.
Мужчина не узнавал свою бывшую жену. С рождением дочери у неё, казалось, шарики за ролики заехали, потому что с каждым днём она всё больше и больше выдумывала – в голове у неё были сплошные небылицы. Мередит держала на руках двухлетнюю девочку, одетую в розовый сарафан (о, как банально). Ребёнок улыбался отцу и хихикал каждый раз, когда к нему прикасались руки Старка, покрытые множеством мозолей, взявшихся непонятно откуда. — Тони, она всё время плачет и плачет, и только когда рядом ты, или тебя показывают по телевизору, то у меня есть драгоценные минуты покоя! — Тони вполуха слушает Мередит, ведь всё его внимание привлекают зелёные глаза и улыбка маленького чада Старка. — Это ребёнок, Мэр. Она будет плакать всю жизнь. С каждым годом всё меньше и меньше, — это единственное, что он смог придумать. — Я не знаю, что мне уже с ней делать! Её не привлекают ни мишки, ни куклы, ни даже мультики! Этот ребёнок из Ада, — опять эти слова уходят в никуда, пока женщина не повторяет их в тысячный раз. — О, Господь! Я привезу вам кучу роботов, кораблей, железную дорогу, драконов - все, что угодно, лишь бы ты перестала ныть и опомнилась!5 августа 2006 года.
Пятилетняя Лив сидит в песочнице в окружении трёх мальчиков, и они собирают инопланетный корабль из лего. Что может быть лучше для отца? Видеть свою дочь, полностью разодетую в розовое, когда она играет в лего, а потом стреляет из пистолета. И если хотя бы одна живая душа скажет, что с девочкой что-то не так, то можно считать, что этот человек уже покойник. — Тебе не кажется это странным? — тихо шепчет рядом сидящий Роуди, у которого прямо-таки глаза на лоб полезли от увиденного – девочка распоряжается семилетними мальчиками с такой лёгкостью, будто она глава их банды. — Что именно? — непонимающе посмотрел на друга Тони. — То, что твоя дочь играет в лего, таскает с собой динозавров и строит железную дорогу, а не играет в куклы вон с теми девочками, — военный кивнул в сторону двух девочек, что переодевали своих Барби . — Нет. Она же Старк!23 декабря 2009 года.
Когда твой отец Железный Человек, то мир меняется. Тем более, мир ребёнка. Юная Старк сидела в особняке отца вместе с его помощницей Пеппер, и они вдвоём занимались всеми теми вещами, чем Мередит никогда не занималась с Ливи: они красили друг другу ногти, переодевались, смотрели индийские сериалы и наедались хлопьями. Никто не мог подумать, что дочка Тони Старка наконец-то проявит интерес к чему-то девчачьему, такому глупому, но интересному и познавательному для ребёнка. — Ты убиваешь в моём ребёнке гения, Пеппер, — в шутку ворчит начальник на девушку, и она смущённо улыбается. Таким счастливым Старка можно увидеть лишь рядом с его "творением". Сам Тони никогда не чувствовал любви, заботы от своего отца, именно поэтому он в избытке дарит это своей дочери. И сколько бы времени не прошло, для него она навсегда останется лучшей из Старков. Самой неповторимой и гениальной. И это не поддаётся опровержению.Из воспоминаний Стива Роджерса.
POV Стив Роджерс15 мая 2016 года.
Первая встреча с младшей Старк оставила во мне двоякое чувство невероятной заинтересованности и тоски. Нельзя было не заметить в ней тот самый взгляд Говарда, ухмылку и колкие шуточки в адрес своего отца. Оливия Мэри Старк была не такой, как отец, она была не такой, как её дед. Она была той самой гремучей смесью Старков и её матери. В этой девушке сочеталось несочетаемое: она была невероятно добра и мила. Её улыбки хватало, чтобы расположить к себе человека, и, взмахнув волосами, она легко могла заставить вас почувствовать себя неловко. Яркие веснушки на её лице сильно привлекали моё внимание, и я часто не замечал, как разглядывал лицо Лив в то время, как она разговаривала с отцом или читала литературу. Она хмурилась, когда ей что-то не нравилось или смущённо улыбалась, зная, что на неё смотрю я. Мы обменялись с ней всего парой фраз, но я не могу забыть её тихий голос. Такая скромная, но, в то же время, такая болтливая. Милая, но моментами такая резкая. Красивая, но такая простая. На её детском лице не было ни грамма косметики, но нельзя было сказать, что ей всего пятнадцать лет. Она была особенной в моём сознании.24 сентября 2017 года.
Смотря фильм "Завтрак у Тиффани", я по какой-то причине вспоминаю Оливию – свободную и молодую девушку, что поселилась в моём сознании. Я знаю, что сейчас, возможно, она ненавидит меня, ведь я утаил от неё страшную правду. И делал я это не ради Тони и Лив, а ради себя. Мне было стыдно самому сказать такое про своего друга, ведь он убил их. Баки убил Говарда. Человека, без которого я бы сейчас не сидел здесь. Почему-то вспоминаю её смех и смущение, когда она многим делилась со мной во время наших тайных прогулок. Вряд ли она делилась этим с отцом – он слишком занят работой, чтобы слушать девичьи секреты, когда я, напротив, был полностью свободен для Старков в любой момент и по любому случаю: чувство вины давило на меня, хотя я понимал, что ни капли не виноват в убийстве отца Тони. Так же, вероятно, Лив не рассказывала и о наших встречах, ведь если бы Тони узнал об этом, он бы мне голову оторвал. Младшая Старк была моей личной загадкой. Особенно, когда её настроение менялось со скоростью света, или когда она делилась своими тайнами – рассказывала про отца или мать, а потом резко переключалась на что-то другое, начиная расспрашивать меня, не хуже полицейского в участке. Я был с ней честен до предела. Никогда ничего не скрывал, когда она требовала ответа. Потом оставалась довольной, когда в очередной раз я выдавал что-нибудь интересное, лично для неё.